Три времени года

Время летело, утекало как песок сквозь пальцы. В жизни многоуважаемых товарищей правоохранителей все текло своим чередом. Сергей, тихо и немного не литературно ворча, сопротивлялся пилюлям и капельницам. А Галина каждый день навещала сослуживца, радуя душу болезного. Медсестры, которым был симпатичен капитан, завидев Галю пытались скрыться и не появляться в зоне видимости вообще. И не потому, что офицер допытывалась, чем лечат его напарника. Причиной было то, что стоило только увидеть, как они смотрят на друг друга, и вопросы отпадали сами собой. Девушка пакетами носила сослуживцу фрукты, хотя по его мнению это было совершенно лишним - одно лишь присутствие уже давало силы и желание жить дальше. В больничные стены Рогозина приносила с собой ощущение спокойствия, умиротворенности, тихого, почти что семейного, счастья. Уставшая после трудового дня, она была настоящей, не притворялась, не ставила себе выше или ниже - была рядом. Этим и покорила в первый рабочий день, тогда, в машине. Улыбка ее была самой искренней, когда Сергей рассказывал всякие шутки, анекдоты, случаи из милицейской жизни, глаза блестели не от слез горести, а от смеха. Он хотел убедиться, что она приходит к нему каждый вечер не потому, что ее кто-то заставляет, и она чувствует вину перед ним, а потому что любит и хочет быть рядом, и самый лучшим доказательством этого было то, как Галя коротко и нежно целовала его в губы на прощание, и шептала "Не скучай. Я завтра после работы сразу у тебя". Мужчина пытался возмущаться тому, что его любимая совершенно себя не жалеет, живя в таком напряженном графике, но она только ласково и умиротворяюще произносила "Я хочу быть рядом с тобой" и мягко целовала в губы. Офицер испытывал жгучее желание видеть свою благоверную чаще и в душе по-детски радовался ее приходу. Стоило только увидеть светлую, чуть усталую улыбку и жизнь становилась немножко лучше. Выписки Сергей ждал с нетерпением. Скука тянула к мужчине свои мохнатые лапы и, наверное, совсем бы одолела его, если бы не к нему часто не захаживал паренёк Вася, с которым он познакомился в ожидании своей очереди на процедуры. Парень оказался довольно приветливым и разговорчивым, рассказывал не только всякие увеселительные истории, но и то, как он попал сюда. Оказалось, что их истории очень схожи: к спокойно идущему по делам молодому человеку прицепился какой-то представитель ряда гопников. После непродолжительного разговора с известным окончанием, Василий встал на защиту имущества и самого себя, но не учел того, что противник явно имел больший опыт, а еще то, что в его кармане лежал складной нож, которого вполне хватило для того, чтобы нанести ранения, а потом оставить соперника погибать от потери крови. Парень имел все шансы стать хладным трупом, если бы через несколько минут после драки, именно к нему не шла бы давно знакомая, понравившаяся девочка, которая вчера нагрубила Васе, сочтя его заботу чрезмерной. Именно она и вызвала скорую и тем самым спасла жизнь тому, перед кем провинилась. Спасительница часто навещала старого знакомого и они вместе заходили к Сергею, долго о чем-то болтали. Майский с улыбкой отмечал, что молодежь друг другу подходит. В комнате сразу возникало впечатление теплоты, какой-то душевной близости. Однажды парень и мужчина разговорились, сидя в Серегиной палате и играя в карты. Вася давно замечал девушку, приходящую к собеседнику по вечерам, - их палаты находились недалеко, - и парня заело любопытство. Нужно было подтвердить или опровергнуть догадку. Капитан немного растерялся от неожиданного вопроса и проворонил то, как Вася лихо оставил его в дураках. - Да, это моя... - мужчина замялся, подбирая слово. - Любимая моя. Девушка. *** В бурное обсуждение деталей недавно раскрытого дела, на которое сотрудники потратили немало своих нервных клеток, вмешался еще один "обсуждатель", самый пострадавший из всех присутствующих. - Здравствуйте, товарищи, - солнечной улыбкой поприветствовал находящихся в помещении капитан. Во взгляде его была осознанность, чёткость. - Серёга! - радостно вскрикнул Леха и тут же вскочил со своего места. А лучше слов - просто искренние объятья. - А куда бы я делся? - сам себе задал вопрос Сергей. - С подводной-то лодки, - подмигнув, добавила напарница. Майский посмотрел на нее с нескрываемой нежностью и заботой, хоть для чужих глаз он просто улыбался, чуть склонив голову. - Совершенно верно. - Товарищи, войти можно? - деликатно