At Your Window

Кисть проходит по щеке, словно по холсту, оголяя все мои мечты....Я рисую симфонию цвета, проводя кистью, вспоминаю и применяю навыки из той «старой школы искусств». Я создаю рисунок, который, в конечном счете, будет продаваемым объектом. Это гарантирует известность? Нет. Это гарантирует деньги? Нет. Я должен быть тем, кто сможет показать это людям, иначе моя картина будет только смешна и ущербна. Я играю цветами, будто играю блюз в старом трактире. Зеленый, желтый, оранжевый…Все пылает. Это и те оттенки, которые я наношу на лицо, но я использую не только их. Все цвета играют роль в создании того, что будет. Я смешиваю их, превращая совсем обыкновенные цвета в что-то особенное. Что вы создаете? Вы должны напоминать себе это постоянно. Это не дает мыслям блуждать в напряженном мозге. Эта работа должна стать для меня настоящим бриллиантом. Для большинства художников напряженная мозговая деятельность может испортить всю работу на холсте. Что-то может стать настоящим шедевром, а что-то отправится в помойное ведро… Снова. Чего художники боятся? Творческий блок. Верно. Это чертовски хреново. По ощущениям похоже на то, что ваш собственный мозг оставили гнить в клетке в полной темноте. Только до того времени, пока свет не включится и клетка не откроется снова. Кто знает, сколько вы можете быть заточены в эту клетку. Час? День? Неделю? А может быть и навечно? Я схожу с ума. Жаль. Я увлечен искусством, и я пойду на гребаный сотый уровень сложности, если никто не остановит меня. Вероятно, поэтому у меня мало друзей. Я не хочу вашего сочувствия. Это факт. Как вы, наверное, догадались, я – студент. Третий год в известном художественном колледже. Я не собираюсь говорить вам, где это. Вы можете угадывать, делать что хотите. Я не хочу оглашать личную информацию. Так или иначе. Это довольно большой колледж, и, тем не менее, я начал говорить о нем. Ах. Кампус красив, расположен почти посреди леса. Несколько грунтовых дорог тут и там. У нас есть несколько кафе в кампусе, он хорош, да. Общежитие и классы расположены близко друг к другу. Здания сделаны из цветного прочного мрамора или бетона. Я не вдаюсь в подробности фундамента. Простите. Студенты удивительно спокойные. Не могу иногда понять, есть ли в них вообще душа, характер, эмоции? Мое образование – это предположение. Это почти как форма мрамора, с которым я работал прежде на первом курсе… Ах да! Я забыл договорить про здание. Все что я знаю про него – это то, что здание было чертовски великолепно. Это здание. Это чудо, на которое можно просто смотреть и не делать ничего. Со мной это бывает редко. Другие не понимают меня. С давних пор я замечал, что белые холсты дразнят меня. Скажу так: мои руки не доходили до рисования. Как только я начинал, мой мозг сам запирал себя в клетку. Когда я понимал это, то проклинал шепотом свои руки и холсты. После я со злости толкал их и смотрел в одну точку. Я теребил пальцами волосы, жутко расстраивался и подходил к окну. Садился так, что моя голова опиралась на подоконник. Я видел свое отражение в окне. Тяжелая голова и мутные глаза. Деревья. Как приятно они шелестят в октябре. Птицы начинают петь незамысловатые мелодии, которые удивительно походят на песню, которую я недавно слышал по радио. Мой мозг сам ловит меня на этом. Прохладный ветер врывается в комнату. Дрожь проходит вдоль позвоночника. И снова никаких идей. Проклятье. Все идеи, которые были со мной на данный момент, были больными или смешаны из сканов старых журналов. Я бы мог нарисовать череп и сказать, что это персонифицирует смерть всем людям из-за фондового рынка и всего дерьма, которого происходит с нами сейчас. Я хихикаю, снова прокручивая эти мысли у себя в голове. Однозначно я схожу с ума. Я смотрю на восходящее солнце, и тем не менее это ничего не изменило. Солнце должно наполнять тебя идеями, и будто бы "захватывать дух", а я лишь получил средний палец от проклятого восхода солнца. Я слышу, как еще