Анархия I

Игра света и тени. Сражение. Исход битвы предрешён. Сегодня нет шанса у тьмы. И сегодня родилась она. Выдался на редкость спокойный жаркий день. 4 августа. День уходит, окрашивая всё вокруг в предвечерний жёлтый цвет, последние лучи солнца делают небо нежно-карамельным. Птицы поют свои невообразимо-прекрасные песни, и это не может не заметить чуткий слух девушки, которая предпочла природу в этот день. Она сидела на лавочке в лесу и ела мороженое. Лес не защищал от жары, но фисташковое мороженое, приятно освежающее в такую погоду, сохраняло свой вкус и форму, несмотря на летний зной. Только под вечер, когда жара спала, в нелюдном кафе девушка смогла купить недорогое вкусное мороженое зелёного цвета. Она отключила телефон с самого утра и ушла в лес, чтобы отдохнуть. Здесь все насыщено красками, в особенности, какой-то слепящей желтизной. Милое рыжеволосое создание сидит в совершенно лёгком белом платье, дабы оно не вызывало дискомфорта. Величественная природа не отвергла своё творение, поэтому девушка смогла спокойно уничтожить лакомство, не нарушая гармонии, царившей вокруг неё. Ей не было дела до того, сколько людей побывало здесь. Она всегда считала это местечко своей собственностью. Девушка давным-давно начала приходить сюда и наслаждаться тишиной. Это было своего рода отдушиной для неё. Воскресенье... Вокруг лес, и лишь маленькая тропинка с лавочками напоминает о цивилизации. Зелёные деревья будто покрыты теплым солнечным блеском. Лёгкий ветерок нарушает безжизненность этого места. Величественная девушка удаляется отсюда, шагая босиком по холодной траве, улыбаясь невпопад своим мыслям. Ей тяжело говорить о чём-либо сейчас, даже с деревьями. Когда она вернётся домой, всё закончится. Начнётся снова та игра, в которой она теперь является главной героиней. Каждая ошибка стоит очень многого. Девушка поправила волосы, которые вдруг распустились из-за порвавшейся резинки, державшей пышный хвост. Завтра начнётся новая жизнь, а пока нужно просто забыть о том, что сегодня она стала на год старше. В комнате темно, отключили свет. Старый диван и небольшой письменный стол стали венцом однокомнатной квартиры, в которой обитала Мария. Она прошлась босиком по холодному, чистому полу и, достав из потёртого ящика стола свечи, зажгла их. Потом Маша направилась в маленькую, неуютную кухню, которую девушка навещала очень редко, и взяла со стола телефон. Включив его, она обнаружила множество сообщений и звонков от друзей, хотя, правильнее будет сказать, просто знакомых. "С днём рождения!" Вдруг в её руках завибрировал телефон. - Да? - она ответила тихо, даже вздрогнув от звука собственного голоса. Он был подобен журчанию ручейка, не грубый, не низкий, но и не высокий, не ласковый. Вся она была тихая, приятная в этой невероятно страшной обстановке, где всё вокруг было чистое, тёмное, а при горящих свечах - ненастоящее. Пустая однокомнатная квартира такая холодная, чужая. Как будто здесь никто не жил уже около четырёх лет. - Машка! Что с телефоном было? Я звонил-звонил! - яркий, звонкий, полный энергии мальчишеский тембр разрезал гробовую тишину. - С днём рождения! Я обязательно хочу приехать. Можно? - полный надежд и радости венец творения Господа. Искренний, живой. - Миш, завтра увидимся. Спасибо, - ответила девушка и прервала разговор. Она зашла в душевую кабину, взъерошив рыжие волосы, и открыла кран с водой. Она смывала с себя всё то, чем наполнилась за день, руки она тёрла мочалкой жёстче, как обычно, изучая свои татуировки. На левой руке у неё во весь рукав была выбита лента с числами, огромные часы с искажёнными цифрами, пару слов, которые могли разобрать только те, кто знал латынь. На правой руке, на предплечье, была сделана маска, подобно быку, с двумя рогами по бокам, ярко выраженным от уха до уха ртом, и большими, смотрящими искоса глазами. Японская маска Ханья. Мария вышла из душа и сразу же легла спать, не заводя будильник – для уверенного в себе человека это было ни к чему.       