Дневники барда

В самом деле, что-то я давненько не брался за свои замечательные заметки. Уже года два или три, верно? Надеюсь, я ещё не разучился писать, друзья мои! Нашёл тут в своей старой походной сумке несколько листов из дневника и поймал себя на сентиментальной слезе. Ох, на самом деле всё очень плохо, ведь я потерял добрую часть страниц из своего дневника в одном из ущелий около Маркарта, когда за мной гналась скампова толпа изгоев. Но об этом я расскажу чуть позже. Быть может, мне удастся восстановить некоторые из утерянных рассказов? Прямо сейчас этим и займусь. Для разогрева, пожалуй, расскажу вам забавную историю, как буквально полгода назад я пробыл в запое аж целый месяц. На меня потом было страшно смотреть! И, собственно, как меня угораздило в это влипнуть... Месяц Огня очага в прошлом году выдался невероятно холодным. Я держал путь из Анвила в Коррол. Думалось мне, что я успею добраться в город до заката, поэтому я решил срезать путь через Коловианское нагорье. Я понял свою ошибку, когда к полночи вышел к границе с Хаммерфеллом, не имея ни малейшего понятия о своём точном местоположении. Где-то в холмах выли волки. Мой конь нервничал, дёргался от каждого шороха и то и дело пытался меня сбросить. Я разделял опасения своего четвероногого товарища, поэтому со всей силы вцепился в него, не давая ему возможности избавиться от лишнего груза на спине. Я, как мне показалось, направлялся вдоль границы на северо-восток, хотя, если честно, я никогда не умел ориентироваться по звёздам, потому что всегда путешествовал днём. С тех пор, как солнце закатилось за горизонт, ощутимо похолодало, я видел, как из ноздрей моего коня выходит пар. На траве появился иней. Я размышлял над тем, чтобы спешиться и разбить лагерь, но волчий вой заставлял двигаться дальше. Меня начало трясти мелкой дрожью, уж не знаю, от страха это было, или же от холода. Вдруг в ночной тишине я услышал, приглушённый рык. Самое страшное заключалось в том, что он донёсся совсем рядом, буквально из ближайших кустов. Конь без моего приказа ускорил ход. И правильно сделал, ведь в следующую секунду из-за кустов выскочил здоровенный волчара. Мой скакун намёк понял, встал на дыбы, истерично заржал, развернулся и понёс меня галопом в неизвестном направлении. Я прижался к его шее, чтобы не получить веткой по лбу и уже был готов отдать свою судьбу в руки госпожы Кинарет и её прекрасных питомцев, как вдалеке показался какой-то свет между деревьями. Ферма! Ох, уж этот Сиродил – где бы ни был, всегда наткнёшься на ферму! Я попытался взять напарника по несчастью под контроль и направил его в сторону света. Я оглянулся, чтобы убедиться, что зверь идёт за мной прямо по пятам, как вдруг его сразила чья-то стрела. Я попытался остановить моего коня, но тот, приметив людей, снова продемонстрировал, как же он умеет пафосно вставать на дыбы. Такой подставы я совсем не ожидал, поэтому в этот раз не удержался в седле и повалился на землю, конечно же, не забыв оставить ногу в стремени. Это же так весело, когда испуганный конь пашет твоей головой чей-то город! На самом деле, где-то на этом моменте я отключился, поэтому так и не смог сполна ощутить прелесть данной забавы. - Я же говорил, что он жив, - чей-то голос доносился глухо, словно из-под воды. В голове звенело так, будто я решил повесить колокол из кватчской часовни прямо внутри собственного черепа. Но на всякий случай, я всё же решил проверить наличие этой самой головы у себя на плечах, поэтому, прежде чем открывать глаза, я с трудом ощупал своё лицо и пролепетал что-то вроде «спсзаспасениепрститезаогорд». Я открыл глаза и увидел перед собой четверых? Нет, это у меня в глазах двоилось. Двух эльфов преклонных лет. Мужчина стоял, наклонившись надо мной, держал в руках факел и приветливо улыбался. Женщина же сидела передо мной на корточках и брызгала в лицо холодной водой. - Я думала, что ты умер, дорогуша! – обеспокоенно воскликнула эльфийка, не прекращая попыток привести меня в чувства. Попытки были не напрасны – мои чувства потихоньку возвращались в нормальное состояние. Поэтому сначала мои спасители перестали двоиться, а потом я осознал, как же у меня болят плечи и затылок. Я попытался сесть и ощупал свой затылок. Я попытался сфокусировать зрение на руке, которой я только что чесал затылок, и разочарованно охнул – она вся была в крови. С мыслями о том, что я проломил череп и теперь умру где-то в Коловии на руках у несчастных фермеров, я хотел, было, снова отправился в гости к Вермине, то