Цветочный город

Утром мы подскочили от звонков мобильников: мне трезвонила Анька, Илье – Андрей Денисович. Они синхронно орали о том, что сами проспали, и упрекали нас в нерадивости. Причем, голоса обоих раздавались в каждом из наших телефонов, создавая умопомрачительное эхо. Илюха отодвинул мобильник от живописного беспорядка на голове, потряс кудрями. Мы встретились обалдевшими взглядами, одновременно посмотрели на часы. До предполагаемой встречи с баварскими представителями оставалось ничтожно мало времени. Завтрак мы благополучно проспали. Следующие пять минут мы лихорадочно приводили себя в порядок, сталкиваясь в ванной и маленьком холле. Выяснять отношения было некогда. Я едва успел причесаться и стряхнуть невидимые пылинки с пиджака, как в дверь неистово заколотилась наш креативный директор. Как ни странно, Анна выглядела намного приличней, чем я ожидал. Я-то предполагал, что девушкам нужно намного больше времени, чтобы собраться – макияж, прическа, выбор одежды… Но Анька сияла свежим лицом, ясными глазами и хитросплетенным гнездом на голове. Подруга посмотрела на нас и расхохоталась. - Вы похожи на порочных денди! Боюсь, потенциальные партнеры не переживут шока! - На себя посмотри, - по праву давнего знакомства огрызнулся я. – И кофточку не забудь надеть на ручонки свои разрисованные. Посмеиваясь, Анна направилась к лифтам. В холле уже ждал Андрей. Парень был сонным и страшно недовольным. Пока лифт спускался на первый этаж, Анька изучала нашу троицу мрачным взглядом, а потом изрекла: - Вот что, соколы мои ясные. Ободряйтесь. Давайте напряжемся, пообщаемся с бельгийцами и… кого ты еще вчера нашел, Илья? - Баварцев и этих... из Саарбрюккена... – Илюха включился в тему и полез в свой толстый блокнот. - Отлично, - Анна улыбнулась. – Если до обеда справимся, то потом поедем развлекаться. - Какой может быть обед, если завтрак еще не сьели? – проворчал Андрей Денисович, пропуская Аньку на улицу. - Сначала работаем, потом жрем, - отрезала наша начальница. – Надо раньше просыпаться. Окончательно очнулись мы, уже подходя к выставке. Анна радовала колкими замечаниями, а свежий ветерок помог справиться с легким туманом в голове. Оказавшись на территории выставки, я уже ясными глазами окинул пейзаж. Рабочий день только начинался. Смотрители парка осуществляли над растениями сложные водные процедуры – орошали сверху мелким дождиком, подключали маленькие наземные фонтанчики и ручейки. Представители цветочных фирм доводили до совершенства композиции. Сейчас людей в строгих костюмах было больше, чем простой публики - европейцы предпочитали решать вопросы бизнеса в первой половине дня. Анна, сверившись с планом расположения павильонов, решительно повернула на западную дорожку. Немецкая речь вокруг очень быстро настроила на рабочее настроение, и когда мы добрались до знакомой экспозиции, оформленной в южногерманском стиле, я уже был готов к общению на серьезные темы, тем более, что Андрей Денисович, лишенный завтрака, так и не стал приветливей. - Тут совсем рядом маленькое кафе под открытым небом, мы вчера видели, - тихо сообщил я мрачному начальнику. – Закончим побыстрее с этой фирмой и перекусим. Андрей расправил плечи, внимательно окинул голубыми очами поле деятельности и порысил к открытой двери. Следующий час мы бодались с упрямыми баварцами за выгоды контракта. В принципе, обеим сторонам было интересно сотрудничество, но некоторые нюансы не давали спокойно подписать документы. А может, всему виной стало стечение обстоятельств. Уж не знаю, какие причины сделали немцев столь несговорчивыми в это утро, но нам позднее пробуждение точно не добавило обаяния. Уже на последнем этапе переговоров я бросил взгляд на Аньку и внезапно понял, что она-то как раз реально кайфовала от создавшихся сложностей. Впрочем, скоро все вопросы разрешились, и мы выпали из красочного павильона в наполненный тонкими ароматами весенних цветов парк. Андрей лихорадочно обмахивал полученным пакетом документов разгоряченное лицо. Анна снисходительно посмотрела на нашу компанию и повела самцов кормиться. С представителями из приграничного с Францией Саарбрюккена Илья вдруг решил пообщаться лично. Сверкая южными глазами, обнаруживая безупречный французский и глубокие познания в предмете цветочного торга, он сразу очаровал и строгую пожилую даму-флориста, и симпатичного директора по поставкам. Анька, почувствовав конкурента, моментально включила «режим обольщения», окончательно выбивая опору из-под чувствительных немцев. Контракт заключили мгновенно. Саарбрюккенцы точно не подозревали в русских такую бездну обаяния. Мы с Андреем выполняли незаметные роли декоративных дополнений. - Как мы их! – победно повела взглядом Анна, помахивая презентованным ей букетом ярко-фиолетовых, с белой махровой кромкой, тюльпанов. Толкнула Илью в плечо. Илюха заулыбался. - По плану еще бельгийцы, - напомнил Андрей Денисович. - И они тоже на французском говорят, - намекнул я. - Может, нам у павильона покурить? – с надеждой в голосе выдал начальник отдела закупок. - Нашел дураков, - фыркнула Анна и кокетливо поправила прическу. – Толку от вас никакого, так хоть кучность создадите. У причудливо обрамленного растениями озера, в котором плавала пара лебедей – белый и черный, расположился павильон бельгийской фирмы, специализирующейся на оформлении цветочных композиций. Анне еще вчера понравился их нестандартный подход к делу, и теперь она твердо решила наладить с ними контакт. Общаться пришлось с тремя немолодыми хипповатыми дамами, и тут пригодились и томная красота Ильи, и брутальность Андрея, и мой странный образ. Дамам сразу понравилось, что над нами царила Анька. Кажется, они даже заподозрили нас в неделовых отношениях, потому