Долгий путь...куда?

Махариэль не любила терять сознание. Махариэль сильно боялась ощущения незащищенности, в котором оказывалась. Махариэль боялась признаваться в этом даже самой себе. Эльфийка притаилась за огромным валуном, надеясь, что ее не заметят. Она была глубоко под землей, поэтому уши иногда закладывало, а воздух был ужасно прелым и пыльным. - Не прячься от меня. Она еще крепче вжалась в камень. Под сводами огромной пещеры плясали блики от множества факелов, которые несли в руках легионы порождений тьмы. Махариэль не помнила, как тут оказалась. Она потянулась рукой за луком, но нащупала лишь пустоту – эльфийка была безоружна. Ее не отпускало чувство, словно за ней кто-то следит. - Не беги от меня. Неожиданно она поняла, что смотрят на нее все – все те тысячи жутких тварей как один повернули обезображенные головы и уставились на Махариэль. Валуна, за которым она пряталась, больше не было. Эльфийка попятилась. - Потому что рано или поздно, ты сама ко мне придешь. На нее смотрел в упор огромный монстр – дракон, будто только что восставший из мертвых. Махариэль подскочила на кровати. Она находилась в маленькой деревянной избушке, в углу уютно трещали поленья в камине. Эльфийка быстро осмотрелась – ее лука нигде не было. Она проворно соскочила на пол и стала обыскивать домик – заглянула везде, но не нашла и захудалого ножика. За дверью нарастал какой-то странный шум. Махариэль показалось, что она уже где-то это слышала, но не могла вспомнить, где. Она тихонько подкралась к двери и открыла ее. Перед домом раскинулась выжженная земля, покрытая слоем пепла, тут и там валялись трупы…людей? Эльфийка не могла разглядеть. Она обернулась назад – позади нее возвышалась величественная крепость Остагар, объятая ревущим пламенем. Не горела только башня Ишала. Махариэль дернулась, осознавая, что это сон, и повернулась обратно, чтобы зайти в дом, но перед ней стоял Тамлен, ее милый Тамлен, обезображенный скверной. Махариэль заплакала, некрасиво кривя рот. Тамлен взял ее за руку, и она крепче сжала его в ответ, чувствуя, как снова с его руки слезают остатки кожи. Эльф нежно посмотрел на нее подернутыми белой пленкой глазами. - Пожалуйста, не дай этому случиться, - он грустно улыбнулся. Теперь Махариэль проснулась уже по-настоящему. Она вытерла слезы, щиплющие щеки, и попыталась приподняться. Каждая мышца в ее теле ныла, будто ее хорошенько пожевал какой-нибудь здоровенный мабари. Плечо было перевязано льняными бинтами, но крови Махариэль не наблюдала. Просто ей казалось, будто она давно не спала – в глаза словно насыпало песка, а во рту стояла сухость. Она завертела головой. - О, вижу, проснулась ты! Что ж, матушка будет рада, - на шум обернулась темноволосая девушка, сидевшая за книгами. - Я тебя помню… - Махариэль приподнялась на локтях. – Ты Морриган, мы встретили тебя на болотах. - Да-да, в тот раз отказались вы в гости к матушке моей пойти, но, - ведьма улыбнулась. – В конце концов все-таки оказались здесь. - Где это – здесь? - Не могу тебе я точно сказать, но сообщу, что в безопасности. Матушка моя спасла вас с поля боя. - Точно! – Махариэль наконец начала вспоминать прошедшие события. – Мы же зажгли сигнальный огонь! Где Алистер? Он в порядке? Нам надо обратно в Остагар, там Дункан, нас ждет Дункан и Тарим… - Передохни! – Морриган скривилась. – Мать моя спасла тебя и Алистера, но в крепость вам нельзя, там твари пиршествуют. Зрелище это…не по нраву придется тебе. - К-какие твари? Мы же зажгли огонь, значит, войска прибыли вовремя…Неужели мы опоздали?! – Эльфийка схватилась за голову. - Покинул поле боя тот, кто на помощь должен был прийти. Король убит, порожденья тьмы пожирают трупы Стражей. Только вас матушке удалось вынести с поля боя. Махариэль схватилась за голову. Никто не выжил. Она крепче впилась кулаками себе в череп, сминая короткие пряди волос. Таримель. Дункан. Никто. - Э-это мы не успели…В башне было столько порождений, и мы сражались, и сражались. Если бы мы подоспели немного пораньше, нам нельзя было останавливаться…- Эльфийка раскачивалась из стороны в сторону, нещадно теребя волосы на своей голове. - Ах если бы да кабы, - усмехнулась ведьма, задрав голову к потолку и обнажая в улыбке белоснежные зубы. – Если бы я была на твоем месте, я бы вымылась. Махариэль отстранила руки от измусоленных волос и молча уставилась на ведьму. Ее слова медленно доходили до нее сквозь ворох мыслей. - Разит от тебя просто ужасно. Теперь, когда ты пришла в себя, я могу, наконец, пойти на свежий воздух. Вставай, матушка ужин приготовила. - Ужин? Уже снова вечер? - Да, да, ты долго пролежала без памяти, не