Данталиан в тебе

Приемник кротко трещит, а я сижу с пустым взглядом и пытаюсь переварить услышанное. Какой-то непонятный набор слов, которые произнес Фред. Явно какой-то шифр, возможно, им угрожает опасность? Что это было, черт побери? Благо, цифры были обычными. Завтра вновь нужно будет выйти на связь, чтобы не потерять с ними единственную нить. Шорох за стопкой коробок отвлекает и пугает. Отползаю немного назад, с ужасом ожидаю нападения Сивого или еще какого-нибудь монстра. Но никто не нападает. Прячу радио и как можно скорее исчезаю с чердака. По над стеночки прохожу мимо той комнаты, в которой я просидела, по словам Диамаса, почти всю ночь. Почти до рассвета, а это время показалось мне длиною в целую вечность. Сумерки опускаются за окнами. Диамас зажигает свечи и будит колышущиеся тени вокруг. Боязливо оглядываюсь по сторонам, помешивая мясо. Все время слышу шаги за спиной, чье-то дыхание и ощущаю чье-то присутствие. Диамас уговорил выпить успокаивающее, но мне от этого еще страшнее. Вдруг мои реакции ослабнут и я не смогу не то чтобы дать отпор, не смогу просто убежать от монстров. С темнотой появился и ветер. Завывает в дымаре и раскачивает деревья, которые, в свою очередь, скребут когтистыми ветками по стенке за кухней. В доме становится прохладно, словно возле меня ходит призрак. Диамас ушел в погреб за вином. Жутко. Как жутко быть одной. Нарезаю на дощечке салат и стараюсь думать о чем-то приятном, но ничего путного на ум не приходит. Вскрикиваю, когда громкий треск раздается сбоку, бьется распахнувшееся окно, свечи тухнут, и я с визгом залезаю под стол. От штормового ветра колыхается штора, ее буквально треплет из стороны в сторону. Или это не штора, а чудовище, нашедшее меня! С криком начинаю махаться ножом, мечтаю хотя бы отогнать его от себя. Нет, не надо, пожалуйста! Скрип отодвигаемого стола, и окно громко хлопнуло, закрывшись, стекло стало целым, зажегся слишком яркий свет, и я закричала, испугавшись и зажмурившись, когда что-то черное ринулось на меня. — Нет, прошу! — Чико, твою мать! С удивлением узнаю голос, но это происходит слишком поздно. Я уже нахожусь сжатая в его руках. — Отдай сюда, — шипит он и вытягивает из моих судорожно сжатых пальцев нож. Лишь сейчас замечаю мелкие порезы на своей руке, чувствую, как щиплет кожа. Губа дрожит, а слезы умывают щеки, с ужасом смотрю на штору за спиной мужчины. Это просто ткань, не страшилище и не чудовище, а обыкновенная штора. — Чико, — тихо зовет Снейп. И я вспоминаю, что так он говорит, когда до чертиков злой на меня. От ужаса мои глаза расширяются. Пытаюсь выбраться из его рук и совершить попытку отползти подальше от него, как можно дальше. Но он держит невероятно сильно, и чем дальше я хочу оттолкнуться от его груди, тем ближе и сильнее он прижимает меня к себе. — Тихо, Чико, тихо, — выдыхает он, гладит меня по волосам и на удивление быстро успокаивает. Пара глубоких вдохов, и я уже не так жмурюсь от света пары несчастных канделябров. — Тише, — повторяет Снейп, и я, наконец, смотрю в его лицо. Губы поджаты, на лице четкие признаки… волнения? — Успокоилась? — спрашивает он, проводит от виска по овалу лица и прихватывает подбородок пальцами. Смотрит в глаза так, словно ныряет в мою голову и видит мои страхи и мое сумасшествие. Снейп как-то по-странному протяжно выдыхает и чуть склоняется, словно... словно желает поцеловать. Стискиваю плотно зубы, вся каменею в его