разговор быстро наладился, а я потерялся в оживленном обсуждении тонкостей цвета, фактур, контрастов и непонятно каких композиций. Мы с Андреем сосредоточились на юридических тонкостях возможных поставок товара. Очарованные славянской молодостью бельгийки быстро подписали документы и пригласили нас на чай. Маленькая веранда была отгорожена от основного помещения двумя огромными зеркалами. Приглядевшись к отражениям, я вдруг понял, почему Анна назвала нас «порочными денди». В отеле, еще плохо соображая, я натянул деловой костюм, хотя обещал себе не облачаться в классические брюки, чтобы не контрастировать оригинальной прической и пирсингом со строгим стилем. Но только теперь оценил свой неоднозначный вид. Илья же отличался умением носить классику, выглядел безупречно в модной темно-серой двойке, а в сочетании с легкими усталыми тенями под глазами и отрешенным выражением лица – еще и загадочно. Вдвоем мы представляли привлекательное сочетание противоположностей. Илья бросил взгляд в зеркало, тряхнул волосами и почти незаметно улыбнулся нашему отражению. Я почувствовал, как поселившаяся в сердце тревога начала понемножку рассеиваться. Утренняя спешка дала мне отсрочку для размышлений, как дальше общаться с Ильей. Я не собирался ограничиваться одной ночью, мне хотелось отношений, а секс накануне только раздразнил аппетит. Когда мы покинули выставку и направились к историческому центру города, Илюха уже пришел в свое обычное язвительное настроение, отвечал ехидными замечаниями на все вопросы и не отводил при этом взглядов от моего лица. Быстро же он пришел к спасительной мысли: «Один раз – не пидорас». Я в свое время мучился угрызениями совести по поводу смелого поступка в течение нескольких суток и целый день не мог нормально присесть. А Илья спокойно расположился в машине, в которой уже сидели Андрей и Анна. Я машинально втиснулся рядом с парнями. Кстати, куда мы едем? - Ку-ку! – обрадовался насмешливо смотрящий на меня предмет мечтаний. – Земля, приём! Как слышно? - Куда отправляемся? – поинтересовался я вслух, выставляя себя на посмешище. - В Штутгарт. Посетим столицу Баден-Вюртемберг, - отозвалась с переднего сидения Анна. - Еще час ехать. Можешь подключаться обратно к Космосу, - выдал Илюха. Я постарался метнуть в него грозный взгляд, обещающий страшную месть… потом. Парень картинно закатил глаза и отвернулся к окну. Анна таскала нас по центру Штутгарта, по огромному дворцовому комплексу вюртембергских королей, восхищаясь стилем и масштабом постройки. С трудом отговорив креативного директора от посещения исторических музеев, мы свернули на Кёнигштрассе, в надежде спокойно отдохнуть и посидеть в какой-нибудь тихой кофейне или пивном баре. Однако главная пешеходная улица города привлекла Анькино внимание обилием магазинов, и подруга окончательно потеряла контроль над собой. Я едва успевал отслеживать ее хаотичные метания по многочисленным бутикам. Впрочем, вскоре мы перестали переживать и заныривали за очередной порцией свежего пива в ближайшие кафе, как только Анька скрывалась за дверями магазина. Когда на улицах зажглись фонари, мы отправились обратно в Нагольд. Только этого пути я не помню. Кажется, мы смеялись над укоризненными гримасами нашей дамы. Кажется, в такси я сидел рядом с Ильей, склоняющим на мое плечо кудрявую голову. Смутно припоминаю, как в холле отеля мы пытались втроем протиснуться в двери лифта и попасть в клавишу нужного этажа. Вроде бы сидели все вместе в большом номере Андрея, что-то пили и ожесточенно спорили. Анна присматривала за нами из глубокого кресла у окна, закрываясь ноутбуком. А ослепительным солнечным утром я едва смог оторвать похмельную голову от неудобной лежанки. Декоративная подушка была совсем не предназначена для здорового сна, а выпуклая абстрактная аппликация, судя по ощущениям на коже, четко отпечаталась на щеке. Диван, приютивший нас на ночь, располагался в номере Андрея. Сам хозяин наполовину сполз на пол, а хитрый даже во хмелю Илья развалился посередине, положив на меня руку и ногу. Около дивана стояла злая Анька, классически уперев руки в боки, и созерцала нашу живописную группу. Она опять выглядела прекрасно, о чем я сразу сообщил плохо слушающимся языком. - Помолчи лучше, - высказалась подруга. – Даю вам час на сборы. Я посмотрел на часы и удивленно присвистнул. Мы опять проспали все на свете. Анна бесцеремонно тряхнула своего парня за плечо. Андрей что-то невнятно заворчал. Илья поднял голову, внезапно ясными глазами осмотрел окружающий интерьер. - Каждое утро преподносит сюрпризы, - пробормотал он, встретился взглядом с гневными очами креативного директора и шустро спрыгнул с дивана, машинально огладив на себе костюм. - Мы на самолет не опоздаем? – невинно поинтересовался Илья. Анька начала раздувать ноздри. - Тогда я побежал собираться! – весело заявил Илюха и выскочил из номера. Андрей Денисович с трудом принял вертикальное положение. - А голова не болит! – глубокомысленно выдал он осипшим голосом. – Вот так немцы, умеют пойло варить! Это ж сколько мы вчера пива выдули?! - Цистерну, не меньше, - тоном умного кролика из мультика про Винни-Пуха отозвалась Анна. Я бочком прокрался к выходу и тихо прикрыл дверь, слыша отголоски оживленной Анькиной речи. В нашем номере приглушенно шумела вода. Дверь в душ была заперта. Мне оставалось лишь начать складывать одежду, попутно обдумывая стратегию поведения. Я упрямо боролся с сумкой, в которую, по закону командировок, почему-то не убирались все вещи, когда в комнате появился одетый в чистую футболку и джинсы Илья. - Я у Андрея в номере галстук забыл, - вспомнил Илюха и покинул номер. Я дернул за упрямую молнию, закрыл сумку и подошел к окну. Раскрыл настежь, запуская