то, что твой дружок. Он во дворе, кстати. - Он мне не дружок! - Махариэль скинула шкуру, в которую была укутана, и ступила босыми ногами на земляной пол, устланный соломой. – Он мой боевой товарищ! Под хлопковой сорочкой у эльфийки гулял сквозняк, покрывая мурашками жилистое тело, но жаловаться на это у нее и сил не было. Она вышла на улицу вслед за Морриган. - Махариэль! – Алистер соскочил с рубанка, на котором сидел, и стиснул в объятиях эльфийку. Та стала вырываться, и он немедленно отпрянул, испугавшись. – Извини, совсем забыл…Как твои раны? - Вроде ничего, – Махариэль отстранилась от стража, ощущая разительный контраст между тем, что происходило у нее в голове и румяной физиономией Алистера. – Ты, я смотрю, здоровее всех живых. - Да, уж, это точно, - человек нахмурился и, отвернувшись, сел обратно на рубанок и уставился в костер. Морриган тоже присела у костра и стала греть руки. Эльфийка, поежившись, тоже присела рядом на корточки. На костре забулькал котелок, плюясь в костер похлебкой. Из-за сарая, стоявшего поодаль, выплыла пожилая женщина со спутанными седыми волосами и ловко сняла котелок с огня. - Ну наконец-то все пришли в себя, - прокаркала она, аккуратно ставя горячий котелок на землю. - Это ты спасла нас? – приподняла голову эльфийка. – Ma serannas. Как тебе удалось нас вытащить оттуда? Ты…тоже ведьма? Морриган снова обнажила зубы. - Хватить зубоскалить! – обозлился Алистер, обернувшись на ведьму. Та лишь рассмеялась пуще прежнего. - Хасинды зовут меня Флемет, ведьмой с Диких земель. Я обернулась птицей и в когтях вынесла вас с поля боя. - Да уж, тот еще был полет, - с содроганием вспомнил Алистер. Он повернул голову к Махариэль. – Я, к твоему сведению, от пары стрел в плечо не вырубился, и поэтому был вынужден терпеть все…удобства такого перемещения. - Радуйся, что вообще жив остался, страж! Вы у меня в долгу, могу заметить. - Всегда мечтал ходить в должниках у жутких болотных ведьм, - никак не мог угомониться Алистер. - Давай, поговори еще, - вдруг обернулась к нему Морриган. – И остаток вечера ты будешь только квакать. Тот наконец притих, уткнувшись взглядом в языки пламени. Флемет попросила Морриган принести из хижины плошки и разлила в них дымящуюся кашу. Махариэль размеренно жевала жидкую перловую кашу, наконец-то ощущая тепло у себя внутри. К концу трапезы уже было не разобрать, где находится сарай за домом – солнце быстро садилось, пожираемое макушками деревьев, окруживших их со всех сторон. Догоравший костер резко обрисовывал желтым светом лица людей, сгрудившихся у него. Потихоньку холодало. - Так ты действительно Asha'belannar? Та самая Asha'belannar из легенд? – шепотом спросила Махариэль, водя по деревянному дну плошки. – Сколько же тебе лет? - Достаточно, чтобы спасти вас, – ведьма зашлась в каркающем смехе. Морриган снова заулыбалась, кивая. Алистер хмуро посмотрел на это исподлобья и продолжил ковырять кашу. Когда солнце окончательно спряталось за лесом, Морриган отвела Махариэль на задний двор и помогла обмыться, не тревожа раны. Те уже были покрыты корочкой, но еще недостаточно затянулись, чтобы эльфийка чувствовала себя более раскованно. Алистер тоже пошел в хижину, видимо, спать. Несмотря на всю браваду, он устал не меньше эльфийки. Когда с мытьем было покончено, Махариэль зашла в хижину. В комнате царил уютный полумрак, а на полу, у растопленного камина, на шкурах лежал Алистер, раскинув руки и смежив веки. Но стоило эльфийке немного пройти вглубь комнаты, как он тут же открыл глаза. - Махариэль? Как ты? – она остановилась на половине пути к лежанке. - Чувствую себя предательницей. Сколько жизней… - И никого уже не вернуть, - закончил за нее Алистер и отвернулся, смотря на огонь. – Знаешь, если бы не Дункан, я бы стал храмовником. - Ты бы убивал магов? - Нет, Андрасте помилуй, где ты такого наслушалась? Мы… - он осекся. – Они охраняют магов, а не убивают, - Страж замолчал ненадолго, а потом продолжил. – Устраивали турнир в честь приезда Серых Стражей, должны были выбрать победителя. Я…я продул. Но продул красиво, и Дункан меня заметил. Он тогда сказал, что, несмотря на то, что сражался я не лучшим образом, но смекалки мне было не отбавлять. И забрал меня в Орден. Обучил воинскому мастерству, помог пережить Ритуал. Он был мне как отец, - на этом страж вдруг сбился и отвернулся, вздрагивая. - Алистер, - Махариэль подошла к нему и тронула за плечо. – Ты чего? - Иди спать, - пробормотал он и замолчал. Махариэль легла на лежанку и закрыла глаза. - Я тоже потеряла близкого мне Lethallin. Мы были обручены, - она прислушалась. Но от Алистера не исходило ни звука, будто тот