Не боишься входить?

*** Тао не спал. Еле дыша, он поднялся с кровати, приближаясь к столу и найдя там упаковку таблеток, достал парочку. Воды в комнате не было, и он неуверенными шагами пошел в кухню. По пути, его смутил включенный свет в ванной комнате, и он настороженно приоткрыл дверь. - Сэхун! - крикнул парень, опускаясь на пол и зажимая кровоточащую руку блондина. Тао быстро схватил полотенце, перевязывая им запястье, и, взяв парня на руки, отнес его в комнату. - Что ж ты сделал, дурачок? - шепнул Тао, проверяя едва слышный пульс парня. Китаец быстро сориентировался и, достав коробку с медикаментами, стал искать домашнюю капельницу. Конечно, он знал, что делал, ведь его мать была отменным врачом, которая учила парня всему, что знала, мечтая, что он станет таким же профессионалом. Наконец, Тао удалось остановить кровь, и он глубоко вздохнул, снова проверяя пульс. Внезапно его спокойное выражение лица сменила паника. Сердце Сэхуна. Остановилось! - Что? Почему? - он снова и снова касался его шеи, пытаясь услышать стук сердца, но его не было. Парень слегка приоткрыл веки парня и, поняв, что времени на скорую просто нет, стал делать массаж сердца самостоятельно. - Айщ, раз, два, три, - Тао надавливал на грудную клетку парня, а после вдыхал воздух ему в рот. - Ну, дыши же!!! Он сильнее запрокинул голову парня, подложив скомканное одеяло под шею. - Раз, два, три! Сэхун, не смей умирать!! - приказным тоном кричал Тао и делал массаж сердца снова и снова. И когда силы просто иссякли, а надежды были потеряны, сердце парня снова ожило, отбивая глухой ритм. - Слава богу! - выдохнул Тао, подсоединяя парня к капельнице. - Вот же, чертов придурок. Сначала убил морально, а потом и сам умирать собрался! Сэхун был без сознания около трех часов. Проснувшись, он почувствовал головокружение, но смог рассмотреть стоявший недалеко силуэт. Он распахнул глаза шире. - Тао? - Очнулся? - Сэхун увидел у него в руках таблетки. - Что это? - Это не тебе! - ответил Тао и, слегка пошатываясь и держась за голову, заглотнул две таблетки разом. - Что ты пьешь? - Сэхун привстал. - Это транквилизаторы? - Откуда ты знаешь? - удивился парень. - Я следил за тобой. Но почему ты их пьешь? - А ты думаешь, после того, что ты со мной сделал, мне следует сок яблочный пить от удовольствия? - Тао стиснул зубы. Прошлое снова ударило в голову. - Я знаю, ты никогда не сможешь забыть то, что произошло сегодня. И я никогда не смогу искупить свою вину. Но, ты сам начал это! - Начал что? - сжал парень кулаки. - Почему он? Почему ты влюбился именно в него? - на Тао смотрела пара красных глаз, говорящих намного яснее любых слов. - Зачем ты ставил эти условия Каю? Если так любишь его, как ты мог избить его? Да, не мне говорить тебе о любви. Я сделал с любимым человек нечто намного ужаснее избиения. Я сломал тебя! Но, прости меня, - Сэхун вырвал иглу из руки и, вскочив с кровати, упал перед Тао на колени, касаясь его ног. - Прости, Тао! Ты всегда обращал внимание только на Кая. И я молчал! Не смел и подходить к тебе! Ждал, когда же твоя симпатия к нему пройдет. Но ты зашел слишком далеко. Ты измучил тело и душу того, кто был со мной с самого детства. Я не мог простить тебе этот поступок. Меня бы не поняли. Да я сам себя бы не понял! Зачем ты только спас меня? - Тао молча слушал и ждал, пока младший закончит, чтобы первый раз в жизни, рассказать кому-то правду. - Ты меня не сломал! - начал китаец. - Чт-то? - заикаясь, спросил блондин, подняв голову и заглянув в полные слез глаза. - Меня сломали гораздо раньше. - Я не понимаю, - Сэхун никак не мог понять, что парень пытается ему сказать. - Ты спрашивал, почему я пью эти таблетки? Я пью их, потому что мне прописал их мой психиатр. - Что ты такое говоришь? - Сэхун поднялся с колен. - У меня сильное психическое расстройство на фоне насилия, длившегося на протяжении пяти лет, - Тао отвернулся, вытирая слезы. - Нет, - опешил блондин, - ты лжешь! Это неправда! - он силой развернул парня к себе, хватая за плечи. - Скажи мне, что это неправда? Потому, что, если это правда, то я... Я тот, кто вернул тебе тот ужас сегодня ночью! Тао, пожалуйста, скажи, что это ложь. Пожалуйста! - ему казалось, будто слез больше нет в его глазах, душа высохла, а сердце окаменело. - Но... это правда, Сэхунни! - Ааа, Тао, да почемуу? Зачем это "Сэхунни"? Ударь меня! Убей! Да как я смогу жить после этого? Я ничтожество! - боль Сэхуна рвалась наружу, но коварное тело не выпускало, заставляя парня страдать в одиночку. - Но, только такое ничтожество, впервые в жизни сказало мне "Люблю"..., - Тао вытер слезы с глаз Сэхуна и крепко прижался к обессиленному телу. - Ты спрашивал, о чем я мечтал, помнишь? - нарушил тишину Сэхун. - Мм, - промычал Тао, не найдя сил на нормальный ответ. - Вот об этом я мечтал! Обнять тебя! Чтобы искренне и до дрожи! - блондин еще крепче обнял парня. - Думаю, сейчас я счастлив! Счастлив от того, что меня греют руки любящего человека. Но при этом, мне больно, от того, что мы прошли такой сложный путь, сделали так много глупостей и получили так много ран. - Прости меня, - шепнул Сэхун, целуя веки китайца. - Я.. - Простил! - перебил его Тао и взял его лицо в руки. - Только, пожалуйста, с этого момента оставайся со мной. - Обещаю! - И еще одно, - Тао замер. - Что угодно, - Сэхун смотрел в глаза парня. - Люби меня так же сильно! Потому, что, когда ты рядом, мое сердце тоже ведет себя очень странно... - Клянусь! Буду любить! - ответил Сэхун, и ноги перестали его слушаться. Тао вовремя подхватил парня и бережно уложил его на кровать, накрывая одеялом и храня сон теперь уже самого близкого для него человека.