Je t'aime, idiot de l'espagnol.

Это была премьера "Ганнибала". Весь Париж оживился, стекаясь в Оперу, дабы посмотреть на новое дарование, заменившее давно поднаскучившую всем Карлотту Гудичелли. И имя этому дарованию - Кристина Даае. Мэг была приятно удивлена, узнав, что ее подруге позволят исполнить главную роль. Ей и самой не долго оставалось до окончательного утверждения в роли примы балета, но такой резкий подъем от хористки до примадонны даже ей был не по зубам. Кристина пела ангельски - иначе сказать было нельзя. У Маргариты слезы стояли в глазах, когда крошка Лотти исполняла свою партию. А теперь что? Она пропала! Мэг не могла найти ее в толпе шумных поклонников, не могла отыскать в гримерных. Оставалось только одно место, куда Кристина могла пойти сейчас - часовня. Туда Мэг и направилась, надеясь поздравить любимую подругу. Подходя к знакомой комнатке с изображениями ангелов, девушка прислушалась. Ей показалось, что оттуда раздается тихий голос мужчины... Прямо скажем, необыкновенно красивый голос. - Браво... Браво... Брависсима... - Кристина!- тихо позвала ее Мэг, входя в уютно освещенную свечами часовню,- почему ты раньше не рассказывала мне о своем таланте? Я и раньше слышала, как ты пела, но чтобы так... Весь зал восхищен, а я просто сражена! Это прекрасно!- балерина тараторила быстро и сбивчиво, боясь что-то недосказать,- скажи мне, кто же твой учитель? Кристина Даае - ныне прелестная шестнадцатилетняя девушка, обладательница больших шоколадных глаз и тяжелой копны каштановых кудряшек - предстала перед подругой в сценическом платье. В белом пышном платье, с множеством крупных шпилек в прическе и мягким гримом на лице юная певица была действительно похожа на ангела. И это восхищало Мэг. - Мэг...- Кристина посмотрела на портрет своего отца,- когда мой отец умирал, он обещал мне прислать Ангела Музыки. Папа умер... и ко мне прилетел Ангел Музыки. Он и учил меня все эти годы, прямо здесь. Ближе к вечеру я приходила сюда и слушала. У него просто невероятно красивый голос!- глаза певицы озарились детским и всепоглощающим восторгом. Маргарита же посмотрела на подругу немного скептично. - Ты правда веришь, что это дух твоего отца? - Но кто еще может?- вопросом на вопрос ответила Даае и вздохнула. Мэг задумчиво пожала плечами, обе девушки замолчали, глядя на пылающий огонек свечи... Кристина давно уже ушла в предоставленную ей гримерную Карлотты, а театр стал засыпать, отпуская своих посетителей, когда Париж принял нового гостя. Ну как нового... Этот гость уже бывал здесь. Но с тех пор прошло почти шесть лет, и теперь испанец по имени Диего значительно изменился. Больше не было в его глазах былой наивной надежды на светлое, полное перспектив будущее, а выражение на лице стало несколько более взрослым. Он, как и прежде, любил музыку, но теперь к это любви добавилась привычка частенько заглядывать в стакан. Впрочем, что тут можно еще сказать? Жизнь никого не щадит, вот и его она подзатаскала. Маленькая балеринка давно стерлась из его памяти, потерялась где-то далеко, иногда проскальзывая с давно забытых миром песнях, что он играл сам себе в минуты хмельной меланхолии. Диего, как и в прошлый раз, приехал в Париж не с пустыми карманами, надеясь найти здесь временное пристанище, а после отправиться в Южную Америку. А сейчас он брел в сторону Оперы, ибо там неподалеку как раз была подходящая для него гостинница, да и был шанс щегольнуть перед юными хористочками при случае. В руках была старенькая гитара, а за плечом узелок с вещами. А на улицах редел народ, расходясь по домам или по кабакам - кому куда ближе. Испанец остановился на площади Оперы у самого входа в здание и закурил, пытаясь вспомнить, сколько денег у него в камзоле. На Париж стремительно опускалась ночь. В тот момент, когда подсчеты были почти закончены, на него налетела маленькая хрупкая тень и сбила с мысли. - Ох, извините, мсье!