Warrior

Я не могла двигаться. Я застряла в объятиях Гарри, не в силах дышать, я почувствовала его аромат и мои мысли перемещались в голове. Сам факт того, что его руки были обвиты вокруг моей талии, а голова лежала на моем плече, действовал на меня угнетающе. Я изо всех сил пыталась держать себя в руках. Я попыталась разобраться в его словах, и часть меня хотела успокоить его, зная, что он проявил свою слабость лишь из-за боли, которая была мне так знакома. Боль от потери кого-то. Я потеряла множество людей в моей жизни: мою маму, моего папу, моего бывшего парня и... Гарри. Гарри сделал все, чтобы вернуть Джемму обратно в его жизнь. Она была причиной, из-за которой он предал меня. Она была частью его сделки, но он не смог получить ее. Он был обманут. Я была удивлена, что он не пытался вернуть ее раньше. Когда Гарри был моложе, его сестра Джемма была похищена. В результате всего это, он стал обозлённым и вспыльчивым парнем, и единственный способ, чтобы справиться с болью, был — вступить в банду. Там насилие было призвано "хорошим" и у него была власть над людьми, в отличие от ситуации с Джеммой. Недавно он узнал, что она училась в Лондоне, но после дальнейшего исследования он понял, что его отец был тем, кто похитил Джемму. Гарри всегда презирал своего отца. Он знал, что, если бы он захотел увидеть ее, отец не предоставил ему такой возможности. Джемма была единственным человеком, кому он позволял любить себя... и мне. Я попыталась разобраться в своих мыслях еще раз, когда крупко держала Гарри. Всё его тело дрожало рядом с моим, и с каждым движением его движением мое сердце начинало биться сильнее. Я знала, что, удерживая Гарри, я причиняла боль самой себе. Поддерживая его, я медленно шла к разгадке этой загадки. Мысли о предательстве и боли, которую он пережил, заставили меня держать его крепче, цепляясь за тонкий материал его футболки. Я знала, как это ужасно чувствовать себя уязвимым перед другими людьми. Мы стояли, казалось, вечность. Гарри плакал, обняв меня. Я чувствовала его горячее дыхание на моей шее, его слезы, капающие на мою футболку. Я могла чувствовать Гарри и его боль, которая заставила меня задержать дыхание. Я отстранилась от него. Гарри не потерял равновесие. Он продолжал стоять, опустив голову. Он стоял так несколько минут, прежде чем вытер тыльной стороной ладони слезы. Когда он, наконец, поднял голову, единственный признак того, что он плакал, было покраснение глаз и отечность щеки, но его лицо было маской небытия. Его губы были сжаты в тонкую линию, глаза черные. Я открыла рот, готовая сказать хоть что-то, но слова застряли у меня в горле, в то время как Гарри резко отошел. Я последовала его движениям, наблюдая, как он подошел к большой книжной полке напротив стены. Он начал быстро бросать книги с полок, и я смотрела в замешательстве пока, наконец, не поняла, к чему он клонит. За книгами был спрятан пистолет. Оружие блестело в свете, когда он взял его в руки. Вздох слетел с моих губ, когда он двигался по направлению к передней двери. Я точно знала, что он делает. Я поспешила встать перед ним, спиной прижимаясь к деревянной раме. — Нет, Гарри, — быстро проговорила я, качая головой. Я изо всех сил пыталась смотреть ему в глаза, а не на оружие в его руках. — Прочь с дороги, — сказал он монотонно. Его голос звучал без признаков человечности, как и выглядело выражение его лица. Несколько минут назад он выпускал все сдерживаемые эмоции, которые у него накипели, а теперь он снова стал бесчувственным, отбрасывая все эмоции так далеко, как только мог. — Гарри… Мои слова были отрезаны, когда он взвел курок пистолета, и вдруг я смотрела на него, поверхность металла прямо передо мной. Я заставила себя посмотреть на него, и когда мой взгляд встретился с его, он заговорил: — Ты собираешься уйти? Я могла чувствовать, как слезы формируются в уголках глаз. Несмотря на каменное выражение лица, которое я показывала, я не могла скрывать мои истинные чувства. Гарри никогда не угрожал убить меня, хотя он подразумевал, но это не было проблемой. Теперь, он стоял с ружьем передо мной, и я поняла, насколько серьезно это было. — Ты не выстрелишь в меня, — прошептала я. Я не была уверена, кому я это сказала ему или себе. Теперь я пожалела, что пришла сюда с Луи. Гарри склонил голову в сторону незначительно. — Ты готова поспорить с этим? — Г-Гарри… — я замолчала, не в состоянии говорить, так как прохладный металл прижимался к коже моей шеи, где Гарри ранее плакал. Я все еще чувствовала его слезы. Это было ужасно, насколько радикально все может измениться в считанные минуты. — У тебя есть пять секунд, прежде чем я снесу твою гребанную голову, Алиса, — отрезал он нетерпеливо. — Уходи. — Алиса, — быстро вмешался Луи, его голос звучал безумно. Несмотря на слова Гарри, я чувствовала, что не могу двигаться. Меня будто заморозили. Мои конечности отказывались работать. Гарри прижал меня против него так, что пистолет застрял между нами. — Пять, — прошептал он, поднимая бровь недоверчиво. Я все еще не могла двигаться. — Четыре, — продолжил он, наклоняясь немного так, чтобы его губы были около моего правого уха. — Три. — Два. Я слышала, перетасовки в фоновом режиме, и я предположила, что это был Луи, но я была слишком очарована завораживающими глазами Гарри, которые были прямо перед моим лицом. У них был удивительно блестящий оттенок зеленого, контрастный с его мрачным настроением. — Один.