Договор еще не приговор

"Дорогие друзья, надеюсь, моя работа вам понравится, хоть это и начало, но планы на фф уже наполеоновские=D Надеюсь, что вы будете читать меня и дальше." - Молодой человек! Постойте! У вас найдется минутка? – очаровательная белокурая малышка лет четырнадцати с милыми кудряшками и наивными синими глазами умильно хлопала длинными ресницами. - Чего тебе? – несколько грубо отреагировал прохожий человек, мужчина лет двадцати шести в черно-красной кепке и безразмерной футболке. - У меня скоро конкурс, – торопливо заговорила девочка, как бы ненароком поправив свои кудряшки, – Я живу с родителями, которые не едят сладкого… Вы не могли бы попробовать мои пирожные? Знаете, саму себя оценивать сложно…       Перед лицом изумленного мужчины, будто из ниоткуда появилось блюдо с миниатюрными румяными корзинками, щедро наполненное воздушным кремом и украшенное кусочками шоколада и красной смородиной. - Ну ладно, – хищно облизнулся мужчина и нерешительно потянулся к пирожному. Но у самого края корзинки рука остановилась, пальцы так и не тронули воздушную сладость. - Да жри давай! – не выдержав более этой пытки, закричал я и испуганно закрыл себе рот ладонью, вжимаясь в кирпичную стену пятиэтажки. Но благодаря наушникам, которые прохожий так и не снял, он четко меня не услышал, и вздох облегчения сорвался с губ. Я прижался лбом к прохладному кирпичу и снова выглянул из-за угла, стараясь сильно не высовываться. - Это точно можно есть? – все еще не решаясь прикоснуться, спросил недоверчивый прохожий. Девочка активно закивала головой, – Ну ладно.       Он подхватил пирожное и поднес ко рту. Я, затаив дыхание и вцепившись пальцами в угол стены, едва ли не заглядывал ему в рот. Надкусил. Прожевал. На лице отразилось не ясное мне задумчивое выражением. Откусил еще, на этот раз, отхватив добрую половину, и прожевал медленнее. - Знаешь… - слизнув с пальцев остатки крема, неторопливо протянул мужчина, – Я думаю, ты займешь первое место в своем конкурсе. Это пирожное идеально. - Спасибо за оценку! – с чувством сказала девочка и, вручив довольному мужчине еще одно, развернулась и быстро засеменила ко мне.       Да! Оно идеально! Посторонний человек поставил мне высший балл! Да! Ес-с-с! Уф, такое чувство, что мне вручили миллион долларов, хотя, даже лучше, даже больше! Оценили мое блюдо, над которым я работал всю ночь, переводя почем зря продукты, и бесился после неудавшегося крема или плохого итогового результата. Едва сдерживаясь, чтобы не начать танцевать джигу, я с нетерпением дождался приближения девчонки и, как только она приблизилась, забрал у неё блюдо с пирожными. - Ты хорошо постаралась, держи, – я вручил ей обещанные деньги, довольный таким поворотом дел. - Если еще что приготовишь - обращайся, - перебирая пальцами полученные бумажки, протянула девочка.       На этой позитивной ноте мы расстались. Люди намного охотней пробуют у симпатичных девчонок, нежели у парней. Разве что возле женского общежития и полуголым... М... Но тогда не факт, что тебе чего-то в процессе дегустации не оторвут! И доказывай потом, что это «что-то» было не лишним, а очень даже нужным.       Меня зовут Витя, Викторий Морозов, семнадцати лет от роду, и у меня есть несколько основных фетишей, без которых моя жизнь не имела бы смысла. Первая, как несложно догадаться – кулинария. Я обожаю готовить всякие вкусняшки и в этом году подаю документы в колледж на кондитера. Второй мой фетиш - это книги. Мало кто поймет, но я тащусь от книг так же, как и от кулинарии, и даже под настроение пишу иногда фанфики на одном сайте. Даже изредка люблю почитать слеш и сам пытался написать что-то мощное на эту тему, но моя моща не впечатлилась размерами всей ответственности и расположению души и умотала вещички. Не то фантазии не хватает, не то ориентация мешает. Я ведь все же больше по девочкам, подобное мне нравится только читать. И третий мой фетиш - это активный образ жизни. Не сказать, что бы он был у меня именно такой, но я честно стараюсь… Чаще всего в мечтах, но ведь стараюсь! Остальные мои увлечения так, по мелочи - я люблю животных, они меня - нет, я не люблю детей, они меня - да. Вот так и живем…       А вчера мне приспичило усовершенствовать и заменить пару деталей в новом рецепте пирожного. В итоге пришлось провозиться с этим все ночь, напрочь забыв о такой нужной штуке, как сон. Жаль, что я не умею спать стоя, иногда так и