- услышал Диего путанные извинения представшей перед ним балерины. Сейчас это была уже не десятилетняя малышка с неугомонным любопытством в глазах. Крошку Мэг было не узнать. Разве что это наивно-детское выражение на лице могло выдать в юной шестнадцатилетней балерине ту маленькую девочку. Перед Диего была поистине прелестная девушка, обладающая длинными и мягкими белокурыми волосами, обрамляющими миловидное личико, и большими глазами, цвета свежесваренного кофе. Даже осенний теплый плащ не скрывал от зорких глаз испанца сформировавшуюся фигурку красавицы. - Что вы, сеньорита,- рассеянно отозвался Диего на ее извинения и улыбнулся. "А эта француженка очень даже ничего",- подумал он, глядя на нее,- "как бы ее заинтересовать?.." Когда Мэг повернулась, чтобы пойти дальше - к заболевшей балерине по имени Лина, которой мама просила передать последние новости о репетициях, Диего опомнился и поспешил спросить: - Вам не страшно в такое время бродить в одиночестве по городу? Маргарита вздрогнула и посмотрела на испанца в легком смятении. - Тут всего два шага, и я на месте. - И все же, может вы позволите вас проводить?- он мило улыбнулся балерине. "Стоит ли?"- Мэг неуверенно смотрела в глаза Диего. - Я вас не знаю толком, так стоит ли мне соглашаться?- спросила она с легким озорством. - Позвольте представиться: Диего Гарсия,- он шутливо поклонился, отвечая ей не менее озорным взглядом,- а вы?.. - Маргарита Жири,- она вежливо улыбнулась,- однако это ничего не меняет - вы все еще темная лошадка для меня. - Вы сами сказали, что здесь два шага. А что я могу сделать за такой короткий промежуток?- он мягко рассмеялся. - Что ж...- она вздохнула и пошла дальше, взглядом давая понять, что его предложение принято. Диего довольно улыбнулся и пошел с ней рядом. - Так вы работаете в Опере?- спросил он минуту спустя. - Можно и так сказать,- она пожала плечами,- а вы, сразо видно, презжий. Откуда вы? - Родом - из Испании, а так скитаюсь по всему свету,- он улыбнулся, поглядывая на нее. "Мда... Везет мне на испанцев"- мрачно подумала Мэг, вспомнив давно забытые мелодии. Черты того музыканта стерлись из памяти, но вот музыка и фарфоровая балеринка все еще занимали место в ее душе. - И каков он, этот свет? - Сказать честно? До бонального отвратительный. Люди слепые и праздные, а девушки продажные,- он сам не знал, почему говорит ей так,- но вы, mi querida, отличаетесь от них. Это видно сразу. - Что ж, это очень лестно,- ее речь была рассеянной и грустной - настолько ее захватили воспоминания из далекого детства. - Вы так грустны. Я чем-то обидел вас? "Остолоп, она же не твой собутыльник, чтобы жаловаться ей! Contundente asno!"- с укором в свой адрес подумал Диего, а Мэг тем временем остановилась. - Мы пришли. Спасибо, что проводили,- она улыбнулась. - Буду надеяться, это не последняя наша встреча,- ответно улыбнулся испанец,- Antes de este encuentro, querida Margarita. Мэг на это ничего не ответила и юркнула в подъезд дома, где жила вышеупомянутая Лина. "Ну вот, мама убьет меня за задержку..."- подумала она, уже уходя от подруги. Хотя в душе было странное предчувствие чего-то хорошего и волнительного, особенно когда юная балерина вспоминала добрые светло-зеленые глаза нового знакомого...