в комнату свежий утренний воздух. Уселся на подоконник и закурил, стараясь держать сигарету на улице - в номере находились пожарные оповещатели, которые могли среагировать на дым. Нежелание находиться со мной наедине имело вполне логичное объяснение. Я был уверен, что Илья ничего не имел против меня лично, но не знал, как себя вести. Я сам находился в легкой растерянности. Кажется, еще не осознал, что наши отношения сдвинулись с мертвой точки, ведь за прошедшие сутки у нас не было ни минуты, чтобы поговорить. - Слезь с окна! – вдруг услышал я за спиной дрожащий голос, от неожиданности выронил сигарету и спрыгнул с подоконника. Илья стоял у двери и сверкал на меня глазами, как дикий кот. - Ты чего пугаешь? – удивился я, пытаясь проследить взглядом судьбу выпавшей на улицу сигареты. - Третий этаж. По сравнению с моим девятым – почти на земле. Илья неопределенно мотнул головой, прошел к своей кровати, на которой аккуратными стопками были разложены вещи, и начал сноровисто упаковываться. - Быстро ты вернулся, - усмехнулся я, заметив красочный галстук в его руке. - Они там ссорятся, - как-то потерянно отозвался Илья. - Кто ссорится? – не понял я. - Анна с Андреем? Илюха кивнул. Я с трудом представил себе ссорящуюся Аньку, она была совершенно не склонна к типичным «женским» выходкам. - Андрей что-то положил не в то отделение, или не к той вещи, я не разобрался. Анна устроила ему скандал, - Илья болезненно поморщился. Я вспомнил про илюхин развод и постоянные разборки с бывшей женой, о которых мне красочно живописала давняя подруга Марина, и понял несчастное выражение его лица. Мобильник зазвонил, когда Илья ловко застегнул молнию своего рюкзака, а я, наконец, домучил новую сигарету. Анна неласково заявила, что такси ждет у отеля. Илья потащил багаж к двери. Мы ожидаемо столкнулись у выхода из номера. Мне вдруг четко стукнуло в голову, что мы сейчас покинем эту комнату – ту, где все случилось. Я резко выпрямился. Встретился взглядом с темными безднами карих глаз. У Ильи было странное выражение лица, словно он подумал… о чем-то подобном. Мысли тут же улетучились, оставив лишь пронзительное ощущение момента. Момента, когда я коснулся губами дрогнувших теплых губ. Илья не удивился, замер на мгновение, а потом потянулся ко мне, отвечая на осторожный поцелуй. В наш номер снова заколотились. - Мы еще в Европе? - подняв бровь, иронично поинтересовался Илья. За дверью что-то громко вопила Анна, сводя на нет репутацию воспитанной бизнес-леди. - Не нравится мне ее настроение, - серьезно заметил я и взялся за ручки сумки. И угадал. Анька изводила нас всю дорогу домой. В маленьком кафе на территории аэропорта Штутгарта, где мы хотели мирно позавтракать, чуть не устроила крик из-за «не обжигающе горячего» кофе. В самолете потребовала себе место со мной и Ильей, вынудив Андрея мучиться от дискомфорта в компании двух больших русских теток, ездивших по Европе, как мы сразу узнали, в шопинг-тур. Анна не давала нам расслабиться. Ловко устроилась посередине, мотивируя аэрофобией, и не закрывала рот до самой посадки, прерываясь на недовольные замечания стюардессе. Со дня нашего знакомства мне еще не было так много Ани. Она заговорила нас чуть не до обморока. Илюха отворачивался, молча глушил красное вино, радушно предоставленное компанией «Люфтганза», и рассматривал облака. Мне приходилось делать заинтересованное лицо, чтобы не провоцировать Аньку своим равнодушием. Над Москвой собрался грозовой фронт, и перед тем, как совершить посадку, самолет сделал несколько кругов над столицей. Пассажиров просили не волноваться. Анна тут же позеленела, вцепилась в мою руку и начала тихо поскуливать. Пришлось прижать девушку к себе, насколько хватало ремней безопасности. В принципе, ситуация была стандартной, но наш полет проходил так гладко, что на этом фоне Анька порядком труханула. Лайнер благополучно приземлился, и пока мы стояли в очередь на паспортный контроль, наша боевая подруга ныла и жаловалась на то, что ее тошнит после стресса. А нас ждали несколько часов свободного времени и поездка на «Сапсане» до родного города. Не сговариваясь, мы с Ильей бодро покинули здание столичного аэропорта, одновременно сообщив рассорившейся парочке, что встретимся на Курском вокзале вечером. Мы так и не поговорили. Ритм столицы не располагал к сердечным беседам. Молча решив перенести выяснение отношений на дом, мы побродили по центру и едва успели прийти в себя после сложной психологической загрузки, когда пришлось вновь встречаться в «Сапсане». Анька с уже слабо адекватным Андреем уселись на места позади нас. Парень смотрел в окно похожими на стеклянные пуговицы глазами и лишь изредка кивал головой. Они не помирились. Наоборот, Анна была рассержена еще больше. Илья сложил руки на груди. Весь путь до дома мы старательно пытались смотреть старую добрую советскую комедию, но постоянно слышали сзади талантливый монолог Анны. На нашу погибель, Анька могла говорить бесконечно и красочно, а темой оказалось вечное «мужики-сволочи». Илюха мрачно взирал на монитор перед собой и кусал губы. Ему приходилось тяжелее всех, ведь в его неудачной семейной жизни наверняка не раз возникала эта тема. Я пытался воспринимать Анькин бред как посторонний шум, что не всегда удавалось. Параллельно удивлялся недальновидности подруги, она ведь знала, что злила Илью, и показывала себя не с лучшей стороны перед Андреем. - Странная женская логика, - задумчиво выдал я в ответ и на Анькин очередной выпад по поводу исключительного мужского эгоизма, и на радостное «Не пойду!» приплясывающей Надюхи из знаменитого фильма, идущего фоном. Илья дернул плечами и стиснул зубы. Видимо, у него приличных слов уже не осталось. За полчаса до полуночи