задержал дыхание. – Заразился скверной, погиб. А я выжила. Так что мне уже не впервой чувствовать себя виноватой. Наверное, это чувство уже никогда не отпустит. Если что, я рядом. Она замолчала и еще некоторое время смотрела на человека. Тот поплотнее завернулся в шкуру, но от камина так и не отвернулся. Махариэль улеглась на свою лежанку и смежила вмиг отяжелевшие веки. Сено в тюфяке, на котором спала Махариэль, к утру отсырело, и эльфийка проснулась очень рано. Сон у нее был муторным, она часто просыпалась ночью, и так и не смогла отдохнуть. Она посмотрела в сторону Алистера – тот все так же лежал у давно потухшего очага, кутаясь в единственную шкуру. Она подошла к нему поближе и свалила на него и свою шкуру, но будить не стала. Алистер что-то невнятно бубнил во сне, а глаза под веками двигались быстро-быстро. Она склонилась над ним, чтобы поплотнее укутать его в шкуры. Тот вдруг резко подскочил и стукнулся лбом о лоб Махариэль. Эльфийка отскочила, завращав глазами, а потом зашлась в нервном хохоте. Алистер бестолково смотрел на нее, видимо, еще не совсем проснувшись. - Ну ты меня и напуга-а-ал! Аж сердце в пятки ускакало! – эльфийка все никак не могла прекратить заливаться смехом. - Вы орать зачем с утра пораньше вздумали? Жить надоело? – с антресолей на них выглянула заспанная Морриган, щуря глаза-щелочки. - Где же твоя матушка, Морриган? – проснулся наконец Алистер. – Неужели ты выперла бедную старушку на ночь? - Матушка моя не ведает усталости, и вызвалась ночью бродить по окрестностям в виде зверя, чтоб обезопасить вас от порождений, Стражей чующих. Улыбка с лица Алистера как-то сползла сама собой. Махариэль же поняла точно только одно – если она ничего не будет делать, ее мочевой пузырь лопнет. Облегчившись на заднем дворе, она наконец оглядела хижину при свете дня – и лучше бы этого не делала. Хибара выглядела так, словно в любой момент была готова завалиться от любого чиха, и только благодаря магии ведьм до сих пор стоит: явно было видно, что когда-то здание было одноэтажным, из-за чего второй этаж, который подпирался со всех сторон здоровыми бревнами-подпорками, давил на трухлявые доски первого этажа. Эльфийка была готова поклясться, как слышит скрип досок. Рядом с монстрообразным строением стояли две огромные бочки, в одной из которых Махариэль вчера купалась, за сараем был небольшой насест для куриц, которые вальяжно разгуливали по двору, но не убегали дальше. Над лесом висел туман, белый, словно молоко, и дальше двора было ничего не разглядеть. Эльфийка выдохнула облачко пара и потерла босую ступню об икру – жарко действительно не было. Махариэль поспешила обратно в дом. На входе она столкнулась с Алистером, который, видимо, тоже спешил на задний двор по своим делам. Внутри Морриган уже развела огонь в очаге и сырость постепенно отступала. Когда эльфийка вошла, ведьма расчесывала свои длинные черные волосы, пропуская сквозь алебастровые пальцы вороные пряди. На тюфяке уже лежали починенный доспех и штаны эльфийки, рядом стояли сапоги, в них были заткнуты портки. Пластинчатая броня Алистера была свалена чуть поодаль, в углу. Махариэль поняла – здесь им не дадут задержаться, пора уходить. Непонятно было только одно – куда. Со двора завопила своим ржавым голосом Флемет, зовя Морриган помочь у костра. Ведьма вышла, оставив эльфийку. Махариэль вздохнула, зябко поежившись, и стала торопливо натягивать штаны. Закрепив ремень, Махариэль аккуратно надела доспех, стараясь не потревожить раны. Заглянул Алистер, но, увидев, что эльфийка переодевается, поспешно закрыл дверь. - Да заходи, Алистер, я уже почти все! – Махариэль поправила все застежки. Дверь скрипнула, и в комнату тихо зашел Алистер, потирая о щиколотки босые ступни. - Если что, там суп скоро будет готов, и Флемет хотела с нами поговорить. Об услуге. Страж так и остался стоять посреди комнаты, красноречиво молча о том, чтобы переодеться. Наконец, Махариэль поняла, чего от нее хотят, им быстро выскользнула из хижины. Утренний туман потихоньку рассеивался, оставляя на траве капли росы. Возле кострища сидела Морриган, рассеянно следя за варевом в котелке и одновременно пытаясь привести в порядок свою прическу. Флемет нигде не было видно. Эльфийка подошла к ведьме и спросила о ее матери. - Матушка моя на заднем дворе, живностью занимается своей. А, разговор у нее есть, да еще какой, - ведьма снова осклабилась в улыбке, подняв голову к Махариэль. - Благодаря этой живности ты тут лакаешь куриные супы, так что нечего нос воротить! - Флемет подошла к котелку и попробовала варево. – Да, уже почти готово. Можешь снимать, Морриган. А ты, - она