Harry and Harry

Крупные капли дождя со всей силы лупили в лобовое окно, из-за чего чертовы дворники не успевали очищать стекло. Мои глаза были прикованы к дороге, несмотря на то, что сам я совершенно не разбирал того, куда еду. Мимо проносились шумные сигналы автомобилей, говорящие о том, что я нарушаю хреновы дорожные правила, что лезу не в ту долбанную полосу или подрезаю очередного козла... Но мне совершенно плевать. Плевать на гребаных водителей со своими гребаными тачками; плевать на то, что могу разбиться к чертям, намного превышая лимит скорости; плевать на девушку, которая вжалась всем телом в соседнее сиденье и дышит, как паровоз. Мне плевать, поэтому я до упора нажимаю на педаль газа и сильнее сдавливаю руль, отчего не затянувшиеся раны на костяшках начинают неприятно ныть и саднить еще больше. В мозгах снова и снова прокручивался момент, когда руки моей сестры потянулись к шее долбанного Поттера; то, как она привстала на носочках, чтобы поцеловать его. Чувствую себя чертовым мазахистом из-за того, что постоянно вспоминаю это, но у меня словно нет другого выхода. — Гарри, пожалуйста, сбавь скорость... Внутри все настолько давит, что трудно вдохнуть полной грудью, из-за чего приходится беспомощно открывать и закрывать рот, как рыбе. В затылке и в висках гудит, не давая на чем-либо сосредоточиться. Я будто нахожусь в каком-то пространстве чего-то неизведанного, потому что боль, терзающая меня, настолько непривычна, что от этого становится еще хуже. — Гарри, умоляю, мы сейчас разобьемся... Единственный человек на всей планете, которого я действительно любил, кто мне действительно был дорог, предал меня. — Гарри! Чьи-то цепкие пальцы хватают меня за локоть и резко дергают, вырывая из своих мыслей и возвращая все внимание снова на дорогу. Я слегка трясу головой и быстро моргаю, снова начиная слышать рев мотора и стук капель о лобовое окно и крышу. Не думал, что поток мыслей смог унести меня так далеко, что я совершенно забыл, где нахожусь. Бросив короткий взгляд на мертвенно-бледное лицо брюнетки, я понял, что, видимо, находился в таком состоянии довольно долго. Ее карие глаза были широко распахнуты, а губы сжаты в тонкую белую линию. Ослабив ногу, которая давила на педаль газа, я огляделся, чтобы узнать, где мы находимся. За окном редели деревья, дома почти не встречались — мы были за городом. Свернув руль в сторону, я съехал на обочину и, затормозив возле какого-то поля, хлопнув дверью, вышел на улицу. Стоило мне пройти пару шагов вперед, как я почувствовал, что уже промок до нитки. Проведя рукой по влажному лицу и волосам, я стал проверять свои карманы, чтобы найти пачку сигарет. За спиной снова хлопнула дверь, оповещавшая о том, что Норин покинула машину. Я замер на месте, пытаясь вслушиваться в ее быстрые шаги по гравию. — Не это ищешь? — громко говорит, чтобы до меня дошел ее голос сквозь шум проезжающих мимо автомобилей. Неохотно поворачиваюсь, склонив голову набок, и замечаю в ее руке крепко зажатую белую пачку. Мой взгляд скользит от сигарет к лицу девушки и обратно. Мысленно ругая себя за то, что каким-то образом оставил их в салоне, закатываю глаза и цокаю языком, протягивая руку вперед. — Пошли сядем в машину, — в этот раз ее голос становится тише, и она обнимает себя, демонстративно показывая, что уже намокла и потихоньку начинает замерзать. — Никуда я не сяду, — морщусь, делая пару шагов в ее сторону, тем самым значительно сокращая между нами расстояние. — Отдай сигареты. — Если ты не заметил, на улице идет дождь, — она фыркает. — Твоя первая сигарета потухнет, не успеешь и затянуться. — Я возьму другую, — сцепив зубы, произношу и жмурюсь, наблюдая в глазах Норин непонятно откуда взятую решительную смелость. — Гарри, не будь ослом и сядь в машину. — Не указывай, что мне делать! — кричу, крепко хватая девушку за плечи, отчего она морщится и слегка сгибает колени. — Не смей! Злость новой волной окутывает меня, снизу вверх проходя по каждому позвоночнику и сцепляя острыми когтями затылок. Я смотрю в глаза девушки, но при этом вижу перед собой лицо Поттера. Его ужасные круглые очки, надменную ухмылку, с которой он насмехается надо мной. Мои пальцы сильнее стискивают плечи, а зубы начинают ныть от того, что я чересчур сильно сжал челюсть. — Мне больно, — тихий голос девушки выводит меня из некого оцепенения, и я, слегка опешив, отпускаю ее и делаю машинально шаг назад. Дождь лупит по лицу, и мне кажется, что мое тело настолько нагрелось, что от прикосновения холодных капель с моей кожей скоро пойдет пар. Я смотрю на Норин, которая, обхватив себя за плечи, продолжает стоять на месте, и мне хочется накричать на нее, вылить всю злость, но вместо этого я сплевываю слюну на землю и, слегка оттолкнув ее в сторону, следую к машине. Через минуту мы уже снова ехали по дороге, дым сигарет наполнил салон. Брюнетка, поднеся руки к печке, старалась согреться. Она слегка дрожала, а вся ее кожа покрылась мурашками. До меня только сейчас дошло, что на ней так же, как и на мне, не было куртки, потому что я забрал ее из школы в самый разгар учебного времени. Норин шмыгала носом, но понять, отчего было трудно — либо она заболела, либо плакала, старательно отворачиваясь от меня к окну, чтобы не показать этого. — Если ты будешь строить из себя страдальца, которого предела сестра, то не забывай, что есть еще один человек, который оказался в этом же дерьме, — ее голос холодный. Брюнетка откидывается на спинку сиденья и, скрестив руки на груди, смотрит на меня. Она плакала: ее глаза мокрые и красные. Я понимаю, что в какой-то степени она права, ведь Эллен была именно с ее братом, да и будь это кто-то другой, всей этой херни не произошло бы. — Теперь ясно, почему мой дорогой братик решил извиниться, — она горько усмехается. — Ему стало стыдно за то, что он упрекал меня за то, что я была с тобой, хотя сам он в этот момент завязывал роман с твоей сестрой, с которой я, прошу заметить, не в самых лучших отношениях. Я молчал, не находя, что ответить. Норин сама все прекрасно понимала, и это действительно радовало. Я думал, что она начнет ныть и просить отпустить ее, как любая другая девушка поступила бы на ее месте, но она поражает меня тем, что так же зла на своего брата, как и я на сестру. — Мне плевать на то, в каких ты отношениях с Эллен, — говорю, стискивая руль. — Но просто так оставлять все это я твоему брату не позволю. — О чем ты? — О, Норин, ты переезжаешь ко мне. — Мои губы расплываются в улыбке. — Я собираюсь отнять у Поттера то, что он отнял у меня.