Он - Принц. А кто она?

      Дни до назначенного Владыкой праздника пролетели, как один, и в памяти Тауриэль, давным давно закончившей запланированную на сегодня работу, всплыли слова Иримэ. Да, она оказалась права, рыжеволосая эллет и в самом деле была бы не против явиться на праздник, однако подходящего наряда, кроме, как назло, ее старого и облезлого платья, не оказалось. Наблюдая за тем, как за окном накрывают праздничный стол и расставляют напитки с угощениями, девушка невольно представила, как прекрасен будет Леголас сегодня вечером. Вдруг рядом с нарядным принцем в ее воображении всплыл образ черноглазой Иримэ, одетой в роскошное парадно-выходное платье и беседующей с неугомонными подругами. Вот, кто будет блистать рядом с прекрасным наследником. Разумеется, иначе и быть не может. Ведь он - Принц. А огненно-рыжая эльфийка - ничто, по сравнению с ним и тремя высокомерными подругами, имена которых откуда-то ему известны.       Тауриэль закрыла глаза. Здесь, в душной маленькой комнатке, в голову лезли странные и совершенно непонятные, запутанные мысли, открывая самые сокровенные тайны эллет ей самой. Она поспешила покинуть помещение, борясь с головокружением и нехваткой свежего воздуха, а оказавшись во дворе и простояв несколько минут на одном месте, отправилась в лес в надежде, что на природе найти выход из сложившейся ситуации будет гораздо легче, чем под землей.       По бокам узенькой тропинки росли невысокие кустарники и цветы, чуть дальше начинались сосны. Воздух здесь был пропитан запахом близ растущих трав, и потому всякому живому существу, проходившему или пробегавшему здесь, дышалось удивительно легко. Срывая распустившиеся цветы, Тауриэль вплетала их в свои длинные огненно-рыжие, словно осенняя листва Мирквуда, косы, с которыми играл веселый теплый ветер. Внезапно откуда-то донесся топот лошадиных копыт, и, едва эллет успела отскочить с дороги, из-за поворота на прекрасных грациозных скакунах выехал отряд во главе с Леголасом, оседлавшем белоснежного, быстрого и пылкого молодого жеребца. Заметив девушку, Принц встретился с ней взглядом, кивнул и едва заметно улыбнулся, после чего всадники пролетели мимо, словно птицы. Эльфийка проводила юного наследника взглядом, а затем, развернувшись, отправилась домой с улыбкой на лице, поняв, что внезапно возникшую проблему с нарядом не так-то просто решить.       Войдя во двор, девушка сразу увидела Иримэ, окруженную на этот раз группой хорошеньких эллет, в руках она держала прелестное белое платье. Тауриэль удалось разглядеть на подоле несколько крупных пятен, существованию которых возмущалась высокая блондинка. Посмотрев немного на кучку эльфиек, рыжеволосая дева побрела в сторону двери с мыслями о том, что сегодня встречу с назойливыми собеседницами, к счастью, удалось избежать. Однако не тут-то было. Лишь только девушка приоткрыла дверь, в ее спину мгновенно впились холодные черные глаза. Повернувшись к Иримэ, эльфийка окинула ее удивленным взглядом.       - Можешь взять его, если тебе нужно, - сказала она, протягивая наряд, - Тебе не в чем идти, а мои служанки как раз не сумели его отстирать, и поэтому мне не жалко отдать его кому-то вроде тебя, - выделив последнее слово сильнее остальных, она отдала зеленоглазой эллет платье и, ехидно улыбнувшись ей, направилась в обратную сторону.       - Не будь этой улыбки, я бы подумала, все это делается искренне, - крикнула ей вслед рыжеволосая девушка.

***

      - Знаю я ее служанок, - говорила сама с собой Тауриэль, входя в комнату с огромным тазом. - Палец о палец не ударяют, как и она сама, лень-матушка, понимаете ли, а потом начинается - не смогли, не сделали, не сумели...       Лишь только получив измазанный в чем-то наряд от черноглазой блондинки, она сразу поняла - пятна вывести вполне возможно. С таким ей приходилось справляться и не раз, и не два, и даже не три. Однако чтобы добиться к вечеру безупречной чистоты, придется работать сейчас и дальше на протяжении нескольких часов, вплоть до самого праздника. Ну и ладно. Ей все равно, сколько, лишь бы не слышать за спиной глуповатого смешка Туилиндэ и Куэ в ответ на насмешки Иримэ. Вдохнув поглубже и откинув назад прядь выбившихся волос, юная дева окунула платье в воду и принялась за въевшиеся в ткань пятна. Через полчаса наряд сушился на солнце и ослеплял своей белизной всякого, проходившего мимо, а Тауриэль, вдоволь насмотревшись на собственные чуть покрасневшие руки, с удовольствием приняла ванну, обдумывая все произошедшее. Вот уж интересный поворот событий, ничего не скажешь. Сама она только успела понять, что платья ей не видать, как кончиков собственных довольно длинных ушей, и вуаля - оно само прилетает к ней. Да еще и в подарок от его бывшей обладательницы. Обернувшись полотенцем, эльфийка перебралась обратно в комнату, и, задумавшись, присела на краешек собственной кровати. Что ж, вне всяких сомнений, платье у нее теперь есть. Осталась изюминка образа - простая, но в то же время великолепная прическа. Девушка ненадолго задумалась, и, когда идея наконец-то пришла, принялась вычесывать непослушные спутавшиеся локоны и заплетать отдельные пряди в косички, попутно вплетая туда белые цветки вереска, собранного накануне. Закрепив прическу как можно надежнее, эльфийка поднялась с места, после чего, рассмотрев результат своих стараний как можно более придирчивей и не найдя изъянов в работе, осторожно взяла в руки платье, будто это был и не наряд вовсе, а что-то бьющееся и очень-очень хрупкое. Примерив белоснежное одеяние на себя, Тауриэль осталась довольна. Теперь она, как и остальные девы Мирквуда, готова отправится на вечер и покорять сердца юных кавалеров, если таковые, конечно же, отыщутся среди шелеста длинных роскошных платьев, наигранных на арфе мотивов и песен менестрелей, исполненных под круглой полной луной.