Harry and Harry

— Может, ты все-таки останешься? — протянул я, сонно протирая глаза. — Сейчас только восемь утра, черт возьми. Уйдешь потом, когда выспимся. — Нет, мне пора. Твоя сестра может прийти в любую минуту, а я не хочу, чтобы она нас снова застукала. — Норин встает с кровати, стаскивая с меня одеяло, чтобы укутать им свое обнаженное тело, когда мое остается полностью неприкрытым. Я улыбаюсь. — Не понимаю, что ты пытаешься от меня скрыть. Все, что нужно, я уже видел. Она вопросительно смотрит на меня, выгибая тонкую бровь, и я указываю на белую ткань. — Видел, говоришь? В ее глазах вспыхивают хитрые искорки, и она, закусив нижнюю губу, начинает медленно тянуть вниз краешек одеяла возле груди, тем самым дразня меня. — Каждый дюйм, — ухмыляюсь я, щуря глаза. Норин шаловливо облизывает свои полные губы, виляя бедрами и, на секунду задумавшись, быстрым движением раскрывает ткань в стороны, бросая ее на пол. Моему взору представляется совершенное тело девушки. Кожа словно переливается в лучах раннего солнца, пробирающихся сквозь окно. На одном плече, шее и груди виднеются засосы, но они лишь украшают ее, и я довольно улыбаюсь, осознавая, что это сделал я. Я пометил ее. Ее неряшливый вид — спутанные, лохматые волосы, серые круги под глазами от туши и покусанные, принявшие и без помады красный оттенок губы, — придает ей особенную сексуальность. Я тихо промычал, вспоминая прошедшую ночь, и откинул голову обратно на подушку, не сводя глаз с девушки. Я продолжал с жадностью рассматривать все изгибы ее талии, пока она поднимала свои вещи с пола. Норин украдкой смотрела на меня и, мотая головой, улыбалась. Мне не было понятно, что стало причиной такого хорошего настроения у девушки, пока она не встала напротив, уже одетая в нижнее белье, и не сказала, бросая в меня одеяло, которое сама с меня стянула: — Мог бы и чем-нибудь прикрыться, — ее мелодичный смех наполнил комнату, и я не смог не рассмеяться в ответ. — Мне нечего скрывать, — я широко улыбнулся, закусив нижнюю губу, и, привстав с кровати, принял сидячее положение. — Знаешь, а ты ведь вторая девушка, которая осталась у меня до утра, даже буду точнее, которая вообще была у меня. Норин сощурила свои карие глаза и скрестила руки на груди. Она мне не верила, но это было сущей правдой. Не терплю в своем доме каких-то левых людей, в особенности разных потаскух, поэтому просто-напросто никого к себе не зову. Первой девушкой, которая посетила мой дом, была Мила, и то только из-за того, что мы были, не побоюсь этого слова, парой... С того момента прошло слишком много времени, и мне теперь противно даже вспоминать. Но Норин... Я не знаю зачем, не знаю почему я это сделал. Что-то двигало мною в тот момент, когда я решил позвать ее к себе. Но, если честно, то я не жалею об этом, по крайне мере, сейчас. Ночь была потрясающей, и мне давно не хватало этих чувств и ощущений. Это просто невероятно, когда я сексом не просто удовлетворял физические потребности, а получал огромное удовольствие от того, что делал. Она теперь моя. Моя и ничья больше... Конечно, пока не предаст. Я не знаю, сколько пройдет времени, пока она не попытается уйти; не знаю, что взбредет в голову Поттеру, который попытается ее отнять у меня; не знаю, когда Норин все надоест так же, как и мне, и она предаст меня, изменив с каким-нибудь ублюдком. А она это обязательно когда-нибудь сделает. Потому что она девушка, а девушкам всегда нужно внимание, любовь и нежность. Я не тот человек, который будет давать ей те вещи, которые она будет хотеть от меня. Я всего лишь тот человек, который будет трахать ее тогда, когда только заблагорассудиться. В конце концов, ей это надоест и она уйдет, как однажды ушла Мила. Я знаю, что убью все хорошее, что есть сейчас в Норин. Я сломаю ее, и как бы я себя ни уверял в обратном, однажды она превратится в еще одну Милу — в лживую суку, которая лезет в штаны богатеньких мальчиков, лишь бы пригреть свою задницу. И как это ни печально, я слишком эгоистичен, чтобы отпустить ее сейчас, чтобы спасти, зная весь исход дальнейших событий. — И чем же мне оказана такая честь? — ее голос кажется строгим, даже серьезным, когда