Небольшой гараж, нет следов машины. Белые стены, множество полок, наполненных книгами, по большей части, классическими произведениями Серебряного века. Посередине стоит большой диванчик тёмно-зелёного цвета. И множество стульев. Помимо полок с книгами стены украшены разными плакатами, графиками, целями и заданиями. В белом кожаном кресле в черных узких джинсах, белой рубашке и галстуке сидит рыжая девушка и смотрит своими зелёными жёсткими глазами на настенные часы, не отрываясь. Стрелка уже приблизилась к двенадцати, как вдруг постучали в дверь. Будто в пустоту, девушка негромко сообщила: - Войдите, - дверь незамедлительно распахнулась, и на пороге появился невысокий улыбающийся юноша с большим пакетом в руках. - Привет, Маш! С прошедшим тебя! - он сказал это отчётливо и громко, стремительно походя к подруге и протягивая ей увесистый пакет. Девушка слегка растерялась от внезапности. - Открой, ну! - светясь от счастья, предложил он. Тогда девушка поддалась искушению и вытащила из пакета большую коробку. Это был восхитительный набор красок, на который она часто смотрела. Её любимым делом всегда было рисование, она отдавала себя каждый раз, когда выполняла рисунки на полотнах. Разные образы, в основном, женские... Вот только в последнее время денег не хватало даже на еду, поэтому, как она не стремилась, рисовать было не на что и негде. - Здесь ровно 22 оттенка. Немного аналогий, - сообщил парень и стиснул в объятиях подругу. Мария улыбнулась, светясь от счастья, благодаря Мишу за подарок. - Я думаю, теперь осталось только подождать, - наконец сказала она, когда её друг, игривый и шустрый, уселся около неё на стул. - Это так здорово, если честно, что ты занялась своим любимым делом, - сказал он, но не получил ответа от задумчивой девушки. Она уже слышала приближающиеся шаги. Как ураган, как гром среди ясного неба, в гараж ворвался молодой человек с бутылкой вина в руке. Он был одет в белую толстовку и белые шорты. На ногах у него красовались белоснежные, тщательно отчищенные кроссовки. Темные волосы были взъерошены, серые глаза ничего не выражали. Парень был обладателем довольно приятной внешности. Единственное, что выбивалось из всей гаммы цветов - яркий жёлто-рыжий вытатуированный перстень на среднем пальце левой руки. - Машка! С днём рождения! - грубый прокуренный голос взорвал умиротворение, поселившееся в четырёх стенах. Девушка встала и, улыбаясь, обняла вошедшего. Он отдал ей бутылку с алкоголем и пожал руку сидевшему приятелю. - Вы теперь с ним одногодки? - спросил он у Маши, когда она поставила бутылку с вином на одну из полок, уже не обращая внимания на сидящего в гараже парня. - Сэм, ты же знаешь, что да, - ответила девушка, улыбаясь. Она была холодна до этого, но сейчас будто расцвела, стала более живой. - Когда придут людишки, будь более сдержанным, - попросила она и получила в ответ утвердительный кивок. Этот парень мог вести себя культурно, если его попросить. - У тебя замечательная программа, - сказал Миша, подмигнув девушке, но она пропустила это мимо ушей, сосредоточившись только на своих мыслях и идеях. Сейчас, скоро всё случится. - Машка, не бойся, ты же столько к этому шла, а я помогу, - громко выдал Сэм и остался доволен собой - девушка тут же устремила взгляд в его сторону и дала понять, что она в порядке. Миша лишь отвёл глаза. - Мне кажется, идут, - сказал он, прислушиваясь к звукам снаружи. Гул разных голосов нарастал с каждой секундой. - Я не слышу, - признался Сэм, а Маша замотала головой, соглашаясь с Мишей. Идут.       - Привет, ребята, - сказала Мария, впуская в гараж около десятка молодых людей. Они зашли внутрь, разместившись по всему помещению, а девушка проследовала на своё место в центре, усевшись в кресло - единственную вещь, которую она любила в этом месте. Сэм стоял позади Маши, выглядывая из-за её левого плеча, облокотившись о спинку кресла. Михаил сидел справа на деревянной табуретке, сделанной лично им, он даже вырезал свои инициалы на ножке. Когда Маша кашлянула, все притихли. Совершенно незнакомые ей люди замолкли перед хрупкой девушкой. - Вы все, конечно же, знаете, зачем мы здесь, верно? - она осмотрела молодых людей. В этой кучке промелькнули согласные кивки, и только тогда она продолжила. - Несмотря на то, что мы все ранее встречались, пусть в социальных сетях, этого достаточно. Всё же, я вновь хочу познакомиться с вами, - она подмигнула брюнетке, которая выделялась