Lost and Found

В спальне душно, воздуха не хватает и безмерно жарко. Нарцисса отбрасывает одеяло в сторону и переворачивается на спину, упираясь взглядом в потолок. В подземельях Слизерина всегда было достаточно прохладно и даже сыро, она бы никогда и не подумала, что здесь может быть такая духота. Вероятно, камины слишком сильно греют стены замка, горячие воды бегут по широким трубам, не оставляя холоду и сырости никаких шансов. Нет, Нарцисса все же не может найти причину, не может понять, почему же ей так жарко. Она проводит ладонью по лицу, вытирает проступившие на лбу капельки пота и касается фалангами растрепавшихся по подушке волос. Дыхание спокойное, но какое-то тяжелое, натужное. Нарцисса прикрывает глаза, надеется, что провалится в сон, но все тщетно. Тогда она приподнимается, встает с постели. Ноги касаются мягких тапочек, но это касание кажется противным. Ей даже от тапочек жарко. Она ступает босиком по холодному полу, выскальзывает из спальни девочек шестого курса. Дверь за ней закрывается тихо, Нарцисса прикрывает глаза на мгновение, искренне надеясь, что никого не разбудила, и спускается в общую гостиную. Она не знает, сколько времени. Освещения в замке уже нет, после двенадцати оно просто исчезает, словно испаряется в воздухе под действием темноты и слабого лунного света. Можно было бы воспользоваться палочкой, но она оставила ту в спальне. Вернуться? Нет, лучше этого не делать. Тогда точно кто-нибудь проснется. Нарцисса, конечно, не сверхзаботливая однокурсница, но и проблем она не хочет. Объяснять еще потом, почему она не в постели спустя столько часов после отбоя. Нет, этого точно делать не стоит. Нарцисса пробирается в полной темноте, осторожно нащупывет ступнями ступеньки, спускаясь по виеватым лестницам, придерживается ладонями за каменные стены. Пальцы касаются камней, ей кажется, что она щупает мох или плесень, но это лишь обманчивое ощущения ночи. В гостиной не многим светлее. Но дышится легче, проще. Она садится на диван, напротив погасшего уже несколько часов назад камина и подбирает под себя ноги. Нарцисса сидит так некоторое время, пока свежесть не превращается в настоящий холод. В общей гостиной всегда было ужасно холодно, поэтому здесь редко сидят ночами, а тепло пламени обжигает своим дыханием чаще, чем в гостиной любого другого факультета. Вдали стена отъезжает в сторону, пропуская кого-то внутрь. В такое время все спят, почти все. Она должна бы удивиться, но не удивляется, лишь делает глубокий вдох и смотрит в сторону приближающегося огонька света, дрожащего на кончике палочки. - Что ты тут делаешь, Блэк? - спрашивает хрипловатый мужской голос. Она узнает его владельца, кривит губы в некоем подобии улыбки. - Могу спросить тебя о том же, Малфой. Люциус садится рядом с ней, кладет палочку рядом, чтобы дрожащий и блеклый свет не оставлял их в полной темноте. Он - совершенно спокойный, с засунутыми в карманы ладонями; она - уставшая и напряженная со слегка рассеянными движениями. Просто два слизеринца, сидящие ночью в гостиной после отбоя. - Я не хотел тебя задеть как-то. Просто вас же трое. Не помню твоего имени, - произносит Люциус рваными фразами. - Нарцисса, - кивает она зачем-то. Они просто молча сидят какое-то время, а потом он поднимается с места, бледные и чересчур тонкие пальцы плотно сжимают древко палочки. - Я бы сказал Розье, - говорит Люциус с улыбкой и направляется в сторону спален. Нарцисса перевешивается через спинку дивана, смотря ему вслед. Ее мать и правда была из Розье, да и многие признавали, что Нарцисса взяла от той породы чуть больше. Но разве это имело значение? - Вообще-то, Блэк. Сам же сказал, - поправляет Нарцисса. Она фактически заставляет его остановиться у самой лестницы, развернуться и кинуть еще один взгляд в сторону камина. В этой девушке было что-то такое, что способно заинтересовать его. Если еще не заинтересовало. Смотря на нее, хочется улыбаться. - И все же. Больше Розье, чем Блэк, - учтиво проговаривает Люциус Малфой, чуть склоняя голову, перед тем, как скрыться в темноте. Нарцисса улыбается. Смотрит туда, где еще несколько мгновений назад стоял он, и улыбается. Впервые в жизни Люциус обращает на нее свое внимание. Этот язвительный старшекурсник, находящийся в центре бесконечного внимания, не замечающий ни одну девушку, фактически равняющий их с каменными стенами. Уж если судить по его безразличному взгляду, то разницы между девушками и стенами он и правда не видит. Она уже несколько месяцев не находит себе места из-за него - такого безразличного, со своими ядовитыми фразами и пронзительным взглядом серых глаз. Нарцисса никогда не думала, что они могут пересечься ночью - да еще и после отбоя, Мерлин! - в общей гостиной. В кровать она возвращается не сразу. В конце концов, в спальне все еще нечем дышать. Через много лет Нарцисса Малфой припомнит своему супругу их первый ничего не значащий разговор, почему-то отпечатавшийся в ее памяти.