обратилась к Махариэль. – Зови своего дружка, есть серьезный разговор. - Он мне не дружок, он боевой товарищ, - буркнула Махариэль и, набрав в грудь побольше воздуха, крикнула Алистера. - И незачем так вопить, сейчас все ближайшие порождения на твой вой сбегутся! – ворчала старуха, разливая по плошкам суп. На крик эльфийки выбежал Алистер, поспешно поправляя все перевязи на гремящих доспехах. Флемет протянула ему плошку с супом. - Что такое, из-за чего такой переполох? – страж взял свою порцию и принялся жадно зачерпывать суп, вылавливая деревянной ложкой белые куски курицы. - Какой переполох, дружок? Ты ешь давай, пока не остыло. И вы, девчонки, налегайте, а то тощие, словно жерди! - Матушка! – недовольно воскликнула Морриган. Глядя на Флемет сейчас, Махариэль бы ни в жизни не подумала, что перед ней легендарная ведьма, которой пугают маленьких детей, и которую почитают долийцы. Старуха была в обношенном и залатанном платье, куталась в шаль от непогоды, а лицо ее покрывала паутина морщин. Махариэль нахмурилась. - Вы так и не ответили, зачем тогда спасли нас. - Действительно, матушка, гораздо выгодней было бы короля людского с поля боя унести. - Или Дункана… - мрачно заметил Алистер, ковыряясь ложкой в супе. - Молчите, глупцы! – Вскинулась Флемет. - Вы думаете, я вам Андрасте во плоти, чтобы всех подряд вытаскивать из передряг?! Мои косточки тоже не железные! Да и к тому же, - она снова склонилась над супом. – Я вижу, что вам предстоит еще много чего сделать. Вы – последние Серые Стражи всего Ферелдена, а порождения тьмы так и не были изгнаны. Мор опустошит эти земли, если вы ничего не сделаете. Флемет и Алистер обсуждали возможности применения этих договоров, а Махариэль в это время доедала суп. Она толком не разбиралась в политике, но поняла только одно – в ближайшее время с кланом ей не увидеться. Эльфийка обратилась к старухе. - То есть, мы с Алистером должны пойти в Редклиф и попросить помощи у эрла Эамона? - Да, - ответил за ведьму Алистер. – А потом еще пойти к гномам, в ферелденскую башню Круга и к долийцам. Ты же знаешь, где сейчас твой клан? - Да…То есть, нет. Они уже далеко. Хранительница хотела увести клан подальше от того проклятого зеркала, - Махариэль замолчала и посмотрела на Флемет. Та сделала вид, что не заметила. – Зачем вам я? Чтобы собрать армию по договорам, достаточно и одного Серого стража. Я бы хотела… - Татуировки на твоем лице, - хищно вскинулась старуха, обращаясь к эльфийке. – Валласлин, верно? - Да, - оторопело пробормотала Махариэль. – Мой валласлин посвящен Андруил, богине охоты. - Ве-ерно, - протянула старая ведьма, хитро прищуриваясь. – Вы, долийцы, не пожелали жить с людьми, и предпочли влачить жалкое существование в лесах, гонимые всеми, оберегающие то, что давно забыли. - Мы – последние Elvhenan, настоящие эльфы, хранители того, что плоскоухие решили забыть! Это они, - Махариэль поднялась с земли, ведомая гневным порывом. – Это они ведут жалкое существование, побираясь у шемов, становясь их рабами и забывая себя! Трое людей молча смотрели на эльфийку, раскрасневшуюся от обуявших ее эмоций. Махариэль сделала глубокий вдох. - Тебе ли не знать это, Asha'belannar, - она снова села. - А еще мне известно о тех путях, которым научила ваш народ Андруил. Ты же посвятила себя ей, верно? И чему она учит? - ведьма в упор глядела на эльфийку, не моргая. Махариэль замешкалась, отведя взгляд. Но долийцы ничего не забывают. - Она научила нас Vir Tanadahl, пути Трех Древ. Vir Assan – неуклонно иди к цели. Vir Bor'assan – гнись, но не ломайся. Vir Adahlen – вместе мы сильнее, чем по одному, - Махариэль наконец вдохнула, выпалив все на одном дыхании. - Нда-а, - цокнула языком старуха. – Видимо, вам вдалбливают эти знания так крепко, что об их значении вы просто не задумываетесь. Вместе, - ведьма сделала паузу. – Вы сильнее, чем по одному. Ты теперь Серый страж, и твоему дружку-Серому стражу не помешала бы помощь в борьбе с Мором. - Он мой боевой товарищ! – выпалила эльфийка. - Твой клан прекрасно справится и без тебя, Лина Махариэль. Ты нужна здесь и сейчас. Алистер молча слушал разговор, что-то прикидывая у себя в голове. Потом кивнул, и повернул голову к Флемет. - Мы должны срочно выходить. Какое отсюда ближайшее поселение? - Лотеринг, - Флемет поднялась. – Тогда собирайтесь, а моя дочь проводит вас. Морриган, - старуха обратилась к ухмыляющейся девушке. – Собирай вещи, ты пойдешь с ними в путь. Улыбка медленно сползла с лица ведьмы. Алистер хмыкнул. - Но матушка! - Ты будешь хорошей помощью Стражам. К тому же, я знаю, моя маленькая девочка всегда мечтала повидать мир. Теперь пришел