хочется обзавестись этим поистине полезным умением! Ну, а поскольку мои родители вправду не могут терпеть сладкое, то приходится ставить опыты на случайных прохожих. Ну а что? С девушками у меня все равно как-то хреново клеится, друзья держатся на расстоянии, когда очередная блажь экспериментов ударяет мне в голову, вот и получается, что кроме как прохожим больше и некому оценить мое творчество! Обидно, да…       Предаваясь невеселым мыслям, я зашел в подъезд, машинально нажав отпирающий тяжелую металлическую дверь код, и быстро вскарабкался на второй этаж. Родная квартира встретила более чем прохладно. Ну чего еще ожидать? Дома никого нет, мама где-то бегает. Где-то... Да... Не то с подружками, не то на работе, хотя я и не уверен, что она вообще работает. Я если и вижу свою родительницу, то в лучшем случае по праздникам и редким выходным в её графике. А еще можно ночью застать, если вдруг приспичит пописать. Ночует она здесь, а не на каком-то вокзале. А папа… А папа у нас сейчас в командировке. Куда едет - не сказал, но обещал привезти магнитик и футболку. Я только и успел, что фотик вручить уже на пороге с криком «Делай как можно больше фото, я хочу увидеть ВСЕ». Но сказать, что бы мне было уж прямо так любопытно до опупения, но что-то же я должен был сказать? К тому же, в нашей семье не принято разводить сопли, родители уходят по-французски – тихо и не прощаясь. Черт, мне даже домашнее животное не разрешили завести. Были когда-то рыбки в круглом аквариуме, а сдохли. Вроде и кормил, и воду менял, играл иногда с ними гоняя сачком по всему аквариуму, а все равно сдохли. Вот и с девушками у меня так же. Вроде и забочусь о них, и ласковый, пусть нечасто, и в меру карманных денег, но делаю подарки и вожу в ресторан. Да и романтик все еще живет во мне, его сложно искоренить из личности одним тапком и сладеньким. А все равно девушки уходят. Даже не объяснив толком причины! Хех, до сих пор не забуду, как меня однажды бросили через смс. Да что со мной не так?!       Грустно вздыхая, я стащил кроссовки, осмотрел носки. Вроде еще ходить можно… Переодевшись в домашнюю одежду, я перетащил свою тушку на кухню, сделал чаю и уставился в окно, глядя на проходящих мимо людей. Покушать бы чего-то, но так лень поднимать свою пятую точку с табуретки. Прям мрак и бездна, какая я ленивая задница.       Внезапно эта самая задница завибрировала, а если точнее, то телефон в заднем кармане спортивных штанов ожил. Вытащив гудящий и вибрирующий аппарат, я посмотрел на экран. «Маньячка» - коротко, но убойно гласила красная надпись на черном фоне. Скривившись, будто от зубной боли, я отложил телефон в сторону. Нет, ну я, конечно, отчаялся в отношениях, но не до такой же степени!       Света, она же Маньячк, не собиралась так просто сдаваться. Глядя на жужжащий телефон, я почувствовал глухое раздражение. Я тут победу на кулинарном поприще праздную, а она смеет портить мою идиллию! - Чего ты от меня хочешь, женщина?! – рявкнул я в трубку, взбешено нажав зеленую кнопку на телефоне. - А я уж думала, ты там помер, – ехидный женский голос ничуть не смутился такой реакции. - Я пытался, – не менее ехидно с наигранной горечью отвечаю, – Но одна крайне надоедливая собака женского пола мне этого сделать не дает!       Мое хорошее настроение от столь блестящей победы окончательно тронулось к нулю. Но все же подняло голову без особой надежды, вопрошая: «может, пронесет?» - Мм… Фи... Какой ты сегодня злой, – капризно растягивая гласные, зная, как меня бесит такая манера общения, протянула Света, но в голосе я уловил нотки удовольствия, – Неужели что-то случилось? - Представь себе, что таки да, случилось! Впрочем, знать тебе это совершенно ни к чему. Зачем ты сюда позвонила, Света? - Не будь таким грубым, Витя! Тебе это совершено не к лицу, не твой типаж. А звоню я тебе, чтобы напомнить о нашем свидании… - Каком свидании?! – перебил я её скатившийся до интимной томности голос. - О Выпускном бале, дубина!       Я пошряб лоб, пытаясь припомнить, когда это приглашал разделить со мной счастливый вечер выпускного бала эту Маньячку. - Одна птичка мне нашептала, – обрадовавшись моему молчанию, уже намного увереннее продолжила Света, - Что тебе не с кем пойти, а из нас получится великолепная пара! Пусть даже и на один вечер. Я продолжил молчать, отрешенно изучая взглядом узор настенной плитки над раковиной и кухонными тумбами. Узнаю, что за пташка такая - выпотрошу, зажарю и скормлю Свете. - Витя, соглашайся, хватит уже быть размазней! Что ты жмешься как девственница? - А знаешь, ты права… - медленно процедил я, – Я давно тебе хотел сказать… Пошла к черту, маньячка недоразвитая!!       