в глазах прекрасно можно разглядеть заинтересованность. — Ты была подругой моей сестры, — выпаливаю первое, что приходит на ум, и еще шире улыбаюсь, потихоньку перемещаясь ближе к Норин. — И что? — она смеется и, заметив мои передвижения, подходит ближе к краю кровати, продолжая держать руки на груди. — Ты ночевала здесь... Да ты же спала со мной прежде в этой комнате, — пожимаю плечами и свешиваю ноги на пол, находясь напротив брюнетки. — Ты нелогичен, — Поттер закатывает глаза, но делает еще один шаг мне навстречу, и я притягиваю ее к себе, расположив между своих ног. Я поражаюсь тому, как девушка слишком быстро меняется. Буквально вчера она стеснялась своего вида, оттягивая край коротенькой юбки вниз, а сейчас ее даже не смущает тот факт, что я сижу перед ней совершенно голый. Она смотрит на меня сверху и улыбается своей самой сексуальной улыбкой, пока ее пальцы путаются в моих волосах. Я поднимаю взгляд и снова опускаю, медленно скользя по красивым изгибам и выпуклостям ее тела, задерживаюсь на груди, облизывая губы, смотрю ниже и целую мягкую и чувствительную кожу возле резинки трусиков. Чувствую, как она напрягается и тут же откидывает голову назад, когда я повторяю, касаясь ладонями ее ягодиц. — Говоришь, что я нелогичен? — шепчу, целуя тонкую ткань трусиков, и вместо ответа слышу нечленораздельное мычание. — Тогда отойди. Я отпускаю девушку и упираюсь руками об кровать. Норин смотрит на меня, совершенно ничего не понимая. — Но... Я... — Ласкай себя, — я улыбаюсь и еле сдерживаю смех, когда ее глаза округляются до невероятных размеров. — Что? — Ласкай себя, — повторяю и снова смотрю на ее чертов лифчик, который желаю поскорей сорвать. — Если уж хочешь обвинить меня за что-то, то пусть твои слова будут оправданы. — Я не буду этого делать, — она упирает руки в боки и отходит назад, снова включая невинную девочку. Я поражаюсь ею. Быстро поднявшись с кровати, я подхожу ближе и, обхватив за талию, прижимаю к себе. Одной рукой я растягиваю лифчик и, сняв его, бросаю в сторону. — Давай, — шепчу, обдавая горячим дыханием ее сладкие губы. — Хочу видеть это. — Нет, — на этот раз ее голос более дерзок — теперь она просто вредничает. — Нет? — я вскидываю бровь и опускаю руки на ее ягодицы, сжимая их и сильнее притягивая к себе, чтобы дать ей вовсю почувствовать мою нарастающую эрекцию. — Почему же? — Я не хочу, — она тоже шепчет, еле касаясь моих губ. — А чего же ты хочешь? Я выжидающе жду, пока она ответит, учитывая, что я не на шутку возбудился. Но она, сучка, молчит и лишь облизывает свои полные губы, обвивая мою шею тоненькими ручками. — Тебя. Этого было достаточно, чтобы снести мне голову. Я схватил ее за зад и быстро повалил на кровать, нависнув сверху. Мои губы покрывали поцелуями ее шею, грудь, пока звонкий и нежный смех Норин наполнял комнату. Я до безумия хотел ее, а она меня — большего и не надо. Неожиданно Поттер приняла на себя всю инициативу и, потянув меня к себе, поцеловала. Я не успел опомниться, как она оказалась сверху, а я снизу. Она уперлась руками в мои плечи и отклонилась, посмотрев на меня. Я открыл рот, но ничего не смог сказать — такое было со мной впервые. Шаловливо закусив нижнюю губу, она легонько повиляла бедрами, отчего я застонал и в миг почувствовал себя молоденькой неопытной девочкой, которой, по идее, должна быть сейчас Норин. Ну нет, детка, не пройдет. Я подтолкнул ее в сторону и снова оказался в нужном мне положении. — Здесь я командую, — прорычал я, на что она хихикнула, закусив белыми зубками свой указательный палец. — Сучка, — я замотал головой и улыбнулся. Я наклонился и поцеловал ее, запуская свой язык в небольшой ротик, который до сих пор хранил сладкий привкус. — Ты, надеюсь, помнишь, что это всего лишь секс? — я прошептал, нехотя оторвавшись от ее пухлых губ, и посмотрел в глаза, надеясь увидеть в них тот же игривый блеск, что и минуту назад. Но вместо этого я увидел лишь хмурое лицо девушки, которая немедленно отвела от меня взгляд. Я было хотел спросить, что случилось, но она, моргнув пару раз, повернулась и, снова улыбнувшись, ответила: — Конечно, это просто секс. А теперь замолчи и приступай к делу.