Глава 17: Бла-бла-бла-бла. Бла-бла-бла.
2 июля
„Уважаемая миссис Поттер, Не согласились бы Вы отпустить Гарри провести у нас часть каникул? Наша Арен очень хочет, что бы он приехал к нам в гости, и мы с мужем были бы рады принять Гарри у себя. С уважением, Эмили Аддингтон.“ „Уважаемая миссис Аддингтон, Гарри сказал, что будет счастлив погостить у Вас. Он прибудет в Ваше поместье в понедельник. Надеюсь, Вы не против. С уважением, Дорея Поттер.“
***
Не успели мы с Джеймсом и Сириусом разобрать вещи, как пришло это письмо с приглашением. Мальчишки были против моего столь раннего отъезда, но обижать Арен мне не хотелось, и я принял приглашение. Неделю я жил в их мэноре. Удивительно, но даже там каждое утро на своей тумбе обнаружил зелье для смены сущности. В мэноре мы снова встретились с её сестрой — Изабеллой. Она узнала меня и была рада видеть. Целыми днями мы с сёстрами Аддингтон гуляли. Пару раз даже наведались в магловские районы. В одну из таких прогулок по магловской части Лондона мы наткнулись на Лили и Северуса. - Гарри! Арен! — воскликнула Лили, махающая к нам рукой. Мы поспешили на встречу друг другу, Лили кинулась обнимать нас и знакомиться с Изабеллой, мы со Снейпом обменялись рукопожатием. Тем временем женская часть нашей компании уже решила, что гулять мы теперь будем все вместе, лишив нас права голоса. Сначала мы пошли в кафе-мороженое, потом на карусели, от которых некоторые чистокровные особы в наших рядах пришли в неописуемый восторг. Затем мы двинулись в сторону кинотеатра, а Лили попутно разъясняла сёстрам Аддингтон, что это такое. Купив билеты на фильм с говорящим названием, — „Техасская резня бензопилой“ — девушки поспешили купить сладостей, а мы с Северусом сели на одну из лавок, стоявших рядом с кинотеатром. - Что, сбежал от Поттера с Блэком? — спросил Северус после долгого молчания. - Нет, меня просто неожиданно позвали в гости, — ответил я. - О, ну конечно… — слова Снейпа стали какими-то далёкими и не реальными, словно их с Гарри разделяла толща воды.***
- О, ну конечно, зачем мистеру Поттеру меня слушать. Нашей знаменитости такой предмет, как Зельеварение, совсем не пригодится в жизни. Я открыл глаза и тут же встретился взглядом с чёрными глазами Снейпа. Взрослого злющего Снейпа. Я огляделся, не веря в то, что происходящее реально. Рядом со мной сидел взволнованный Рон. Впереди нас обернувшиеся Гермиона и Невилл. За соседним рядом, прямо напротив нашей с Роном парты, сидели Малфой и Паркинсон. Их эта ситуация по видимому забавляла. В голове никак не укладывалось происходящее. Секунду назад я жил во времени своих молодых родителей, а сейчас я в своём времени сижу на уроке Зельеварения. Значит мне приснилось наше перемещение во времени, значит Седрик на самом деле жив, а Грюм — это Грюм, а не младший Крауч, значит Волдеморт не возродился. Значит Снейп и моя мама никогда не дружили. Значит я никогда не видел ни Лили, ни Джеймса, ни Арен, ни Изабеллу, ни Кэтрин. - Мистер Поттер, Вы меня вообще слушание? - Профессор Снейп, — я сглотнул и спросил: — Вы ведь дружили с моей мамой? - Что Вы такое говорите, Мистер Клэптон? Клэптон?! Гарри!***
Я открыл глаза. На меня взволнованно смотрели два чёрных глаза. Сон во сне? - Профессор? — спросил я, сонно моргая. - Какой к чертям профессор, Клэптон? Ты что несёшь?! — тряся меня за плечи спрашивал молодой Снейп. Я убрал его руки со своих плеч, снял очки, потёр переносицу и снова водрузил оправу на нос. - Что только что произошло? - Сначала всё было нормально, — начал Северус. — Я спросил, не сбежал ли ты от Поттера с Блэком, ты сказал, что нет. Я начал тебя спрашивать, нет ли у тебя каких-то других артефактов, помимо Мантии-Невидимки. К примеру какой-нибудь защитник воспоминаний, а ты вдруг положил мне голову на плечо, — на этих словах он нервно