руках. И Снейп останавливается. Вновь выравнивается и дергает носом, делая вдох. — Кажется, сейчас сгорит мясо. С ужасом подскакиваю на ноги. Снейп, благо, не держит, и я рывком бросаюсь к сковородке. — Немного подгорело, — шепчу тихо, смотря на него и ожидая, что он разозлится за испорченный ужин, но он просто кивает: — Накладывай. Диамас, кланяясь и осыпая извинениями Снейпа, разливает нам вино. Ужин проходит в тишине. Снейп наливает себе второй бокал вина и отправляет меня готовиться ко сну. Мурашки бегут по спине, а теплый душ так и не дает успокоиться. Скрип половицы в пустой комнате, тяжелое дыхание в темном углу. Быстрее надеваю ночнушку и ныряю в постель. Кутаюсь в одеяло и с непонятным мне облегчением вздыхаю, когда приходит Снейп. В спальне он скидывает с себя сюртук с рубашкой, снимает и туфли. Бросив на меня короткий взгляд, направляется в ванную. Не закрывает двери, не пугает меня одиночеством. Слышу, как он чистит зубы, слышу, как открывается вода в душе. Смущенно отворачиваюсь, словно я могу увидеть что-то личное. Поворачиваюсь набок и сворачиваюсь калачиком. Закрываю крепко глаза, желаю скорее уснуть, искренне веря, что сон спасет меня от всех бед, которые могут на меня обрушиться. Вода в ванной закрывается, тухнут свечи, и за моей спиной скрипит кровать. Кусаю губы и не могу сдержать рваного дыхания, когда Снейп, обвив рукой мою талию, подтягивает меня на середину кровати и переворачивает на спину. Тяжелый выдох прямо в мои губы, и он прижимается ко мне всем телом, нависая сверху. Завороженно жду его более активных действий, чтобы начать сопротивляться, а пока настраиваю себя на очередную прогулку в комнату с монстрами или же на Круцио с огоньком. Как же он ненасытен... Еще один тяжелый вдох, и Снейп проводит рукой вверх по животу, слегка прикасается к груди, очерчивает шею, а после и подбородок, который прихватывает пальцами. Мысленно радуюсь, что в комнате мрак и я не вижу сейчас его пугающих темных глаз. Не вижу демона, который таится в нем. Его поцелуй в губы был сродни электрическому разряду. С ужасом и с удивлением смотрю в черноту перед собой, широко распахнув глаза. Снейп губами оттягивает мою нижнюю губу, буквально спасает ее из плена моих зубов. Сразу же прихватывает верхнюю и, не медля, толкается языком через мои стиснутые зубы. Пальцы надавливают на щеки, и я, повинуясь, приоткрываю рот, позволяю его горячему языку нырнуть в меня. Сверху вниз по позвоночнику пробегает странная дрожь. Язык, словно заведенный, с интересом изучает мой рот, и Снейп стонет и, кажется, принимает за ответ, когда я толкаю языком его язык, желая его вытолкнуть из меня. Снейп шумно втягивает воздух, вжимается в меня всем телом и сквозь напор моего языка толкается глубже и властнее. Испуганно сжимаю его оголенное плечо и зажмуриваюсь, мечтая, чтобы все это скорее прекратилось. Снейп словно слышит мои безмолвные молитвы. Оставляет в покое мой рот, целует напоследок влажные губы и, тяжело дыша, утыкается мне в шею, ложится рядом и обнимает так крепко, что и не пошевелиться. — Мне так надоело с тобой бороться, — тихо шепчет он прямо возле уха. — Но так хочется, чтобы ты хоть раз выбрала мою сторону и была хорошей для меня. Снейп прижимается губами к шее. Целует нежно и так спокойно, что я верю в его усталость. Ведь сама я так устала от этого всего. От кошмаров, монстров, от постоянного страха и напряжения. Я так хочу отдохнуть от всего