есть незамедлительно потерять сознание, но получил увесистую пощёчину от пожилой босмерки, что тут же привело меня в чувства. - Ты как, парень? Живой? Даже не думай снова отключаться! – комадным тоном прикрикнул на меня альтмер. – Встать сможешь? Я промычал что-то нечленораздельное в ответ, меня тут же подхватили под руки и повели в дом. У них так ловко это получилось, что мне на ум пришла мысль, что они это делают далеко не в первый раз. Заправским движением двое затащили меня в дом и усадили за стол на лавку, аккуратно прислонив меня к стене. Я не мог ничего сказать, а только лишь пытался сфокусировать внимание на мельтешащих эльфах. Мысли в звенящей голове скрежетали, словно двемерские шестерни. Где мой конь? Почему они так ловко притащили меня в дом? Почему они всё ещё приветливы со мной, если я только что пропахал их посевы своей дурной головушкой? Они живут в уединении, на таком отшибе, да ещё и не спят ночью?.. - Как ты удачно выскочил из леса, малой. Мы как раз хотели сесть поужинать и я вышел на огород, чтобы нарвать зелени! – сообщил мне старый мер. Он упомянул про ужин? Время уже заполночь, какой ещё ужин?.. Неужели они хотят меня съесть? Да, они определённо хотят поужинать мной и моим конём закусить! Такой вывод сделал мой больной мозг, и я снова запаниковал. Сразу же после этого умозаключения я начал размышлять о плане побега. Я попытался неловко встать, но не сделал я и пары нетвёрдых шагов, как был усажен обратно на скамью неожиданно сильными руками старика. - Г-где мой конь? – пробормотал я, стараясь не смотреть в глаза своему спасителю. – Я-я не хочу доставлять вам неудобств... я поеду, наверное... - Только посмотри, Лаврэн! – хозяйка дома недовольно взглянула на меня, уперев руки в боки. – Этот бедняга явно хотел стать кормом для волков, а мы ему помешали! - Всё в порядке с твоим скакуном. Мы его поймали и уже поставили в стойло, - попытался успокоить меня Лаврэн, похлопывая по плечу. Затем развернулся к своей сожительнице. – Малия, он же головой приложился, у бедняги бред. Он даже ещё не понял, что произошло, - меня снова крепко похлопали по больному плечу и вкрадчиво объяснили. – Твой конь испугался волка и прискакал к нашей ферме. Ты не удержался на его спине и упал на землю... - Я помню, - кивнул я и обречённо прислонился спиной к стене. Как только мои свежие раны встретились с неотёсанными деревяшками, я охнул от боли и попытался теперь держать спину прямо. - Милок, а что ты делал в холмах в столь поздний час? – поинтересовалась Малия, неся миску с какой-то травяной жижей и тряпку, чтобы обработать мои раны. Ну или начать меня мариновать прямо сейчас. - Я хотел срезать путь от Анвила до Королла через горы, - честно признался я. – И заблудился. - Ты ехал в Королл? – расхохотался альтмер. – Что ж, поздравляю, ты почти что вернулся к Золотому берегу. Добро пожаловать на нашу с жёнушкой ферму «Врата в Обливион»! - К-какое необычное название, - нервно хихикнул я. Они даэдропоклонники! Они хотят меня съесть! От этих мыслей я даже забыл о звоне в моей голове. - Она получила своё название из-за тех валунов, которые остались от Врат со времён Кризиса Обливиона, - тут же пояснил мне старик, усаживаясь за стол с кружкой эля в руках. Никаких тарелок перед ним не было, да и вообще, едой в доме не пахло. Видимо, я очень удачно подоспел на ужин. В качестве основного блюда. Я заметил, что входная дверь уже закрыта на пару засовов. Тогда я думал, что моя жизнь точно закончится сегодня. Называется, съездил в Коррол на фестиваль огней! Мысленно я начал молиться Аркею, чтобы моя смерть была быстрой и безболезненной и эти ребята не попытались меня запечь живьём. Старая босмерка заливала мои раны травяным маринадом, а хозяин дома смотрел на меня и улыбался, как котяра. - У нас так редко бывают гости! – призналась Малия. – Как тебя зовут, дорогуша? - Самуэль, - выдохнул я несчастным голосом. - Не волнуйся, скоро пройдёт, - сочувственно сказала мне мерка, подумав, что я огорчён из-за того, что раны ноют. – Как ты себя чувствуешь? - Да я нормально... Я сейчас поеду... – на деле я с трудом мог ставить слова в предложения. - Вот упрямец! – взбеленилась эльфийка. – Сказано ж тебе, сиди, гостем будешь! Нет, всё сбежать пытается! – Она продолжила суетиться: отложила свой маринад и принесла мне кружку с каким-то пойлом. – Держи, Самуэль, это должно облегчить боль. Это определённо какой-нибудь яд. Или очередной маринад. Я колебался, держа кружку в руках, но заметил, как эти двое пристально