мы вернулись в родной город. Анна, гордо тряхнув роскошной гривой, остановилась около своего заблаговременно припаркованного на вокзальной стоянке черного «Hyundai Getz». - Не думайте, что я буду развозить вас по домам. Я таксистом не нанималась! – она обвела нас непонятным взглядом и ткнула в меня пальцем. – Руслана возьму, нам по пути. Кажется, Андрей едва сдержался, чтобы не наговорить подруге лишнего, схватил рюкзак, приглашающее махнул Илье и, кивнув мне на прощание, помчался к остановке такси. Илья радостно устремился следом. Я молча бросил свою сумку на заднее сидение и преувеличенно аккуратно поставил Анькину ручную кладь в багажник. Мимо пронеслось такси. Я мельком заметил ухмыляющегося на заднем сидении Илюху. Часы на вокзальной площади показывали полночь. Анна красиво уселась в машину, посмотрела на меня и громко расхохоталась, тряся волосами. - Ань, что за дела? - не понял я. Анька всегда так смеялась, когда «шалость удавалась». - Противная я была, да? – спросила вдруг она нормальным голосом. - Очень, - признался я.- Ты прямо образец того, как не надо себя вести умной девушке. - Я на это надеялась, - спокойно заметила Анька, выруливая с парковки. Лукаво улыбнулась. – Андрей в последний день начал грузить про серьезные отношения. Вот, показала, какие они бывают, отношения. Я таращился на ночную улицу. Значит, Анна виртуозно над нами издевалась. Неясная мысль заколотилась в уставшем мозгу, а подруга подхватила ее и облекла в слова. - Теперь твой Илья от нашего женского пола будет на расстоянии выстрела держаться! - Ты и мне помогала? – выдохнул я и повернулся к девушке. - Старалась, - скромно согласилась Анька. Я так и не смог поспать этой ночью. Сначала рассказывал проснувшимся родителям про Германию, а потом, перебив сон чашкой крепкого кофе, просидел до утра у окна, как романтичная тургеневская девушка. Хотя мои мысли весьма отличались от грез невинной барышни. В Германии у меня не было времени для осмысления, все как-то быстро закрутилось и… закончилось. Этой ночью я вспоминал все сначала, не веря своим впечатлениям. Каждый эпизод, каждый диалог… прогулки… волшебную ночь. Я будто пережил все заново, не торопясь, смакуя, как бесценный напиток. И к утру понял, что не смогу теперь отказаться от Ильи. Я не стал загружаться мыслями о том, как теперь себя вести и выстраивать отношения – прогнозировать поведение парня было бессмысленно. В постель я свалился, только когда небо на востоке начало светлеть. Наступало воскресное утро. Я благополучно проспал до полудня, несколько часов сонной мухой шарахался по квартире, а ближе к вечеру призвал верного четвероногого друга Цезаря и отправился с ним гулять на Волжский Откос, решив заодно выбить из головы ненужные мысли старым проверенным способом – физкультурой. Номер мобильного телефона Ильи пылал в памяти, но отчего-то я не мог набрать его и запросто поговорить с парнем. В понедельник я появился на работе удивительно рано, почти за час до начала процесса. Столкнулся в дверях с начальницей Тамарой Ивановной, вежливо посторонился. - Однако! – женщина внимательно посмотрела в мои глаза. – Командировка прошла удачно? - Определенно, - постарался улыбнуться я. Начальница выразительно взглянула на большие часы, а я молча включил компьютер. В отличие от меня, Илья был бодр и весел. Сиял глазищами, смеялся, оживленно рассказывал о командировке, дамам - про цветочную выставку, парням – про пиво. И даже логичный вопрос Полины о чрезвычайной осведомленности в области зеленых насаждений не сбил Илью с толку. Он вдруг усмехнулся и спокойно обмолвился о своем хобби, которое совсем недавно считал постыдным для мужчины занятием. Коллеги восхищенно загудели. Начальница тут же вцепилась в парня мертвой хваткой, требуя реанимировать какой-то домашний засыхающий куст. Женька Круглов сообщил, что сам с удовольствием проводит время на даче и даже выращивает клубнику. Боб и Дик поделились тайной – оказывается, сисадмины собирали коллекцию кактусов. Неожиданно Илья произвел фурор в отделе. Я вздохнул и пошел за очередной порцией кофе. - Он у тебя скоро из ушей польется, - подбодрил Илюха, когда я вернулся на рабочее место с горячей кружкой. - Зато тебе словно новые батарейки поставили, - серьезно отозвался я. Илья легко улыбнулся, обжег меня горячим взглядом и отошел к начальнице. Весь день мы вчетвером отчитывались по командировке. Илья нервно дергался, когда приходилось общаться с уже вполне адекватной Аней. Андрей тряс передо мной документами и требовал внимания, стараясь не пересекаться со своей подругой. Анька иногда начинала хохотать безумным смехом и тем пугала парней еще больше. В конце рабочего дня Илья вытащил из-под своего рабочего стола спортивный рюкзак. Я нечаянно оказался рядом. - У нас команда по волейболу. Играем два раза в неделю, - почему-то посчитал нужным сообщить Илья. Я быстро оглянулся. Полина обсуждала с начальницей стратегию поведения с грядущими гостями из Китая. Боб и Дик, как всегда, находились в матрице. Женька общался по скайпу с немецким поставщиком. - Надо поговорить нормально, - решился я и посмотрел Илье прямо в глаза. Он чуть сдвинул брови, но взгляда не отвел. - Да, - отозвался спокойным голосом. - Давай в выходные? Я кивнул. Хотел улыбнуться, но губы дрожали. Илья накинул на плечо лямку рюкзака. Неделя только начиналась. Следующие два дня были заполнены волнением Полины по поводу предстоящего визита представителей китайской фирмы. Мы едва сдерживали смех от странно звучащих интонаций, когда девушка разговаривала по скайпу с товарищами из Поднебесной. Илья и Женька потом виртуозно передразнивали незнакомый язык, Полинка хохотала и краснела, начальница поджимала губы. Один я заметно выпадал из