Жизнь - это выбор

      После того, как Асфалот скрылся в ночном лесу, увозя за собой Фродо, для Лайнели перестало существовать что-либо. Сейчас она и сердцем, и душой была с раненным хоббитом, а разумом молила всех Валар о спасении этого героя. Эльфийка во всем винила Арагорна. Зачем он пошел за ней? Почему спокойно оставил хоббитов? Она не маленькая и за ней не нужен присмотр! Золотоволосая бы злилась, ругалась и кричала на Странника, если бы не Фродо. Но так же она понимала, что сама провинилась не меньше. Она ведь обещала Гендальфу следить за Фродо и защищать его.       Девушка не помнила дальнейший поход с отрядом, не помнила даже разговаривала она с новоприбывшим эльфом или нет. Но, когда они уже подходили к Бруинену, золотоволосая почувствовала, что ей становится легче. Отряд шел не той дорогой, какой шли в прошлый раз гномы. Эльфийка удивленно рассматривала местность. Хоббиты шли молча, опустив головы. Арагорн также был подавлен. И лишь Глорфиндел остался спокоен. Во всяком случае, Лайнели так думала. Когда они пересекли Бруинен, даже дышать стало легче. Какая-то тяжесть и сковывающий сердце страх отпустили золотоволосую, и она ускорила шаг, желая как можно скорее оказаться в тихом и уютном дворце Элронда.       К концу дня отряд добрался до Последнего Приюта к Востоку от Моря. Путники были встречены придворными эльфами и каждого отвели в предназначенные ему покои, где тот смог бы отдохнуть, умыться и переодеться к ужину. Лайнели провожал её старый друг Линдир. Менестрель совсем не изменился с последней их встречи, лишь глаза светились грустью и тоской. Но с эльфийкой он забыл о своей печали. Темноволосый эльф потребовал от девушки полного рассказа всех её путешествий. - Обо всем расскажу за ужином, дорогой друг! - улыбнулась девушка, закрывая дверь. Лайнели аккуратно сняла с себя оружие, сложив его у кресла. Покои были королевские. Высокие потолки, большая кровать с балдахином, прикроватный столик и прочие удобства. Все было выполнено в теплых бежевых тонах. Закончив осматривать комнату, девушка прошла в купальню, обнаружив там заранее приготовленное платье цвета сочной травы. Оно было украшено замысловатыми узорами из серебристой нити. Желая поскорее надеть на себя прекрасную одежду, Лайнели скинула свой походный костюм, расплела волосы и, кинув в воду пару лепестков засушенных трав, окунулась в ванну. Теплая вода обволакивала, заставляя забыть все насущные проблемы и наконец отдохнуть. Золотоволосая провела рукой по давнему шраму на боку. Единственное, что напоминало ей ужасного Бледного орка. От стрелы, которую она поймала, спасая Торина, ничего на теле не осталось. Принц отдал ей почти весь свой Свет, давая жизнь любимой. От воспоминаний Лайнели отвлек легкий стук в дверь. Это был Линдир. Она узнала его, потому что за стуком ничего не последовало. Ни возгласов, ни повторных ударов - ничего. Этот стук был лишь напоминание. Вода уже заметно остыла, и эльфийка вылезла из купальни, обтираясь теплым, пушистым полотенцем. Бросив заинтересованный взгляд на лежащее рядом платье, девушка с интересом приложила его к себе, придерживая у плеч и расправляя подол. "Красивое," - улыбнулась девушка. Переодевшись, она взяла гребень с туалетного столика и начала причесываться, заранее отделив косую челку. Ни один эльф не понимал желание девушки носить челку. Отец как-то даже пытался запретить это дочери. Но золотоволосая продолжала упорно носить челку. Со временем эльфы примирились со странным пристрастием воительницы и больше не обращали на это внимание. Снова прозвучал стук в дверь. Затем кто-то осторожно повернул ручку и отворил её. В покои эльфийки зашел постаревший Взломщик. Пару мгновений золотоволосая и Бэггинс смотрели друг на друга, не веря своим глазам. По лицу Лайнели потекли слезы, и она бросилась к хоббиту, заключая того в крепкие, но нежные объятия. Она плакала, а хоббит успокаивающе поглаживал её по спине, сам периодически всхлипывая. Так они просидели неизвестное количество времени. Девушка уже успокоилась, но не могла отстраниться от дорогого её сердцу друга. - Как я скучал, - тихий голос Бильбо разорвал тишину. В его тоне было столько грусти, печали, не высказанной обиды, что девушка горько зажмурилась. - Прости меня, - единственное, что смогла выдавить Лайнели. Голос дрожал и прозвучал так тихо, что она не была уверена, что хоббит услышал. - Давно простил, - улыбнулся Взломщик и наконец отстранился от подруги, вглядываясь в карие глаза. Они снова наполнились слезами. В тот вечер друзья не спустились на ужин, просидев всю ночь вместе, как в старые времена. Они разговаривали, смеялись, вспоминали былое и просто молчали, сидя на балконе и смотря на сияющие в вышине звезды. Утром Линдир пошел будить подругу, желая знать, почему та не явилась на ужин. В комнате никого не было. Даже постель не была разослана. Нахмурившись, эльф прошествовал на балкон, откуда доносились какие-то непонятные звуки. В свете утреннего солнца менестрелю предстала редкая и забавная картина: эльфийка и хоббит жарили сосиски. В принципе, все бы могло выглядеть нормально, если бы это были походные условия. - Это... что? - растерявшись, пролепетал придворный эльф, удивленно взирая на утреннюю трапезу. - Сосиски. Будешь? - весело блеснув глазами, улыбнулась девушка. - У нас их и так мало осталось, - проворчал Бильбо, шуточно подтягивая к себе тарелку. - Лайнели, - пытаясь придти в себя, но все также таращась на еду, произнес Линдир. - Тебя зовет к себе Владыка. Произнеся это, эльф на негнущихся ногах ушел с балкона, а затем и из комнаты. Когда он закрыл дверь, в покоях раздался заливистый смех.       К Элронду Лайнели спустилась уже в нормальном виде, но щеки ещё хранили веселый румянец. Владыка находился на террасе, осматривая территорию Ривенделла. Девушка терпеливо ждала, когда эльф заговорит. - Прекрасный день, не правда ли? - начал Элронд. - Только не могу понять, откуда доносится запах... Ммм... Сосисок? Лайнели хихикнула и подошла к перилам. - День действительно чудесный, Владыка, - улыбнулась она. Ветер подул в лицо, подхватывая легкие золотые волосы. - Скажите, как там Фродо? - в голосе девушки слышалась тревога, но какая-то уверенность. - С ним все будет хорошо! - послышалось за спинами беседовавших. Лайнели обернулась. На террасу, не торопясь, шел Гендальф Серый, опираясь на свой посох. Он выглядел таким утомленным, будто прошел не одну сотню лиг, добираясь до дворца. - Где ты был, Митрандир? - обеспокоенно произнесла Лайнели, подходя и помогая старику добраться до скамейки. - Обо всем я расскажу на Совете, - произнес маг. - На каком ещё Совете? - подозрительно посмотрела на Владыку золотоволосая. - Мы должны созвать Совет народов Средиземья, дабы решить, что делать с Проклятием Исилдура, - торжественно произнес Элронд. - Ибо это зло нельзя оставлять в Имладрисе. Я считаю, Кольцо надо уничтожить.