этого. Облегченно выдыхаю и закрываю глаза, когда слышу, как он успокаивается и засыпает. — Хозяин сказал, что опоздает, поэтому он приказал тебе поесть самой, — Диамас накладывает мне горячий ужин. Вот и славно, хоть поем нормально. Домовик разочарованно что-то пробурчал, когда я отказалась от традиционного вечернего бокала вина. Поела с таким удовольствием и так сытно, что стало даже лень идти в спальню. — Эй, Диамас, не уходи. Расскажи мне, как ты оказался у нашего хозяина? Диамас окидывает меня скептическим взглядом, словно не может понять, шучу я или нет. — Я серьезно. — Убил моего предыдущего хозяина и ту грязнокровку, — пожал плечами Диамас, не отвлекаясь от протирания печки. Мою свою посуду, допиваю чай, погрузившись в глубокие раздумья. — И что, тебе никогда не хотелось стать свободным? — спрашиваю у домовика, вспоминаю свою организацию по защите домовых эльфов, которую создала будто лет десять назад, сколько событий после прошло. Так рвалась сделать несчастных эльфов свободными, но, кажется, кроме меня это никому не нужно было. — Конечно же, нет. Что мне на этой свободе делать? Мы созданы для того, чтобы служить своим хозяевам. Ну вот. И стоило это моих стараний? Теперь проблема свободы домовых эльфов кажется такой незначительной по сравнению со всем кошмаром, который произошел с начала месяца. Добиться бы свободы пленникам, которых заключили, пока они еще живы, если таковые, конечно, имеются. Также сейчас важно обезопасить выживших и сбежавших. Если бы только у меня была возможность сбежать и хоть как-то помочь остальным. Сдерживаю тяжелый вздох и смотрю на драящего и так чистую сковородку Диамаса. И тут понимаю, что у меня отличная возможность. И к черту вещи, можно ведь и так, главное — унести ноги. — Ладно, я пошла спать, — позевала в руку для убедительности, и, пожелав доброй ночи, я медленно, не желая привлекать к себе внимания, ломясь в залу, в которой дубовые двери на свободу, следую к выходу. Облегченно выдыхаю, прижавшись спиной к двери. Пара шагов к массивным деревянным дверям — и напротив меня вспыхивает камин. Снейп сузил глаза, встретившись со мной взглядом, я же замерла ошарашенно, мысленно радуясь, что чуть не спалилась за побегом. Или все же... он понял, что я собираюсь сбежать. С ровной спиной и с непроницаемой маской на лице он делает стремительные шаги ко мне. Он знает! Он знает! Ничего не сказав, Снейп хватает меня за запястье и тянет за собой через комнату, ступени и коридор. Заводит в спальню, и тут я уже начинаю вырываться. Нет... Не нужно, прошу. Снейп резко разворачивается и жестко цепляет пальцами подбородок, смотрит прямо в глаза. — Ты тихо сидишь в этой комнате и никуда не выходишь. Ко мне сейчас придут гости, и, если ты не хочешь, чтобы они сделали с тобой то, что делали с теми девушками в клетке, — тогда сиди здесь смирно! Морщусь и вся сжимаюсь, когда вспоминаю ту изнасилованную девчонку и тех двоих мужчин... Уж лучше один Снейп, чем все то стадо. Снейп отпускает меня, взмахивает своей волшебной палочкой и уходит, просто прикрыв за собой дверь. Облегченно выдыхаю его уходу. Когда он с палочкой в руке, у меня начинается нервный тик. Одно радует — Снейп не желает мной делиться и не отдает. Это можно рассматривать как то, что он сам еще не наигрался, да? Зато с ним хоть шансов сбежать побольше. Подхожу ближе к двери и прижимаюсь ухом к щели. Он специально не запер меня, решил, видимо, проверить