общего настроя. Может, я хронически не высыпался, а может, невыясненный личный вопрос так раскачивал мое состояние. Илья веселился, удачно шутил и выглядел довольным жизнью. Мне очень хотелось выкинуть какой-нибудь неприличный фокус, но здравая логика запрещала. Напряжения добавил давний знакомый Хольгер, который внезапно проявился в электронной почте - бельгиец нашел ошибку в договоре поставок. Пришлось решать проблему с менеджерами. Попутно Хольгер оживленно общался с нами виртуально, напрашивался в гости и делал мне двусмысленные комплименты, от чего Женька умирал со смеху. Илья зло косился в нашу сторону, а потом добавлял щедрую порцию яда в язвительные реплики. На протяжении последующих двух дней Илюха терзал меня своим ироничным вниманием. Видимо, это был способ показать отношение к разогревающим скайп разговорам с иностранным поставщиком. В пятницу я понял, что они оба скоро доведут меня до нервного срыва. На волне этого понимания, незадолго до обеда, я с чувством нахамил Хольгеру и со зверским выражением лица попросил Женьку взять на себя дальнейший труд изъясняться с навязчивым арийцем. На город внезапно налетел грозовой фронт. Поднялась пыль, на улице за считанные минуты потемнело. Мы всем отделом прилипли к окнам, наблюдая за первой прорвавшейся майской грозой. Ливень хлынул, когда пора было собираться домой. Полина сокрушенно вздохнула и обреченно подняла взгляд на клубящиеся фиолетовыми тучами небеса - как раз сегодня, в честь проводов китайских партнеров она выглядела словно дорогая фарфоровая статуэтка. Выходить под проливной дождь в шелковом светлом платье девчонке явно не хотелось. - Вот как назло машину у дома оставила! – в сердцах пожаловалась Полина. – А родители в сад уехали. Я усмехнулся, наблюдая за росчерками молний далеко за рекой. - Мои тоже, еще утром отправились. Дачный сезон открывать. - А мои вчера вечером умчались, - подхватил Илья. – Даже кошку забрали на природе побегать. Он повел черными глазами и вдруг заявил: - Полина, собирайся, я тебя подвезу. Дождь только начался и, судя по всему, надолго. Ты где живешь? Полина моментально схватила сумочку и назвала адрес. Жила она в трех автобусных остановках от меня, хотя и немного в стороне от нужного маршрута. Я оторвался от созерцания грозы и уловил многозначительный взгляд. - А меня захватишь? – тут же среагировал я на вопрос в темно-шоколадных глазах. – У меня зонта нет. Промокну и заболею. Илья незаметно улыбнулся, пожал плечами. - Если по пути, то присоединяйся. Мне захотелось расцеловать Полину в обе щеки. Пока мы ехали до новостройки, наша дама весело щебетала, видимо, стараясь светской беседой скрасить путь по дождливым улицам. Я непроизвольно вспомнил недавние монологи Аньки и усмехнулся. Илья мрачно смотрел на дорогу, иногда что-то мыча на вопросительные интонации Полины. Остановившись у нужного подъезда, он еще несколько минут с вежливой улыбкой выслушивал искренние благодарности. Я даже позавидовал его выдержке. Наконец, распрощавшись до понедельника, Полинка хлопнула дверью и выскочила под ливень. Илья шумно выдохнул. - Женщины – зло, - пробормотал он. Я засмеялся. До меня только сейчас дошло, что, быть может, Илья повез Полину в ненужную ему сторону, руководствуясь вовсе не чувством сострадания к ее платью и макияжу. Илья посмотрел в окно. - Бесконечная неделя, - высказал я для начала. - Хочешь поговорить прямо здесь? – Илья медленно повернул голову. - Не слишком ли пафосно? – усомнился я, жадно разглядывая его лицо. – Одинокая машина под дождем… и двое, ведущие серьезный разговор. В его глазах зажглись веселые огоньки. - Мои родители вернутся только в воскресенье вечером, - почему-то фраза прозвучала, как непристойный намек. Впрочем, я надеялся не только на разговор. Теперь все решала реакция Ильи. Он молчал. Я назвал адрес. - Я помню, где ты живешь, - Илья дернул бровью и несколько секунд смотрел в мои глаза. Не знаю, что он в них увидел, но вдруг отвернулся и повернул ключ зажигания. Всю дорогу до дома я молчал, наблюдая за непогодой. Дождь лил стеной, затрудняя движение. Около подъезда Илья остановил машину и повернул голову. - Официально – приглашаю на чай! – я попытался улыбнуться и вылез из салона. Ливень только усилился, и я мгновенно промок. Струи прохладного дождя скользили по лицу, по шее, затекали под рубашку. Я смотрел, как Илья, закусив губу, медленно отъезжал от тротуара. Никогда еще не чувствовал себя так отвратительно: за те секунды, пока светло-зеленый пежо разворачивался к дороге, я пережил мини-крушение всей жизни. Даже дождь не казался таким уж злом. А потом Илюха сдал назад и аккуратно припарковался у соседнего подъезда. Вышел из машины, пикнул сигнализацией. Не торопясь подошел ко мне. Я отстраненно наблюдал, как сильный дождь проникал в его непокорные волосы, соскальзывал тяжелыми каплями по белой коже, нырял под воротник. Илья молча смотрел в мое лицо. Я чувствовал, что если сейчас открою рот, то истерически засмеюсь, так меня сбили с толку те несколько минут, за которые я подумал, что он уедет. Его черные брови дрогнули. - Решил, что сбегу? – этот парень всегда был проницательным. Улыбка у меня не получилась. Илья отвел взгляд, вроде как усмехнулся. - Я хотел. Но не смог. Я тут же очнулся и потянул нас под крышу. В лифте мы ехали молча, а меня начало сильно колотить – то ли от порции холодной воды, то ли от предчувствия. Я едва попал ключами в замок. Дома, как и предполагал, никого не оказалось. Я не особенно вежливо впихнул Илью в темный коридор, захлопывая дверь. Кажется, мы одновременно вцепились пальцами друг в друга. В полутьме я нашел его холодные губы. Мокрые, пахнущие дождем. Мы быстро разогрелись поцелуем. Я лихорадочно сжимал его рубашку, не