одна кровать в моей комнате начинает скрипеть. Закрыв окно, я дохожу до своей кровати, ложусь и провожу руками по своему лицу. Я закрываю глаза. Спустя несколько минут я окидываю взглядом комнату. Та самая скрипучая кровать. Это не просто кто-то. Это Спенсер. Он мой сосед по комнате и лучший друг. Еще он смехотворно талантливый скульптор. Дай ему волю и материал, то он бы мог создать что-то более шедевральнее самой Венеры Миллонской. Еще он самоучка. Мы с ним мыслим одинаково. Это нам и нравится. Спенсеру уже все равно, что я так рано встаю. Он привык к холоду, который входит в комнату из окна. Раньше я волновался об этом. Вначале Спенсер он бормотал о том, что холод пронзает его как иглы, но потом он поставил себе большой шкаф, от чего ему теперь не так холодно. Еще он постоянно возится в постели. Не зависимо от того холодно в комнате или жарко. Наверное, это сны о его экс-подруге. Не спрашивайте. -Райан? – шепот Спенсера пронзает тишину. Я удивлен и отчасти впечатлен. Обычно он начинает часов в 9 утра. Я убираю руки с лица и поворачиваю голову в сторону Спенсера, сонно улыбаюсь ему. Не могу понять, спит он еще или нет, но я все же отвечу ему. -Да? – отвечаю я и кусаю губу. Эта глупая привычка. Что я могу сделать с ней? Спенсер открывает глаза и садится. Его волосы выглядят так, будто его казнили на электрическом стуле. Я просто ухмыляюсь и пытаюсь прикрыть лицо рукой, дабы сдержать смех. -Заткнись, - заявляет Спенсер, будто бы прочитавший мои мысли - Сколько времени, чувак? Я бросаю взгляд на будильник. -6:30, Спенс. Ложись спать, - Я вздыхаю и продолжаю пристально смотреть на него. -У меня был идиотский сон, - Спенсер стонет так, будто его подталкивали к краю крыши. Он протирает свои глаза и широко зевает. Я улыбаюсь и так же широко зеваю. -Ты должен выкинуть ее из своей головы, Спенс. Он недоверчиво смотрит на меня и наклоняет голову. -Она похожа на… Она дьявол! Это продолжает ломать меня изнутри до сих пор. Я серьезно! – он видит, что я широко улыбаюсь, но явно не настолько устал, как я. На полпути через зевок, я чувствую привкус во рту. Я вдыхаю, чувствуя запах сильного одеколона Спенсера. -Пошел к черту, - я кидаю в него маленькой подушкой и попадаю в его лампу. ЭТО БЫЛА КАТАСТРОФА. Его глаза стали огромными. Теперь он бодрый. -Ты просто сломал мою лампу, - он зло улыбается. -Твоя лампа просто притягивает подушки. Надо было убирать ее подальше, - добавляю я саркастически. -Ха-ха, Райан. Ты должен быть комиком. Правда. Ты придурок. -Спасибо, мне многие это говорили. Я имею ввиду, что у меня полно историй, которые можно рассказывать вечно. Знаешь, однажды я спустился к озеру. Там было холодно и я... Вспыхнув, Спенсер соскакивает со своей постели, подбегает ко мне и начинает щекотать меня. -ОСТАНОВИСЬ, ПРОШУ! Черт подери, прекрати, Спенсееер! - мой смех становится громче и громче, но я пытаюсь отодвинуть его от себя, - Слезь с меня, сука! Ты весишь целую тонну! Он не обращает на мои мольбы внимания и только наслаждается моими криками о помощи. Спенсер останавливается с раскрытым ртом. -Райан Росс, разве я толстый? Я никогда им не был. Он толкает меня и я прижимаюсь спиной к стене, пытаясь отползти подальше от него. -Ох, Спенсер, я не имел ввиду это... - я видел, как он все еще продолжал следить за моими действиями. -Правда? -Честное слово. -О, черт, спасибо. Я думал, что ты назвал меня толстым и хотел выкинуть тебя из окна. -Я не знаю, что значат эти нотки слез у тебя в голосе, Спенс. Но ты способен действовать как настоящая принцесса драмы, когда это потребуется. Лицо Спенсера вновь выдало его злую улыбку. -Действовать как кто? Я качаю головой и недоверчиво смотрю на него. Я чертовски люблю этого мудака. Спенсер моложе меня на один год, но это не имеет значения. Он мой лучший друг... И единственный друг... На самом деле... Он единственный кто знает, как вывести меня из себя и вернуть в норму. Я могу быть упрямым, претенциозным ослом, который ненавидит