смотрели на меня, и, снова воззвав к Аркею, сделал из кружки небольшой глоток. - Это же сиродильский бренди! – изумился я. - А ты что ожидал? Настой паслёна? – рассмеялся Лаврэн. – У тебя было такое испуганное лицо, будто ты думал о том, что мы тебя отравить хотим! Для храбрости я одним глотком осушил выпивку. Крепкое пойло на голодный желудок быстро разморило меня. Мне даже стало немножко плевать на дальнейшую судьбу. А что, быть съеденным – это не так уж плохо, даже достаточно необычно. Всяко лучше, чем умереть от какого-нибудь ползучего слабоумия или гремучки. Фермеры весело болтали между собой и наливали мне ещё и ещё. Через пару кружек я дошёл до той кондиции, что повеселел и начал травить истории о себе и не только. Потом уже пошёл перебор с алкоголем, я обмяк и признался эльфам в своих мыслях. - Вы уж простите меня, господа, за испорченные посевы, я не нарочно это сделал, вы же понимаете, - заплетающимся языком произнёс я. - Да ничего, парень, забудь об этом! – рассмеялся старик, наливая мне ещё бренди. – Давненько у нас не было такой весёлой компании, правда, Малия? - Я вам заплачу все убытки, только не ешьте меня, пожалуйста! – протянул я, грустно растекаясь по лавке. Воцарилась неловкая тишина. Затем старые меры так расхохотались, что уронили со стола пару пустых бутылок. - С чего ты вообще решил, что мы хотим тебя съесть?! – сквозь слёзы от смеха спросила меня Малия. - Ну, - я задумался, лёжа на лавке и рассматривая деревянные узоры на потолке. – Мне показалось, что вы слишком приветливы... А ещё я подумал, что вы даэдрапоклонники... Живёте на таком отшибе, все дела... – слова уже с трудом складывались в связную речь, но мысль свою я, похоже, донести смог. История эльфиской четы с фермы «Врата в Обливион», рассказанная примерно 9 месяца Огня очага 4Э198. Нюх тебя не подвёл, Самуэль. Мы с Малией и правда даэдропоклонники, правда, людей не едим. Мы служители Сангвина, так что в основном наша деятельность заключается в потребление алкоголя. Так уж вышло, что познакомились мы уже лет семьдесят назад при дворе в Скинграде. Тогда я ещё работал в Синоде, а Малия была садовником замка. Меня послали на разведку в Скинград, чтобы склонить к содействию местного графа. Тогда в Скинграде в фаворе была Коллегия Шепчущих, а это Синоду совсем не нравилось. Ну, знаете, извечное столкновение. Так вот, ошивался я целыми днями в замке, да только толку было мало – граф-то местный затворник скампов, на контакт не шёл совсем. Поэтому я прощупывал почву среди придворных. Получалось у меня это из рук вон плохо. Я ж волшебник, в конце концов, а не дипломат какой. Но тут я обратил внимание на то, что низшие служители дворца, вроде слуг и кухарок живут гораздо веселее всей знати вместе взятой. Я втёрся в доверие к одному из поварят, а он пригласил меня на их «собрание». Это самое «собрание» оказалось весёлым пиром, с хорошей королевской выпивкой и прекрасными девами! И всё это проходило прямо под носом у всего города, но никто ничего не замечал! Тогда я подумал, вот такая жизнь по мне! Я попал в секту, поклоняющуюся Сангвину и был совсем не против такого поворота событий. Вскоре я стал своим в замке и устроился придворным магом. Синод был доволен моей работой. Я мигом вытравил Коллегию Шепчущих из Скинграда. Днём я был уважаемым магом, а ночами я кутил на государственные деньги с моими новыми друзьями. Среди них была и моя дорогая Малия, с которой я в итоге проводил почти всё время. Эта женщина покорила меня до глубины души! Сколько бы она не пила, на утро она была свежа и весела. Никакого похмелья. Многие даже говорили о том, что она просто любимица Сангвина. Такое продолжалось на протяжении лет эдак пятидесяти, да? Люди менялись, состаривались, заменяли друг друга. Однажды мы осознали, что из старой компании остались только мы с ней. Тогда мы решили, что пришёл наш черёд уйти в отставку, передав бразды правления нашего кружка по интересам молодому поколению. Мы покинули наши почтенные посты, купили ферму и уехали сюда. Живём в своё удовольствие! Возделываем землю, пьём до упада, едим до отвала, всё как положено! Ну и конечно же спаиваем редких гостей во славу Сангвина! Так что мы и правда не собирались тебя отпускать просто так, пока не повеселимся на славу. Я рассмеялся и спросил: - А этот ваш «кружок по интересам» всё ещё функционирует? Я вот ни разу о нём не слышал! - А пёс его знает, - почесал затылок старик. - Предлагаю завтра съездить и проверить! – оживилась Малия. – А пока я принесу ещё бренди...