Данталиан в тебе

Диамас вовсю хлопочет у стола, расставляя тарелки с приборами, салаты и блюда. Снейп открывает вино и, прищурившись, смотрит на затрещавший камин. — Проходите! — улыбаюсь Ингрид и Роуз. И они, улыбнувшись в ответ, проходят к столу. — Это к десерту. — Ингрид ставит на стол большую тарелку с румяным пирогом, усыпанном сахарной пудрой. — Яблочно-вишнёвый, надеюсь, понравится. — Спасибо, — улыбаюсь. — Садитесь. Я на минутку… хочу воды, — отвечаю, заметив хмурый взгляд Снейпа. — Диамас! — зову тихо эльфа, и он в хлопке появляется передо мной. — Госпоже опять плохо? Сейчас позову хозяина. А то снова будет злиться! — Стой, нет! Снейп злился? Отругал тебя за что-то? — Он спрашивал, что было днём, и ругался, что я не сообщил ему, что вы не ели. — Эльф прижал уши к щекам. — Прости, из-за меня тебе досталось… — Нет, нет, всё хорошо. Я знаю, что виноват. Если бы хозяин пришёл бы утром или днём, малыши бы столько не голодали. Мне их так жаль. — Ох, Диамас… Слышу шаги за дверью и быстрее озвучиваю свою просьбу: — Ступай к Френку и позови его сюда. Скажи, что я срочно зову его. Давай! Эльф кивает и исчезает в хлопке, как раз в тот момент, когда открывается дверь. — Всё хорошо? — Снейп подходит ближе и касается щеки. — Ты совсем бледная. Киваю и прижимаю руку к ноющему животу. — Пока успокоительное действует, нужно поесть. Гости ждут… Снейп кивает и, подставив локоть, ведёт меня в гостиную. Усаживаюсь между Северусом и Ингрид, стараясь не кривиться от аромата еды. — Как твоё самочувствие? — участливо интересуется женщина. — Всё хорошо, — пытаюсь убедительнее соврать и улыбаюсь. — Как малыши? — интересуется Роззи. — Сытые и счастливые спят. Камин трещит, и Снейп моментально сжимает волшебную палочку. Я быстрее хватаюсь за его левую руку, пока он не наложил проклятие на нежданного гостя. — Всё хорошо, — шепчу я, и он хмурится, взглянув мельком на меня. Еще миг, и со всполохом огня в комнате появляется Френк. В брюках, полурастёгнутой рубашке и с пиджаком в одной руке и волшебной палочкой в другой. — Гермиона, что случилось? — в панике спрашивает он, встретившись со мной взглядом. Я улыбаюсь. А он, моргнув, осматривает сидящих за столом волшебников. — Вау! — срывается с губ Френка, когда он замечает Роуз. — Ой, я что, это вслух сказал? — тут же спрашивает он, краснея. Роззи смущённо улыбается и опускает взгляд в свою тарелку. — Садись уже, сейчас всё остынет! — Снейп отодвигает соседний стул и кивает Френку на его расстёгнутые пуговицы рубашки. Френк краснеет ещё больше и взмахом палочки приводит себя в порядок. — Я в душ собирался, а тут… — Френк присаживается и многозначительно смотрит на меня, чуть склонившись перед Снейпом, чтобы видеть меня. — Я не умею свистеть, — честно признаюсь и улыбаюсь. Френк широко и счастливо улыбается, а в глазах его я вижу такие радостные искорки, что в моей душе всё теплеет. Снейп пихает Френка локтем в бок. — Смотри в свою тарелку, — возмущённо шипит он, как раз в тот момент, когда Диамас левитирует дополнительные приборы. — Я, кажется, забыл представиться. Я Френк. Миссис Клеменс. — Френк галантно кивает и получает кивок в ответ. — Добрый вечер, Френк. Это моя дочь Мэри-Роуз. — Можно просто Роззи. Привет, — смущённо улыбается девушка, и Френк расплывается в улыбке. — Привет. Пока я умиляюсь диалогам, Снейп наполняет мою тарелку салатом и запечённой индейкой. Я благодарно киваю и принимаюсь за ужин, радуясь, что нет чувства тошноты, хоть и крутит от голода внутренности. — Мы уже пару лет как знакомы, а я и не знал, что у вас есть дочь, миссис Клеменс, — прочистив горло, неловко начинает Френк, прервав пару минут тишины. — Возможно, вы могли бы об этом узнать, если бы согласились заглянуть к нам на чашечку чая после моего приглашения