среди всех своей красотой. Та улыбнулась ей в ответ и кивнула. - Может, Вы первая начнёте? – предложила брюнетка, излучая дерзость и неподдельную прелесть. Сэм хотел было возразить, но Маша встала с кресла. - Хорошо. Наша тройка представится первой, - отчетливо сказала она, глаза её заискрились, рот изогнулся в завораживающей ухмылке. - Мария. Прозвище: Магдалина. Я создала это сообщество, чтобы, наконец, восстановить справедливость. Моя цель в том, чтобы вернуть всё общество к начальной точке. Хочу перестроить всё это к чертям, - она так оскалилась, что Михаила передёрнуло, а брюнетка осталась довольна своим вызовом и ответом главной. - Кто захочет обратиться ко мне, будет гореть в седьмом кругу ада. Парень, сидящий возле брюнетки, поднял руку, Маша кивнула ему, тогда он, поправив очки, нашёл в себе силы, чтобы задать вопрос, который порадовал его соседку. - Почему именно в седьмом? - все рассмеялись. Маша тихо, с напугавшей парня серьёзностью ответила: - Потому что самоубийцы горят в седьмом кругу. Сэм положил руку на плечо девушки, заканчивая её речь. Она улыбнулась ему и села. - Ладно, теперь я, ребятишки, - парень оглядел разношёрстную аудиторию. - Раз мы все собрались под крыло "Анархии", значит, мы все любим одно и то же, когда не любим ничего и не имеем общих интересов, - его серые глаза обесцветились. - Ad notam, я люблю девушек, и терпеть не могу парней. Здесь я занимаю должность по типу advocatus diaboli. Alea jacta est, друзья. Я Сэм. И это всё что стоит обо мне знать, - заключил он и занял начальную позицию за спиной девушки. Парень, рискнувший задать вопрос, наконец различил то, что было написано на плакате. На чёрном фоне с какой-то полупрозрачной золотистой маской ярко-красным кровавыми буквами было выведено: "Анархия. Omne ignotum pro magnifico est" - Я Михаил, - представился парень, кивнув всем "немым зрителям". - Persona grata. Наша добродетель, - добавила Маша. - Я здесь в качестве поддержки. Я соблюдаю законы. На этом всё, - сказал Миша и присел. - Теперь ты, - кивнула Мария, оглядывая брюнетку. Та сидела, улыбаясь тому, что оказалась в этом обществе. - Елизавета, верно? - спросила девушка, брюнетка кивнула. - Прозвище: Лилит? Все твоё досье висит там, - указательным пальцем Мария указала вправо от себя и ухмыльнулась. Вся стена была обклеена разными рисунками и фотографиями, а также файлами с рукописными текстами. - Там каждый из вас найдёт себя. - Оперативно. Но я всё равно скажу пару слов. Я со второго круга. Вступила, и Вам не скажу, зачем. Intelligenti pauca, - сказала она и села, довольная собой. Её голубые глаза скрывала чёлка черных волос, чёрная майка и чёрные шорты сливались, будто были единым целым. Цепкие пальцы были соединены в замок. Она была спокойна и довольна. Ей удалось блеснуть знаниями перед девчонкой и окружающими. - Меня зовут Артур, - парень в очках, сидящий рядом с Елизаветой, встал со своего места. Он поправил волосы, которые были собраны в хвост. В его правом ухе блестели две золотые серьги. Под белой майкой виднелся прекрасный рельефный торс. - Моё прозвище: Асмодей. Если у нас возникнут проблемы, то... - У нас не возникнет проблем, Арти, - Маша перебила его, сказав это так приятно, что он расслабился и сел, окружённый какой-то странной заботой и спокойствием. - Я Ната. Моё прозвище: Нашмирон. Я слишком эмоциональна, поэтому прошу прощения, - перед сидящими предстала маленькая девчонка, её каштановые волосы доставали до копчика, карие глаза блестели коварством. На предплечье красовался кельтский узор. - Могу побить, коли что. Кстати, латынью не владею, то есть, говорить не могу, но всё понимаю, - она закончила своё повествование, получив одобрение Марии. Ей приглянулась эта девочка. - Дмитрий. Люблю работать, копаться с разными задачами, - серебристые волосы, длиной до плеч, сочетались с его жёстким, но в то же время детским выражением лица. - Дагдагирон, в общем, - он сел на стул. Огромная энергия вперемешку с любовью к кулинарии делала его внешность очень запоминающейся. Кое-где виднелась серьёзная работа после спорта, а где-то уже проступали следы от симпатии ко вкусной еде. Маша кивнула ему.       - Минутка отступления, - Сэм привлек внимание присутствующих. Маша обратилась к окружающим, не вставая с кресла: - Сейчас мы расскажем о нашей деятельности, - Маша выдержала паузу, дав возможность представить Мише первый пункт. - Для начала мы несём свои идеи в массы, - сообщил он, достав из-под стула большой пакет с листовками. - Мы честны с окружающими. Мы коварны настолько, что, когда от нас ожидают услышать ложь, мы извергаем правду, - сказал парень. - В этом заключается его функция, - пояснил Сэм. – Я не работаю с людьми. Но все мы возвышаем народ. Когда к нам применяют все виды насилия, мы уклоняемся. За достойную жизнь, - сказал спокойно, без единой эмоции мужчина и посмотрел с обожанием на свою подругу, рядом с которой обретал контроль и которую безбожно любил. - Несмотря на всю серьёзность, мы авантюристы и достигаем духовного богатства, - сообщила Мария, осмотрев кучку соратников. Они улыбались, в их глазах горел огонь. Это были, по сути своей, одержимые люди. Их объединяла общая идея: изменить общество, но, как сказал Сэм, у них не было общих точек соприкосновения. - Мы возвысим идеалы, которые утратили свои силу. Мы накажем зависимых, - на этих словах Мария остановилась. - Наверное, я кого-то разочарую, но я химик по своей специальности, я синтезирую наркотические вещества. Елизавета, наблюдающая за всей речью "босса", недовольно поморщилась, но затем вновь улыбнулась. - Nitimur in vetitum semper, cupimusque negata, - она сверкнула глазами, поставив в тупик окружающих. Наталия, тихо сидевшая на стуле, полностью отключившись от настоящего времени, вдруг вернулась в реальность и натянуто поинтересовалась: - А это тут при чём? - фраза оживила её. - При том, что химики - самые интересные люди, если смотреть на них под верным углом. Из лекарства они могут сотворить яд, и наоборот. Они могут получить желаемое быстрее, чем обычные люди. Для них нет ни запретного, ни дозволенного, - пояснил короткостриженый парень заурядной внешности, сидящий в фиолетовой футболке и зелёных джинсах. Он нагло хмыкнул в конце своего повествования. Сэм покосился на него и отвёл глаза. "Отвратительный тип". Но Маша смотрела на него с неподдельной радостью, ища в нем что-то своё и, кажется, находя. - В чём же суть тогда? - спросила Наталия. - Что насчёт физиков? - её задели за живое. Она насупилась. Эта вечная борьба между химиками и физиками, они не признают друг друга. Если кто-то и впрямь считает, что эти науки связаны, он ошибается. Из общего у них только то, что они входят в ряд естественных областей познания природы. Наташа была физиком в своей бескрайней душе. - Физики просто изучают мир. Они не несут никакой пользы, - ответил всё тот же парень, а Мария засмеялась. Ей понравился его ход мыслей. Когда было ясно, что эмоциональная девочка раздражена, Маша сказала: - Cogitations poenam nemo patitur, - это означало, что схватка окончена. - А теперь, Виктор, представься сторонникам. Парень кивнул: - Ну здрасьте всем. Я Витяка. Прозвище моё: Везельвул. Не путайте с Вельзевулом, меня это бесит. Я, как вы поняли из моей речи про химию и физику, филолог, - среди собравшихся прокатился смешок, подкреплённый лучезарной улыбкой Виктора, Наталия тоже улыбнулась, а он бросил на неё полный обожания взгляд. - Про моё тайное прошлое вы можете прочитать, посмотрев в моё личное дело, которое красуется на той стене, - он подмигнул Маше, которая действительно была очарована им, пока тот продолжал говорить. - Я много болтаю и ничего не делаю, как наше правительство. По сути, здесь я для того, чтобы вселить в них страх с помощью своих познаний, - парень присел, почесав шею. Его американская бородка заблестела под тусклым светом ламп в гараже. Два брата-близнеца сидели на большом диване по правую сторону от Елизаветы. В белых поло и пепельных брюках. Узкие лица были как две капли воды похожи друг на друга. Чёрные волосы косой чёлкой закрывали правый глаз каждого из близнецов. Все же один из них был более накачен, и от него веяло большей злостью, перемешанной с аккуратностью. - Представитесь? – спросил Михаил, когда в помещении воцарилось молчание. Более властный из них встал и обвёл взглядом тройку лидеров: - Я Андрей. Моё прозвище: Африрон. Я боксёр. Я решаю вопросы