меня на послушание. Ну и ладно, побуду послушной, нет никакого желания спускаться и развлекать тех уродов. Снизу раздались голоса и мужской басистый хохот. Кто-то звякнул стаканами, а кто-то травил анекдоты – ржали они что кони. Интересно, Снейп тоже хохочет с ними? И как он выглядит? Сама смеюсь в ладонь, представив Снейпа, который держится за живот и хохочет, задрав голову. Мне и анекдотов не нужно, я с него просто посмеюсь. Хотя нет. Он же сама серьезность, да и демон, который в нем — он что, юмор понимает? Наверняка сидит себе с кислой миной, обводит всех скептическим взглядом. — Да. Я помню, где он. Не провожай, — раздается мужской голос и приближающиеся шаги. С испугом отскакиваю от двери, с паникой оглядываюсь по сторонам, придумывая, куда можно спрятаться. Но мозг совсем не пашет. Не могу ничего придумать, а шаги все ближе и ближе. Закрываю рот рукой и просто становлюсь за дверь. Шаги прямо за моей спиной. Секундная тишина, и я с облегчением выдыхаю, когда открыли дверь в комнату напротив. На носочках делаю шаг в сторону и заглядываю в щель. Сердце пропускает пару ударов. А потом, словно сумасшедшее, принимается стучать в висках. Закрываю рот рукой, чтобы не закричать от ужаса, когда узнаю Фенрира Сивого. Оборотень скрывается в ванной комнате, а я, поняв, что это не кошмар, что вот он здесь, пришел со Снейпом и с остальными пожирателями, понимаю, что должна с ним что-то сделать. Все мои мучения в этом доме пройдут зря, если я не воспользуюсь крохотным шансом прикончить этого урода. Но что же делать? Нет палочки, нет ни ножа, ни еще какого-нибудь оружия, которым я могла бы увечить этого громилу. Беру графин, который стоит на прикроватном столике, выливаю воду под кровать, закручиваю графин в одеяло и бью его об бортик кровати. Приглушенный треск, я оборачиваюсь, прислушиваясь. Никто ли не бежит на мой разбой? Раскрываю одеяло и хватаюсь за горлышко, которое целое с одной стороны и острое и раздробленное с другой. Прячу одеяло с осколками под кровать и вновь прячусь за дверью. Скрип двери и тихие шаги, Сивый выходит из гостевой комнаты и, шумно втягивая воздух, следует дальше в коридор. А если он учует меня? Если он найдет? И тогда мои кошмары станут явными, он сотворит со мной то же самое, что он сделал с Роном. А может быть, я просто нахожусь в кошмаре? Если он ворвется сюда, сумею ли я защититься этой импровизацией на тему розочки? К черту страх! Если умирать, то в бою, а не подыхать от насилия и круциатусов Снейпа. Сама нападу, чего бы мне этого не стоило. Пару минут стою в напряженной тишине. Смех снизу, и Сивый возвращается, сделав, наконец, свой обход. Он замирает у моей двери. Я это слышу по глубокому, хриплому дыханию. И, к моему ужасу, он толкает плавно дверь, открывает ее и, слава всем богам, не замечает меня за ней. По крайней мере, сразу. Сивый настойчиво втягивает воздух, словно принюхивается или же пытается выудить что-то из воздуха. Словно хищник, ищущий свою добычу. Оглянувшись по сторонам и решив, видимо, что ничего интересного здесь нет, Сивый разворачивается, чтобы уйти, делает пару шагов и шумно втягивает воздух вновь. К черту, я должна хотя бы попытаться справиться с ним. Я должна отомстить за Рона, я должна его уничтожить, чтобы монстры больше не преследовали меня. Обминаю тихо дверь, оказываюсь за спиной Фенрира с приподнятой рукой, крепко сжимаю свое оружие и ошарашено замираю, встретившись взглядом со