Вор.

Роджер был неизбежно разбужен и даже напуган назревающим скандалом , который как оказалось, происходил между Брайаном и его отцом. Он и раньше видел управляющего работного двора, но теперь, при более ближнем рассмотрении, мог точно сказать, что Брайан был очень похож на отца внешне. Роджер будто бы смотрел на двух Брайанов, только один из них был гораздо старше и ворчливей. - Вот скажи мне на милость, что это женоподобное существо делает в твоей постели? – управляющий ни сколько не смущаясь, тычет пальцем в сторону Роджера, которому только и остается, что хлопать глазами в растерянности. - Отец, это тебя не касается. – коротко отвечает ему Брайан, сохраняя поразительное спокойствие. Брайан, конечно же, оценил язвительную бесцеремонность своего влиятельного родителя, но не стал открывать все карты сразу. Он уже давно уяснил, что сейчас лучше сохранять спокойствие и достоинство, нежели давать отцу лишний повод для скандала. Да, они так и не продолжили занятие, потому что он оказался мягкосердечным чудаком, который не посмел будить сладко спящего Роджера, разглядывая черты его лица при лунном свете. Но, не смотря на свою внезапную мягкосердечность, Брайан твердо решил, что уж кому–кому, а вот отцу знать об этом вот совершенно не обязательно. - Не касается?! Я должен знать обо всех, кто живет под моей крышей! Роджер, было, оскорбился, когда его назвали «женоподобным существом», но потом решил, что в этой ситуации ему следует быть таким же стойким и непоколебимым как Брайан, а высказаться он и потом сможет. В конце концов, отец Брайана в чем-то даже был прав. - Этого человека зовут Роджер, – ответил Брайан, глядя отцу прямо в глаза, - как ты знаешь, Чарльз скоро уйдет на пенсию, и я считаю, что Роджер будет ему достойной заменой. Лежит он в моей постели лишь потому, что вчера ему стало плохо, и я любезно помог ему, предоставив самую ближнюю комнату. Все? Это была полная и безоговорочная победа, в кои-то веки Брайану удалось без лишних слов и повышения голоса ответить так, что к нему не осталось бы больше претензий и вопросов. Раньше отец ловко манипулировал его гневом и за малейшее непослушание лишал любимых вещей, увлечений и запрещал общаться с друзьями. Последней каплей в море терпения Брайана стал перевод на домашнее обучение. С тех пор он лишился последних знакомых и друзей, гуляя по улицам Лондона в компании престарелого Чарльза. Теперь они оба почувствовали, что все изменилось. Брайан уже был далеко не ребенком, и необходимость считаться с его мнением в данный момент была очевидна. - Ох… Делай, что хочешь. – после этих слов управляющий еще раз взглянул на смирно лежащего Роджера и пожаловавшись на головную боль, удалился из спальни Брайана. Спустя минуты две, Брайан со вздохом опустился на сидение дивана и, улыбаясь, взглянул на Роджера. - Ну как считаешь, уделал я Гарольда, да? Роджер был поражен тем, как до этого холодные черты Брайана вдруг сделались такими теплыми, улыбчивыми. Он явно был не из хрупкого десятка. Тот взгляд, с которым столкнулся Роджер, был взглядом победителя. - Это было здорово… – кивнул он в ответ, - но, постой, ты называешь своего отца по имени?! - Да, но только ни при нем, - Брайан пожал плечами, откидываясь на спинку дивана, - Знаешь, мне сейчас кажется, что я могу свернуть горы, могу плеваться огнем и вообще быть, наконец-то, собой! Такое это потрясающее чувство. Чувство самоутверждения! «Еще можешь сказать, что любишь меня…» - неотрывно наблюдая за таким Брайаном, внезапно подумал Роджер, едва не проговорив это вслух. Он почувствовал, как все в его жизни закономерно встает с ног на голову и исправлению уже не подлежит.