хмыкнул. — Я попытался убрать твою голову, ты по видимому уснул, а ты вцепился мне в руку мёртвой хваткой. Начал что-то говорить про меня, потом про неких Рона, Гермиону и Невилла. Что-то говорил про Малфоя и Паркинсона. Потом начал нести бред про то, что жил во времени молодых родителей, что-то про некого Седрика, про перемещение во времени, а ещё про Грюма, Барти Крауча-младшего и Того-Кого-Нельзя-Называть. Вдруг ты заплакал и заговорил о том, что я, оказывается, никогда не дружил с твоей матерью. Шептал, что никогда не был знаком с Поттером, Лили, Кэтрин и обеими Аддингтон. А потом вдруг громко сказал: „Профессор Снейп, Вы ведь дружили с моей мамой?“, так что это было? И… у меня глюки, или ты уменьшаешься в росте? - Ты что-то говорил про то, что я заснул, верно? - Ну да… - Вот блять. Я вскочил и уже было ринулся в сторону кинотеатра, как вдруг Северус схватил меня за руку и серьёзно спросил: - Ты куда это? - Мне нужно в туалет, — соврал я. — Срочно! И, вырвавшись из его хватки, я вбежал в помещение, оглянулся и ничего умнее, чем всё-таки пойти в уборную, не придумав, побежал в туалет. К счастью в туалете никого не было, и я заперся в кабинке, наложив заглушку, заклинание отсутствия запаха, я выдохнул. Теперь оставалось придумать, как сообщить о случившемся Дамблдору. Послышался скрип открывающейся двери. - Гарри? — спросил озадаченный голос Лили — Ты ведь тут? Северус сказал, что ты сначала заснул, а потом стал уменьшаться и убежал в туалет. Я промолчал. Прозвучали шаги. Лили подошла прямо к кабинке, в которой я сидел. Заклинанием она заперла дверь и наложила заглушку. - Гарри, — снова заговорила Лили. — Я же знаю что ты тут. Скажи мне, пожалуйста, что случилось. Я закрыл крышку унитаза и уселся на него с ногами. Так я и скажу! Если бы это было так просто! - Гарри, мы же друзья, — тихо продолжала Лили, стоявшая за дверцей. — Ты можешь рассказать мне о чём угодно. Я никому не скажу, что бы это не было. Гарри, доверься мне. Мне стало ужасно обидно от осознания того, что Лили — самый близкий и родной мне человек, моя мама — ничего не знает ни обо мне, ни о том, кем она мне приходится. Я снял заглушающие чары с кабинки и подошёл к дверце. - Хорошо, Лили, но что бы я не сказал, помни — ты сама хотела, что бы я сказал правду, — я отворил дверь и встретился взглядом с Лили. Наши абсолютно одинаковые глаза теперь были на одном уровне, рост в точности совпадал, даже телосложение у нас, кажется, было одинаковое. — Я омега. Лили удивлённо хлопнула ресничками и ласково улыбнулась. - И всё? — спросила она. — Гарри, ты меня даже напугал, а оказывается у тебя просто другая сущность. - О, нет, Лили, — грустно усмехнулся я. — Это — не „всё“. Это — только начало. Мы с Драко прибыли из будущего. Из 1995-го года. Там, в нашем времени, я победил Волдеморта будучи младенцем, и пью специальное зелье, что бы людям было спокойнее, что их герой — альфа. Драко из нашего времени и потому, я не могу показаться перед ним в облике омеги. Клэптон и Аддерли - это, кстати, не настоящие наши имена. Он — Драко Малфой, сын Люциуса и Нарциссы Малфой, а я — Гарри Поттер, сын Джеймса Поттера и твой… И ты ведь понимаешь, что находишься в мужском туалете? Воцарилась тишина. Пожалуй, мне было бы куда легче, если бы Лили начала кричать на меня, говорить, что я идиот и это всё глупый бред. Но она молчала. На её лице не дрогнул ни один мускул, зато её глаза были полны эмоций: удивление, недоверие, шок и… страх. Глаза в глаза. Изумрудный в изумрудный. Мы всё ещё молчали, смотря друг на друга, как вдруг Лили пошатнулась, и я поспешил подхватить её за руки. - Спасибо, — тихо сказала она. Я усадил Лили на тот самый унитаз, на котором сидел не так давно и сел перед ней на карточки. - Извини, — сказал я, протягивая руку и аккуратно заправляя прядь тёмно-рыжих