Универ Новая версия. Часть - 2.

Ночь. Фонари едва освещали темные улицы. В узких переулках между обшарпанными зданиями пахло сыростью. Людей в такую страшную пору практически не было, все уже уютно спали в теплых кроватках видя уже десятый сон. Лишь изредка в мраке проскальзывали темные фигуры, замотанные в плащи и теплые вещи. Они лишь дико оглядывались на встречных прохожий, еще больше кутаясь в темные шарфы от холода. Из пивного бара и прочих сомнительных заведений доносились ругань и брань подвыпивших людей, где-то был даже слышен звук бьющейся посуды. По улице бежал парень, порой заскакивая в те самые сомнительные заведения, но уже через какие-то секунды выбегал обратно. Его сердце быстро билось, дыхание было рванным и сбивчивым. - Соколовская! Катя! Катюша! – во все горло кричал парень, минуя вот уже N-ую улицу. – Да твою мать! Майкл остановился и облокотился на стену, чтобы перевести дыхание… он не мог понять куда же пропала Катя и где ее искать, если во всех знакомых местах ее не было. Куда могла поехать пьяная девчонка? А вдруг с ней что-то случится или уже случилось, она же такая наивная, порой совсем еще ребенок… в усмерть пьяный ребенок… Она и в трезвом сознании умудряется находить приключения на пятую точку, а сейчас… На душе парня было неспокойно, волнение достигало пика. Самое страшное было то, что он в данной ситуации был полностью беспомощный, он ничем не может ей помочь, никак не мог найти ее. А ведь в этой ситуации есть и его вина! Зачем он не подумав потащил ее в этот клуб?! Зачем дал ей попробовать этот чертов коньяк?! Подумал, что ничего страшного, ведь в таком возрасте он и сам порой пробовал выпивать… нельзя людей судить по себе. В конце концов она еще девчонка, а из-за него его девочка находится непонятно где и неизвестно что с ней происходит. От этой неизвестности можно было сойти с ума. Парень не знал что делать. Единственной здравой мыслью сейчас было обзвонить все больницы и морги. От подобных мыслей армянин вздрогнул. Он не простит себе если с ней что-то случилось. - Алло… это больница? – сбивчивым голосом спросил аспирант все еще толком не восстановив дыхание – К вам сегодня не поступала… - Спасибо. – армянин тут же отключился, услышав, что к ним никто не поступал. Спустя какое-то время Микаэлян, вновь уже N-ый раз услышав от дежурного врача отрицательный ответ, нервно сглотнул, набрав номер телефона последней больницы в списке. Отчасти он боялся услышать вновь “нет”, в морги звонить было страшно. Слишком страшно. В трубке телефона послышались долгие гудки, которые длились уже около минуты, парень уже собирался сбросить свой вызов, как тут на том конце провода раздался чей-то голос… *** В стационарном коридоре городской больницы мелькали тусклые лампочки, которые практически не давали света. Днем по этому коридору в суматохе бегают толпы врачей и интернов, а лавочки около кабинетов забиты людьми. Они переживали за свое здоровье, бегали в слезах от страшных известий о своих близких, или просто нудно по половине дня сидели в нескончаемой очереди. Сейчас этот коридор был пуст, а в больнице стояла страшная тишина, которую неожиданно оборвал звонок стационарного телефона, раздавшийся эхом на весь этаж с поста старшей медсестры. В конце коридора где-то в темноте открылась с едва видимой сейчас табличкой дежурного травм. пункта. Из кабинета, не спеша и о чем-то разговаривая, вышли двое молодых людей в белых халатах, один из которых был на сегодня дежурным врачом, а второй - простым медбратом. Присев на стойку поста, медики молча уставились на телефон, не зная что делать и ожидали когда же он затихнет. - Может взять трубку, вдруг что-то важное… - не выдержал медбрат, сняв трубку. Молодой врач что-то недовольно пробурчал под нос. Ему явно не хотелось больше работать, мало того, что ты работаешь днем, так еще некоторые больные и не дают отдохнуть ночью. Приходится оказывать им помощь, ставить диагнозы, другим словом, работать в поте лица. Ну, а как иначе, все-таки давал Клятву Гиппократа… - Алло… - ответил