черед Алистера ухмыляться и хихикать. - Ma serannas, Asha'belannar, - Махариэль поднялась, покачиваясь, будто со сна. – Но если Морриган не хочет, тащить силком я ее не буду. - Дареному коню в зубы не смотрят, - хмыкнула старуха. Ведьма старалась вести их по более-менее сухим местам, в обход совсем уж гиблых топей. На прощание Флемет подарила эльфийке лук из железной коры, поскольку старый лук остался на башне Ишала. Махариэль еще раз передернула перевязь с оружием, никак не привыкнув к его тяжести. Жалобно звякнули стрелы в колчане – слишком громко для облепившей их тишины, нарушавшейся лишь мерными шлепками сапог по грязи. Она посмотрела вперед – Алистер шел впереди нее, лязгая доспехами. С того разговора у костра они больше не обмолвились ни словом, словно страж на нее обиделся. На самом деле, эльфийка и представить себе не могла, что такое людское поселение – и кто такой эрл Эамон. Мыслями она была далеко отсюда, в хвойных лесах, куда людям дороги нет, но где колесят величественные аравели. В ее голове зарождались нехорошие мысли. - Меньше дня до Лотеринга нам идти, - послышался впереди голос Морриган. – Но сомневаюсь я, что до заката мы дотуда доберемся. Как только лес покинем мы, привал нам надобно бы сделать. - Хорошо, - односложно ответил Алистер. Не отпустил колкость, не огрызнулся, просто согласился. Переход через болото никому легко не давался. Может быть, он вспомнил Остагар и новобранцев. У эльфийки зачесался обрубок пальца. Когда они выбрались на опушку, уже стемнело. Болотный смрад остался позади, и все вздохнули с облегчением. Идти в ночь не хотелось никому, поэтому решено было остановиться тут. Алистер с облегчением сложил всю свою амуницию возле походного мешка и отошел в кустарник, раскинувшийся вокруг них. Махариэль нарвала сухой травы и дерна и безуспешно пыталась развести огонь, чиркая кремнем. Тот был слишком влажным из-за того, что эльфийка весь день протаскала его за пазухой, и соскальзывал, когда она хотела выбить искру. Вернулся Алистер, неся с собой немного хвороста. Недостаточно, чтобы приготовить полноценный ужин, но довольно, чтобы немного согреться – ночи становились все холоднее, приближалась осень. Махариэль рассеянно покусывала губы, раз за разом остервенело стуча камнем о кремень. Вдруг хворост вспыхнул – но искры не было. Эльфийка оглянулась на ведьму – та равнодушно раскладывала свой спальник. Казалось бы, костер должен был отпугивать мошкару, но та только слеталась на свет и больно кусалась. Морриган сняла наплечный мешок и выдала всем по горсти сухарей и куску вяленого мяса. Какого - Махариэль знать не желала. - Странно, что порождений нет, - озвучила мысли эльфийка, жуя волокнистое мясо. - Матушка нам помогала незримо, пока по болоту мы шли. Сейчас ушла она. Отдыхай, на страже постою я в этот раз. Махариэль залезла в спальник, не снимая сапог и не раздеваясь, и провалилась в муторный и неспокойный сон. Утром все спешно собирались, чтобы поскорее добраться до деревни. Никто не разговаривал, мышцы затекли, а тела продрогли от лежания на сырой земле. Махариэль отпила из своего бурдюка. Она уже свернула спальник и привязала его к походному мешку, и теперь только ждала, когда остальные соберутся. Эльфийка посмотрела направо – там сидела Морриган и умывалась из своей фляги – она всю ночь провела на посту, давая стражам возможность поспать. Волосы ведьмы были распущены и черными волнами спускались по плечам. Махариэль отвела взгляд. - Ты нормально спишь? – окликнул эльфийку Алистер, с трудом сворачивая свой спальник. Тот все время разворачивался обратно. – Да что такое! – воскликнул страж и встряхнул шерстяное одеяло. Оттуда выпрыгнула лягушка. А за ней еще одна. И еще, и еще. Алистер едва не сорвался на визг, но сдержался и лишь отпрянул. Морриган захохотала, убирая наверх волосы. - Плохо, - Махариэль тоже не сдержалась и захихикала в кулак, смотря, как страж выковыривает из одеяла оставшихся лягушек. – Такое чувство, что за мной все время кто-то следит. - И есть охота, верно? – Алистер наконец справился с напастью и спокойно свернул одеяло, прикрепив его к мешку с провизией и сменной одеждой. – Со всеми так бывает. Я был стражем дольше тебя, поэтому и рассказываю. Со мной то же самое было. Это пройдет. - Надеюсь, - хмыкнула эльфийка. Ей действительно хотелось есть. Но это она скорее бы списала на исключительную диету, на которой ее заставляли сидеть походные условия. Неожиданно Алистер резко развернулся, всматриваясь в чащу, оставленную позади. Он обернулся, вытаскивая меч из ножен. - Вставайте. Нужно уходить. Махариэль, чуешь? Эльфийка прислушалась. Из леса