Москва, 17 этаж.

Я слышу резкий звон в ушах, Лечу. Нет, падаю скорей. Мутнеет у меня в глазах, Становится вдруг холодней... Очнулся я - вокруг бело, Глаза болят, везде светло. Кровать, одежда, солнца луч... Сияет все, слилось в одно. Насколько все же я везуч, Что оказался так живуч! На стуле рядом задремал Тот мелкий, что на пляж бежал. Я тронул чуть его плечо, Он тихо начал бормотать: "Ну, пять минуточек еще". Решил ему я не мешать. Но тут вошел в палату врач, Такой высокий и усач. Он мигом мелкого поднял. Спросонья тот еще зевал. - Себя вы чувствуете как? - Спросил он, подавая знак Не двигаться и не вставать, А просто лежа отвечать. - Ну, в голове еще бардак И бодрости запас иссяк, Но в целом вроде хорошо. - Конечно, это ничего, Нет переломов, явных травм, Но все же нужно подождать, Еще немного полежать, И кровушки анализ сдать, И много прочего узнать. Важней всего здесь отдыхать, Не буду больше вам мешать. В такой глубокой тишине Остались мы наедине, И первым он заговорил, Со всей душой похоронил. Представился: "Я Ли Тэмин, А ты же будешь сонбэним". По гордости нанес удар, Сказал мне, что я слишком стар. Он парнем оказался неплохим И даже стал мне дорогим. За эти три-четыре дня Нашлась мне в городе родня. Но вновь случилася беда, Погасла новая звезда. Услышал я диагноз свой, Что дурно стало с головой, И ожидает мир теней, Ведь жить осталось десять дней...