Снейпом. Оба мужчины замерли, стоя друг напротив друга. Снейп с трудом отводит от меня взгляд и смотрит в глаза Сивому, который на голову выше его. — Заблудился? — холодно спрашивает Снейп. — Да, чуток, — хрипит Сивый. Снейп указывает на дверь за его спиной, и Сивый, кивнув, скрывается за ней, даже не заметив меня за спиной. Снейп снова смотрит в мои глаза, сжимает в тонкую полоску губы и тремя шагами преодолевает расстояние до меня. Хватает за горло и вталкивает в комнату, закрывает второй рукой дверь и крепче сжимает мое горло. — В моем же доме собираешься напасть на моих же гостей? — шипит мне прямо в губы, кривясь от злости и негодования. И я уверена, что, если бы не гости, он бы сейчас наслаждался моими криками. — Он... — хриплю и хватаюсь свободной рукой за ладонь на шее. Снейп ослабляет хватку и хмурится, протягивая гортанное «Мм-м?» — Он уже был в ванной, — выдыхаю облегченно, замечаю, как моментально меняется лицо Снейпа. Удивление, недопонимание и гнев. Такой сильный и яростный, что у меня от простого его взгляда все холодеет внутри. — Сиди здесь, — бросает он и разворачивается, чтобы выйти. — Прошу, — хватаюсь за его руку, сжимаю крепко локоть. — Пожалуйста, я должна, — бросаю взгляд на недо-оружие в моей руке. Снейп смотрит мне в глаза и словно думает, должен ли он вестись на мои молитвы, ведь он всегда был глух к ним. Сомнение в нем проскальзывает незаметно быстро. Сощуривается, бросив быстрый взгляд от пят до глаз. И это пугает. Это пробирает насквозь. Его взгляд заставляет все внутри затрястись от ужаса, от предчувствия чего-то нехорошего. Словно он сейчас запрет двери и возьмет прямо здесь, на полу, даже не дойдя до кровати. — Ты больше не будешь сопротивляться, — то ли приказывает, то ли утверждает он. Его слова бьют набатом в голове. Словно приговор, который я сама должна себе добровольно подписать. Делаю глубокий вдох, пытаясь понять и принять весь объем того, что он от меня требует. А смогу ли я?.. Шум воды в ванной отвлекает от размышлений и представлений того, что мне нужно будет делать с этим мужчиной. — Согласна, — шепчу одними губами. Но Снейп все слышит. Он впитывает все мои эмоции, всю мою внутреннюю борьбу, и мое согласие распаляет его взор. Темные глаза наполняются страстью и похотью, но он делает глубокий вдох, успокаиваясь. — Следуй за мной, — шепчет Снейп, взмахивает волшебной палочкой и оборачивается к вышедшему Сивому. — О, ты здесь. Я бы дошел сам, — рот Фенрира расползается в мерзкой улыбочке. А я ошарашенно перестаю дышать и не могу понять, почему он не замечает меня. — Не стоит тебе теряться. В соседней гостевой у меня почивает боггарт, — Снейп указывает рукой в коридор, и Сивый идет первым. Так вот что это было! Вот кем было то многоликое чудовище, которое всю ночь питалось моими страхами. Всего лишь боггарт, которого мне нужно было распознать и рассмешить. — Завел домашнюю зверюшку, Снейп! Лучше бы бабу взял. Такой выбор большой был, — гоготнул оборотень, обернувшись через плечо поспевающему за ним Снейпу. Не волнуйся, тварь, завел. Ступаю тихо, вслед за ними, догадываюсь, что Снейп поставил на меня невидимые чары, чары тишины и, вероятно, убрал и мой аромат, иначе оборотень давно бы учуял. В гостиную я захожу несмело. Оказавшись в комнате с почти десятком мужчин, почему-то подумала, что Снейп меня сейчас вот им и отдаст, посмеявшись моей наивности. Мужчины в черных мантиях, кто-то болтает, кто-то