силой. Склоняюсь к уничтожению преград, - он сел на своё место, не выражая ни единой эмоции. Его брату были присущи более женские черты. Он располагал к себе и будто бы предлагал довериться и открыться ему. Он приподнялся, тоже решив представиться. - Меня зовут Аристарх. Прозвище: Арирон. Я не решаю ничего, потому что частенько полагаюсь на брата. Я стратег. По специальности - финансовый аналитик. В основном, я знаю очень много о махинациях с деньгами, которые совершают вышестоящие чины, - это всё, что услышали от молодого человека находящиеся в гараже люди. Мария чуть дольше смотрела на него и, в итоге, отвела глаза. Стало ясно, что она знает гораздо больше. Её взгляд упал на парнишку, уроженца Кавказа, о котором она многое уже знала. - Муха, представься друзьям, - тихо сказала она, чтобы только он уловил эти слова. Приятной внешности молодой человек, блеснув красивыми зубами, поднялся со стула и сказал: - Мухаммед. По-другому: Маммон. У меня богатые родители, но я ушёл из-под их опеки около десяти лет назад, - он сел, а Лилит закусила губу, он, кажется, тронул её ледяное сердце. У него в движениях было что-то аристократическое, прекрасное, грациозное. Казалось, Мария была увлечена им точно так же, как и Лиза. С места поднялся новый молодой человек, больше милый, чем красивый, неяркий, немного полный, смугловатый, лучистый. - Вова, очень приятно. Прозвище, только, пожалуйста, без шуток: Бегемот, - он закатал рукав своей серой рубашки, довольно лёгкой, потому что на улице была невыносимая жара, и показал на левой руке до локтя большую татуировку совершенно отвратительного чёрного кота, держащего в руках сигару. – Я больше по творчеству реализуюсь. Я рекламщик, - он сел на место. Миша, с интересом наблюдавший за лицами присутствующих, наконец, сказал: - Мы должны быть уверены друг в друге. Мы должны знать, что никто из нас не состоит в том или ином грехе. К тому же, не будем врать друг другу. Хоть мы и знакомы уже около года, мы видимся впервые... - Как вы поняли, глаза выдают вас всех, поэтому сейчас я могу дать точную характеристику каждого, - Маша прервала речь Миши, поняв, к чему клонит ее друг, с вызовом, что заставило всех задуматься. – Вы недостаточно доверяете мне, чтобы в дальнейшем переписать на меня свою квартиру, - сообщила Мария, ребята заулыбались. Сэм был вне себя от счастья, что его драгоценная наконец начала говорить так, как она умеет - проникновенно и хорошо до мозга костей. - В таком случае, я пришёл по адресу. Мне нравится то, что сейчас перед нами открывается дверь в неизвестность. Мы никто, когда мы всё. Как мне думается, Вас, Мария, ещё узнают, заговорят о Вас. Я Никита, - парень тряхнул пышными волосами. Сам он был похож на приятного дурачка, его карие глаза чем-то напоминали полнейшую бездну, но в его словах был смысл и неподдельный интерес к происходящему. Мария поджала губы и взглянула на него исподлобья. – Моё прозвище: Нехаштирон. Я одиночка, живу в своей реальности. Сейчас я здесь лишь потому, что последнее время моей реальностью стала «Анархия», - его джинсы медного цвета отвлекали от него самого. Они были настолько притягательны, что отчего-то завлекали окружающих. – Я работаю врачом на скорой. Сэм кашлянул, чтобы оправиться от гипнотического влияния только что говорившего, и спросил, оживляя окружающих: - Вообще кто здесь просто так? – он задал этот вопрос в неизвестность, просто затем, чтобы у людей, собранных здесь, появилась возможность поразмыслить. Артур поднялся с места и с жаром выпалил: - Мы отбирались в социальной сетке, совершенно не знакомые друг другу люди. Нас здесь 12 и вас трое. Здесь не может быть кого-то просто так, - он сообщил это с лёгкостью и внутренней горячностью, выдававшей скрытый смысл его прозвища, с ним согласились. - Зачем нам всё это? – спросил Михаил, жадно изучая всё ещё стоящего Артура. - Раз поднялся, отвечай, - Елизавета, сидящая позади паренька, слегка усмехнулась, в её голосе прозвучали нотки сарказма, Артур поправил очки. - Смелее же, - одобрительно сказала Магдалина, сидящая в мягком кресле. - Мы просто хотим захватить власть и раздать её народу, верно? – спросил Артур, больше рассчитывая на утвердительные ответы. Сэм кивнул, разрешая