Единство

Мадара посмотрел на то, как трясутся коленки Сайрен и понял, что спокойствием тут ещё долго не будет пахнуть. Говорить за камнем вплотную к лагерю становилось опасно: их могли засечь, а значит лучше всего снова скрыться в пещере. Им и так повезло, что сенсоры до сих пор не засекли чакру Сайрен. Видно, появление странного существа без чакры, но с сверхспособностями переполошило весь лагерь, и они не отслеживают окружение. — Внутрь, — скомандовал Мадара и было дёрнулся для прыжка, но сообразил, что в таком состоянии Сайрен до пещеры будет ковылять долго. А значит, её обнаружат. Учиха вздохнул, одной рукой закинул созидательницу себе на плечо, и, совершив пару прыжков, усадил это чудо в пещере спиной к стене. Сам он встал напротив, выжидая, когда ключевая фигура его плана придёт в себя и будет в состоянии слушать. Фигура приходить в себя не хотела: Сайрен настолько испугалась, что даже не осознала, что её притащили в пещеру. Созидательница с трудом заставила себя открыть рот и попытаться опротестовать тот факт, что армию придется нейтрализовать ей: — Я не умею драться. — Знаю, — к ужасу Сайрен, голос Мадары звучал спокойно и равнодушно. — Я СОВСЕМ не умею драться. — По тебе видно. — Ну, так как я их нейтрализую?! — Сказал же — план есть. Говорила отражению, что я тебе не доверяю? Вот тебе первый тест на доверие. — Первый?! — Думала, одним отделаешься? Сайрен запаниковала ещё сильней. — Но ведь... Если придётся драться... Я же умру. — Не хочешь драться — не дерись. Ноги есть? — Есть. — Побегаешь немного — и всё! — Но они бегают быстрее меня! — А это уже не мои проблемы. Сайрен ощутила новый приступ паники, сдержать который было затруднительно. Мадара тяжело вздохнул: вот что с ней делать? В идеале было бы окатить водой, но поскольку чакру ему использовать нельзя, придётся исправить ситуацию словами. Учиха уселся напротив Сайрен и сказал: — Ты материализовала браслеты для прохода сквозь землю. Неужели так сложно материализовать что-нибудь ещё стоящее? Оружие какое-нибудь. Сайрен обняла свои ноги руками и уткнулась носом в колени. Её по-прежнему трясло, а сейчас ещё придется открыть, как она «хорошо» разбирается в технике. — Я только их материализовывать и умею. Не сильна я в технологиях! Ну, ещё, правда, умею делать навигаторы — это как бы карта, на которой показано где ты находишься, и которая генерирует маршрут в любую указанную тобой точку планеты. И то и другое я научилась делать случайно… Вернее навигатор не случайно — во многих мирах без него не обойтись — заплутаешь… А вот браслеты случайно. — А фонари, что ты сделала, это не технология? — Нет. Это химический препарат. Безвредный. Из химии я ещё могу сделать универсальное противоядие… Мадара пожал плечами. — Значит, будешь бегать, как умеешь — больше ничего не остается. Хотя странно, что за такой немалый срок жизни ты почти ничего создавать не научилась. Сайрен опустила глаза. Нет. Ей не было стыдно, но было неловко. Ведь и действительно: если бы она научилась создавать побольше высокотехнологичных штучек, которых просто бесконечное множество, от неё было бы куда больше толку. Да и ей самой было бы проще приспособиться к жизни в качестве человека. Сайрен тяжело вздохнула и попыталась успокоиться. Чтобы как-то снять напряжение, она начала говорить: — Я изучала другие вещи. Культуры миров. Как кто развлекается. Какие танцы где танцуют… Разумеется, я имею в виду обычные танцы, не твои… Какая где музыка, что едят, какие обычаи. Это куда интересней, чем всякое оружие и прочие технологии. К тому же в миры, где идёт война, я предпочитаю не соваться. Внешне, конечно, не определишь, идёт война в мире или нет. В результате я перемещаюсь и сбегаю, если вижу сражение. Так было до того, как… — тут Сайрен прикусила язык, поскольку далее следовала фраза «как я встретила тебя». Поняв, что пауза, возможно, затянется, она поспешно стала соображать, что сказать и в результате закончила в своём стиле. — Короче это первый мир, где были войны, и где я нахожусь по своему желанию! Вот! Мадара слушал явно без интереса. Хотя один момент, его, пожалуй, заинтересовал: — И как же ты научилась делать эти браслеты? Сайрен удивлённо подняла глаза на Учиху: она догадывалась, что ему не интересно слушать, что она говорит. Созидательница уже была спокойна. Точнее, она уже не думала о том, что ей предстоит нейтрализовать целую армию — она стала вспоминать своё прошлое. — Это не две минуты рассказывать. Неужели интересно? — Конечно, интересно: каким образом девчонку, не знающую жизни, можно заставить изучить хоть что-нибудь полезное. Сайрен почувствовала, что заводится. Это она-то не знает жизни?! Да это он перестал видеть