при знакомстве. — Точно, — вздыхает Френк. — Я просто подумал… — Он смолкает, неловко чешет отросшую чёлку. — Что вы подумали? — улыбается Ингрид, приподняв бровь. — Совсем не важно, — тут же уверяет Френк. — Я, вероятно был занят. Да мы тогда с Северусом варили новые зелья. Я добыл новые свитки с рецептами из Монголии. — И это оказался их традиционный укрепляющийся суп из мяса горной козы и тридцати трёх растений, — саркастически добавляет Снейп, заставляя нас всех засмеяться. — Разве я виноват, что переводчик не так всё понял? — возмущается Френк. — Но второй рецепт был отменный. — Да, их многоперцовая настойка намного эффективнее нашей, — кивает Северус и добавляет мне ещё салата. — Как интересно, — вздыхает Роуз. И Френк расплывается в широкой улыбке. Ингрид пододвигает ко мне сырную нарезку. — Спасибо, хочу оставить немного места для пирога, — улыбаюсь. — Это… «Кровавая роза»? — удивляется Френк, заметив кулон на шее девушки. — Да. — Роуз смущённо улыбается и прикасается в небольшому кулончику в форме капли: внутри была розочка с переливающимися лепестками из крови. Цветок казался живым и подвижным. — Это же один из самых сложнодобываемых ингредиентов, — восхищается Френк. — Почему? — удивляюсь, пытаюсь рассмотреть цветочек и вспомнить, слышала или читала ли о таком когда-либо. — Потому что этот цветок нужно ещё найти, а потом ровно месяц… обнажённой в полночь исполнить ритуальный танец вокруг него и подпаивать его своей кровью, — обьясняет Френк. — И ещё… — Угу, — ворчит, перебивая, Ингрид, — вместо того чтобы о замужестве думать, пляшет месяцами голая в лесу непонятно где. — Мама! — Щёки Роуз стали алыми, как розочка в её кулончике. — А что ещё? — спрашиваю я у Френка. — Ещё девушка, поящая кровью розу, должна быть… невинна, — тише добавляет Френк и смущённо опускает взгляд в свою тарелку. — Да, — кивает Снейп. — Только так в ночь полной луны расцветут розы, лепестки которой — жидкие капли крови. Эти цветы используют в гематогенных зельях, они способны исцелять тяжёлые болезни и даже возвращать к жизни. — Ух ты! Ты очень смелая, Роуз. Быть месяц в лесу, ночью. — Спасибо. Я была с подругой Ханной. Она очень боевая. И мне с ней не страшно, — улыбается Роуз, и я — ей в ответ. Диамас чарами убирает тарелки и накрывает стол для чая. Я довольно выдыхаю, заметив, что боль в животе прошла и самочувствие улучшилось. Чай — по чашкам, пирог — по блюдцам, и я закрываю глаза, наслаждаясь вкусом нежнейшего десерта. — Он восхитительный! — Спасибо, милочка. Это рецепт моей мамы. Вот учу Роуз готовить, чтобы баловала своего мужа и семью вкусняшками. Я улыбаюсь и смотрю на Френка, который, чуть склонив голову, наблюдает за Роззи. — Спасибо вам большое за ужин. — А вам — за компанию и помощь, — искренне благодарю и сжимаю руки Ингрид. — Всегда можешь звать меня, не стесняйся. — Приятно было познакомиться. Надеюсь, ещё увидимся, — улыбается Френк, провожая гостей до камина. — Я тоже на это очень надеюсь, — кивает Ингрид, подмигивая Френку. — Мама! Пока, Френк! До свидания, мистер и миссис Снейп. Спасибо за ужин. — Роуз заводит мать в камин, и они исчезают в пламени. — Что за диво! — восхищённно улыбается Френк. — Отличный ужин, спасибо, что позвали. — Никто тебя не звал, — улыбается Снейп, и Френк резко охает. — Чёрт, я же включил воду набираться в ванной! — Френк черпает щепотку пороха и входит в камин. — Спасибо и до встречи. — Теперь можно и заблокировать, — довольно улыбается Снейп и взмахивает волшебной палочкой в сторону камина. — Госпожа, маленькая мисс проснулась, но я покачал её. — Спасибо, Диамас. Сейчас я проверю их. И спасибо за ужин, всё было очень вкусно. Эльф довольно улыбается и начинает убирать со стола. — Пойду к детям. Снейп кивает и следует за мной. Пока я