Стопроцентно идеальная девушка

      Я сидела на полу, прислонившись спиной к сонбеннимовскому дивану, смотрела на стену и шмыгала носом. Истерика кончилась буквально десять минут назад, до того же я лила такие водопады, что ни в сказке сказать. А все потому, что два с лишним литра пива для непьющего человека дело зверское, особенно когда смотришь аниме, а в нём происходит хрен пойми что.       Хен Джун, торчащий рядом в аналогичном состоянии, протянул мне рюмку, я, не отвлекаясь от стены, чокнулась с ним шестой по счёту банкой. Он пил текилу (появление Джи Ан разом заставило его переключиться на крепкий алкоголь), так что всё пиво досталось мне. А потом вдруг как-то у сонбе нашёлся проектор... мы его подключили... нашли в сети тот самый любимый Джессикой "Гуррен-Лаганн"... и на восьмой серии я разрыдалась в три ручья. Ну нельзя так издеваться над зрителями и убивать самого обалденного персонажа! Нельзя! Особенно если смотрящие такие же чувствительные и пьяненькие, как я...       Но вот уж чего не ожидала - так это то, что сонбе тоже проникнется сценой и тоже рассопливится. Нет, не до слез, конечно, но шмыгали носом мы сейчас на пару. Правда, в отличие от меня, Хен Джун был пьян почти в дрова. Похоже, явление бывшей девушки слишком сильно дало ему по мозгам.       Где-то на десятой серии сонбе вырубился окончательно, добитый тяжелым днём и большим количеством выпитого, а я, посмотрев ещё парочку, решила не падать в собственных глазах и пойти спать к себе, пока меня совсем не сморило. Накидалась я знатно: пока убирала склянки, банки и оставшиеся на подносе на ковре закуски (как я и ожидала, рулетики сонбе понравились больше всего), меня штормило и качало, как на палубе корабля. Поставив на ноги триста синяков обо все углы, я, наконец, смогла закончить с уборкой, и теперь встал вопрос о другом – что мне делать со здоровенным телом в неудобном официальном пиджаке, которое, закинув красную голову на диван, громко сопело и не собиралось просыпаться. Оставить жалко – на утро и он не разогнется, и пиджак придется выбросить, а он фирменный, скорее всего дорогой, как Роллс-ройс. А раздеть и уложить – при одном только представлении у меня начинало колотиться сердце и заливаться краской лицо. Да я же умру от волнения… Может, Джесс попросить?       Представив, как я бужу это чудовище, и она с сигаретой в зубах тащит своё теловычитание сюда, чтобы пинком закинуть У Бина на диван, а затем убить меня и похоронить под этим же диваном, я решила, что это будет слишком даже для очень пьяной Ён. Но идея-фикс снять с сонбе пиджак уже оформилась у меня в голове и не давала спокойно оставить его одного, так что, собрав последние силы (чему несказанно помогли все шесть выпитых банок), я стащила с кровати подушку с одеялом, подползла к Хен Джуну и начала потихонечку стягивать тот самый пресловутый пиджак. Руки дрожали, даже на лбу выступила испарина – наполовину от того, что боялась и стеснялась, как незнамо кто, наполовину от того, что я была абсолютно пьяна. На коленках мир стал почему-то вращаться ещё сильнее, так что мне приходилось прикладывать больше сил на то, чтобы не упасть на сонбе, чем на то, чтобы его не разбудить.       Не вышло. Как только я дошла до плеча, Хен Джун сквозь пьяный сон что-то пробасил, сграбастал меня в обнимку и рухнул прямиком на подложенную мной до этого подушку. Я успела только пикнуть, дальше кровь ударила в голову, я побагровела, сердце ёкнуло где-то в районе левой почки и остановилось. Потолок закружился, глаза закатились… и я вырубилась, как топор. Больше никогда не буду пить. ***        Проснулись мы с сонбе одновременно с жуткой головной болью, опухшими лицами и полными недоумения мозгами. И то только потому, что Джесс, не найдя меня дома, зашла через ванную к сонбе и, увидев