волос ей за ухо, что бы лучше было видно её лицо. — Я не должен был тебе этого говорить… - Так это правда? — спросила Лили. — Господи, прости я… Я просто не ожидала… — пробормотала она, закрыв лицо руками. — Я и Поттер… - Лили, — тихо позвал я, будто боясь, что кто-то сможет услышать нас сквозь заглушающие чары. — Ты мне веришь? - Что? Конечно же я тебе верю, Гарри, — сразу ответила Лили, ласково улыбнувшись и погладив меня по щеке. — В это всё, разумеется, очень сложно поверить, но я уверена, ты говоришь мне правду. - Спасибо, — тоже улыбнулся я и накрыл своей рукой её, находившуюся у меня на щеке. - А теперь скажи мне, каким образом ты сохранял облик альфы? - Ну, Дамблдор готовил для меня специальное зелье, которое действует в течении 24 часов. Так же его можно снять сном, заклинанием Агуаменти и поцелуем. С собой у меня его, конечно же, нет. - Ты же знаешь, как оно называется? — спросила Лили. - "Зелье для смены сущности. Альфа“, — кивнул я. - Я могу постараться призвать его с помощью Акцио, — задумчиво приговорила Лили. — Правда, я ещё никогда не вызывала что-то со столь длинного расстояния. Думаю,. можно попробовать. Лили поднялась подошла к маленькой форточке, находившийся довольно высоко, так что Лили не могла до неё даже дотянуться. - Гарри, — как-то стеснительно сказала она. — Ты не мог бы подсадить меня? - Тогда давай, ты сядешь ко мне на плечи, — предложил я. Лили широко раскрыла глаза и залилась краской. Её подобное предложение явно смущало, поэтому я поспешил напомнить: - Лили, не стесняйся, — сказал я. — Не забывай, что я, в конце концов, твой сын. - Да, точно, — кивнула Лили, кажется ей стало немного легче. Она взобралась ко мне на плечи. Я подошёл к окну и она, выставив палочку из окна, произнесла: - Accio! Мы ждали минут пять и уже было решили, что находимся слишком далеко, как вдруг в окошку влетел маленький пузырёк, который Лили ловко поймала. - Гарри, это оно? — спросила девушка, и дождавшись моего радостного кивка, воскликнула: — Отлично! Давай скорее пей, а то ребята нас уже дождались и напиши сегодня же Дамблдору о том, что это ты призвал зелье. - Хорошо, только, Лили, можно я попрошу тебя коё о чём перед тем, как мы выйдем отсюда? - Конечно, Гарри, всё что угодно, — с готовностью ответила Лили. - Обними меня, мама. Потом мы сходили в зоопарк в центре Лондона — Адель и Изабелла были в восторге. После мы разошлись. Мы с Лили обнялись на прощание прошептала мне: „До скорого, сынок“, я был счастлив. Однажды, прямо перед моим отъездом сёстрам Аддингтон в голову пришла „гениальная мысль“ — они решили заплести мне косички. Я долго сопротивлялся, убегал, прятался, но они нашли меня. И надо заметить, что, попутно заплетая мои волосы, Изабелла произнесла какое-то непонятное заклинание, после которого в течении 5 дней я не мог расплести волосы. Крёстный и отец встретили меня заливистым хохотом — дедушка с бабушкой упорно делали вид что кашляют, скрывая смех.***
11 июля
«Дорогой Гарри, Возвращение домой было предсказуемо омрачено отсутствием кого-либо дома. Родители заняты на работе. Они пытаются выкроить время для меня, но это не очень получается. И знаешь, если раньше я только плакала, то теперь не выдерживаю и начинаю просто делать уроки. Их можно понять — дела и тд. Ну ладно, не буду тебя грузить своими проблемами. В остальном лето проходит вполне обычно. Хожу в библиотеку, гуляю по паркам с Антонинам (не закатывай глаза, пожалуйста), занимаюсь домашкой. В общем, все как всегда. Даже писать особенно нечего. А у тебя как проходит лето? Ты говорил что ездил к подруге с факультета. И как там? С нетерпением жду ответа, Твоя подруга Кэтрин.