Телефон раздражено полетел на стол, вызов прерван. Когда-то эта девчонка была страшной уродиной. На два года старше меня, бледная, как мел, огромные глаза с толстыми стеклами очков, лишний вес на бедрах, икрах и пузе не могла скрыть даже мешкообразная одежка, с которой она не расставалась ни на миг. Вместо волос какое-то спутанное недоразумение, по ошибке носимое на голове. Даже цвет непонятный - мышиный, дымчатый… В общем, что-то серо-буро-малиновое. Так вот, эта ошибка природы, как оказалось, была в тайне в меня влюблена. Я об этом не знал, наивно полагая, что она помогает с конспектами и рефератами, да что там, делала сама все за меня - не более, чем знак дружбы. Или чего-то в этом роде. Короче, как особь противоположного пола я её не воспринимал, и ты хоть застрелись. Но однажды, пересмотрев аниме и дорам, Света потащила меня на крышу… Где и призналась в давней и трепетной любви. Любовь. Не понимаю этого чувства. Для меня это не больше, чем набор букв и звуков. Причем звуков каких-то сопливых. Нет, я честно пытаюсь понять, что же это такое, но девушки у меня надолго не задерживаются, так что кроме этого сопливо-слезливого звука я больше ничего и не узнал.       Света призналась и полезла сходу целоваться, искренне полагая, что я отвечу взаимностью. Видя несущегося ко мне с растопыренными объятиями слюнявого монстра, я тогда струхнул не по-детски. Было желание сигануть с крыши, заорав что-то не совсем цензурное, и смачно шлёпнутся об асфальт. Говорят, смерть - это не выход… Так вот - врут! - Ну куда же ты?! – кричала она мне вслед, так и замерев с вытянутыми руками, – Мы будем прекрасной парой, я сумею доставить тебе удовольствие! - Умри - и я буду доволен!       Долгие полгода я её не видел. Удивительно - в одном классе, а все как-то не виделись. А потом в класс вплыло нечто светло-русое, длинноволосое, в белом сарафане, загорелой кожей и глубокими карими глазами. Это «нечто» вломилось посреди урока, ничуть не смущенное тем, что тут люди как бы учатся, и прошествовало к моей парте, смело учебники с тетрадями на пол и уселось на краешек. - Ну что? Теперь я достойна тебя, Витя? - Света?!       Но, несмотря на сексапильную внешность, в моих глазах она осталась все такой же, и я до сих пор не мог воспринимать её как девушку! Свету это очень обидело, и она стала зажимать меня по углам, в прямом смысле этого слова! И нагло извращать и делать попытки насилия. И если до этого я мало-помалу, но пытался рассмотреть в ней девушку, то после этого понял только одно – это маньяк сексуального характера!       Я устало потер переносицу, расстроенно глянул на телефон, зевнул и ушел в комнату. Что-то я устал… Аа-ах… Кажется, скитания по кухне ночью до добра не доводят. Чувствую себя таким разбитым и сонным, а Света просто добила. Все, все, спать. ***       Солнце вовсю распекало на небосводе. Середина лета, июль. Благодать. Рок-опера выла в наушниках, яичница-глазунья на пару с хлебом радовали желудок, а черный чай, исходя горячим паром, терпеливо дожидался своего часа возле плиты.       Я выспался, отключил телефон, сижу, завтракаю, солнышко светит - мир прекрасен! Улыбаясь, как полный дурак, и наслаждаясь этим моментом, я сыто откинулся на спинку стула и провел рукой по животу. Я выспался, мое пузо набито, дома никого - что еще нужно молодому необремененному отношениями парню?       Уничтожив завтрак, я переоделся в спортивный костюм, состоящий из бело-синей футболки и черных тонких брюк, и отправился на прогулку. Дома все равно делать нечего, а в такой одежде не так жарко, как в джинсах, и ткань свободная - при ветерке приятная вентиляция по всему телу. - Алло? – протянул я, закрывая дверь на ключ и оттягивая один наушник в сторону. - Витя, это мама, – деловой женский голос привел меня в замешательство. Когда снимал трубку, номер был мне не знаком. - Ты поменяла симку? – поинтересовался я, отправляя ключи в карман. - Обстоятельства заставили, – неопределенно ответила моя родительница, видимо, не желая вдаваться в подробности. Да мне как-то все равно. У неё своя жизнь, а у меня своя. Близко мы с ней особо никогда не контактировали. Все, что маму интересовало - это собственная жизнь, а беременность - это уже, так сказать, побочный эффект этой самой жизни. - Ясно, – протянул я, – Предыдущий номер стоит удалить. - Сына, скажи, – я распахнул двери и вышел во двор. Солнце резануло по глазам, но возвращаться за кепкой или очками решительно не хотелось, – Я часто говорила, что люблю тебя?       