нас, спящих на одной подушке на полу, в обнимочку, начала ржать как припадочная, на всю общагу. - Ты чего тут делаешь? Почему на полу спала? – хрипло осведомился сонбе, потирая макушку. Я в этот момент судорожно соображала, как объяснить эту ужасную постыдную ситуацию. – А, мы же смотрели анимеху…       Я зашикала на него, чтобы не спалиться перед Джесс, что опять лезу в её личное, но сонбе уже встал и пошёл в ванную, качаясь, как часовой маятник. Стилистка же, пользуясь тем, что Хен Джун всегда курил в комнате, сунула в зубы очередную сигарету и плюхнулась на диван позади меня. У меня же волосы стояли дыбом - и потому, что уснула, не причесавшись, и потому, что сегодняшнее пробуждение было абсурдным, как таракан в беретке. - Ну что, поздравляю, Ён, ты стала настоящей женщиной! – ехидно протянула Джесс, я повернулась на неё с безумным взглядом и попыталась встать, но спина подвела. – Да сиди пока. Твой крокодил явно будет мыться до морковкина заговенья. Ну, рассказывай давай. Как так получилось, что наш обожаемый аллигатор тебя трепетно обнимал всю ночь, пока я не пришла?       В эту секунду больше всего на свете я хотела найти ещё алкоголя, причём, желательно, градусов под 1000 и напиться вусмерть, чтобы не отвечать ни на чьи вопросы и не думать обо всей этой ужасной ситуации. Как я могла?! Боже, что происходит?! Ён, ты совсем рехнулась!!! Как ты посмела уснуть с мужчиной в одной комнате, да более того – в обнимку!? С СОНБЕННИМОМ?! Да тебя надо в ад запихнуть на самую большую сковородку, чтобы молиться и каяться до скончания веков о своей дерзости, пьяная дура!! «Не знаю… так получилось… всё очень странно, Джесс…» - я беспомощно уставилась на американку, - «как мне теперь быть?.. как вести себя с ним?.. это так неприлично…. Я позволила себе слишком много…»       Женщина снова расхохоталась. - Девочка моя, ну что может быть неприличного в том, что два человека, нравящихся друг другу, уснули вместе? Тогда я получаюсь самим Люцифером, потому что могу раздеться и кинуться на любого мужика голой в любую секунду! – я продолжала сидеть на полу, понимая, что сейчас заплачу.       Мне было недозволительно так себя вести… я все испортила… теперь сонбе будет думать обо мне, как о какой-то обнаглевшей, зарвавшейся девке, которая к нему лезет… Господи, ну зачем я вчера пила?!..       Видя, что я реально собираюсь зареветь, Джесс сердито цыкнула, затушила сигарету и пошла к ванной. Я не понимала, что она собирается сделать, ведь там как раз был сонбе, и слышался шум воды из душевой… не понимала ровно до того момента, пока она не стала стаскивать с себя вечные джинсовые шорты. «Джесс, ты что… что ты делаешь?!» - я хотела подбежать к ней, но слабость в теле не дала даже нормально встать. Повиснув на диване, я квадратными глазами наблюдала, как шорты летят в угол, туда же следом отправляется чёрная майка, а сама девушка остаётся в одном белье. «Дже-есс!!» - господи, ну почему я не могу говорить!! Мне сейчас это так нужно!!       Из горла доносился только какой-то невнятный хрип. Джесс, ну погоди же ты минуту, не надо врываться к сонбе в душ!!! Я же тогда совсем со стыда сгорю!!       Но рыжей стилистке было, как всегда, глубоко начхать на то, что я ощущаю. Она решительно демонстрировала то, о чем только что говорила, а мой шок от сегодняшнего утра был так велик, что я не могла даже нормально встать, а только тянулась к ней рукой.       Спортивный бюстгальтер, который Джесс всегда носила вместо классического лифчика, тоже отправился в кучу вещей, а когда настала очередь темных трусиков, у меня снова помутилось в глазах. - Ну всё, пока, Ён! Пойду отстаивать твоё честное имя! – Джесс, полностью обнаженная, полуобернулась ко мне и отсалютовала двумя пальцами, ехидно прикусив кончик языка.       