“ „Дорогая Кэтрин, Сожалею по поводу родителей. Ты держись, не унывай. Моя поездка прошла отлично. Мы были с Арен (ты вроде знаешь её) в маггловсом зоопарке, как-нибудь я могу и тебе его показать. Ей и её сестре очень понравилось. Мы целыми днями бродили по паркам, купались. А ещё меня насильно заплели. Короче, ты поняла, что домой я возвращался весь в косичках. Мне тебя очень не хватает, надеюсь, мы скоро увидимся. Кстати, я хочу сходить с тобой в кино (надеюсь, ты знаешь, что это). Может, мне удастся навестить тебя, если Джеймс с Сириусом отпустят (к Арен они меня пускать не хотели). Или ты к нам, если родители разрешат и парни не взбунтуют. Так что, возможно, до скорой встречи, Твой друг Гарри. P.S. Надеюсь, если я приеду, то не увижусь с Долоховым.“
***
12 июля, на следующий день после нашей переписки, Кэтрин явилась в поместье Поттеров, то есть в место моего нынешнего проживания. Джеймс и Сириус были в шоке, когда сразу после отправки письма Кэтрин я поспешил спросить у дедушки с бабушкой, может ли она у нас переночевать, начали протестовать, на что Дорея хитро улыбнулась и сказала: „Раз Гарри не может приводить друзей, то и ты, Джимми, тоже. Кажется Сириусу придётся найти другой дом…“, после чего парни как шёлковые согласились принять Кэтрин. Стоило Кэтрин переступить порог дома, как в неё тут же полетела целая куча подушек. Быстро сделав задуманное Мародёры ретировались, оставив меня наедине с разъярённой девушкой. Однако вместо этого, что бы сорваться на всём, что попадалось под руку, она угрожающе кинула беглецам вслед: - Ну что ж, война, так война. Стоило нам с Кэтрин войти в её комнату, как на нас из ведра полилась ледяная вода, которую парни „заботливо“ приготовили и пристроили у входа. Мы быстро осушили себя заклинаниями, и Кэтрин, заговорщически прищурив глаза, спросила: - Ну и где комнаты этих идиотов? Ну и поскольку я не трепло, мне нужно было срочно придумать другую тему для разговора и я не придумал ничего умнее кроме как протараторить: - ЯрассказалЛиличтояомега! И свалить куда подальше от слизеринки, которая предсказуемо была готова порвать меня на части. Вбежав на чердак и более менее переведя дух, я уже повернулся, как вдруг увидел силуэт с кучей рук, рогами на голове. Я был в шоке, а если точнее — в ахуе. Издав писклявое „Блять“, я уже был близок к обмороку, как вдруг это нечто превратилось в двух подростков, с ног до головы в пыли, паутине, ветках и листочках в волосах. Джеймс и Сириус дружно ругнулись — в их планы не входило что бы их обнаруживали. Я быстро объяснил, что сам в данный момент прячусь от Кэтрин, и, надо сказать, они этому обрадовались. - Кстати, — заметил Сириус. — Мы с Джимом ещё никогда не исследовали чердак. Как на счёт того, что бы осмотреться? На том мы и порешили. Чердак был ужасно пыльный и тёмный — единственным источником света было маленькое оконце, через которое еле проникал свет, а палочку я, к сожалению, забыл. Через пять минут после начала поисков послышалось радостное „ВАУ!“ Сириуса. В одном из старых дряхлых комодов он нашёл неплохой запас огневиски. И жить нам стало веселее. Сначала мы пустили одну бутылочку по кругу. А потом ещё одну. И ещё одну. И ещё. После того, как Джеймс допил последние капли четвёртой бутылки и громко заявил: „Ребята! Вы такие хорошие! Я вас так люблю!“, Сириус мне шепнул: - А сейчас самое время валить отсюда! - Зачем? — пьяно икнув, спросил я. - Потому что ещё немного мы тут посидим, и Джеймс полезет обниматься и целоваться, — на этих словах мне очень поплохело. — А мне и прошлого Рождества по горло хватило. Надо беспалевно пройти в кабинет мистера Поттера — у него там есть антипохмельное зелье. - А Джеймс? — спросил я. - А его, пока, тут оставим. Ничего с ним не случится. Пошли! С горем пополам мы выбрались с чердака. Тихо и бесшумно, насколько это было возможно в нашем состоянии, мы прошли по коридорам, ведущим в кабинет деда. Не считая того момента, когда сзади нас послышалось громогласное: - Ну и где вы были?! Мы с Сириусом обернулись и горько вздохнули. Посреди коридора, уперев руки в бока, стояла злая Кэтрин. - Я вас спрашиваю! — добавила она после нашего молчания и поспешно двинулась в нашу сторону. - Ну, мы… это… — промямлил Сириус заплетающимся языком. - Блэк, — протянула Кэт. — От тебя что, алкоголем разит? Гарри, вы что, пили? Я немедленно иду к миссис Поттер! После недолгих уговоров и красноречивого заявления Сириуса: „А самой-то слабо выпить?