спросил майор, положив свою руку на плечо сослуживца. Тот радостно улыбнулся, спиной ощущая присутствие старого знакомого. - Дэн, - усмехнулся офицер, поворачиваясь к другу. - Очень рад видеть. - Взаимно, - Красовский подал руку для рукопожатия и обнял коллегу. - С нами ты поздоровался, а с Галей забыл? - подколол старшего Алексей. Но он достойно отбил подачу. - Чтобы я поздоровался, мне нужно убрать вас из кабинета, - ответил мужчина и невесомо поцеловал девушку в нос, заставив ее улыбнуться, а ребят - замереть в предвкушении чего-то глобального. А Денис застыл от вида чуть ли не урчащей от приятных прикосновений капитана. За время отсутствия Сереги Галя казалась почти не управляемой гончей. Он не ошибся, когда еще в больнице мысленно заметил о "командирских замашках" - она перетягивала одеяло на себя, брала лишнюю ответственность, настаивала на своих версиях жестче. Он ее просто не узнавал. Разница была ошеломляющей. Офицер долго решался поговорить с ней об этом. Выжидал нужный момент. И дождался того, чтобы они остались одни в кабинете. - Галь, задержись, - названная не ожидала никакого подвоха, по-этому спокойно остановилась, и обернулась, глядя на собеседника. - Я тебя внимательно слушаю, - легкая улыбка на устах дамы выражала полный контроль над ситуацией. А вот майор долго подбирал слова для обращения к ней. - Не кажется ли тебе, что ты жестче чем обычно? Ты перетягиваешь контроль на себя. Ты отдаешь приказы, словно ты руководишь оперчастью, - Дэн пытался говорить уверенно, придать голосу, жестам, походке уверенность, которой не чувствовал. - Не задумывалась, - Галина чуть-чуть прищурила глаза, выжидая дальнейших действий от товарища. Но он просто внимательно смотрел на нее. - Ты подумай. - Подумаю. - Спасибо, - чтобы сказать единственное слово Денис наклонился вплотную к уху Рогозиной. Она лишь слегка улыбнулась, повернув голову влево. - А вы мне все-таки расскажите, кто оказался злодеем? - от серьезных дум друга отвлек Сергей, севший рядом со своей половиной и касающийся ее руки своей. Все это выглядело очень нежно, трогательно... и в их характере. Оба казались такими самостоятельными, серьезными, вечно спешащими, а вместе были настолько гармоничными, что казалось, что так должно быть вечно. - Попкорн принести? - улыбнувшись, предложил Леша. Майский усмехнулся - прекрасный аккомпанемент рассказу о злом и коварном преступнике. - В следующий раз. - Жили на свете четверо друзей детства: Юра, Коля, Слава, Максим, - Галина стала показывать на пальцах, активно жестикулировать и Серый просто залюбовался ее руками. - Росли они вместе, дружили, все дела. Выросли. Открыли свое дело - у каждого была своя доля в бизнесе, - и жили себе спокойно. - До определенного момента? - Серега понимал, что история в данной точке не заканчивалась, а как раз набирала обороты. - Да, - теперь говорить стал Денис. - Однажды в целях расширения потенциала фирмы посредством покупки какого-то из филиалов, милая троица, нынче пострадавшая, решила устроить пикник за городом с владельцем филиала. Но была одна проблема - все они были холостыми, не было женской мощи для создания масштабного действа. Один только Максим, тогда находящийся в командировке где-то у черта на куличиках, был женатым. И естественно они попросили помощи у его жены. - Я кажется, начинаю понимать четвертого... - интуиция подсказывала Майскому о продолжении и о конце истории. - Никто из нас не знает, что произошло конкретно, но жена Максима оказалась в больнице. Что произошло дальше, ты знаешь. Мы его взяли в больнице, когда он пошел добивать, - не смотря ни на что, офицеры понимали парня, но закон есть закон. Справедливых законов нет, но беззаконие намного хуже. - А? - Их мы тоже привлекли. Точнее не мы, а соседний отдел, по месту жительства, - все трое отлично помнили момент, когда они сидели в кабинете и думали, что же делать дальше. Их ответ был единогласен - это дело нельзя было оставлять просто так. - Ребят, там нас к себе Иванович вызывал... Я так и не услышал, что он нам хотел раздать - пилюли или благодарности, - в голове Дениса мелькнула мысль, заставившая вспомнить о том, что ему звонил начальник и просил подать ему оперативный отдел на блюдечке с красивой ленточкой. - Вы идите, а мы вас догоним, - попросил коллег Майский. - Эх, молодежь, - притворно вздохнул Красовский, приближаясь к выходу из кабинета. - Иди уже, старик, - усмехнулся Сережа, подарив своей половине нежный поцелуй.