понимая ничего, кроме того, что его губы быстро стали горячими и пульсирующими. Наконец, я раскрыл глаза. Черные опущенные ресницы дрогнули. Илья едва заметно застучал зубами. Меня тут же ответно затрясло. Только сейчас я почувствовал, что мокрая и холодная одежда неприятно прилипла к телу. В кроссовках хлюпала вода. - Немедленно в душ, - нашелся я, решив совместить приятное с полезным. – Иначе простудимся. Я скинул обувь, прямо в коридоре стянул промокшую рубаху, босиком пошел вглубь квартиры. Илюха послушно последовал за мной, но расстался со своей модной рубашкой только на пороге ванной комнаты. Я быстро вывернул кран, запуская мощную струю горячей воды. Илья осматривался. Я знал, что оформленная в марокканском стиле ванная впечатляла нестандартным подходом и цветовым решением. Идея была отца, помешанного на арабской экзотике и ремонте. Взгляд Ильи заметался по темно-синим, грубо оштукатуренным стенам, мозаичной отделке в этническом стиле, зеркалу в форме восточной арки, бронзовому светильнику. Я снял джинсы, отрегулировал температуру воды. Небольшое помещение быстро нагрелось. Илья преувеличенно внимательно смотрел на меня, медленно скользил взглядом по плечам, груди и татуировке. Я просто потянул его за ремень, помогая избавиться от брюк. По широким ступеням в низкую ванну, выложенную сине-белой узорчатой плиткой. И только под теплыми струями льющейся сверху воды я обнял Илью по-настоящему, прижал к себе, не ощущая сопротивления, опять впился в красные накусанные губы. Он как-то судорожно стиснул мои предплечья, не контролируя силы. Я коснулся своим стояком его бедер, моментально почувствовал ответную эрекцию. Илья вдруг всхлипнул и первым начал осторожно двигаться. Чуть вверх - чуть вниз, по напряженному члену своим возбуждением, ногами прижимаясь к моим ногам. Мне моментально стало жарко от его запаха и дыхания. Илья вдруг отпустил мои руки, скользнул по груди и сжал свои ладони на талии, ускоряясь и резко толкаясь бедрами. От движения его горячего твердого члена у меня сразу отключились мозги, а тело подавалось навстречу, слишком быстро подходя к вершине восторга. Я видел, как Илья внимательно наблюдал, пока я стонал и выгибался, изливаясь на его живот вязкой спермой. Его глаза были серьезны, а губы улыбались. Но я не собирался так просто сдаваться. Едва отдышавшись, прошелся по его подбородку языком, легко прихватил нежную кожу на кадыке и медленно, чтобы дать ему сообразить, сполз на колени. Его ноги слегка дрожали, а текущий смазкой член прижимался к напряженному прессу. Илья, не мигая, смотрел на меня расширенными глазами. Я лишь дотронулся губами до мокрой головки, пробуя вкус, когда парень застонал и дернул бедрами. Несколько движений по члену - и Илья схватил меня за волосы, судорожно толкнулся пару раз в рот и напрягся, выбрасывая струйку пряной жидкости. Он пытался вытащить член, но я крепко обнял его за ноги и высасывал сперму, заставляя парня стонать и вскрикивать. Я не позволил Илье сделать вид, что ничего не произошло: лапал его под душем, нервно посмеивался в ответ на застенчивые улыбки, помогал смывать гель для душа, а потом закутаться в большое мохнатое полотенце. Нашел чистые бермуды и футболку. Наша рабочая одежда отправилась в стиральную машину, после ливня ей требовалась реабилитация. Мы сидели на кухне, пили чай с мамиными пирожками и разговаривали о совершенно посторонних вещах. Илья мастерски перевел опасный разговор в мирное русло, заинтересовав правилами игры в волейбол и рассказами о велосипедных походах. Я для себя тут же решил купить велосипед, поняв увлеченность Илюхи этим видом спорта. И опомнился, только когда от порыва ветра настежь распахнулось полуоткрытое окно. На улице снова потемнело. Яркий всполох молнии заставил вздрогнуть. Новая гроза оказалась точно над нами. Сильный ливень обрушился на город, принес вкусный запах свежей листвы и пыльцы. Я решительно поднялся с места. Илья последовал за мной в спальню, где находился разложенный диван. Сегодняшним утром я проспал и не успел привести комнату в привычный порядок. Теперь это сыграло на руку. Я небрежно стянул с себя футболку, отбросил на стул. Залез на диван. Илья с интересом наблюдал за моими телодвижениями. - И не надо так смотреть, – поймал я ироничный взгляд. – Я не стал бы грузиться, но эта неделя меня просто вымотала. Илья осторожно присел на край широкого спального места. Я затеял всю эту историю, мне и нужно было теперь прояснять ситуацию. - Я не знаю, как об этом говорить. У меня не было раньше отношений с мужчинами… В озаренной светом молнии комнате я заметил вопросительно выгнутую бровь и уточнил: - У меня случался секс с парнями, но я не собирался потом встречаться со своими партнерами, дружить и вообще… - Ты хочешь со мной не просто секса? – подозрительно спокойно поинтересовался Илья. Я покачал головой. - Как ты это себе представляешь? – он задал правильный вопрос. Я вздохнул. - Не знаю. Наверное, это совсем не так, как с девушками. Все эти ухаживания, подарки, прогулки, романтика и прочее запудривание мозгов. Мне это не надо, да и тебе тоже. Я чувствую, что ты мне нужен. Я хочу не только спать с тобой, мне хочется общения и дружбы. За окном бушевала гроза. Я вдруг подумал, что наше выяснение отношений под весенний ливень как раз достойно дамского романа, и невесело усмехнулся. Мысли не желали облекаться в нормальные слова. Илья подтянул ноги на диван, тихо отозвался: - Знаешь, Руслан, я понял, что трус. Ты мне сразу понравился, как только я пришел к вам в отдел. Я, конечно, не дрочил втайне на твой светлый образ, но ты меня волновал. И я боялся признаться в этом себе. Мне повезло с работой, наконец все сложилось – зарплата, языковая нагрузка и ребята классные, и я с ужасом думаю, что о нас будут говорить, если что-то заподозрят. Наверное, потому и веду себя в офисе по отношению к тебе как хамло. А еще родители мои… вряд ли поймут. - Да уж, в нашей стране лучше не идти на поводу у нетрадиционных желаний, - грустно улыбнулся я. – Не думай, что я такой герой и готов завтра же в стрингах и макияже заявлять о своих пристрастиях. У меня и стрингов-то нет. И я боюсь осуждения родных и друзей. - И что нам делать? – растерянно спросил парень, придвигаясь поближе. - Мне кажется, сейчас нужно понять, что мы на самом деле хотим. Я очень хочу быть с тобой. Хотя и не знаю, как это будет. - Слушай, Руслан, - Илья вдруг встрепенулся как будто с удивлением. – А ведь если выкинуть всю эту ерунду с конфетами-букетами, выпендрежем и знакомством с родителями, то остается – дружба и секс?! - Наверное, - до меня, кажется, дошло, что он хотел сказать. – Кстати, никого на работе не волнует личная жизнь сотрудников. Я, например, ничего ни про кого не знаю. И им знать необязательно. А родители уже давно считают меня взрослым и не требуют отчета… - А моих больше нервирует бурное поведение младшего брата, - Илья наверняка усмехнулся в темноте. – Оболтус заканчивает школу. Кстати, надо позвонить ему и обрадовать, что не вернусь ночевать. Где моя сумка? Я спрыгнул с кровати, в коридоре подхватил с пола илюхину черную сумку, непроизвольно улыбаясь нечаянно оброненному «не вернусь ночевать». Пока Илья коротко общался с братом, который совсем не расстроился отсутствию контроля, я подобрался к парню с тыла. Ситуацией надо было срочно воспользоваться. Мои руки проникли под футболку, погладили сильную спину, добрались до выпирающих лопаток. Илья тряхнул кудрями, и я перехватил губами несколько непокорных прядок. Ладонями уже изучал гладкую грудь, теребил пальцами напрягшиеся соски, прижимался к теплой спине. Между нашими телами был лишь тонкий трикотаж его футболки. - Если ты не хочешь… – черные густые волосы еще пахли ливнем. Я щекотал его ухо своим дыханием. – Если ты морально не готов… Илья отбросил телефон и чуть отклонил голову. Такая шелковая кожа, даже странно для парня… Я шарил руками по его твердому прессу и шептал, дурея от запаха волос, интимности ситуации и своей наглости, – то я не посмею взять тебя. Мы можем ограничиться ммм… руками… языком… к примеру. - Ты доприкалываешься, - с угрозой отозвался Илья, подставляя шею моим губам. – Я всю неделю схожу с ума и издеваюсь над собой… А ты хочешь меня обломить?! Я не совсем понял, как он издевался над собой, но расценил его негромкий ответ как разрешение к дальнейшим действиям. Потянулся к ящикам у дивана. Нужные предметы находились в нелогичном месте – среди сваленных в кучу универских конспектов и растрепанных словарей. На упаковки презервативов Илья не отреагировал, но яркий тюбик лубриканта его заинтересовал. - Недетский крем, - пояснил я, пытаясь стащить с парня футболку. Илья послушно поднял руки, не отрывая взгляд от английских надписей на этикетке. Уж не знаю, что он мог прочесть в полутьме. Длинные шорты я стягивал медленно, нарочно цепляясь пальцами за молнию, задерживая ладони на бедрах. Илюха спокойно позволил себя раздеть, залез с ногами на диван, уселся на коленях. Я пристроился за ним в той же позе. Неторопливые ласки и касания возбудили меня, эрекция была заметной, но совершенно меня не смущала, ведь Илья, несмотря на свой невозмутимый вид, тоже не отличался хладнокровием, и когда я провел рукой от его пресса к паху, то ощутил вполне напряженный член, сразу толкнувшийся в ладонь. Я облюбовал для поцелуев шею, мне так нравился запах тонкой кожи и волос, что я буквально залип и не сразу заметил, как Илья перестал изучать свойства лубриканта, повернул голову, предоставляя больше места губам, тяжело выдыхал. Кажется, я нашел у парня слабое место. Слегка прикусил ближайшую ключицу – левую – и убедился в правоте ощущений. Илья дрогнул, а его орган в моей руке отвердел окончательно. Свободной рукой я устремился к манящим ягодицам, прижался к илюхиному бедру своим членом. Илья немного прогнулся поясницей, когда я провел пальцами по ложбинке между половинок и погладил сжатое отверстие. На секунду я отвлекся на отщелкивание крышки тюбика со смазкой. Лубрикант был хитрый, с каким-то возбуждающим эффектом, не раз опробованным на мне самом. По крайней мере, намазанные им пальцы ощущались, как инструмент сладких пыток Бога Эроса… Скользкий палец легко проник внутрь, и Илья удивленно охнул. - Не пугайся, - промурчал я, откладывая тюбик и возвращая свою ладонь на его твердый член. - А я и не… - Илья откинул голову на мое плечо и чуть раздвинул колени. Он не сжимался так судорожно, как в первый раз, в Германии, даже немножко подавался. Было так приятно скользить внутри, по гладким стенкам, то легко, у самого входа, потихоньку растягивая, то глубже, вызывая тихие вздохи. - Как это классно у тебя получается, - он вдруг повернул лицо, я увидел лукавую улыбку и прикрытые глаза. – Я сам пробовал, но мне не понравилось. - Ты пытался ласкать себя там? – удивленно прошептал я, приставляя к его входу второй палец. - Дааа… - почти простонал он вместе с проникновением. Я прижался к его спине, надеясь вынудить нагнуться и опереться на руки, а еще лучше – на локти. Но у парня имелись на это свои соображения. Он лишь подставил ладони на постель и немного приподнял бедра. - Я хотел повторить новый… опыт, - выговорил он с усмешкой, расслабляясь и позволяя мне слегка развести пальцы в глубине тела. Дрогнул и сквозь зубы закончил. – Только у меня хреново вышло. Неприятно и неудобно… И простату я не нашел. Я не мог не улыбнуться. То, что ему хорошо, я не сомневался, ведь моя левая ладонь двигалась по его