“, мы всё же добрались до заветного зелья и поспешили вернуться на чердак к Джеймсу. Выпив один стакан огневиски и сморщившись так, словно это была плесень, а не элитный алкоголь, Кэтрин поспешила убраться подальше с места распития спиртного. - Только теперь, — кинул уже протрезвевший Джеймс, спасибо зелью, ей в след. — Ты не посмеешь маме ничего говорить. Мы теперь в одной лодке, Холмс! Зло нахмурив брови и, как маленькая девочка, топнув ножкой, Кэтрин захлопнула за собой дверь и была такова. - Слизеринка, — наморщив нос и презрительно скривив губы протянул Сириус. Уже вечером, после ужина, я зашёл в апартаменты Кэтрин. В голове вертелся один вопрос, не дававший мне покоя и не задать его было бы просто невыносимо. - Можно? — спросил я, приоткрывая дверь её комнаты. Получив короткий кивок, я поспешил войти и по-хозяйски усесться на кровати. - Кэтрин, у меня к тебе вопрос, — начал я. — Только пообещай мне, что ты ответишь мне правду. - Да, конечно, Гарри, — кивнула Кэт, серьёзно посмотрев на меня. - Почему я почти не помню того, что со мной сделал Джеймс? Я даже не могу на него за это злиться. В комнате повисло молчание. Кэтрин глубоко вздохнула и выдохнула. Её и без того тонкие губы сдались в едва различимую линию, и она глубоко вздохнула. - Не думала, что ты заметишь, — наконец сказала она. — Ты умнее, чем я думала. Что ж, Гарри, ты правильно подумал на меня. Видишь ли, я подмешала в зелье Сна без ясноведений зелье забвение. Совсем чуть-чуть. Что бы события того дня казались тебе не более, чем обычным сном. И снова молчание. Я невольно сжал кулаки. Ситуация была своеобразная, я даже не знал, накричать мне на Кэтрин за то, что она сделала это без моего разрешения или поблагодарить, ведь теперь я снова могу спокойно общаться с отцом. - Вот как, — выдавил я. — Это многое объясняет. - Ты злишься? — пробормотала Кэтрин. - Даже не знаю, что тебе ответить, — сердито сказал я. — Не радуюсь я точно, но и не сержусь. Я подумаю, ладно? Ну, спокойной ночи, Кэтрин. - Спокойной ночи, Гарри.***
16 июля
„Гарри, Прежде всего, выполняю свое обещание рассказать, как пройдет мое возвращение домой. Так вот. Как помнишь, на вокзале меня встречали домовики. Я даже удивилась. Дома меня встретили совершенно с огромным празднично накрытым столом — сюрприз приготовили. Дома собрались все наши ближайшие родственники, и знаешь, что мне сообщили? У меня будет братик или сестрёнка! Правда потом мы ужасно поссорились с мамой. Ты представляешь, она заявила, что нашла мне жениха. Короче, мы поссорились, и теперь я под домашним арестом. В данный момент я сижу в своей комнате и со скуки готова вешаться. Можешь себе представить — я уже даже все сочинения, заданные на лето, написала! Скука смертная! Но все это ерунда. Как проходят твои каникулы? Кто-то из ребят тебе писал? Как там Джеймс с Сириусом? Твоя подруга Алиса.“ „Алиса, Надеюсь, хоть моё письмо тебя развлечёт. Неужели ещё никуда не ездила и не гуляла? Представляю, как это скучно — целыми днями сидеть дома. Моя прошлая приёмная семья меня тоже никуда не пускала — я только и делал, что занимался домашними делами. Так что понять я тебя могу. Когда я рассказал Джиму и Сириусу о твоём горе Джим предложил нам устроить спасательную операцию и выкрасть тебя из дома как принцессу. Но мы с Сириусом вразумили его, правда, он немного подулся на нас, а потом сказал, что придумает ещё какой-нибудь план. Недавно у нас на ночёвку оставалась Кэтрин, правда Джим и Сириус были этим не особо довольны. Что касается меня, мы с ней знатно повеселились. Ходили в магловское кино (Ты же знаешь, что это? Просто Кэт не знала). Мне не хватает вас всех. Я уже хочу в Хогвартс. Ну ладно, скоро мы встретимся в школе. Представь, мы трое уже тоже взялись сочинения писать, которые нам задали. Родители Джемса нарадоваться не могут. С нетерпением жду ответа, Гарри.“
