Мое пламя

Много ли девушек, которые ненавидят холод и дождь, переезжают в самый дождливый город самого дождливого штата? Мрачный и угрюмый Форкс сводил меня с ума с самого первого дня, старый раритетный пикап заносил на каждом повороте, когда я преодолевала относительно небольшой путь от дома до школы утром и от школы домой после обеда, а новые люди смотрели слишком часто и слишком долго. Не каждый день встречаешь человека, добровольно идущего на такие жертвы, да еще и посреди семестра.  — Изабелла Свон? — я слышала это в первый день так часто, что перестала каждый раз поправлять собеседников, прося называть меня просто Беллой.  — Белла, — все же произнесла я, уже не пытаясь выдавить из себя улыбку.  — Как скажешь, Белла. Это была одна из тех маленьких, но многочисленных проблем, с которыми я столкнулась в Форксе. Одной из других маленьких проблем стала моя новая «подруга» Джессика. С ней мы познакомились на тригонометрии; за прошедшие сорок пять минут я услышала столько информации о личной жизни каждого из учащихся, что могла бы запросто создать на эту тему каталог. К счастью, в моей голове такое задерживается ненадолго. По дороге на ланч Джессика продолжила рассказывать о каждом, кого она знала и не знала, совсем не давая мне времени запомнить всех этих людей. Возможно, дело было в том, что в этом городе я знала не более десяти человека. Возможно, мне просто не было интересно. Не сказать, что Джессика очень подробно описывала — единственный парень, о котором я получила достаточно информации, чтобы у меня сложилось о нем хоть какое-то представление, был Майк Ньютон. Конечно, мне сразу дали понять, что я не имею право им интересоваться, так как Джессика была в него влюблена. Столик, который мы выбрали, располагался почти в центре помещения. Звук начинающегося дождя вызвал неприятное чувство обреченности. К этому просто нужно было привыкнуть. Я посмотрела в окно и закусила губу, предвкушая, какого размера лужи будут попадаться мне по дороге домой.  — Кого высматриваешь? — внезапно раздался голос Джессики. Вздрогнув, я повернулась к ней и замотала головой.  — Они?  — Кто? Я повернулась и посмотрела туда, куда уставилась Джессика. И увидела их. Миниатюрная девушка с каштановыми волосами, торчащими во все стороны и очень необычными, немного детскими чертами лица. Походка ее была легкой и непринужденной, цветовая гамма одежды пестрила яркими цветами, но в целом все смотрелось очень гармонично, подстать прическе. Идущий рядом парень наоборот отличался высоким ростом и медовыми слегка вьющимися волосами. Правильные черты лица, осанка, сдержанная одежда — все это делало его похожим на аристократа. Однако все это было второстепенным, так как самое явное отличие их от других присутствующих здесь людей была мертвенно бледная кожа. Складывалось впечатление, что их кожа светилась белизной, настолько бледной она была. На этом фоне и без того явные синяки вокруг глаз настолько бросались в глаза, что на расстоянии казалось, будто бы эти двое носили маски. Несмотря на то, что они заняли столик относительно далеко от нас, я не могла не заметить, что их глаза были почти черными, контрастируя с белоснежными лицами.  — Девушку зовут Элис Каллен, а паренька — Джаспер Уитлок, — проговорила Джессика полушепотом, не сводя с них — как и я — глаз. — Они переехали в Форкс пару лет назад. Я сдержанно кивнула, продолжая смотреть на них. Почему-то трудно было отвести глаза от их красивых лиц, но в то же время где-то в глубине души мне казалось, что в них было что-то отталкивающее.  — Они приемные дети доктора Каллена, — объясняла дальше Джессика. Парень, которого звали Джаспер, взял девушку за руку.  — А еще они встречаются. Они не родные брат и сестра, если что.  — Двоюродные? — спросила я, неловко улыбнувшись. Джессика, восприняв мои слова всерьез, замотала головой. Не став пояснять смысл своего шуточного вопроса, я переключилась на другой.  — Кто такой этот Каллен?  — Стыдно не знать, — фыркнула Джессика, — самый лучший доктор в нашем городе. Ему всего тридцать, он такой же привлекательный и, кстати, не женатый. Когда-то я ходила к нему на прием. Такой душка! Улыбка у него очень красивая, да и, наверное, тело под белым халатом очень привлекательное. Да и общительнее будет, чем эти двое.  — Они ни с кем не дружат?  — Нет, они сами по себе, — Джессика сказала это таким тоном, будто это ее обижало, — они вообще странные какие-то. У этого Джаспера всегда такой болезненный вид, а Элис Каллен… уж больно радостная. Такое ощущение, что она выкачала все эмоции у своего парня до капли. Ни разу не видела чтоб он улыбался. Джессика на некоторое время замолчала, а затем сменила тему. Разговаривать о школьной команде по бейсболу было совсем неинтересно, так что я просто соглашалась с ее словами, кивая каждые двадцать секунд, продолжая думать об Элис и Джаспере. Я старалась больше не пялиться в их сторону, бросая редкие короткие взгляды. Казалось, будто они вовсе не замечают, что на них кто-то смотрит, или, возможно, просто не обращают на это внимания. Стоит учесть и тот факт, что они все-таки были парой; кто знает, может, они так влюблены друг в друга, что для них целый мир сосредоточен только в пределах их столика. Элис встала со своего места и, подхватив полный нетронутой еды поднос, пошла к выходу. Странным ли был тот факт, что она выбросила все до последней крошки? А ведь в Африке голодают дети! Джаспер повторил за своей девушкой. Не сказав друг другу ни слова, они вышли столовой, «растворившись» в густой пелене ливня. Чуть позже я увидела Элис на уроке испанского. Легкой походкой она впорхнула в класс и, улыбаясь, направилась на единственное свободное место — рядом со мной.  — Привет, Белла! — голос ее был тонким и приятным и напоминал перезвон колокольчиков. — Как ты, наверное, слышала, меня зовут Элис Каллен. Какое-то время я молча смотрела на нее, пытаясь осознать происходящее. Звук ее голоса все еще звучал в моей голове и будто завораживал.  — Приятно познакомиться, Элис, — я постаралась придать своему голосу как можно более доброжелательный тон, и это не оказалось слишком сложным занятием, учитывая то, что моя новая знакомая не назвала меня Изабеллой. Меня трудно было назвать общительной, еще труднее — заметить, что я разговариваю прямо на уроке. На испанском же я не узнавала сама себя, увлекшись болтовней с Элис, которая оказалась очень приятной и обаятельной девушкой. Она много спрашивала меня про Финикс и Аризону, а потом рассказывала про Аляску, где они жили до переезда в Форкс. Урок пролетел совершенно незаметно, а после звонка Элис прошлась со мной до спортзала, где у меня должна была быть физкультура. После школы мне пришлось заехать в магазин — Чарли позвонил, когда я вышла на стоянку, и сказал, что сегодня вечером нас навестит Билли с Джейкобом. Купив все необходимое, я вернулась домой и почти сразу же занялась готовкой. Когда я переехала сюда, оказалось, что мой отец совершенно не умел готовить. Мне не хотелось, чтобы Чарли окончательно испортил себе желудок фастфудом, поэтому я взяла эту ситуацию в свои руки и обязалась тщательно следить за его питанием. Готовить мне нравилось — это не составляло особого труда и помогало занять чем-то руки. Я не часто выходила гулять, забивая свободное время домашними делами. За ужином Чарли и Билли обсуждали хоккей, поэтому я общалась в основном с Джейкобом. Несмотря на то, что тот был младше меня, это не делало его неинтересным собеседником — он многое рассказал о своей резервации и о Форксе, поделился забавными историями, которые приключились недавно с ним и его друзьями, а потом начал рассказывать что-то смешное про Билли и Чарли, однако не договорил.  — Белла, как твой первый день в школе? — обратился ко мне Билли. — Никто не обижал?  — Все очень милые и радушные, — ответила я негромко, повертев в руке вилку.  — Со всеми подружилась?  — Да, с некоторыми… ребятами, — я попыталась улыбнуться.  — Я знаю их родителей? — спросил меня Чарли, пытаясь придать голосу строгий тон.  — Ну, это Джессика Стэнли, Майк Ньютон, — начала перечислять я.  — Да, хорошие ребята. И все? Я замялась. Разговоры о себе я любила меньше всего, предпочитая слушать рассказы других. Немного неуютно было отвечать на вопросы под взорами троих людей, с которыми я долгое время не виделась и не общалась. Чарли, который обладал таким же характером, должен был меня понять, но, кажется, пока не понимал.  — Эрик Йорки показывал мне школу утром, а после ланча я немного пообщалась с Элис Каллен. Чарли остался довольный ответом и продолжил есть, постукивая вилкой по тарелке, однако обстановка на кухне немного накалилась от настороженного взгляда Билли в мою сторону. Джейкоб тоже заметил, что его отец как-то помрачнел, поэтому, как только мы доели, он тут же предложил выйти на улицу и подышать свежим воздухом.  — Мой отец не очень любит Калленов, — немного виновато объяснил он.  — Почему?  — Это… долгая история, — Джейкоб пожал плечами. — Приезжай к нам в резервацию и я расскажу тебе эту… ммм… легенду.  — Легенду?  — Ага, — он лукаво улыбнулся, слегка прищурившись.  — Ну, договорились. Не ответить на его улыбку я не могла. Несмотря на его подростковую неуклюжесть, нескладность и не классические черты лица, Джейкоба можно было назвать симпатичным широколицым пареньком, довольно обаятельным и приятным, с которым было очень легко общаться. С ним, как и с Элис, я тоже не заметила, как потемнело небо. Когда Чарли вышел на порог и сказал, что Билли и Джейкобу пора ехать домой, я заметила, что на лице парня отразилась легкая тоска. Видно было, что ему тоже очень нравилось со мной общаться и не хотелось возвращаться в резервацию, но ослушаться Билли он не мог. Когда Чарли усадил Билли в машину, мы с Джейкобом переговаривались через приоткрытое стекло водительской двери, пока наши отцы — почти одновременно — не одернули нас.  — Не забывай, что завтра тебе еще в школу, парень, — обратился Чарли к Джейкобу немного строго.  — Конечно-конечно, — ответил он, переведя взгляд на меня и широко улыбнувшись.  — Белла, — услышала я гулкий голос Билли, — подойди. Обойдя машину, я остановилась у пассажирской двери. Окно приоткрылось.  — Тебе не следует водиться с этими Калленами, — проговорил он тихо, — будь осторожна. Повернувшись к Джейкобу, он скомандовал тому трогать. Вернувшись на порог дома, я обернулась — Джейк завел мотор, помахал мне из приоткрытого окна и нажал на педаль газа.