и верить в хорошее! Решил погрузить мир в иллюзию, чтобы все были счастливы? Чтобы каждый видел то, что желает? Смешно! Дать человеку всё автоматически означает сделать его несчастным! Человеку нужна цель! Стремление чего-то достичь! Человек, у которого нет дома, мечтает хотя бы о палатке. Человек, у которого есть палатка, мечтает укрепить её, чтобы не поправлять после каждого урагана. Человек, у которого есть крепко стоящая палатка, мечтает о деревянном доме! Человек, у которого есть деревянный дом, мечтает о более надежных стенах — о кирпичном доме! В конце концов дело доходит до желания иметь роскошный дворец. Ну а дальше что? Есть дворец. Пусть даже человек достигнет всесилия и все будут ему поклоняться. Что потом? Всё получаешь едва подумав об этом и мгновенно. Становится скучно. Одно и то же каждый день. Всё легко и просто. Рутина. Да, первое время любой будет счастлив. Но со временем всё надоест. Захочется сюрпризов. А какие могут быть сюрпризы в мире, который полностью подчиняется тебе? Какие там могут быть испытания, проходя через которые ты будешь расти в собственных глазах? В этом и есть главный парадокс: идеальный мир возможен лишь в иллюзии, но иллюзия не может быть идеальным миром. В то же время, даже если предположить, что где-то существует идеальный мир… Свет и добро в нём становятся бесполезными: они не направлены против тьмы и зла. И люди, имеющие всё. Люди, которым не к чему стремиться, становятся несчастными. Даже высшие стремятся к развитию. Они все постоянно учатся чему-то новому, причем зачастую у обычных смертных. Именно поэтому Сайрен изучала различные культуры и даже училась по-разному танцевать. К тому же, если бы она не развивала свой танцевальный навык и не изучала бы разные стили танца, она бы и после адаптации не забралась бы ни на какое дерево. Любой изученный навык принесет тебе только пользу, если его правильно используешь! К тому же она видела практически всё, что видел Мадара, наблюдая за ним! Она повидала не меньше, чем он! — Не говори так о том, о ком не всё знаешь! Ты сам всю жизнь мечтал прекратить войну. Ты хотя бы мог сделать какой-то вклад в это! А я когда прихожу в воюющие миры, я ничем не могу помочь жителям! Ты предлагаешь стоять и смотреть на всё это? Смотреть, как другие умирают?! Сайрен сжала кулаки. Её голос уже срывался на крик. — Смотреть, как умирают невинные люди, начавшие войну из-за какой-то глупости! Возможно не из-за глупости, но, по моему мнению, ничто не стоит того, чтобы начиналась война! Мадара спокойно взглянул на созидательницу. — Я не об этом спрашивал. Его спокойствие и равнодушие завело Сайрен ещё сильней, но она сдержалась, закрыла глаза, глубоко вдохнула и попыталась успокоиться. Успокаиваться получалось вяло. Однако когда она снова пролистала у себя в голове прошлое Мадары, дело пошло куда бодрее. Всё же она понимала каждый его поступок. Более того: она осознавала, что если бы на месте Мадары была она, она бы вела себя куда более жестоко. — Прости… — еле слышно сказала Сайрен. Мадара взглянул на неё с удивлением: — За что это? — Я действительно не была тобой. У меня никогда не было близких — я ни к кому не привязывалась до встречи с т… Не важно. Я не знаю, как это — терять близких. Лишь примерно представляю себе, какого это. Я никогда не чувствовала дыхание смерти за своей спиной и не убивала. Я смотрела на войны со стороны, но никогда в них не участвовала. Ни в каких. Для войны с демонами созданы ангелы, а моя роль совсем иная. — И какая же? — Равновесие не обязательно нарушается демоном. Бывают пришельцы из других миров… И, если миры не равны, пришелец может стать серьёзной угрозой. Если шансы мира «отбиться» равны нулю, я обязана вмешаться. К примеру, браслеты создал один гениальный ученый, проникший в мир обычных неразвитых людей. Он хотел уничтожить население планеты и построить свой мир с нуля. Генетически смодифицировать новое население… Я не вдавалась в подробности. Чтобы избавиться от старого населения, он распылил в атмосфере особое вещество, которое начало формировать из воздуха почву. У планеты появлялся новый слой почвы. Воздуха становилось меньше, но все равно оставалось достаточно для жизни, однако у людей под землей не было ни солнечного света, ни воздуха: он заканчивался, а сам виновник без проблем выбрался на поверхность на своём корабле, способном моментально менять свои координаты в пространстве. Я пообщалась с ним. Узнала его историю. Поняла, почему он так поступает. Почему готов уничтожить население целой планеты вместо того чтобы помочь им развиться… В общем, на моих глазах его роботы собирали миллионы таких браслетов и я невольно запомнила, как они устроены. Но