Зашпортавшись о ступеньку, я едва не ткнулся носом в асфальт. Кажется, пора сходить к лору, что-то со слухом моим стало. - Мама, я что, болен? Скажи честно, сколько мне осталось жить? - Не ерничай! - Странно слышать от тебя подобное, – я пожал плечами, хоть она меня и не могла видеть, – Так что случилось? - Когда-то давно… - её голос странно дрогнул, но она тут же отдернула себя, заставив меня еще больше хмурится, порождая вопросы, – Впрочем, неважно. Скоро в твоей жизни начнутся перемены, просто пообещай мне, что будешь вести себя благоразумно и не станешь истерить.       Я что, на бабу похож? - А должен? – я остановился посреди дороги, насторожившись, – Мам, скажи прямо, в чем дело? - Просто пообещай мне, – требовательно, даже не попросила, а приказала мама, - И помни, что я всегда люблю тебя, сына, кто бы что не говорил.       Как-то все это странно. То она меня сторонится, словно стесняется, а теперь воспылала необъяснимой любовью, да еще и обещания какие-то требует. Как бы потом не пришлось платить за свои обещания, а то эта может. У неё какая-то особая маничка на выплаты. Надеюсь, мне потом не вынесут мозг, не хочу ходить овощем. С дендрариумом вместо мозга. - Ну ладно, обещаю, – медленно протянул я. - Я знала, сына, ты у меня умный мальчик! Пока!       Так и не получив хоть каких-то объяснений, я убрал трубку от уха, услышав неприятные гудки окончившегося разговора. Ёпт! Вот умеет она звонить в самый неподходящий момент.       После короткой разминки на общественных желто-красных тренажерах я удобно засел на скамейке в парке, по-турецки скрестив ноги. Пришлось в киоске купить тетрадь и ручку, а то забыл свою сумку дома. Прода для фика не желала писаться, глаза то и дело невольно тянулись к собакам. Да, собакам. В этом парке часто и много выгуливают разных собачек, от умильных, умных морд сложно оторвать взгляд. Особенно когда тебе самому такое добро даже не светит. Практически один дома живу, а все туда же – нельзя! У тебя рыбки, видите ли, сдохли за неделю, что уж с собакой будет?       Что-то… Все хорошо с ней будет! Я же не Света, не изнасилую.       Вздохнув, я снова посмотрел на тетрадь, мирно лежавшую на согнутом колене, и ручку, зажатую в руке. Нужно написать проду, и так уже месяц с этим тяну. Муза все не приходит. Скотина. Меня бросила даже муза! «..Токс завороженно смотрел на танцующие блики огня, чувствуя зарождающийся комок в груди. Сегодня ему придется переступить через себя и убить человека… Убить и отречься от сущности человека… Сможет ли он? Сможет ли наступить себе на горло, заставляя смотреть в глаза жертве?»       На этом моменте я запнулся, снова задумавшись. Что же дальше-то написать? По идее, сейчас моего главного героя мучают сомнения. Либо он пойдет на убийство и тем самым заслужит хоть какие-то зачатки авторитета и уважения в среде степных орков, либо он не сможет, и из его мозгов сделают гуляш. И все же хочется не убивать персонажа. Жалко парня. Хоть и выдуманный, а свой. К тому же я все пытаюсь как-то вплести туда слеш, не оставляя попыток добиться успехов в этом стиле. Либо неправдоподобно получается, либо чувство, что пассив в постели - девчонка. Да и не только в постели. Сложно это, я раньше ничего не писал, только чуть больше полугода этим занимаюсь.       Так. Так. Та-а-ак... Думай голова, думай, не смотреть на собак, нельзя! Фу-фу! Я сосредоточено уставился на корявые строчки собственного почерка. Значит, Токс все же убьет какого-то гаврика на глазах орчьего племени, его перестанут считать мусором и немного зауважают. Примут в племя. Нужно продумать обряд и момент убийства. Самое сложное - это описать экшн действия и характеры. Сложно не впихнуть всем оркам один и тот же характер. Придумывать отличия и разнообразия хоть и увлекает, но в то же время убивает. Вот если бы мне снизошло вдохновение, какие-то интересные события, тогда было бы легче и проще.       Спокойная жизнь приелась… Я задрал голову к небу и почесал ручкой затылок.       Так… скучно. "Автор питается комментами, ей очень важно ваше мнение *нервно уничтожает печеньки"