доносился Зов, порождения нагоняли их, больше не сдерживаемые Флемет. Она ощутила непреодолимое приближение Мора. Скверна в ее венах желала пойти за песней. Эльфийка одернула себя, и наваждение пропало. Они не вступали в открытый бой – стражи чувствовали, что тварей слишком много для них троих, поэтому им оставалось только убегать. Махариэль поняла, что зря не сняла сапоги на ночь – портки под ними сбились, и жесткая кожа натирала щиколотку, но останавливаться сейчас было смерти подобно. В них полетело несколько стрел – Морриган накрыла всех барьером, быстро и без разговоров – ведьма действительно хорошо владела магией. Вражеские стрелы отскочили и улетели куда-то в ковыль. Эльфийка в ответ обернулась и пустила две стрелы в преследователей, но увидеть, попала ли, времени не было – она припустила за остальными сопартийцами. Местность наконец становилась все менее болотистой и все более типично-ферелденской – огромные вересковые пустоши, поля и холмы, а над всем этим – серое и неприветливое ферелденское небо, затянутое тучами. Где-то вдалеке зарокотал гром, но Махариэль не слышала его, она просто бежала, надеясь, что порождения все-таки отстанут. Впереди показалась грязная колея проселочной дороги, а на ней – человеческий силуэт. Послышался новый раскат грома, но в этот раз в него вплелся надрывный собачий лай. К ним навстречу несся здоровый мабари, свесив набок язык от долгого бега. Махариэль уже приготовила стрелу, чтобы застрелить бешеного пса, но тот пронесся мимо них, прямо к порождениям. Эльфийка остановилась и повернулась вслед за псом, чтобы проверить, что ей не почудилось. Пес, не обращая внимания на зловоние, исходившее от порождений, озлобленно кинулся на них, рыча и рвя их бледную плоть. Эльфийка остановилась, глубоко вдыхая насыщенный озоном воздух, но не снимая стрелы с тетивы. - Махариэль! – крикнул ей Алистер, остановившись. Она в ответ лишь покачала головой, мол, все в порядке. Краем глаза эльфийка заметила, как ведьма кутается в шерстяную накидку, бестолково смотря на побоище. Снова пророкотал гром, и к ним подбежал юноша, шлепая ботфортами по грязи. Махариэль уже хотела было к нему обратиться, но парень тоже пробежал мимо нее, на ходу оголяя полуторный меч. Взвизгнул мабари, и парень припустил пуще прежнего, замахиваясь на бегу и одним ударом раскраивая череп ближайшему порождению. Эльфийка не стала медлить и снова натянула тетиву. Рвано выдохнула холодный воздух – облачко пара – и пустила стрелу в шею еще одной твари. Мабари с радостью закончил дело. Морриган продолжала стоять, облокотившись о посох, словно была тут и вовсе ни при чем. Алистер раздраженно наблюдал, как эльфийка выпускала стрелы одну за одной, ни разу не промахнувшись. В конце концов, страж не выдержал и, сняв со спины щит, приложил им подошедшее слишком близко порождение. Тварь упала навзничь, а мабари, вовремя подскочивший, завершил дело, перегрызя порождению горло. Черная кровь залила траву. Собака отплевалась и побежала обратно, на помощь парню, вертевшемуся, словно уж на сковороде, в окружении порождений. Их было немало – Махариэль успела насчитать штук пятнадцать, не меньше. Обычные гарлоки, пара генлоков – нет среди них ни вожаков, ни эмиссаров – но менее смертоносными они от этого не становятся. Однако молодого человека, рубившего порождений невероятно яростно и самозабвенно, численный перевес, похоже, совсем не волновал. Эльфийка не выдержала и, рванув из сапога кинжал, бросилась на выручку, всаживая лезвие в шею слишком близко подобравшемуся к человеку порождению. Фонтаном брызнула смрадная черная кровь – но ее это не волновало. Рык собаки вдруг пробудил в ней неконтролируемую ярость, гнев и ненависть к порождениям, она вдруг вспомнила все те потери, которые пережила за такой короткий период своей жизни, и продолжила всаживать кинжал в тварей, рыча и кружась в водовороте тел, окруживших ее. Внезапно все закончилось. Никто больше не нападал, только горло холодила сталь клинка. Махариэль оторвала взгляд от трупов порождений. На нее смотрел человек, тот которому она помогла. Приставив к ее горлу свой полуторный меч. Не то чтобы им было удобно резать горло, но как показатель угрозы. Эльфийка оценила и раскрыла ладони. Кинжал беззвучно упал на землю, пропитавшуюся черной кровью. Сзади послышались шаги и собачий лай, но обернуться Махариэль не могла. Человек смотрел поверх нее. - Что здесь забыла дикарка? – парень обратился к спутникам Махариэль, стоявшим у нее за спиной. - Спокойно, не враги мы тебе, - начала было Морриган, но Алистер перебил ее. - Мы - последние выжившие Серые стражи, и сейчас направляемся в Лотеринг. Эта «дикарка» - член нашего ордена, и теперь… - Ах вы Серые стражи? – человек заиграл желваками. Меч опасно затрясся в его руке. – Тогда мне стоит прирезать вас сейчас, за дезертирство и предательство вашего – нашего - короля… - О ч-чем ты? – Махариэль тоже решила встрять в назревающий конфликт. – Мы единственные, кто выжил после предательства Логейна… - Не единственные, - ноздри парня широко раздувались, словно ему не хватало воздуха. – Я тоже там был. Я видел эту...