Плакать мне уже не хотелось. Сейчас я больше всего на свете желала, чтобы она не заходила к сонбе. Потому что… Потому что. Я не смогу нормально отреагировать на то, что Джесс покажет ему себя голой. Я не хочу этого. Не хочу! Нет! - Ааааааааааа-ээээээээ! – закричала я, прежде чем дверь в ванную захлопнулась. Не получилось. Не успела…       …ну за что мне посланы эти два дня? Через секунду дверь открылась обратно и Джесс как ни в чём не бывало вышла из ванной с трофейным сонбеннимовским полотенцем вокруг шеи.       - Молодец. С согласными пока беда, но твое «андэ»* я услышала очень четко. – Она взъерошила мне волосы (словно там и без неё всё не стояло дыбом) и, собрав вещи, принялась одеваться. Я снова грохнулась на пол, но уже совсем без сил. Джесс долбанутая на все извилины. Она меня быстрее поседеть заставит, чем заговорить. Или того хуже, до инфаркта доведёт. Сегодня он был мне очень близок. - О, вы ещё тут… - Хен Джун вышел из душа в… моём халате. Слава богу, что он был белым, безразмерным и покроя унисекс. – Ён-а, извини, пришлось взять твой… Ах, вот оно где! – Джесс невинно отпорхнула от стула, на котором лежало свистнутое ей полотенце. – А я-то искал… - Слушай, герой-любовник, ты почто мне девчушку засмущал? – Джесс быстро выдернула меня на диван и принялась приглаживать мне тот взрыв на макаронной фабрике, который был у меня вместо прически, - она вон, бедная, ни жива ни мертва после сегодняшнего утра…       Я возмущённо развернулась к Джесс, намереваясь очень доступно объяснить, что именно её цирк меня добил больше всего, но она только шикнула и повернула мою голову обратно. - А чего такого-то? – изумился Хен Джун, наматывая полотенце на волосы, как тюрбан. – Мы вроде вчера очень хорошо посидели. Ну перебрали, бывает… и вообще, я что, со своей девушкой должен вести себя, как прихожанин в монастыре?       Я нервно икнула. В своих приколах сонбе куда-то не туда зашёл. Вчера ещё да, перед этой Джи Ан, я была его «якобы» девушкой, но сейчас-то другая шарманка. - Ну вот, а я тебе что говорила, всё нормально! – шлёпнула меня по спине Джесс, вообще не придавая никакого значения моей новой должности в этой квартире. – Слушай, крокодил, а давай Ён к тебе переедет? И вам удобнее, и мне жилплощадь… - Ради тебя, пугало американское, ни за что… - замотал головой сонбе, - но в принципе идея мне нравится...       Терпение у меня кончалось прямо пропорционально тому, как волосы на моей голове приглаживались тонкими руками Джесс. И как только прозвучал финальный аккорд о том, что я куда-то к кому-то зачем-то должна переехать, я поняла, что все, баста. Больше терпеть нет никаких сил.       Слишком дорог для меня сонбе, чтобы я спокойно это воспринимала. И издёвки Джесс надо мной слишком глубоко бьют, чтобы их проигнорировать. - Ан-дэ.       Встав с дивана, я ткнула пальцем в Джесс и ещё раз по слогам, трясущимися губами проговорила: - Ан-дэ.       Дальше, качаясь и теряя голову, я подошла к сонбе и, поклонившись, повторила тоже самое. Только уже без пальца. - Ан-дэ.       И вышла за дверь.       Не могу. Смотреть на то, как изгаляется надо мной Джессика, пользуясь моим глубочайшем чувством благодарности и восхищения к моему спасителю, я больше не могу. Это конец. Первое слово, которое я смогла сказать, было «нет». И всё же…       Только на улице я поняла, почему мне так больно. И почему не хотела, чтобы Джесс заходила к Хен Джуну в ванную, и почему после прихода Джи Ан у меня так щемит сердце. И почему все слова о какой-то «девушке», «переезде» и прочей подобной чуши меня так задели.       Сонбе не просто мой спаситель. Кажется, я всерьёз… влюбилась. А такой, как я, влюбляться запрещено. _________________________________На заметку:__________________________________ Андэ* - для совсем ничего не знающих в корейском - НЕТ.