медбрат, услышав чье-то тяжелое дыхание в трубке телефона. - Здравствуйте, а к вам девушка не поступала? Брюнетка, 17 лет, Соколовская Екатерина Михайловна. – услышал мужской голос в трубке темноволосый парень в белом халате. - Так-с… Брюнетка… 17 лет… - медбрат открыл журнал, внимательно изучая записи – Да нет, не было таких… - задумчиво протянул парень, перепроверив еще на раз записи и уже собираясь положить трубку, как тут его прервал голос молодого врача. - Кстати, были у меня сегодня недавно две девушки, пьяные в усмерть… - усмехнулся светловолосый парень немалой комплекции лет двадцати семи, вспоминая сегодняшний случай в травм. пункте – Петуха изображали... Кстати, одна из них и была брюнетка лет семнадцати, ну может восемнадцати, молодая короче совсем, пьяная, ходит шатается, несет всякую чушь. – уточнил врач, так же вальяжно сидя на стойке дежурного поста и все еще посмеиваясь над их ситуацией. Засмеявшись, медбрат положил трубку, хлопнув друга по плечу. *** Связь оборвалась… Армянин вздрогнул, представив данную картину. А ведь действительно это вполне могла быть Катька. По описанию точно подходит… По крайней мере по состоянию опьянения это точно она. Но кого она уже нашла себе в напарницы и где уже умудрилась сломать руку?? Парень тут же набрал вновь номер той самой городской больницы. - Недостаточно средств… Плюнув на все и совершенно забыв про собственную машину и такси, Микаэлян бегом помчался к той самой больнице. В голове парня на тот момент была одна мысль – Лишь бы с ней не произошло ничего серьезного. *** Во дворе на высоком бетонном столбе горел фонарь, освещая больничное крыльцо. Внезапно на территории городской больницы появился парень, который, чуть не упав на крыльце, быстро подскочил к двери. Дернув ее за ручку, армянин понял, что дверь закрыта. Аспирант тут же начал тарабанить кулаком в дверь, после чего она спустя минуту открылась. - Ты чего долбишься?! По голове себе постучи! – возмущенно проговорил светловолосый парень в белом халате, открыв дверь. - К вам девушка сегодня поступала Соколовская Екатерина, как она? – сразу же взволнованно спросил Микаэлян. - Да не поступало к нам таких… - покопавшись в воспоминаниях, проговорил задумчиво доктор. - Ну, я же слышал по телефону! – вспылил армянин. – Брюнетка, 17 лет, с алкогольным опьянением! - А… ты про этих… - усмехнувшись, произнес врач – Ну да, была вроде такая… Катей кажется зовут, среднего где-то роста еще в толстовке такой смешной… с котом каким-то мультяшным… - Точно она! Что с ней? – волнуясь, спросил аспирант. - Да с ней-то все впорядке. – успокаивающе проговорил доктор, после чего едва заметно усмехнулся – Хотя, капельница бы ей не помешала… - Что случилось? - Просто она настолько пьяная… А вот подруге ее повезло меньше… С дерева неудачно упала… - Что за подруга? – непонимающе спросил армянин. Он искренне не понимал – что за компанию успела найти себе Катя? - Точно не помню… - задумавшись, произнес молодой человек – Блондинка, стройная такая. Мария, то ли Белкина, то ли Беликова… по карточкам смотреть надо. – никак не мог вспомнить фамилию врач. - Белова… - задумчиво закончил Микаэлян. Вот только каким образом они могли пересечься с Катей? И почему та в таком состоянии. - Да, точно… - стукнул себя по лбу ладошкой врач. – Да… такого веселого приема у меня давно не было… *** - Я на хирургическом столе лежу пластом, Два раненья огнестрельных в теле молодом… - Девушка, успокойтесь, у вас всего лишь перелом руки. – проговорил светловолосый парень в белом халате, успокаивая местную певичку, которой на сей раз оказалась Мария Белова, лежащая на кушетке в местном травм. пункте. – И лежите вы не на хирургическом столе, а на кушетке, и то только по той причине, что вы не можете сидеть. – добавил доктор. Девушке, как оказалось, очень даже повезло, ведь, как известно, алкоголь является какой-никакой, но анестезией, и поэтому блондинке было глубоко фиолетово, что она сломала руку. Ей было интереснее развлекать тот немногочисленный народ в больнице в столь позднее время суток. Так, что на замечание врача ей тоже было фиолетово. - Бессмысленны слова и не нужны, Бессмысленна была такая жизнь, Оставив только боль в горьких слезах, И вечную любовь... в сердцах... Ау… - Белова запевала во все горло, трепя нервы бедному доктору и, не давая тому спокойно наложить гипс. - И как же вы руку-то сломали? – вздохнув, спросил врач. - Опознали родственники, близкие, друзья, Труп остывший с номерком на пальце - это я, И жена в истерике - беременна она, Вот так бывает... – вновь во все горло за место ответа заорала Маша, после чего врач уже был готов застрелиться, так как по музыкальному слуху Беловой медведь не то что прошелся, а даже на нем нижний брейк закрутил. - Да заткнись ты уже! Лейби… лесби… розовая! Вооот… - оборвала “талантливое” пение блондинки младшая Соколовская. Подойдя от прохода к врачу шатающейся походкой, брюнетка свернула стул, но, опомнившись, тут же вернулась обратно, подняла этот стул, и, упав при этом на коленки, чтобы не подниматься уже, облокотилась на тот самый стул, уставившись на доктора. – Ну, ик… понимаете, решили мы в карты поиграть… И вот! – хлопнула в ладоши Катька, безупречно объяснив ситуацию. - И что? – толком не разобрав объяснений Соколовской, непонимающе спросил медик. - Как что?! Мы же на желание играли! – оживленно воскликнула Катька, чуть не упав от переполняющих эмоциях на пол, но все же удержавшись, вовремя успев ухватиться за стул. - И… - так и не поняв ситуации, ждал ответа доктор. - Ну… ик… надо было петуха изобразить… 50 раз прокукарекать с дерева, вот Машка и грохнулась! – с видом ученого изрекла Екатерина. - А вот нафига ты на тополь полезла? Петухи по деревьям вообще-то не летают! – попытался втемяшить глупость ее выходки врач Беловой, которая лишь непонимающе пожала плечами. Для нее это было открытие века… Встав на четвереньки, младшая Соколовская резко поднялась и решила уже в стоячем положении подождать, пока ее соседке по блоку наложат гипс, подойдя к стеклянным шкафчикам с препаратами. - А что это за буковки. – начала тыкать в стеклянный шкафчик пальцем брюнетка, указывая на бутылек с известной всем формулой С2Н5ОН. - Девушка, между прочим, это формула спирта. – строго произнес врач – Вот как вы думаете, какой именно это спирт этиловый, метиловый… - Ик… Голимый! Ик… девяносто градусов! – не дав договорить парню, выкрикнула свою точку зрения Соколовская, как тут до нее дошло… – А это что спирт?! - Да. – тяжело вздохнув, произнес доктор. - А можно попробовать? – глядя на врача жалобным взглядом, спросила Катя. Неожиданно в ее голову торкнула идея узнать на вкус и запах составляющую медицинского спирта. - Нет. – серьезно проговорил врач, не отрываясь от наложения гипса успокоившейся Беловой. - Ну чего вы такой бяка… ну дайте чуть-чуть. – жалобно проговорила брюнетка, пытаясь парализовать врача взглядом, что чуть не закончилось ее же падением. - Нет. – вновь сухо ответил доктор. - Ну хоть понюхать! - Нет. - Вы ик… доктор, жадина… - поклонилась непонятно зачем Катька, обиженно отвернувшись от врача. Так как младшей Соколовской всеравно было скучно, она решила себя вновь занять изучением кабинета, как тут нашла алюминиевые специальные баночки для использованных ваток с обычным медицинским спиртом. Девушка уже хотела вдохнуть с наслаждением запах этой банки, как тут ее оборвала Белова, которой врач помог подняться с кушетки, уже полностью залатав ее руку. - Катя! – облокотившись на дверной косяк здоровой рукой, возмущенно запищала Машка. - Да иду, иду… - хотела уже было забрать баночку с использованными ватками спирта с собой младшая Соколовская, как тут ее перехватил доктор, забрав нагло ту самую спиртовую баночку и проводив к выходу… *** - А еще они зачем-то у меня с двери объявление стащили о бахилах… - задумчиво проговорил врач. - Где они сейчас? – взволнованно спросил Микаэлян, беспокоясь, что с этими двумя девицами может, не дай бог, что-то случиться. В ответ молодой медик лишь пожал плечами – Понятия не имею…