хохочет над чем-то. Снейп усаживается в кресло, берет стакан с огневиски в руку. А Сивый сесть не успевает. Железные прутья из камина нанизывают его запястья и щиколотки и приподнимают его над полом. Сивый издает истошный крик, в комнате моментально образуется тишина. — Что ты творишь, Снейп?! — рычит оборотень. — А что творишь ты, разнюхивая в моем доме? — спокойно интересуется Снейп, и взгляды всех присутствующих мечутся с одного на второго. — Ты пьян? — выкрикивает оборотень, дергает рукой и снова орет, когда кончик прута пронизывает его ладонь. — Сволочь! Отпусти! А вы чего расселись? — обращается он к остальным пожирателям. Смотрю на них и я, а они все испуганно прижались к спинке дивана и кресел и с опаской смотрят на Снейпа. — Я тебе сотню раз говорил, Фенрир, не стоит пытаться подорвать мою репутацию. Тебе не стоит действовать за моей спиной, — пугающе тихо произносит Снейп. — Я не потерплю предателей в своем окружении. Ты и вы все, — Снейп обводит присутствующих мужчин долгим взглядом, и, как мне кажется, все они затаили дыхание, боясь дальнейшей расправы и над ними, — должны были смириться с решением Темного Лорда. Кто-то кивнул, кто-то тихо и несмело шепнул: «Конечно!» — А ты все никак не смиришься, — недовольно произнес и, проследив за падающей на пол каплей крови с руки оборотня, сморщил нос. — Ни за что! — рычит оборотень, начиная свое обращение и извиваясь. — Авада Кедавра! — ленивый взмах палочки, и пронзенное зеленым лучом тело падает вниз. Пожиратели хором издают тихий вздох, прутья прячутся в камине. — Кто-то еще желает пройтись по моему дому и поискать какой-нибудь компромат на меня? — Снейп обвел рукой комнату, и мне представилось, как пожиратели подскакивают и принимаются все разнюхивать. — Хотите быть активными за моей спиной, все еще желаете пойти против меня? — Северус, мы... — пожиратель в кресле прочищает горло. — Да чего ты! Мы бы не... Мы никогда. Это Сивый, он сам, мы не были в курсе. Мы ведь за тебя. И мы просто пришли выпить, — выдохнул он и с опаской замер, ожидая реакции самого Снейпа. — Прием окончен. И передайте остальным, что каждого будет ждать такая участь, — Снейп кивнул в сторону Сивого, откинулся на спинку кресла и отпил огневиски, наблюдая за тем, как народ в комнате начал исчезать в камине по очереди, отвешивая поклон и бросая слова прощания. Мужской гул исчез с последним гостем. Снейп взмахивает палочкой и снимает с меня чары невидимости. Чувствую его взгляд на себе, но сама я не могу оторвать своих глаз от мертвого тела своего злейшего врага. Мертв. Фенрир Сивый мертв! Пара шагов к телу, и колени сами подгибаются, с глухим стуком падаю на них и с размаху заряжаю острым краем разломанного графина в грудь оборотню. Раз, второй, третий, четвертый. Рубашка распахнута, поэтому я отлично вижу, как вонзается стекло в кожу и мясо, как бьется оно и осколки, ломаясь, остаются в теле. Взмах, второй, третий, брызги крови, рука дергается, и розочка вонзается в шею. Кровь хлещет, а я не могу насытиться этой бойней. Продолжаю колотить грудную клетку, желаю причинить как можно больше боли мертвому оборотню. Желаю всласть насладиться местью. Это за тебя, мой милый Рон. За тебя, мой хороший. Удар, еще и еще. Это за всех тех, кого эти когтистые лапы зверя коснулись. Удар за ударом, сама режу руку осколками, но продолжаю всаживать стекло в грудную клетку Сивого. Выбиваюсь из сил лишь тогда, когда горлышко