парнишке сесть. Маша дождалась тишины и промолвила загробным голосом: - Арти, у меня плохие новости. Мы просто сейчас все в революционной организации. Считайте, что я Ленин, а вы буржуазия. Прибегу я на собрание госдумы и крикну в микрофон: «Есть такая партия». И вынесут меня под ручки. Запомните, что мы слуги дьявола, если учесть, что дьявол здесь – я, - она шумно вздохнула, расшевелив народ. Они сидели в оцепенении, запечатлев у себя в памяти этот величественный момент. Мария расстегнула манжеты рубашки и закатала рукава, не справляясь с жарой на улице и с горячностью у себя внутри. Все её татуировки обнажились, вызвав бурную реакцию и обсуждения среди новых знакомых. - Японская маска Ханья? – спросил Виктор, блеснув глазами. Мария улыбнулась ему, кивнув. - Может, дознакомимся? – кашлянула необычной внешности девушка. Про таких обычно говорят «неформалка». Тёмно-красные волосы чуть ниже плеч, приятное лицо, голубые глаза, совершенно невинная, худенькая, невысокая. – Я Даша. Безработная, а по образованию - физик-ядерщик. Ушла из лаборатории, надоело мне. Прозвище: Демирон, потому что я высокомерная эгоистка, - сказала она. Ребята смотрели на неё с интересом и ухмылками, Маша приняла вызов, когда Дарья стрельнула глазами в её сторону. Магдалина набирала команду строго, чтобы задействовать все сферы жизни, окружить себя со всех сторон. Оставался последний немолодой человек, который сидел, внимательно изучая всех. Он был наблюдателем в группе, когда начинались переписки. Этот парень был одним из козырей Марии, её хорошим другом, который много раз был нужен ей, который вытаскивал её из неприятных ситуаций множество раз. - Нестор, расскажи о себе, - Маша предоставила место тишине. Тихий парень, на вид около 30 лет, обросший щетиной, встал со своего места в углу гаража и осмотрел толпу юных ребят: - Итак, я Нестор. Моё имя расскажет обо мне больше, чем я сам. Я, как выражаются многие из вас, «мусор», выходец из академии МВД с десятилетней практикой. Прозвище моё, как вы все тут говорите: Нахаширон, - он поправил бурую футболку, стянув её чуть вниз, надвигая на чёрные брюки. Маша закусила губу, Сэм отвёл глаза от мужчины. Когда-то Нестор выручил и его. Наталия, больше всех интересующаяся профессией окружающих, вспыхнула во время упоминания «мусоров», но пришла в нормальное состояние, уловив взгляд Марии. Если Магдалина среди всех была наделена лучшим слухом, улавливая совершенно любое колебание в воздухе, то Натали обладала чрезмерной внимательностью и острым зрением. - Varietas delectat, - изрекла маленькая девочка, сделав над собой усилие. – Кажется, так? - Да, верно. Всё именно так, - ответила с одобрением Маша. Она с минуту молчала, потом Нестор прервал тишину: - Кстати, что вы можете сказать в своё оправдание? – он говорил это легко и весело, а ребята уставились на него испуганно. – Шучу, конечно, - он на секунд восемь замолчал, и вдруг закончил фразу, - Вас расстреляют без суда и следствия, - в гараже раздался приглушённый смех. Магдалина переманила всеобщее внимание на себя и вернулась к важным вопросам: - Так как теперь мы все знакомы вживую, нужно нести нашу идеологию в общество, - она сказала это серьёзно, ожидая вопросов, которые тут же последовали. - Какова наша идеология? – поинтересовалась Даша. Брюнетка сдержала порыв отчаянного смеха, который был также подавлен Сэмом. Собрание ради ничего. - Всё для народа. Мы - неизвестные, новые люди! Мы - новый этап в жизни этого города, этой страны! – сказал Михаил. Он отвечал на вопрос Дарьи, но несколько отошёл от самой сути, больше раскрыв дело этой организации. - Если кто-то скажет, что мы похожи на коммунистов, я лично разорву его на части, - добавила Мария. Эдакая неприязнь к Красной Армии забавляла и заставляла задуматься. Полная аналогия событий, мыслей, даже фраз, которыми орудовали люди того времени. - Как будем нести «Анархию» в общество? – спросила Елизавета скучающим тоном, хотя всю её выдавало заинтересованное выражение лица. Она была в предвкушении ответов, хотя прекрасно знала, каковы они будут. Ничего заоблачного и высокодуховного. - Листовки, плакаты! – выкрикнула Наташа, сверкнув глазами. Дарья согласно закивала и оживилась – её идея более чем привлекала. Некогда она мечтала работать с людьми, нести свои идеи в массы, сейчас же «Анархия» дарила ей исполнение её идеальных планов. Единственный минус заключался в том, что эта организация являлась подпольной. Хотя, тем же лучше? - Наши активисты, - возглавил список Михаил, держа в руках маркер и листок бумаги. Маша оглядела оживившихся знакомых. - Ладно, нам нужны четыре человека, - сказала она. Вперёд подались Дарья с Наташей, встав со своих мест так быстро, что Мария еле успела закончить фразу. Виктор также поднялся, но с небольшой охотой, хотя был заинтересован происходящим. – Нет, Витяка, нам ты понадобишься для другого, - прищурилась Маша, обольстительно улыбаясь. Везельвул сел на своё место, скрестив руки на груди. - Я могу подойти на эту работу, - Артур поднял указательный и средний палец, тоже поднимаясь, и подошел ближе к двум девушкам. Все трое были полны энергии и азарта, желая тотчас удалиться в массы. Маша согласно закивала порыву троицы. - Ну, отлично. Кто ещё? Неужели у нас все такие пассивные? – она состроила грустную мину на лице, обращаясь к парням, а Лиза тихо усмехнулась, наблюдая за рыжеволосой бестией. Маша явно приглянулась Лилит. - Я согласен, тем более, будет круто побегать, - сказал Владимир и подошёл к добровольцам. Магдалина хлопнула ладонями по коленкам и издала радостный возглас. Наташа неопределённо фыркнула. - Теперь вы переходите в мой отдел, - сообщил Михаил, осмотрев четвёрку. Он отвёл их к небольшому дубовому столу, позади дивана, на который положил пакет с листовками. - Выглядит интересно, - сказала Наташа, оглядев небольшие чёрные бумажки с пропечатанным текстом.

Анархия. Если ты силён, умён, жаждешь перемен, почему бы тебе не прийти к нам? Мы – всё и ничего. Omne ignotum pro magnifico est. Новая партия. Новая жизнь

Далее следовал какой-то адрес и мобильный телефон. В искажённом виде на листовке прослеживалась маска. - Это что? – спросил Вова, указывая на непонятный рисунок - ту самую маску, которая являлась фоном данной листовки. - А ты не заметил? – поинтересовалась в свою очередь Наташа, указывая на рыжую девушку в прекрасном деловом костюме с закатанными рукавами рубашки. - Будет вам, трепаться об этом, - улыбнулся Миша, изучая свою команду добровольцев. - Я у мамы молодец, - сказала Даша и взяла в руки пачку листовок, положив их в свою большую сумку. Наташа сняла с плеч серый рюкзак и свою пачку сунула в него. Артур, поправив очки, открыл дипломат и убрал бумажки туда. - Классно, всегда думал заняться агитацией, - усмехнулся Володя и уложил оставшиеся листовки в сумку, повесив её через плечо, хотя держал до этого в руке, смотав ремешок. - Нам нужно при этом что-то говорить, верно? - спросил Артур, впившись взглядом в синие глаза Михаила. - Да, ты прав. У кого есть какие предложения? У меня имеется речь, но мне интересно, что у вас за мысли, ребят, - Миша расплылся в улыбке и оглядел вначале парней, а потом девушек. Дарья стукнула кулаком по столу, заставив дёрнуться от внезапности Наташу. - Да! Мы - сила! - воскликнула она, а окружающие рассмеялись. - Потише там! - раздалось у них за спинами. Маша прервалась из-за возгласа Даши. В то время как Миша и его подопечные обсуждали листовки и агитации, Мария выбрала команду для своего второго подопечного. - Кто будет работать для продвижения нашего сообщества в высшие органы власти, тот будет большую часть времени проводить с Сэмом, - сказала Мария. Здесь всё произошло более активно. Два брата немедленно согласились, как, собственно, и Никита, а вслед за ними и Дмитрий. - Завтра у нас насыщенный день, - сказал Сэм, бросив взгляд на часы. - Сейчас уже около десяти вечера, - парень присвистнул. - Вы можете быть свободны. Всё равно оставшиеся люди переходят в сектор нашей главы, - улыбнулся Самаэль и кивнул всем. – Глазеть тут не на что, - четвёрка поднялась и, договорившись встретиться завтра у гаража около девяти утра, удалилась. Сэм, конечно, остался. - Тогда, ребят, вы тоже можете идти. Завтра нам нужно будет хорошенько встряхнуть организм, - сказал Миша, обращаясь к своей команде. Даша уставилась на него, дерзко хмыкнув. - У меня огромный опыт работы промоутером, Михаил, - сказала