26 июля
„Рем, Лето у нас проходит отлично, приезжай как-нибудь. Соседские мальчишки научили Сириуса кататься на велосипеде, (мы с Джимом уже умели). Ну, Джеймс сказал, что уже рассказывал тебе о нём, так что ты просвещённый. Сириус, когда в очередной раз упал с него, умудрился сломать себе ногу! Ну, а вообще с джеймсовыми соседями очень весело — классные ребята. С нетерпением ждём ответа, Твои друзья Джеймс, Гарри и сломаноногий Сириус.“
***
Когда я сообщил Джеймсу и Сириусу, что 31-го июля у меня день рождения, они пришли в неописуемый восторг. А потом дулись на меня, что я не сказал об этом раньше. Эти двое твёрдо для себя решили, что обязаны „устроить мне супер-пупер праздник“. Они готовились. Постоянно запирались в комнате Джима и не впускали меня. Пару раз они просто сматывались из дома, отказываясь брать меня с собой. Было немного обидно, но ничего. 31 меня ожидал праздничный стол, а потом Джим схватил меня за руку и потащил на второй этаж, где находились наши комнаты, сзади пристроился Сириус с уже вылеченной ногой и закрыл мне глаза. Когда мы вошли в одно из помещений, Сириус убрал руки с моих глаз, а Джим впихнул мне огромную красно-золотую коробку. Распаковав её я ахнул — там лежала красивая, новая (по их меркам) метла. Я тогда поднял полные счастья глаза на Джеймса и Сириуса. Они спросили, нравится ли мне метла, хотя сами прекрасно знали ответ на этот вопрос. Я закивал благодаря их и даже позволил себе обнять их. Джеймс тоже обнял меня, а Сириус завозился, вырываясь из моих объятий и наигранно брезгливо заявил, что всё это — телячьи нежности. Потом мы пошли опробывать новую метлу. Она, конечно, была не сравнима с моей Молнией, но я и ей был счастлив. Это был лучший день рождения в моей жизни.***
6 августа
„Пит, Приглашаем тебя в гости. Сириус сломал руку — это надо видеть! Мы сказали родителям, что ты приедешь (да, да, у тебя просто нет выбора), и они очень обрадовались. С нетерпением ждущие тебя Джеймс, Гарри и поколоченный Сириус. P.S. от Джима: Постараюсь, чтобы сириусова кость росла медленнее.“
12 августа
„Ребята, Спасибо вам за эти 4 дня! Благодаря вам это лето стало невероятно весёлым! Даже моя мать теперь не сможет его испортить. А её терпеть просто невыносимо! Ну ладно, это все так — мелочи. Ну и сломанная нога Бродяги, конечно — нечто. Знаете, после того, как мы сходили в кино и джеймсовы соседи показали мне телевизор, я начинаю задумываться о том, что дружить с маглами очень круто. Ну, или хотя бы неплохо общаться. Слушайте, а телевизор будет работать в Хогвартсе? Было бы круто, если бы он стоял в нашей спальной! Я уже начинаю готовиться к школе. А вы? Питер.“
15 августа
„Гарри, Лили тебе писала? Если нет, то она просила извиниться за неё — она с семьёй уехала отдыхать. Увидимся в школе. Как у тебя там вообще дела? Ещё не достали твои тупоголовые дружки? Северус.“
16 августа
„Гарри, Извини, что так долго не писала. Северус сказал, что уже объяснил тебе ситуацию. Как у тебя проходит лето? Все действительно настолько плохо, насколько напридумывал Сев? (P.S. в его фантазии ты уже покончил жизнь самоубийством из-за того, что Поттер и Блэк тебя достали) Что касается меня, то мы с семьёй ездили во Францию — в Альпы. Там очень красиво. Мне очень понравилось, правда сестра изрядно портила отдых. Сейчас я уже дома. Буду ждать твоего письма, Лили.“