заглядываю в люльки к мирно сопящим малышам, Снейп стягивает с себя сюртук и сбрасывает туфли. — И что это сегодня было? — интересуется он, подойдя к нам. — О чём ты? — Ты мучаешься от голода, но находишь в себе силы устроить личную жизнь Френка? — Он улыбается и касается моих волос, убирая прядь за ухо. — Хоть кто-то должен быть счастлив в этом мире, — грустно улыбаюсь, смотря на малышей. Вспоминаю Тёмного Лорда и об участи, которую он уготовил мне. Всё внутри сжимается от страха и отвращения. За что мне всё это? За что? — Ты вся дрожишь, — шепчет Снейп, поглаживая мои плечи, и становится за моей спиной. — Наверное, закончилось действие успокоительного. Снейп склоняется и зарывается носом в волосы. Ощущаю его глубокий вдох и волнительный выдох. — Ты снова думаешь о нём? — шепчет он возле уха, обжигая дыханием чувствительную кожу. — И весь день… Я поджимаю губы и хмурюсь. Ощущаю, как он обвивает мои бёдра и прижимает руки к животу. — Что мне сделать, чтобы ты думала только обо мне? — Губы Снейпа скользят по моей шее вниз. Пальцы цепляют ворот платья, и он оттягивает ткань, обнажая плечо. Губы покрывают поцелуями новую территорию, посылают табун мурашек по спине, и я вздрагиваю. Выкручиваюсь из кольца его рук и, встав перед ним, с опаской смотрю в глаза. Хмурюсь. Но Снейп лишь усмехается. Одним рывком обхватывает мой стан и утягивает на кровать. Пытаюсь возмутиться и оттолкнуть, но он затыкает меня голодным поцелуем. Раздвигает мои дёргающиеся колени и располагается между ними, подминает под себя и прижимает бьющие его руки к кровати. Язык Снейпа вклинивается между зубов и очерчивает круг, и он утробно стонет, встретившись с моим сопротивляющимся языком. Его удовольствие посылает странную волну по моей спине, щекочет ягодицы и отдаёт чувственной пульсацией между бёдер. И это пугает и ошарашивает не хуже его действий. Снейп оттягивает верхнюю губу, ныряет языком в рот, делает размашистый, будоражащий всё моё естество круг и оттягивает нижнюю губу. Посасывает, с выдохом выпускает стон из лёгких. Тяжело дыша, прерывает поцелуй, чуть отстраняется, смотря в мои глаза. — Ты принадлежишь только мне. Ты меня слышишь? — горячо шепчет Снейп, отпускает мои запястья и нежно касается щеки, убирая в сторону волосы. — Ты только моя. Я решу нашу проблему, я клянусь тебе своей жизнью. — Тонкие пальцы Снейпа скользят по подбородку и касаются губ. — Только моя… — шепчет, склонившись ниже, касается губами моих, нежно, невесомо и чуть настойчивее, стоит мне расслабленно вздохнуть. Касаюсь его щеки, поглаживаю, и он увереннее толкается языком в мой рот. Находит мой язык, и наш синхронный стон сливается в одном дыхании. Скольжу рукой и отодвигаю щекочущие лицо чёрные пряди. Снейп нежно поглаживает мою щёку, большим пальцем очерчивает подбородок и скулы. Другой рукой скользит по плечу, сжимает на миг шею, движется вниз, мягко огладив грудь, и ниже поглаживает по животу. Захватив в плен мой язык, посасывает его, вызывая восхищённый вздох у меня. Скользит по талии и стонет снова, прижимаясь всем телом сильнее, и я ощущаю его явственное возбуждение, которое упирается мне в промежность. Это моментально отрезвляет. Вспоминаю, что ещё не прошёл месяц после родов и у меня ещё идёт кровь. Сжимаю плечо Снейпа, пытаюсь оттолкнуть его, но он — неподвижная скала, возвышающаяся надо мной. Зажмуриваюсь что есть сил и пытаюсь не паниковать. И к моему облегчению, Снейп останавливается. Покрывает лицо поцелуями и прижимается лбом к моему, переводя дыхание. Отстраняется, укладывается на подушку и тянет меня к себе. Обнимает за плечи и талию и прижимает к своей груди. И я расслабленно обнимаю в ответ, прижавшись крепче. — Всё будет хорошо, Гермиона. Я тебе обещаю, — шепчет Снейп, и я всем сердцем хочу ему верить.