Дух Доблести

~*~ Дрожащим, испачканным кровью пальцем Амелл водила по строкам и шевелила губами. Несколько месяцев назад она пришла к старшей чародейке Винн и сказала, что, если ей суждено пройти Истязания и стать магом Круга, она хотела бы учиться искусству исцеления. - Я буду честна с тобой, дитя, - мягко ответила Винн. – Я не чувствую в тебе большого таланта. Но если ты этого хочешь и будешь усердно трудиться, со временем ты станешь хорошим целителем. Амелл устраивала эта скромная роль. Теперь же, спрятавшись за сундуками в комнатах на первом этаже, она пыталась за считанные часы овладеть всеми боевыми заклинаниями, которыми так легкомысленно пренебрегала раньше. В Башне было некого исцелять, зато было кого убивать. Амелл то холодела от страха, то горела, как в лихорадке. Маленькие ледышки и искры пламени сыпались с кончиков ее пальцев на ковер. - Пламя должно быть ровным... пламя должно быть ровным... Погруженная в попытки наверстать упущенное, Амелл не заметила, как на первом этаже воцарилась обманчивая мертвая тишина. Ее собственный шепот и треск электрических разрядов, которые она пыталась вызвать, эхом разносились по комнате. Амелл вздрогнула, когда тишину один за другим пронзили восемь щелчков на воротах Башни и скрип – отрывистый, осторожный, словно кто-то приоткрыл дверь, чтобы аккуратно заглянуть в щелку. Все закончилось? Печать снимают? Призрачная, глупая надежда. Амелл отложила книгу заклинаний, подползла к дверям комнаты и спряталась за стеллажом так, чтобы наблюдать за коридором, ведущим от ворот вглубь Башни. Со своего места она не видела ворота, но слышала, как они так же медленно закрылись, и восемь замков щелкнули во второй раз. Воцарилась тишина. Коридор был пуст. Потом веселый, уверенный мужской голос громко произнес: - Создатель, опять кровь, смерть и обгадившееся люди. Нельзя ли хоть раз просто отдать соглашение главному и уйти? Тихий женский смешок. - Скажи это еще раз, - попросил другой мужской голос - вкрадчивый, с сильным чужеземным акцентом. – Вдруг не все демоны тебя услышали. - Заметил, как скрипели ворота? - ответил первый. – Демоны и так все в курсе. - Я предлагал лезть в окно, - фыркнул второй. - Давайте все заткнемся, - негромко прервал их новый, определенно женский голос, и все заткнулись. Амелл задержала дыхание, прислушиваясь к их шагам, и вскоре в ее комнату вошли трое. Одного из них она в первую секунду приняла за Каллена – высокий светловолосый воин в сияющих доспехах со щитом храмовника, закинутым за спину. Вторым было огромное могучее создание, лишь издали похожее на человека, и Амелл вспомнила – это коссит. Полтора человеческих роста, грубая землистая кожа, белоснежные волосы заплетены в косицы. Его лицо было неподвижно, словно высечено из камня. Говорят, у мага нет более непримиримого и жестокого врага, чем коссит. Кроме демона, конечно. Третьей была низкорослая темноволосая женщина с яркой коричневой татуировкой на лице и почти такой же прической, как у Амелл. Она самозабвенно рылась в чужих вещах, а затем попыталась вскрыть сундук, за которым Амелл не так давно пряталась. Светловолосый воин зевнул, поправляя щит. Ему было скучно. - Зевран, друг мой, глянь этот замок, - сказала женщина, простукивая крышку рукой, затянутой в кожаную перчатку. – Я чую золото внутри. Она опустилась на колени и прижалась к сундуку ухом, словно золото могло заговорить с ней оттуда. Амелл нахмурилась. Странное занятие - обносить чужие сундуки в башне, полной демонов. В следующую секунду кто-то схватил ее сзади за талию и с силой выволок из укрытия. - Я поймал опасного шпиона, - жарко выдохнул захватчик ей в ухо, и Амелл узнала давешний чужеземный акцент. Глупо, глупо