Поменявшись местами

Три года назад — Грустно должно быть, Куроко-кун? — почему-то лучезарно улыбаясь спросил рядом идущий Теппей. — Это я у вас должен спросить, — ответил голубоглазый, не поднимая взгляда на собеседника и упорно рассматривая асфальт. Раз за разом парень невольно смотрел на вроде как здоровое колено семпая. Кажется, Куроко переживал за Киёши даже больше, чем сам Киёши: центровой как будто и не волновался по поводу своей травмы. Бывший центровой. Травма больше не играла для него роли. Железное Сердце выбыл из игры. Неким чудесным образом два совершенно разных человека неожиданно быстро спелись. Покинув команду в одно и то же время, они оба теперь скитались по городу в поисках достойного занятия. Куроко иногда надолго останавливался у витрин музыкальных магазинов, припоминая своё старое желание променять мяч на гитару. А в моменты острого стремления попросту бросить всё, то есть баскетбол, к чертям собачьим, парень примерно так и поступал: по ночам убегал куда-то на чердак дабы не испугать соседей и... пел. Музыка стала для него тем канатом, который позволил выбраться из пучины отчаяния, куда его толкнули свои же друзья. Сейчас всё снова повторилось. Он им поверил. В последний раз. Подсознательно он может и ожидал от ребят из Чудес чего-то подобного, но от Кагами... Впро­чем, нет. Да­же для быв­шей Тей­ко это как-то слиш­ком — не ска­зав ни сло­ва, смо­таться в Аме­рику. Собственно, Те­цуя уз­нал всё от Мо­мои, ко­торая, единс­твен­ная из всей ком­пашки, «вспом­ни­ла» о его су­щес­тво­вании. Объ­яс­ни­ла, что да как. Но мне­ния Фан­то­ма или ещё ко­го-ли­бо из сво­его ок­ру­жения ник­то из Чу­дес так и не удо­сужил­ся спро­сить. Да и те­перь Ку­роко бы­ло це­ликом и пол­ностью пле­вать: он и сам сде­лал со­от­ветс­тву­ющие вы­воды. Сла­бак. Мо­жет, бес­по­лезен. Лиш­ний груз. Обу­за, так ска­зать. Но не это бы­ло при­чиной ухо­да Фан­то­ма из команды. Как ему сей­час ста­ло по­нят­но, его схожесть с Аомине была куда более глубокой: как и бывший Свет, юноша был жаден к игре с сильными соперниками, но в Японии больше таковых не осталось. Кроме того, лю­бой по­тен­ци­аль­ный кан­ди­дат в его Свет был слаб. Ос­та­вали­сь ещё Некоронованные Генералы и Хай­за­ки, однако па­рень не хо­тел пре­давать Сей­рин, по­тому поп­росту ушёл, ос­та­вив за со­бой раз­гром­ные трёх­знач­ные циф­ры в сред­ней шко­ле и по­беду на Зим­нем Куб­ке в стар­шей. Вот так и из­ме­нилась рас­ста­нов­ка в школь­ном бас­кетбо­ле. Силь­ней­шие ко­ман­ды ста­ли на нес­коль­ко сту­пенек сла­бее. Сей­рин жда­ла но­вых пер­во­годок и но­вых по­бед, в ду­ше уже ни во что не ве­ря. Прав­да им при­дава­ла сил всё та же зна­комая улыб­ка быв­ше­го цен­тро­вого... — Эй, не спи. Куроко-кун! — Простите. Задумался. — Любишь музыку? — Немного. — Почему бы тогда всерьёз не заняться ею? Фантом посмотрел на Киёши как баран на новые ворота. Это было довольно тяжело, учитывая факт, что тот гораздо выше. Но Куроко не мог не думать о его словах, особенно теперь. Чтоб его, потрясающая идея. — Ну а что? Не на диване же валяться круглосуточно, уроки тоже не бесконечные. А я за компанию буду. Так сказать... у меня та же самая проблема что и у тебя. Кроме баскетбола я ни чем не занимался. — А как же карты? — Какие ещё карты? — Вас в больнице, кажется, научили играть. — Я и забыл. Голубоглазый улыбнулся. Впервые за столь долгое время. Едва заметно. Но от этого не менее искренне.