Дневники барда

Знаете, сейчас разгар лета, а я уже соскучился по зиме. Я уже вторую неделю торчу в Эльсвейре, тут просто умереть от жары можно. Мне, порой, кажется, что зима это что-то нереальное, что я сам выдумал снег и морозы. Надо, наверное, дать дёру в Винтерхолд, там, в горах не тают снежные шапки. Если честно, я уже с нетерпением жду Новый год. Да, многие скажут, мол, уже за тридцать мужику, а он, как ребёнок радуется какой-то там перемене даты на календаре. Для меня праздник Новой жизни до сих пор остаётся чем-то волшебным, не теряет своей таинственности с годами. Наверное, потому что я абсолютно не представляю где, как и с кем проведу следующий год? Или потому что выпивка в тавернах бесплатная? Кто знает... Прошлые новогодние праздники мне, как и всегда, не удалось провести в Чейдинхоле с братом и его семьёй, но они всё равно прошли очень удачно. Что-то я неподходящее время выбрал для записи новогодней сказки, но уж ладно, расскажу обо всём по порядку. Довелось мне доставлять в ту пору посылку в небольшую деревушку в Нибенейском бассейне – Кропсфорд. Местечко миленькое, но довольно тихое. Так и не смогло за свою историю превратиться в город, хотя хозяин таверны уж точно считал себя графом этого местечка. Помимо таверны в деревне стояло несколько домов, чуть поодаль красовались ещё две или три фермы, а также на возвышенности виднелись покрытые снежком развалины когда-то богатого поместья. Я раньше никогда в этой деревне не бывал и, что же случилось с поместьем, соответственно, не знал. На дворе было уже 31 число, и я надеялся к ночи быть в Чейдинхоле, чтобы встретить Новый год вместе со своим братом и его семьёй. Поэтому я планировал отдать посылку хозяину таверны и гнать коня во весь опор в город. Когда я прибыл в Кропсфорд, началась метель, и поднялся сильный ветер. Мне пришлось спешиться и идти до таверны пешком. Но вот местных жителей совершенно не пугала внезапная скайримская погода. На главной площади перед таверной детишки с ферм пытались нарядить козу в какую-то мишуру из множества цветных платочков. Старшее же поколение расчищало снег, чтобы к домам был подход, ведь сугробы уже были почти с меня ростом. От предпраздничной суеты меня бросало в приятную дрожь. Я поставил коня в стойло и зашёл в миленькую таверну под странным названием «Гоблинский тотем». В моей голове возникло ещё больше вопросов по поводу истории этой деревни. Искушение задержаться в Кропсфорде было всё сильнее, но я держался, как мог. Весь залепленный снегом, я зашёл в таверну. Внутри приветливо потрескивал камин, хозяина за стойкой не было. Вообще в главном зале никого не было, даже какого-нибудь старого пьяницы, спящего за столом. Я неловко потоптался около входа. В таверне было так чисто, что мне было стыдно пачкать своими грязными сапожищами этот сияющий пол. Я вздохнул, отряхнул голову и плечи от снега, прошел внутрь и негромко позвал хозяина. На мой лепет, понятно дело, никто не откликнулся. Я сел за стойку и, подперев рукой голову, погрузился в свои думы. Снаружи завывал ветер, в окно мне было видно, как и без того белые поля засыпает новым слоем снега. В избе было очень хорошо натоплено, что меня моментально разморило, и я громко зевнул. На этот раз меня заметили: из жилых помещений выглянул рыжеволосый молодой человек, строго смерил меня взглядом и нырнул обратно за дверь. - Отец, у нас гости, - услышал я голос из-за дверей. - Гости?! Ты шутишь? – раскатистый бас хозяина таверны дополнили его грузные шаги, приближающиеся ко мне. В главный зал вошёл такой же рыжеволосый мужчина, только в отличие от юнца, он был невероятно большого роста, широкоплеч, пузат, бородат, словом, классический представитель вида "хозяин таверны". Завидев меня, он радостно раскинул руки и пробасил: - Приветствую, путник! Давненько у нас не было гостей из-за снега! – он внезапно обнял меня, как родного, и, увидев лютню за моей спиной, расхохотался. – Снимай шубу, бард, сейчас и выпивку, и комнату тебе сообразим! Чую, праздник Новой жизни в этот раз мы встретим с песней! Хозяин таверны говорил очень громко, что у меня зазвенело в ушах. Его манера произносить