было думать, что тот вкрадчивый голос принадлежал косситу! Женщина выпрямилась и быстро окинула Амелл взглядом свысока, хотя была намного ниже ростом. Амелл брыкалась. - Тащи ее сюда, - гномка пальцем указала на пятачок прямо перед собой. - Не могу, радость моя! – со смехом ответил чужеземец. – Я с трудом ее держу. - Я могу притащить тебе их обоих, - произнес коссит. Его голос был таким же, как его лицо – грубым и серым. Треснутым, как воронье карканье. Женщина улыбнулась ему. - Верю на слово, здоровяк. Затем она кивнула, и железная хватка чужеземца ослабла. Прежде, чем исчезнуть, его руки скользнули по бедрам Амелл. - Ты кто такая? – требовательно спросила гномка. Амелл видела женщину-гнома лишь однажды, и подумала тогда, что это самые несчастные женщины на свете. Эта, однако, была симпатичная. Аккуратный вздернутый нос, насмешливые карие глаза. Грудь намного больше, чем у Амелл, заботливо обтянута переливающимся кожаным доспехом и выставлена напоказ в ущерб защите и здравому смыслу. Ножки подвели, но, кажется, сама она так не думала. - Маг Круга, - ответила Амелл. - Ну привет, маг Круга, - неторопливо произнесла гномка. – А я Серый Страж. Ну-ка, присядь. На плечо Амелл легла маленькая смуглая ладонь чужеземца. Он стиснул пальцы на ключице и, поморщившись от несильной, но тупой боли, Амелл опустилась на заботливо подставленный табурет. - Тут такое дело, маг Круга, - заговорила Серый Страж. – Рыцарь-командор Грегор хочет объявить Право Уничтожения. Амелл пошатнулась, но чужеземец все еще больно сжимал ее плечо. - Я, конечно, не местная, но мой друг Алистер говорит, что это значит, что все здесь умрут. - Я чуть не стал храмовником однажды, - любезно уточнил светловолосый воин, очевидно, решив, что всем интересно, откуда он знает про Право Уничтожения. - Да, - хрипло ответила Амелл. - Нам это не по душе, маг Круга, - гномка шагнула к Амелл. – Знаешь, почему? - Нет, - чуть слышно ответила Амелл. - Потому что мы с друзьями пришли вручить Первому Чародею соглашение, по которому по зову Серых Стражей - нашему с Алистером зову - Первый Чародей даст нам армию магов, которая, в свою очередь, поможет нам сразить Архидемона и погасить Мор. Она замолчала, давая Амелл время все осознать. - И вот мы приезжаем, полные надежд, с соглашением в кармане - и что мы видим? – вступил в разговор Алистер. - Вы видите то, что и должны. То, что заслужили, - встрял коссит, небрежно махнув рукой в сторону Амелл. В его голосе слышалось омерзение. – Тела саирабаз осквернены, их удел – ката, смерть. От слова «смерть» Амелл вздрогнула, как от удара. - Мой друг прав. Вот только это кусок моей армии, маг Круга, - закончила гномка, заглядывая Амелл в глаза. – Улавливаешь мою мысль? Коссит раздраженно фыркнул, недовольный, что его тирада осталась без внимания. Алистер сокрушенно покачал головой. - Хорошо, что я не стал храмовником, - со вздохом сказал он. – Спасибо, Дункан. Спасибо, Создатель, Тебе, конечно, тоже. Страж, Алистер, чужестранец Зевран, который оказался эльфом, даже мрачный жестокий коссит – они были бодры, дружны, устремлены к единой цели. Могли шутить друг с другом, вскрывать чужие сундуки, говорить «радость моя» и «друг мой», богохульствовать в свое удовольствие прямо посреди этого склепа. У них была своя дорога. Амелл закрыла глаза, и по щекам покатились слезы, большие, как в детстве. От страха перед смертью она тряслась, холодела и горела в огне много часов подряд. А плакала от стыда за то, что самое важное оставила позади, на верхних этажах Башни, когда спасала свою никчемную жизнь. - Храмовник – это печальный рыцарь, - невпопад сказала Амелл. – У вас бы ничего не получилось, сэр Алистер. ~*~