так как модель была создана впопыхах, они немного глючили. Тем не менее, с помощью световой волны я смогла убедить людей активировать их… До этого случая им не приходилось никогда жать на кнопки. А ещё объяснила как действовать… Для каждого земля исчезла не полностью: получилось что-то наподобие лестниц из грунта, по которым они и выбрались на поверхность. Сейчас, кстати, та планета двухэтажная. Под первым слоем земли есть целые поселения и фабрики кислорода. В общем, моя задача обратить душу пришельца из другого мира к свету. Жалко только, что бывают случаи, когда кто-то уничтожает собственный мир… В этом случае мне вмешиваться никак нельзя… — Сайрен вздохнула и прикрыла глаза, явно что-то вспоминая. — Жутко смотреть, когда чья-то душа темнеет, и он уничтожает собственный мир… Мадара слегка наклонил голову на бок, продумывая и переваривая информацию, а затем с лёгкой насмешкой спросил: — И насколько же тёмная моя душа? Едва Мадара задал этот вопрос, он встретился с уже таким знакомым ему тёплым восхищенным взглядом: — Вокруг твоей души чёрная непроходимая стена боли и ненависти. Но сама твоя душа светлая. Взгляд Мадары стал немного удивлённым. Сайрен всё так же продолжала на него смотреть, в очередной раз вертя у себя в голове пластинку под названием «Какой же Мадара красивый и замечательный». Пару минут оба не двигались, а затем Учиха неожиданно вынул из-под доспеха странное растение с зелёно-красными листьями и фиолетовым бутоном: — А теперь к плану. Вот, как видишь, цветок. Сайрен с трудом отвлеклась от любования Мадарой и перевела взгляд на цветочек. — Ну? — Я сорвал его возле камня. Сможешь материализовать такой же? — Поскольку есть образец, скопировать смогу. — Вот и отлично. План простой. Справишься даже ты. Внешность у тебя хрупкая, чакра не боевая. Единственное, что тебе нужно — поменять ткани, поскольку такие ткани у нас не носят. А лучше вообще сделай какое-нибудь платье. Сайрен послушно материализовала на себе чёрное обтягивающее кожаное платье. Мадара без восторга оглядел сие творение: — А обычную льняную ткань сделать никак? Сайрен опустила глаза: — Хорошо… — теперь на ней было льняное красное платье до колен и туфли на небольшом каблуке. — Сойдёт, — одобрил Учиха, — хотя на повседневный наряд не очень похоже, но, во всяком случае, ткань из нашего мира. Уже вечереет. Да и тучи эти сыграли в нашу пользу. Придёшь в лагерь. Скажешь что до дома далеко, надо где-то переночевать. Одна боишься. Присоединишься к ним. Потом каким-либо образом доберёшься до места, где на всех готовят еду, и подбросишь несколько таких цветочков либо в компот, либо в готовящуюся лапшу… Во что угодно, что будут нагревать! — И что будет? — Несварение всем гарантировано. Колечко они явно будут охранять: как-никак за ним друзья этого синего могут прийти… Но пока все будут бегать в туалет и охрана в том числе, его стащить будет раз плюнуть. Цветок этот входит в состав многих ядов. Учитывая химическую реакцию под воздействием температуры — сработает гарантированно. Летальный исход исключен: без других ингредиентов для ядов смертельной опасности нет. Только ещё одно: когда заполучишь кольцо, материализуй другое такое же по виду и подложи вместо настоящего. Сайрен в шоке подняла глаза на Мадару. Вот она, настоящая гениальность: без чакры, без применения силы добиться того, что ты хочешь! — А если меня заподозрят? — Лучше пусть не заподозрят, — Мадара поднялся, снял закрепленный за спиной гунбай и бросил на землю. Затем снял все свои доспехи и остался в одном кимоно. — Убери все это. А мне материализуй накидку с капюшоном, который надёжно закроет лицо. И материализуй кунаев штук десять. Сайрен встала и подняла с пола ключевое растение, которое лежало рядом со всем арсеналом. Затем созидательница послушно выполнила все пожелания Мадары, материализовав кунаи и чёрный плащ, под которым она предусмотрела удобные маленькие карманы для кунаев. Учиха надел плащ, накинул капюшон, закрепил под плащом кунаи и сказал: — В таком виде меня вряд ли узнают, хотя выходить на сцену мне не желательно. Но если что-то пойдет не так, я сам заберу кольцо. Давай-ка ещё и маску... Сайрен молча материализовала пластмассовую чёрную маску и протянула её Мадаре. Тот тут же надел её и бросил недовольный взгляд, который, правда, из-за полумрака в пещере и новой маскировки Сайрен не увидела. Зато вот тон Учихи она расслышала прекрасно: — Что стоишь? Иди за кольцом! — Я не подведу тебя, — с этими словами созидательница вышла из пещеры, а Мадара хмыкнул и снова сел на землю в раздумьях: недавний разговор дал ему много почвы для размышлений, а так же несколько мыслей об истинной причине его спасения.