каждую фразу, как восклицание была, скажем так, довольно мне непривычна. Мне даже стало немного неловко перед ним, ведь я не хотел оставаться, а он так на это рассчитывает. Я достал из внутреннего кармана шубы кошель с письмами и какими-то вещами и сказал: - Я к Вам вообще-то с посылкой. Это же Вы Макарий? – я тихонько кашлянул. Хозяин таверны кивнул и заинтересованно взял у меня из рук кошель. – Это от Вашей подруги из таверны «Фарегил». - О, вероятно, от Мариши! – догадался имперец. – Замечательная женщина, а ещё отменный алхимик, знаешь ли! – он с любопытством заглянул в кошель и отвернулся от меня. Я сделал несколько шагов к выходу. – Милая, тут нам весточка от Мариши! – крикнул он в сторону жилых комнат. Оттуда мигом выпорхнула бретонка лет пятидесяти. – Смотри-ка тут какие-то книги, это, наверное, тебе подарки! - Ты лучше клиентом займись, - рассмеялась жена здоровяка, кивнув в мою сторону, забрала посылку себе и удалилась обратно в комнаты. - О, приношу свои глубочайшие извинения, господин бард! Чего желаешь выпить?.. – Макарий обернулся и, не увидев меня за своей спиной, изумлённо охнул. - Я хотел к вечеру добраться до Чейдинхола, так что, наверное, поеду... – я пятился назад, оправдываясь перед радушным хозяином. – Да и лошадь замёрзнет без крытых конюшен... - Даже не пообедаешь? – растерянно спросил мужчина. – Моя благоверная приготовила замечательное рагу сегодня! У меня предательски заурчало в животе. Я сопротивлялся, сколько мог, но рагу определённо перевешивало. Ведь жёнушка моего брата готовить не умела совсем, поэтому праздничный ужин в Чейдинхоле всегда оставлял желать лучшего. Впрочем, я всё ещё боялся за коня, но не успел я и кивнуть в сторону стойла, как Макарий заверил: - Не беспокойся, господин бард! Если ты всё же решил остаться, то мой сын сейчас же отведёт твоего скакуна в тёплый хлев. - Ну что же, - протянул я, снимая шубу. – В таком случае, можно и на обед остаться. Особенно если Вы поведаете мне историю того сгоревшего особняка на холме. Хозяин постоялого двора радостно закивал, унёс куда-то мою шубу, отправил своего сына разбираться с конём, а сам усадил меня за стол, принёс еды и сел напротив. Рагу пахло великолепно, на вкус оно было... таким домашним что ли? В тавернах обычно подают что-то холодное внутри или наоборот пересушенное, но тут было приготовлено, как для себя. Вероятнее всего, это и было приготовлено для семьи, а тут я припёрся. Также Макарий подал горячее вино со специями по какому-то местному рецепту. Он не стал отступаться от традиции, поэтому выпивку я получил за счёт заведения. Мы с гостеприимным имперцем болтали о погоде, о путешествиях, я спел ему пару песен из разных частей Тамриэля. И вот наконец Макарий вздохнул и начал свой рассказ. История сгоревшего поместья, рассказанная Макарием, хозяином таверны «Гоблинский тотем», 31 месяца Вечерней Звезды 4Э198. Дело, друг мой, довольно давнее! Одного стареющего рыцаря из Совета Старейшин решили отослать на пенсию, пока он не наворотил дел. Титуловали в графа, но город ему доверять не стали, а сослали в Кропсфорд. Выделили ему хорошую пенсию, отгрохали поместье, там свежеиспечённый граф и стал жить. Меня ещё мальчишкой назначили к нему в оруженосцы, зато с переездом в эту деревушку я стал аж управляющим поместья! Местные жители сначала обрадовались, мол, пришёл наконец-то деятель из столицы, теперь-то нам дорогу проложат нормальную, фермы подлатают, торговлю наладят!.. Но не тут-то было! Наш многоуважаемый сэр Яков и слушать ничего о благотворительности не хотел! Он жил как бы отдельно от всего поселения, оно было так, приятной декорацией для его жизни. Купил одну из местных ферм, нанял людей, она приносила стабильный доход поверх его пенсии. Вскоре, наш сэр стал просто сказочно богатым и тогда старик призадумался о наследнике. Созвал он старых друзей и устроил праздник! Некоторые из местных тоже решили рискнуть и незаметно подтянулись на пир. Пиршество было выше всяческих похвал, народу съехалось со всего Тамриэля, так что мы со слугами и местными жителями легко затерлись в толпе. В разгар пиршества сэр Яков привлёк внимание к своей