она, пихнув его локтём в бок, что вызвало всеобщую улыбку. Мария была довольна тем, что все смогли найти общий язык между собой, по крайней мере, в его секторе. - Ладно, всем добра! – воскликнула Наташа и махнула рукой, направляясь к выходу. - Завтра в 8:30 чтобы были здесь, - сказал Миша, кивнув удаляющимся ребятам. Они оживлённо беседовали о сегодняшнем дне, об «Анархии», о будущем. Это позабавило спокойно сидящую в кресле Марию. Перед ней остались лишь четверо избранных с самого начала ребят. Сзади стоял Сэм. Миша попрощался со всеми и ушёл домой. - Вот чёрт, у меня одни парни, какое гадство! – промолвил печально Сэм, не видя никаких преград, чтобы излить свои чувства, эмоции и переживания. Маша усмехнулась. - Здесь я оставила тех, кто умеет думать головой больше, чем делать руками, - это прозвучало немного жестоко, но справедливо. Лилит улыбнулась, закусив губу, подавляя в себе вопрос, который за неё задал Муха. - В каком плане? - Мы будем писать статьи, - пояснила Мария, а Виктор кивнул, ощутив себя вполне нужным, ведь он почти посвятил этой деятельности свою жизнь. - Как я могу в этом помочь? – спросил вновь Мамон. - Ну, дорогой! Ты начинающий бизнесмен, верно? Ты подписал множество контрактов, договоров! Ты много читал и изучал! Лизок, - брюнетка покраснела, когда Маша назвала её так, усмехнувшись, - очень рассудительная девушка. На её месте могла бы оказаться Ната, будучи журналистом, но в ней больше энергии для массы. А Лилит – лингвист, она подходит для такой торжественной работы. Покопаемся в архивах. Виктор знает, что нам нужно, - улыбнулась Мария, разъяснив всем, что творилось в её горячей голове. – Сейчас, пожалуйста, запишите мой номер телефона, а далее разрешаю покинуть это место, - весело сообщила рыжеволосая бестия и расплылась в лучезарной улыбке, став мягкой и лёгкой в понимании. Первыми вышли Муха и Нестор, потом удалился Виктор, немного полюбезничав с оставшимися в помещении ребятами. - Мы завтра самые последние придём, - сказала Маша, когда Виктор задал ей какой-то вопрос. Сэм дошёл до одной из полок с книгами и вытащил наугад одну. - Не бродить, не мять в кустах багряных лебеды и не искать следа, - проговорил юноша вполголоса, после чего Маша издала нервный смешок, провожая Виктора: - Стоит выкинуть все томики Есенина. Он не доведёт нас до добра, - она закрыла дверцу гаража, когда все вышли из помещения. - Тогда можем купить Некрасова, - предложил Виктор, получив в ответ настырное ругательство: - Тогда мы станем отъявленными коммунистами, и я расстреляю тебя лично, - Сэм закашлялся, слушая интеллигентный диалог Марии и её оппонента. Лиза хихикнула, разводя руками в полнейшем недоумении. - Тут не все такие умные, милая моя, - проговорил Сэм, подходя к Маше и целуя её в щёку. – До завтра, - он потянул за собой девушку, а Лиза поспешила за ними. Сэм уходил в другую сторону, а девушки шли прямо, никуда не сворачивая. Шёл одиннадцатый час ночи, но было довольно светло, небо казалось карамельным и живым. - Нам по пути, выходит? – спросила Маша, радостно подмигнув сверстнице. Лиза шла рядом, немного не успевая за быстрым шагом разгорячённой девушки. - Выходит, да, - сказала кокетливо брюнетка. Её голубые глаза сверкнули, а сердце Марии забилось чаще. - Могу предложить зайти ко мне, если хочешь, - сказала она, потеряв дыхание, поэтому сбавила темп ходьбы, чтобы восстановить силы. Теперь Елизавета могла идти с ней в ногу. - А я не могу отказать, - величественно сказала она, смотря на Машин профиль. - Ты догадалась? – спросила она, когда Лилит рассмеялась. Этот смех рассыпался каплями дождя по улице, по тротуарам и дорогам. - Могу уверить тебя, что это чертовски незаметно, я не знаю, просто почувствовала. Мне пришлось поломать голову, - наконец ответила Лиза, всё ещё улыбаясь и подавляя смех. Маше понравилась эта игра, особенно когда они дошли до её подъезда. - Четвёртый этаж, - сказала она, когда Лилит нажала на кнопку лифта. Пошли пешком, потому что двери отказались закрываться. Когда девушки заглянули в пустую квартиру, она тут же оживилась, начала цвести. - Ладно, с тебя чай, а с меня разговоры и десерт, - аккуратно сказала гостья, снимая чёрные сандалии и входя в неизвестность.