Idiot's dream

POV Carsten Никогда ничего не делай, если знаешь, какие будут последствия. Просто достаточно посмотреть на меня, и ты всегда будешь сначала думать, а потом делать. Время полтретьего дня. Я все еще дома. Начальник оборвал все телефоны. Все, которые были, есть, и даже те, которых нет. Черт. Просто паршиво. Просто болит. Боюсь закрывать глаза – ведь сейчас я трезвый. Сейчас, здесь, один. Снова. И снова. И опять. Боже, как все надоело. Как же я устал. Устал ждать. Все ночи напролет. Ждать, надеяться. Господи, отвлечься бы. Лишь бы не одному. И не сейчас. Просто спаси. Помоги. Сделай хоть что нибудь! Даже оскорби. Или просто скажи, что я тебе не нужен. Скажи, что все давным-давно прошло. Что ты уже даже забыл меня. Что я вообще зря вернулся. Скажи мне хоть что нибудь! Только не проходи вот так, словно мы чужие. Хотя да, ты прав – мы чужие. Точнее я чужой для тебя. Но не ты. Твои близнецы жутко похожи на тебя. Ты любишь их. А я бы отдал все за твою любовь. Им ужасно повезло. Давно пора бросить это все. Перестать думать о тебе. Найти кого нибудь, в конце концов. Возможно, я так и сделаю. Мне все равно терять нечего. *** -Да, это было в первый и последний раз. Я отработаю. Хорошо. Спасибо. Конечно, отработаю я. Майер сидит у окна, лениво перебирая в руках ручку. Паршивый из него начальник. -Зайдите к Марселю, возьмите у него распечатки. -К кому? К Марселю? Я имя-то такое в первый раз слышу. -Вы…а черт. Вы же второй день всего у нас. К программисту зайдите. Это по коридору и направо. -Хорошо. Марсель. Странное какое имя. Не немецкое. А какая разница. Я его не знаю даже. Так, по коридору и направо. Значит, сюда. Да. «Марсель Готоу». Я по адресу. Зайдя в кабинет обнаруживаю весьма занятную картину. Этот самый программист выкидывает из окна бумажки. Просто комкает чистые листы и выкидывает. На экране компьютера – какая-то игрушка. Отлично. -Эй, привет. Едва не вываливается из окна от неожиданности. Мгновенно поворачивается, но увидев меня, снова принимается комкать чистые листы. -Привет. Что-то нужно? -Да. Меня попросили забрать у тебя распечатки. -Там, на столе, возьми. Нормально. Просто потрясающе. Молодец. Отличный у них тут персонал. -А если начальник зайдет? -Не зайдет. Он ко мне вообще редко заходит. Забираю бумаги, уже у двери спрашиваю: -Что ты делаешь? -Голубей гоняю. Они боятся бумажек. Боже, он похож на идиота. Точнее – на умственно отсталого идиота. -Марсель, да? -Да. 33 года уже как Марсель. Сколько?! В 33 года так себя вести?! Он идиот. -Не поздновато голубей гонять, нет? -В самый раз. Ладно, уговорил, - он наконец отходит от окна, наконец я могу посмотреть на него нормально. - Ты все взял, что нужно было? Первые две пуговицы рубашки расстегнуты, на шее бессчетное количество всевозможных цепочек, рванные черные джинсы не могу остаться без внимания. -Тебя спокойно пускают? – я киваю на них. -Без проблем. Они больше не найдут такого программиста, поэтому им приходится смиряться с тем, кто у них есть. Я пользуюсь этим на всю катушку. -Заметно… -Слушай, а я ведь тебя первый раз вижу. Ты…? А…Карстен, да? -Он самый. Он закрывает окно, остатки бумаги выкидывает в мусорку. -Ладно, я, наверное, пойду, а ты все-таки поосторожней – вдруг Майер зайдет. -Ага. Пока. Увидимся. Странный совсем. Ему 33, а ведет себя как