бойню, - он мотнул в пространстве рукой с мечом, эльфийка дернулась. - Сигнальные огни не зажглись, и тэйрн Логейн скомандовал отступление. Если бы не мабари, я бы…Меня бы прирезали, как свинью на праздничный стол. - Врешь, шем! И тэйрн ваш врет! – острие меча с каждым словом все сильнее вжималось в ее шею. - Серые стражи, да? Что же вы, поборники справедливости, людей спасти не смогли? Сколько там полегло, сколько хороших парней погибло… - Если бы я могла спасти – спасла, - Махариэль шумно сглотнула накопившуюся во рту слюну. – Слышишь, каждого бы за шкирку вытащила из лап этих тварей, и лично всадила нож в архидемона. - Ну все, довольно! – посох Морриган поддел меч и увел его в сторону от эльфийки. – Всего лишь бедные путники мы, как и ты, потрясены Мором надвигающимся, - ведьма не отводила взгляда от человека. Рычащего пса держал Алистер. Нависшую тишину распорол новый удар грома, Махариэль даже дернулась от неожиданности. Мабари зашелся лаем. Человек вздохнул, отводя от ведьмы тяжелый взгляд, и убрал полуторник в ножны. - По-хорошему, надо сдать вас храмовникам, пусть они разбираются. Стражей объявили предателями, я сам толком ничего не понял, - парень жестом приманил пса. Тот подскочил, радостно виляя обрубком хвоста. – Я понимаю. То, что там произошло… Все никак не выходит у меня из головы. Иногда я словно все еще там, сражаюсь, рублю и рублю, а эти твари только прибывают, - он провел рукой по сухим губам, будто вытирая что-то с них. – Лотеринг совсем рядом, пойдемте. Гроза надвигается. - Это и есть шемленские поселения? - А что тебя так удивляет? - Я думала, они такие же, как Остагар. Построенные на костях моих предков. Алистер закатил глаза. - Опять твои долийские штучки? Они подошли к имперскому тракту - древней каменной дороге - человек с мабари впереди, стражи и ведьма сзади. Показались первые дома, огороженные частоколом, но все уже было видно издалека – у заборов сидели со скарбом беженцы, двери домов были наглухо заперты. Лотеринг был переполнен. - Спасибо, что довел нас. Ma serranas, шем, - эльфийка чуть склонила голову. - Я…просто я понимаю, - человек замешкался, остановившись. – Теперь я знаю, что я не один, - он едва удержал за холку рвущегося к Алистеру мабари. Потом поднял извиняющийся взгляд. – Надо возвратиться и сжечь тела, пока их дождь не намочил. Я соберу твои стрелы, дикарка, а когда вернусь – отдам. - Где тебя можно будет найти? – вышел вперед Алистер, и, не удержавшись, потрепал пса по загривку. Тот очаровательно свесил язык набок. - Мы с семьей живем на окраине Лотеринга, у нас тут небольшая ферма. Я Карвер. Карвер Хоук. Думаю, если поспрашиваете, вам подскажут. У нас тут народ дружелюбный, даром, что беженцы идут. Человек ушел прочь, не оглядываясь. Еще некоторое время они слышали лай мабари, но скоро перестали различать его за все более частыми раскатами грома. Морриган куталась в шерстяной плащ, пытаясь закрыться от пронизывающего ветра, и щурила глаза, пытаясь разглядеть, что происходит в деревушке. - Постой, - Алистер обернулся к эльфийке. – Надо привести себя в порядок. И тебя в особенности, у тебя лицо в крови. Только сейчас Махариэль обнаружила неприятно стягивающую корку засохшей крови на лице. Не своей крови. - А зачем? – усмехнулась Морриган. – Все лучше, чем татуировки ее людям демонстрировать. Эльфийка оскалилась на ведьму. Алистер протянул ей свою флягу с водой и полил на руки, пока та умывалась. Потом снял заплечный мешок и отдал ей свой теплый плащ с капюшоном. - Так будет лучше. Для обычных людей долийцы…в диковинку. Морриган хохотнула и поднялась на тракт. Остальные подтянулись за ней. Некоторое время Махариэль молчала, но потом не выдержала. - Алистер, - она дернула стража за плечо. – Я что, такая уродина? - Чт-т, - он обернулся, набирая в грудь побольше воздуха. По его щекам, обросшим щетиной, поплыл румянец. – Я-я…О-о-о…Я бы так не сказал. - Тогда почему мне лучше не показывать лицо? К плоскоухим же шемы относятся нормально. - Агхм, - промычал Алистер, потирая шею. Он глазел по сторонам, пока не зацепился за фигуру уходящей Морриган. Та продолжала идти вперед по вымощенной дороге