твердому члену, с напрягшимися венами и мокрой головкой. Илюха все-таки был феноменом. Я еще ни с кем не разговаривал во время секса, и мне это дико нравилось. Как будто общение лишало то, что происходило между нами, излишней сентиментальности. И меня возбуждал его голос, с прерывистым дыханием и наслаждением от моих действий. - Может, ты просто не там искал? – хитро спросил я и слегка согнул пальцы, повернув под нужным углом, уткнулся в небольшой твердый бугорок. Илья сладко застонал, наконец, подался моему нажиму и немного нагнулся вперед, выставив задницу. Слова у него закончились, он всхлипывал каждый раз, когда я касался чувствительной железы. Кажется, он даже не сразу понял, когда я заменил расширяющие отверстие пальцы членом. К слову, я был очень осторожен. Каким-то неведомым чувством я понял, что Илья негативно реагировал на боль и постарался избавить его от ненужных впечатлений. Я медленно двигался внутри его тесного прохода, постепенно загоняя член глубже, сдерживался из последних сил - так хотелось сорваться на бешеный темп и толкаться до основания, но для этого надо было изменить угол, чтобы член постоянно скользил по простате, а упрямый Илюха держал оборону, не давая мне поставить его на локти. Он был очень сильным. Я чувствовал, что он управлял ситуацией, не разрешая мне одержать верх. Я к этому не стремился и сейчас не собирался ломать парня под себя. Мне было и так нереально кайфово – двигаться в нем, видеть его, ощущать его - твердый член, крепкие мышцы, рельеф гибкого тела, черные кудри. Даже в неторопливом ритме это было прекрасно. Но я неумолимо приближался к финалу, желание резких толчков стало нестерпимым. Низ живота сводило судорогой, я мог вот-вот сорваться. Пришлось навалиться на влажную спину, дотянуться губами до горячего уха. - Илья, давай поменяем позу, обопрись на локти. Обещаю тебе фееричный оргазм. Ей-Богу, фраза далась мне нелегко. Я задыхался, одновременно пытаясь говорить, вдыхать аромат его мокрых волос, ощущать жар щек и медленно двигаться внутри… Илья мотнул головой и плавно подался вперед, по-кошачьи потягиваясь спиной, вытянул руки перед собой, перенес часть веса на локти. Я радостно въехал под другим углом. Илюха пораженно вскрикнул. Теперь все было правильно, с каждым толчком парень стонал все сладострастнее, выгибался поясницей и тянулся за мной. Его член в моей ладони дрожал, сильнее обозначая вены и выделяя все больше секрета. Я уже не мог сдерживаться и трахал его так глубоко, как только мог, увеличил темп и слышал одобрительные вскрики, все быстрее двигал рукой по его скользкому члену. Я кончил чуть раньше и, содрогаясь в дикой вспышке восторга, вдруг ощутил, как Илья сильно сжался на моем пульсирующем члене, запрокидывая голову и напрягая спину. После оргазма накатила томная усталость. Мне едва хватило сил выскользнуть из расслабленного тела, сдернуть с члена резинку и сбросить на пол. Левая ладонь была залита спермой. Илья повернул голову и наблюдал за моими ленивыми движениями. Я прижался голой ногой к его бедру. - Теперь будешь курить в постели? – проницательно спросил Илья, насмешливо улыбаясь, но его глаза сияли. - Почему бы не последовать традиции? – курить, и правда, хотелось зверски. По иронии, полупустая пачка валялась на подлокотнике дивана, недалеко от Илюхи. Парень протянул сигареты и зажигалку. - Теперь мне следует положить голову на твою широкую грудь и сказать, как ты был охренительно хорош, - заметил Илья, когда я прикурил и затянулся. Кашлял я долго. Илья даже успел посмеяться. - Вот гад ты, - беззлобно отозвался я, выкидывая сигарету. Подкол Илюхи вдруг повысил градус моего и так прекрасного настроения. Илья неожиданно обнял меня за плечи и посмотрел прямо в глаза. - А оргазм и правда был фееричный… Я не успел отреагировать, когда он добавил прямо в мои губы. - И мне нравится, когда от тебя пахнет сигаретами. Целовался Илюха волшебно. Утро для нас началось почти в одиннадцать часов. Мы отлично выспались, долго валялись в постели и насмехались над взаимными стояками, потом как-то случайно пробрались друг к другу в трусы и от души подрочили, под конец уже соприкасаясь бедрами. Ржали в ванной, когда увидели, во что превратились постиранные вместе брюки и рубашки. Потом слопали оставленную мне на выходные еду и поехали к Илюхе – проведать брата. Расставаться нам не захотелось. Брат в квартире не обнаружился. Он заявился, явно похмельный и помятый, когда Илья переоделся в свою одежду, разогрел обед и собирался всерьез искать пропавшего. Младший брат оказался, на контрасте с Ильей, белокур, светлоглаз, небрежен и нахален по своим шестнадцати годам. Слишком пристально осмотрел меня, огрызнулся на все легкие упреки старшего, пожаловался на головную боль и пошел отсыпаться. Эту ночь, как я понял, парень провел в клубе. Илья не стал доставать младшего претензиями, малодушно спихнув процесс воспитания на родителей, и внезапно принял мое предложение просто погулять по городу. Весь день мы провели на улице. Город сиял чисто вымытыми ливнем улицами, отражался в солнечных лужах, обещал прекрасную майскую погоду. Мы прошлись по набережным и центральным улицам, определяя для себя ближайшие цели – зайти в спортивный магазин, кинуть денег на телефон, найти хорошее кафе с шашлыком. На открытой террасе кафешки переглядывались с двумя симпатичными девчонками, сидящими за соседним столиком. А когда потом двинулись в одном направлении и столкнулись в дверях супермаркета, одновременно рассмеялись. Девушки не почувствовали от нас агрессии «самцов на охоте» и радостно составили компанию, пока нам было по пути. День прошел насыщенно и приятно. Но я отчего-то предчувствовал, что эта субботняя идиллия – лишь затишье перед бурей.