ребенок. Марсель. Хоть кто-то приятный есть в этой кампании. Ага. И куда мне их отнести? Только… Мне невероятно везет. По жизни. Ханнес де Бюр. Из рук в руки. Я должен пойти и передать ему эти бумаги. Господи, за что?! Остается только надеяться встретить кого-нибудь, и передать с ним. Но сам я, наверное, соваться к нему не буду. Зачем провоцировать и себя, и его? Я идиот. Я устроился в фирму, в которой он работает. Мы все равно будем пересекаться. Пока он не задушит меня взглядом. Или пока меня не уволят за прогулы. Ха, а все не так страшно. *** -Держи. Протягиваю ему листы и старюсь как можно быстрее выйти из кабинета. -Стой! Шафер, тебе не кажется, что это немного странно – бояться друг друга через столько лет? Останавливаюсь у самой двери. Он кончика носа до стекла – сантиметра три. Что он сказал?! Черт, только Ханнес может так произнести мою фамилию. Я узнаю это произношение из сотни. Немного заносчиво, со злостью и превосходством. А он не изменился. Оборачиваюсь, вижу его рядом с собой. Когда он подойти успел? -Не кажется. Я тебя не знаю, ты меня не знаешь. Наверное, так лучше? Он начинает смеяться. Я много лет назад не ненавидел его так, как ненавижу сейчас. Он прекрасно осознает, что мне до сих пор плохо, он прекрасно понимает, как мне сложно. Но он продолжает добивать меня своими самоуверенными репликами. Хватит. -Ханнес, я всего лишь с тобой работаю. Ничего больше. Давай предположим, что я тебя не знал и не знаю. Обоим будет проще, не так ли?! Хватит! Я все прекрасно понимаю и без твоих едких слов. Спасибо, я разберусь сам. -Как был истеричкой, так и остался. Мне надоело! Я тоже не железный! Оборачиваюсь, замахиваюсь, но запястье тут же перехватывает сильная рука. Заклепки на браслетах больно впиваются в шрамы. Сжимает так, что у меня останутся синяки. Смотрит сверху вниз, я не отвожу взгляд. -А ты стал сильней. -Андреасу спасибо скажи. -А вот Андре трогать не надо! -Что ты хочешь от меня?! -Я однажды предупредил тебя – я надеюсь, ты не забыл? Нет, Ханнес. Я все прекрасно помню. Все. До мелочей. В голове крутится огромное количество фраз, но произношу лишь одну: -Нет, не забыл. -Умница. Ты мне спасибо должен сказать, что живой тогда остался. Успокойся я тогда и не вернись к тебе, не известно, что с тобой было бы. -Что? Это…это ты…? -Да. Еще некоторое время стою, все еще смотря ему в глаза. Он сжимает руку еще сильней. Железные замочки впиваются в кожу до крови. Он продолжает держать, хотя его ладонь, наверное, уже в крови. Мне не особо важно, а вот у него рубашка белая. Может не отстираться. Твердо, уверенно, как может только он, говорит: -Ты понял меня. И все запомнил. Ненавижу, что он не спрашивает, а утверждает! На мгновение ослабляет хватку, но мне хватает этого, что бы отдернуть руку. Он еще некоторое время стоит, изучая красные разводы на своей ладони. Я, стараясь как можно быстрей, выхожу из его кабинета. Захлопываю дверь и оглядываюсь по сторонам. Н хватало чтобы меня сейчас увидел кто-то. Расстегиваю широкий браслет. Осторожно снимаю. Черт. Опять. Как я ненавижу все эти царапины! Захожу в туалет, браслет кидаю в раковину. Включаю воду. Вскоре от крови не остается даже следа. С кожаной полоски тоже все смылось. Сейчас я снова его надену и даже думать забуду, что у меня там царапины. Сделать бы так со всем. Стереть – и забыть.