***
20 августа нам пришли конверты со списком необходимых учебников к пятому курсу. В тот же день мы с бабушкой, отцом и крёстным отправились на Косой переулок, предварительно договорившись встретиться там с Ремусом и Питтегрю. Мы, как обычно, прошли сквозь арку. Ярко светило солнце, отражаясь в котлах, выставленных перед ближайшим к нам магазином и витринах. „Котлы. Все размеры. Медь, бронза, олово, серебро. Самопомешивающиеся и разборные“ — гласила новая яркая табличка. Я в тысячный раз пожалел, что у меня не сотня глаз — сколько бы раз я не побывал на Косом переулке, всё равно не переставал удивляться волшебным принадлежностям, различным ингредиентам и самим волшебникам. Пока мы шли вверх по улице, я вертел головой, пытаясь найти изменения, попутно вспоминая, как выглядел Косой переулок в нашем времени. Из яркого, по видимому недавно открытого, магазина доносилось уханье. «Торговый центр „Совы“. Неясыти обыкновенные, сипухи, ушастые и полярные совы» — было написано на вывеске. Я тут же узнал магазин, где Хагрид купил мне Хедвиг. Несколько мальчишек, курса первого, прижались к знакомой мне витрине, разглядывая мётлы. - Смотри, — шепнул мне Сириус, указывая пальцем на тот самый магазин. — вон там мы тебе метлу и купили. Магазины, которые торговали мантиями, телескопами, напоминалками и проявителями врагов, так и бросались в глаза. Витрины по всей улице были забиты бочками с различной снедью для зелий и мазей, покачивающимися пирамидами из книг, птичьими перьями, свитками пергамента и ещё кучей различных вещей. - А вот и „Гринготтс“! — выкрикнул Джеймс. — Давайте, кто быстрее до него добежит! На счёт три. Раз… два… Три! .. Мы втроём рванули к белоснежному зданию, возвышающемуся над маленькими магазинами. Мы резко затормозили у отполированных до блеска бронзовых дверей. - Я первый! — обрадовано воскликнул Джеймс. — У Гарри серебро, ну, а у Сириуса, как всегда, третье место. - Что значит как всегда?! — закричал Сириус притворно зло щуря глаза. — У ну-ка иди сюда, Поттер! Сириус принялся гоняться за Джеймсом, пока мы ждали, когда бабушка подойдёт. Я весело смеялся, наблюдая за ними. Это было очень весело — наблюдать как два взрослых парня гоняются друг за другом, как маленькие.***
21 августа
„Поттер, Приезжай ко мне, немедленно! Есть вопросы по поводу перемещения Грейнджер и Забини в это время. Смотри, что бы это письмо никто не увидел. Если надо, мы пришлем официальное приглашение. Жду ответа, Драко Малфой.“
***
Малфой и правда прислал официальное приглашение. Оказалось, у него просто были вопросы по тому, не скажет ли Гермиона кому-нибудь об этом. Я уверил, его что у неё есть голова на плечах. Спустя 10 дней мы с Малфоем снова встретились, только на вокзале Кинг-Кросс, прямо у экспресса. Мы с ним поприветствовали друг друга, и я уже собирался вернуться к Мародёрам, как меня схватили за руку. - Значит ты и есть тот самый Клэптон, — сказал темнокожий слизеринец, ужасно похожий на Блейза Забини. — Я Карлос. Карлос Забини. И если ты не против, то ты поедешь с нами. Драко уж подавно не против, я-то знаю! - Забини, заткнись и выпусти Пот-КХЕМ-Клэптона, — нахмурился Малфой. - Ага, конечно, — безразлично ответил он подталкивая меня в сторону одного из вагонов. — Всем насрать на твоё мнение, Малфой. Я глянул на Малфоя взглядом А'ля: Какого-Чёрта-Это-Уёбище-Знает-Твою-Настоящую-Фамимлию. В голове у меня вертелись сплошные заклинания, непростительные в том числе, которое можно было использовать на Малфое, а за компанию и на половине Слизерина. Драко, поймавший мой непонимающий взгляд, быстро протараторил: - Я тебе позже всё объясню, — и выразительно глянув на Забини, специально громко сказал: — Без лишних ушей. Что же. Как-то так и начался мой пятый курс.
