Под покровом ночи. Другая история.

Эту ночь трудно было забыть, тем более что Денис еще не раз будил ее подобным образом, да и, возвращаясь пораньше, тоже не особо церемонился, предпочитая брать свое без долгих предисловий. Он справедливо считал, что, если бы ей что-то не нравилось, то давно могла просто уйти, ведь насильно ее никто не держал. А сама Наташа привыкла к этому, как и к синякам, которые Денис частенько оставлял на ее коже, не рассчитав сил. В конце концов, он никогда не причинял ей боли намеренно, даже когда был жутко пьян и зол и плохо себя контролировал. Как бы там ни было, Наташа искренне радовалась каждый раз его приходу, а Денис, словно чувствуя это, стал появляться дома гораздо чаще. Она уже не стеснялась рассказывать дома, что встретила хорошего человека, стараясь не уточнять, однако, чем он занимается, да и сама этим не особо интересовалась, во всяком случае, делала вид, что ничего лишнего не замечает и не слышит. Так было лучше. Говорить о своих делах там, куда приходил отдыхать, Денис совершенно не хотел, а потому был доволен тем, что его девушка не страдает обостренным любопытством и болтливостью. А время летело быстро… Наташа уже оканчивала институт и даже претендовала на красный диплом, удачно сдав и последнюю сессию. Позволив себе небольшой отдых перед тем, как засесть за написание дипломной работы, она в тот день проснулась позже обычного. Да и то лишь оттого, что Денис уже настойчиво сжимал ее в объятиях, укладывая на живот и нависая сверху. Вот только отчего-то ей вдруг стало нехорошо и, побледнев, девушка, машинально закрыв рот рукой и жалобно пискнув, поспешила выскользнуть из-под него, сразу же сбегая в ванную. Хорошо еще, что удивленный таким поведением мужчина легко ее отпустил, иначе стало бы поздно. Судорожно припоминая, что такого могла съесть вчера, Наташа, умываясь, вновь почувствовала приступ тошноты даже от привычного вкуса пасты, которой пользовалась уже третий год. Это ее насторожило еще больше, и рука сама потянулась к небольшому шкафчику, который висел на стене. Увы, ошибка была практически исключена. Три разных теста, что нашлись в ее закромах, однозначно показывали две полоски, глядя на которые, Наташа стояла теперь в полной растерянности. Как сказать обо всем и что делать потом, она не представляла. Поэтому, открыв дверь на стук Дениса, который все же решил узнать, в чем дело, девушка, молча опустив голову, просто показала ему их. - Беременная, что ль? – на всякий случай уточнил он и, увидев ее кроткий кивок, шумно выдохнул, потерев лоб ладонью. Не сказать, что его обрадовала это новость, вряд ли при его-то работенке стоило обзаводиться семьей, но ведь и не левая какая-то баба залетела и сомнений в том, что именно от него, тоже не было. - Ладно, не боись, - произнес Денис, притягивая к себе девушку, которая уже нервно кусала губы, ожидая его вердикта. – Хошь рожать – рожай, а на нет и суда нет, - обрисовал он свою позицию, ободряюще поглаживая ее по спине, чтобы не вздумала реветь. Эти слова придали ей немного уверенности и, успокоившись в объятиях Дениса, который явно не собирался ее ругать или бросать, девушка уже почти наверняка решила, что не станет избавляться от ребенка. И о своем решении она не пожалела, потихоньку замечая, как он старается обращаться с ней осторожнее и беречь. Наташа даже почти поверила в то, что он сумеет быть неплохим отцом их малышу, который уже начал потихоньку шевелиться в ее заметно округлившемся животике, но увы… Резкий скрип тормозов, неожиданно вывернувшего из-за поворота автомобиля, и сильный толчок, сбивший ее с ног возле самого института, из которого она шла на остановку после беседы с научным руководителем, перечеркнули все надежды. В больнице однозначно сказали, что ничего сделать уже нельзя… Поверить в то, что ее малыша больше нет, было слишком сложно, поэтому до самой выписки она не проронила ни слезинки, тихо лежа на своей койке и глядя в потолок, почти не обращая внимания на окружающих, которые все старались ее растормошить и привести в чувство. Только перешагнув порог квартиры, ставшей уже до боли родной, Наташа разрыдалась, сползая по стене на пол. Денис, только под утро вернувшийся из очередной «командировки» в соседнюю область, к своему удивлению, нашел ее лежащую на полу рядом с пустой бутылкой водки. Конечно, когда он все узнал, тому, кто принес беду в их дом, непоздоровилось, вот только вернуть мир и покой уже не получилось. Плюнув на защиту дипломной работы и не слушая ничьих уговоров, Наташа все чаще напивалась, чтобы хоть как-то заглушить поселившуюся в душе боль, а потом и вовсе додумалась попробовать наркотики, которые Денис хранил дома, изредка позволяя себе расслабиться и с их помощью. Увы, никакое лечение и поездки в санаторий и в деревню не помогали. Она просто не хотела жить, не верила уже в будущее, где может быть хоть что-то хорошее. Сколько раз за эти месяцы, которые стали сущим адом, он хотел уже просто выставить ее на улицу и вычеркнуть из своей жизни? Вот только все никак не мог. Слишком дорога стала ему эта девчушка, от которой теперь уже почти ничего не осталось. Каждый день словно бы забирал какую-то частичку нее прежней, оставляя пустоту. Пустоту в ее душе и в его… Новый серьезный заказ стал для Дениса просто спасением. Неделя в Штатах была подобна глотку свежего воздуха, а задание, несмотря на всю секретность, было, в общем-то, плевым. Всего-то надо было ввести три порции сыворотки кому-нибудь и, считай, дело сделано. Вот только вернувшись в родной город, он застал картину еще более неприглядную, чем прежде. Наташа оказалась в больнице после намеренной передозировки, а немного оклемавшись там, попыталась вскрыть себе вены. Пожалуй, это и стало последней каплей, переполнившей чашу его терпения. Он мог простить ей многое, но не такое маниакальное желание умереть. И проведя вечер наедине с собственными мыслями в ставшей вновь пустынной и холодной квартире, Денис все же решился. Он приехал в больницу ранним утром и, едва предупредив врача, что забирает Наташу прямо сейчас, зашел прямиком в ее палату. Залитое солнечными лучами небольшое помещение и она, такая кроткая и все еще красивая во сне… В этот миг еще отчетливей захотелось вернуть все назад, вот только возвращать было уже нечего и некого, увы. Не понять этого за столько времени было сложно. Стиснув зубы, Денис медленно подошел к ней, вытаскивая из кармана куртки тот самый шприц с сывороткой. Он понимал, что это убьет ее. Сначала отнимет разум, а после разрушит и тело. Но ведь именно этого она и хотела? Это был прощальный подарок. Шумно выдохнув, Денис наклонился над единственной по-настоящему любимой девушкой, что предпочла смерть будущему с ним, и осторожно поцеловал ее в висок, одновременно вводя желтоватое вещество через катетер в ее вену. Вот и все, выбор сделан. - Поехали домой, - быстро пряча пустой шприц обратно, произнес Денис, едва Наташа приоткрыла глаза. И внутри что-то оборвалось, когда она улыбнулась ему в ответ. Как же давно он не видел ее улыбки! Как любил ее! Вот только жить им обоим оставалось всего лишь три дня…