персоне и во всеуслышание объявил о своих намереньях найти себе молодую и красивую невесту, что родит ему наследников. Среди богатых друзей охотцев до старика не нашлось, а вот овдовевшая хозяйка «Гоблинского тотема» оказалась довольно меркантильной особой!.. Поэтому внешность старика её не отпугнула, ведь возможность облагородить своё заведение, заодно и обзавестись, наконец, детьми, явно перевешивала все недостатки старого брюзги, подумалось ей. Вдова на поверку оказалась весьма сообразительной и сначала познакомилась со мной, чтобы разузнать, что к чему со стариком Яковом. Я ей прямо рассказал, мол, сам от лекарей слышал, что сэр Яков-то бесплоден! У него уже была жена, но он с ней развёлся, ведь не смог завести с ней детей. Но вдову это почему-то не остановило. Она сказала мне, что у неё есть план на этот счёт, но ей будет нужна моя помощь. Недолго думая, я согласился. Старик мне уже толком надоел, ведь он был довольно жесток и гонял меня вместе с остальными слугами почём зря, поэтому мне даже показалось немного забавным – строить козни за спиной у богача! Когда праздник закончился и все разъехались, я улучил момент и представил Якову хозяйку таверны. Старик начал было возмущаться насчёт того, что он не возьмёт в жёны женщину из низшего сословия, но я нашёл нужные слова, а вдова была очаровательна, так что старик сдался. Но свадьбу пока играть не согласился! После этого где-то год промучилась вдовушка с Яковом, всё отпаивала его какими-то зельями, которые ей поставляла знакомая каджитка. Она потом частенько плакалась мне на плече, что зря вообще устроила эту затею, и что Яков с ней ужасно обращается. Это было чистой правдой! Своё заведение вдове пришлось прикрыть, ведь старый тиран ей запрещал и шагу за границы поместья ступить! Единственным развлечением заточённой вдовушки была переписка с её подружкой-каджиткой. Однажды каджитка надоумила вдову просить помощи у даэдра! Когда она поделилась со мной этим, я ей сразу сказал, что это плохая затея! Знаешь, я-то человек очень суеверный, поэтому даже одно упоминание даэдра вгоняет меня в дрожь! Но, да хранит меня Стендарр, я не призываю даэдра, а просто рассказываю путнику историю. Потащила вдовушка Якова к святилищу... Клавикуса Вайла. Этот даэдра, как многим известно, очень любит иметь дело с богатыми, особенно, когда те ставят на кон всё своё состояние! Наверное, поэтому он немедля отозвался. Выслушав прошение этой пары, Клавикус сказал, что вскоре вдова понесёт. Но не успел старик и согласиться на все условия даэдрического принца, как тот огласил условия своей сделки. Вайл пояснил, мол, если старик хочет умного, сильного сына в наследники, то он должен совершить самосожжение, а если хочет глуповатую, но красивую дочурку, которая потом удачно выскочит замуж, то он должен отрубить себе правую руку. Ну а если он не выполнит условия контракта, то пусть ждёт беды! После этого даэдра больше не отвечал, и стало понятно, что контракт заключён... Условия сделки, понятно дело, богачу не понравились, но поскольку отказываться было поздно, он поехал к знакомому магу за советом. Маг, который в то время был какой-то, знаешь ли, важной шишкой в Синоде, подключил все свои источники, чтобы помочь другу расторгнуть договор с даэдра. Эх, какое же замечательное было тогда время! Яков почти всё время пропадал у этого своего дружка-мага, поэтому в поместье было тихо и спокойно. Я тайком от старика выкупил у вдовушки эту самую таверну, оформил её на себя и начал тут заправлять. Старый дурак был так увлечён своими исследованиями, что даже не заметил пропажи денег, ха! Шли месяцы, живот у вдовы рос, уже всей деревне было ясно, что вдова-то беременна! Яков никак не хотел возвращаться домой, поэтому в Кропсфорде хозяйничал я! Забота о вдове, соответственно, тоже легла на мои плечи. Я боялся, что из-за безалаберности Якова, который уже твёрдо вознамерился обмануть даэдра, может погибнуть вдова или её невинное дитя. Когда минуло больше восьми месяцев, со времени их визита к святилищу, а маг так и не придумал, как расторгнуть договор с Вайлом, сэр Яков вернулся домой. Он ходил такой хмурый, что даже не