как ни в чем ни бывало. – Э-эй, Морриган, постой! Хах, куда же она? Потеряется еще! Страж рванул следом за ведьмой. Эльфийка мрачно почесала нос и пошла за ними, накинув капюшон на голову. Конечно, все шло слишком гладко – незнакомый человек помог разобраться с порождениями, потом довел чуть ли не до деревни. Махариэль почувствовала себя обманутой. На них ощерились стрелы незнакомых людей, перегородивших спуск с тракта. - В Лотеринг и так ломится слишком много беженцев с юга, - вперед вышел мрачного вида человек со шрамом, перечеркивающим пол лица. из-за этого половина его лица будто немного съехала вниз, создавая видимость постоянной угрюмости. – Мы лишь собираем налог на вход в деревню, чтобы купить продовольствие голодающим. Конечно, никакие они не сборщики налогов, эльфийка просекла это сразу. Она взглянула из-под капюшона на остальных. Алистер молча стоял, играя желваками, а ведьма тоже накинула на себя капюшон, так что ее лица Махариэль разглядеть не могла. Все произошло так быстро – разбойникам надоело слишком долгое молчание путников, и двое ребят, державших стрелы натянутыми, спустили их. Те с жалобным хрустом отскочили от невидимого барьера вокруг стражей. В следующий момент Махариэль уже тащила из-за спины лук, а Алистер всаживал меч в живот ближайшему лучнику. Морриган так и стояла на месте, опираясь на посох и бездействуя. Эльфийка слегка запуталась в плаще, пока вытаскивала лук из-за спины, а когда все же вытащила, обнаружила, что стрел в колчане больше не было – все они остались далеко позади. Она присела, увернувшись, от просвистевшей над головой булавы и, быстро вытащив кинжал из сапога, всадила его в горло человеку. Тот окатил ее руку фонтаном густой, темной крови – эльфийка попала в артерию. Ругнувшись, она спряталась за телом – оставшийся в живых лучник успел отбежать от Алистера и теперь довольно успешно отстреливался, не подпуская к себе ни стража, ни Махариэль. Алистеру пришлось туго – два человека наседали на него, а он едва успевал отражать щитом и их атаки, и стрелы. Предплечье у него уже ныло, а лицо заливал пот, но контратаковать он просто не успевал. Махариэль завела руку за тело человека, которое держала, словно щит, и выдернула стрелу. Поддерживая труп плечом, она приподняла его руку и через подмышку аккуратно нацелилась в наседавших на Алистера людей. Она выдохнула, услышала до боли родной свист спущенной тетивы – и один скрючился, получив стрелу под ребро. Еще жив, но из боя уже вышел. - Морриган! – заорала эльфийка. Та стояла, наблюдая за побоищем. – Во имя Митал, помоги нам! Еще одна стрела прилетела в мертвое тело, укрывавшее Махариэль, и та пошатнулась. Вдруг послышались крики, и на тракт выбежали еще люди, по виду – крестьяне, и бросились на разбойников кто с чем. Как раз в этот момент у лучника, стоявшего вдалеке, закончились стрелы, и он бросился наутек. - Лови подлеца! – вопили люди, побежав за ним. Эльфийка откинула тяжелый труп и поднялась, разминая плечо. Крестьяне уже убили последнего человека, атаковавшего Алистера, и теперь тот прилаживал щит обратно за спину. Оставшийся в живых человек хрипел, силясь вытащить из-под ребра стрелу, но та застряла там прочно, и он только плевался кровью. К нему бочком подошел совсем молодой паренек, исподтишка разглядывая его агонию. Махариэль не вытерпела – подошла, достав кинжал, и перерезала бедняге горло. В момент все уставились на нее. - Дикарка! Дикарка! Маменьке расскажу, не поверит! – паренек отскочил от нее поближе к своим. Те в свою очередь сбились в плотную кучу, загораживая тех, кто помоложе. - Да у нее даже стрел нет, че она нам сделает-то? – хихикнул кто-то. - А видали, как жутко бедолаге горло-то перерезала! Ну точно, дикарка! Алистер, растерянно смотря на всю эту нелепую сцену, загородил Махариэль. - Простите, добрые люди, мы… - Путники простые, - перебила его Морриган и вышла вперед, наступив стражу на ногу. Тот часто заморгал, но смолчал. – Бежим мы, голодом влекомые, от Мора и войны. - Нету в Лотеринге больше места, - к ведьме вышел крестьянин, видимо, решивший говорить за всех. – Убирайтесь подобру-поздорову! - Как вы обращаетесь с теми, кто бандитов прогнал от вас? Твари неблагодарные! – ведьма повысила голос и сделала шаг навстречу толпе. Толпа попятилась. - Довольно! – крестьянина оттеснил храмовник. – Что здесь происходит?! - Мы прогнали бандитов с тракта, - начал Алистер. – А эти люди не желают впускать нас в деревню. - Места нет! – выкрикнул кто-то из гудящей толпы. - Для добрых людей, - храмовник сделал жест рукой, и толпа замолчала. – Место всегда найдется. Добро пожаловать в Лотеринг, путники.