раздробилось на куски и я вонзила последний кусок в грудь Сивому. А останавливаюсь лишь, когда руки устали настолько, что не могу даже поднять. Дыхание сбившееся, дышу через рот, жадно хватаю воздух и не смею закрывать глаза, все еще не веря в происходящее и боясь, что все сейчас исчезнет. Восстанавливаю дыхание чередой глубоких вдохов, и лишь проморгавшись и убедившись, что теперь уже мертвый оборотень на месте и мне он не снится, я замечаю сидящего в кресле напротив Снейпа. С бокалом огневиски в руке он не сводил с меня внимательного взгляда. Не могу сдержать облегченного и восхищенного вдоха от содеянного, когда встречаюсь с прищуренными омутами Снейпа. — Полегчало? — с усмешкой спрашивает он. — Еще как, — с воодушевлением отвечаю, смотрю на распотрошенного оборотня. Вот так вот. Он заслужил этого. Он получил по заслугам за все свои злодеяния. Я отомстила за Рона. За такую ужасную смерть моего лучшего друга и многих других жертв, которым не посчастливилось встретиться с этим чудовищем. Пара глубоких вдохов, смотрю на изуродованное тело оборотня, на свои окровавленные руки, платье и колени и чувствую, как меня воротит. Как сжимает желудок и спазмами начинает его выкручивать наизнанку. — Ну, все, хватит. Снейп сжимает мои плечи, поднимает на ноги и так легко, словно я пушинка, тянет к диванчику. Здесь я могу вздохнуть немного, могу усмирить рвотные позывы. Снейп стоит рядом, осматривает весь этот бардак и зовет Диамаса. — Дай ей успокоительное и искупай, — раздает указания Снейп, а я лишь сейчас понимаю, что реву взахлеб, что размазываю по лицу слезы и кровь злейшего врага. Омыла руки и умылась. Все, как я хотела, все, о чем я мечтала! Но почему?.. Почему я теперь чувствую себя чудовищно, ужасно и просто отвратительно? — Диамас, дашь и снотворное после душа. А я пока отчитаюсь перед Темным Лордом, — чуть тише себе под нос произносит Снейп. Достав волшебную палочку, он левитирует мертвого оборотня в камин. — И не забудь убрать здесь, — Снейп морщится, осматривая огромную лужу крови на ковре изумрудной расцветки и на брызги крови вокруг. — Чико, — выдыхает Диамас, притронувшись к моей руке своими тонкими пальчиками, после того как исчез Снейп с мертвым оборотнем. — Хозяин позволил своим друзьям развлечься с Чико? — совсем тихо спрашивает эльф с широко распахнутыми от ужаса и без того огромными глазами. — Нет, — усмехаюсь горько и вздрагиваю мимо воли, представив эти развлечения. — Хозяин позволил Чико развлечься. Смотрю на свои испачканные руки и не могу сдержать истерического смешка. Вот так вот хищники становятся жертвами. Вот так вот становятся сумасшедшими. — Хватит рыдать, — с тихим облегчением произносит эльф, — пойдем, отмоешься. Он прав. Нужно смыть с себя следы этого моего ужасного поступка. Делаю глубокие вдохи, успокаиваясь, и сама ступаю в душ, уверив Диамаса в том, что сама справлюсь, а ему лучше бы убраться, пока хозяин не вернулся. Напор воды смывает мутную воду к ногам. Облегчение накатывает на все тело. Все хорошо, я сделала все правильно. Это была лучшая месть, которую я только могла бы себе вообразить. Сама бы я просто физически не справилась бы с Сивым, а еще я могла бы просто испугаться, встретившись с ним лицом к лицу. А так, с подачи Снейпа... оборотень получил по заслугам! Надеваю ночнушку и ныряю в кровать, кутаюсь в одеяло и без снотворного засыпаю очень быстро, зная, что Снейп меня сегодня не побеспокоит.