бил своих слуг, ну а те лишний раз старались не попадаться ему на глаза. Он не разговаривал ни с кем, даже со вдовой, часами сидел запершись в своей комнате. Так прошёл девятый месяц. Я уже созвал лекарей, чтобы те принимали роды у вдовы, но та никак не могла разрешиться... Это был снежный день, прямо как сегодняшний. Уже стемнело, хотя час был не поздний. Я тоже стал очевидцем тех событий, потому что по странному стечению обстоятельств в таверне свою не пошёл, а остался в поместье. В доме царили полусумрак и тишина. Яков как всегда сидел, запершись наверху в своей комнате, вдова читала где-то у камина, а я заправлял работой на кухне. Как сейчас помню, несёт поварёнок огромный чан с маслом, и вдруг мы слышим чей-то душераздирающий вопль на весь дом! Бедный поварёнок так испугался, что выронил чан из своих рук, а масло разлилось по всей кухне и моментально вспыхнуло! Когда мы поняли, что тушить бесполезно, огнём была охвачена уже вся кухня! Тогда я приказал всем выметаться из здания на мороз, а сам побежал проверять в порядке ли вдова. Я подумал, что это она кричала, потому что начала рожать, но нет, с ней всё было хорошо! Я вывел её и лекарей из поместья и побежал за графом, но, сколько бы я не ломился в дверь, он мне не открывал. Двери-то в поместье были не то, что у нас, а крепкие, дубовые! Я слышал только стоны из-за двери, Яков словно выл от боли. Тут я заметил, что огонь подступает уже и ко второму этажу, и понял, что надо спасаться самому. Поскольку путь к лестнице был уже отрезан, я сиганул из окна. Благо сугробы в тот годы были не меньше этих, так что я довольно мягко приземлился. Всё поместье полыхало, словно огромный костёр. Рядом с этим местом было так жарко, что начал таять снег. Вдова так испугалась, что не стерпела и начала рожать. Мы отнесли её в таверну, там и разрешилась. Она родила двух очаровательных близнецов – мальчика и девочку. Тем временем, поместье сгорело дотла, а не спасся из него только один старик Яков. Когда на следующее утро мы с мужиками из деревни разгребали пепелище, мы обнаружили обгоревший труп сэра Якова. С отрубленной рукой. Понял, бард? Это он тогда закричал! В последний момент он хотел было пойти на сделку с Вайлом, но... Макарий внезапно замолчал. От контраста его воплей и внезапной тишины у меня зазвенело в ушах. Я если честно немного устал от его восклицаний, но что-то в этой истории мне не давало покоя. Я попытался собрать свой пьяный рассудок в горсть и сам додумать историю, но у меня ничего не вышло. - Постой, а что было дальше? – я уже перешёл на "ты" к хозяину таверны, но тот не возражал. – И что же стало со вдовой и её детьми? Макарий хохотнул, залпом выпил кружку вина и с улыбкой уставился в окно. - Знаешь, бард, обычно на этом моменте я говорю, что не знаю их дальнейшей судьбы, - он вздохнул и повернулся ко мне. – Но так уж и быть, расскажу тебе истинную версию этой истории. Дело в том, что я умолчал небольшой факт! После поездки к святилищу вдова была очень напугана. В тот вечер она в слезах прибежала ко мне и сказала, что не хочет понести от Якова, потому что он явно не собирается выполнять условия сделки Вайла... Она боялась, что с ней или с её ребёнком случится беда из-за гордыни Якова... Ну и, в общем, всё это время вдова была беременна от меня... – Макарий снова рассмеялся, увидев моё изумлённое лицо. – Да, если бы старик выжил в пожаре, он бы убил и меня, и вдову, и детей... Да ты и сам моего сынка видел, он же вылитый я!.. - Нарочно не придумаешь, - выдохнул я, выпил ещё вина и бросил взгляд в сторону окна. Даэдра меня дери, там уже стемнело! Я, было, подскочил с места, но понял, что я никак не успею в Чейдинхол до полуночи. Я растерянно сел на место, и осознал, что в любом случае, я слишком пьян, чтобы куда-то ехать. Макарий словно поймал мои мысли и, как всегда невероятно громко, воскликнул: - Эй, да ладно тебе, успеешь ещё в свой Чейдинхол! – он налил нам ещё вина. – А Праздник Новой жизни встретишь с нами! А, как тебе такое предложение? - Почему бы и нет! – уже весело ответил я, растекаясь по стулу. Интересно, а дочка-то у него правда красивая, как Вайл и обещал?..