всех, но в конце, я знаю, что Спенсер переубедит меня и поможет разобраться в накопившихся проблемах. Мы знаем друг друга с самого детства. Мы запланировали прохождение каждого аспекта школы вместе. Это была судьба. Мы хотели посвятить свою жизнь искусству, даже при тех условиях, что наши специализации далеко не одинаковы. По крайней мере, мы в том же самом колледже. Я не могу жить без него, и я вполне уверен, он не мог жить без меня, как бы это эгоцентрично не звучало. -Эй, - Спенсер разбудил меня от нахлынувшей ностальгии. Он уже одевал свои джинсы и футболку. Он выпил разом полбутылки воды и спросил: - Если я так бодр, почему бы не устроить пробежку? -Даже не знаю, - я отвечаю и улыбаюсь. Было бы круто пробежаться с ним для разнообразия. Я не хотел быть сегодня снова один со своими мыслями. Они были пустыми. Я подошел к шкафу и одел на себя мешковатую футболку и спортивные шорты, которые время от времени ношу на йогу. Знаете, йога чертовски расслабляет. -Готовы! - Спенсер тепло улыбнулся мне и открыл дверь, удостоверившись, что ключ при мне. В этом деле нужно быть осторожным. Ибо плата за штраф превышает все разумные пределы для студента. Свежий воздух ударил в мои легкие и разрушил все стереотипы на счет сонливости и утренней разбитости. Я видел свое дыхание передо мной тумане. Каждый сделанный мною вдох будто бы оглушал меня. Я был рядом со Спенсером, ибо чувствовал нереальное головокружение, но не подавал вида. Мы пробежали в таком темпе около 20 минут и решили передохнуть на изрядно поношенной скамье. Она казалась достаточно крепкой, чтобы выдержать нас обоих. Я глубже вздохнул и выпустил из себя продолжительную "струю" пара. -Я ни о чем не могу думать, - это были мои мысли вслух. Я повернулся к Спенсеру и извинился. Он знает, что я часто так делаю. -Возможно, время таких дум еще не подошло, - он потянулся так, что я услышал хруст его позвоночника. Я положил руку себе на грудь и еще раз глубоко вздохнул. -Я смотрел гребанный восход солнца, читал кучи книг, я даже смотрел хоть что-то в своем загаженном журнале! Я пытался писать, но затем я снова уперся рогами в тупик. Такое ощущение, что я умею рисовать только карикатуры на Канье Уэста. Не более. Спенсер засмеялся. Он игриво ударил кулаком мое правое плечо. На его лице появилась серьезность., которую я видел редко. -Слушай, Райан. Ты талантливый. Ты находишься в малом ступоре. Это происходит со всеми великими художниками. Он сделал паузу. -Почему ты не идешь в студию? Я думал, что это хорошее решение твоей проблемы. Я застонал, вспомнив о студии. Там занимаются с более слабыми студентами, которые ждут до последнего момента, или со студентами, которые ни за что не считают свое обучение в колледже. И что сексуальная жизнь гораздо интереснее социальной. Однажды я оставил это "великолепное" место. Я пожал плечами. -Какого черта... Ладно, я попробую... -Браво, мальчик мой! - Спенсер похлопал по моей спине. - Хорошо, кто последний до забегаловки, тот покупает нам обоим кофе! Я усмехнулся и кивнул головой, принимая вызов. Эти маленькие соревнования хорошо сохраняют дружбу. *** -Я побил тебя! У забегаловки было пару студентов, которые слонялись туда-сюда. Мы приблизились к прилавку, и мой бумажник почувствовал себя легче. Я, улыбаясь, проигравший, вручил деньги женщине за прилавком и принимая кофе. -Да, ты сделал это. Хочешь медаль? Я глотнул немного теплого кофе. Мое тело будто оттаяло. Мы сели возле окна, так мы можем смотреть за людьми. Это наше хобби. -Я должен признать это, - я изобразил пергамент, выставил перед собой и начал читать: "Поздравляем Спенсера, который является самым удивительным бегуном на всей Земле. Лучше, чем Райан Росс.". Я с почетом свернул "пергамент" и "вручил" Спенсеру. -Как-то маловато... -Могу и больше. Заплатишь мне? Спенсер сделал еще один глоток своего черного кофе. Я дрожал от этой мысли. Ненавижу кофе без всего. Обычно, я добавляю в него немного сливок или молока. И обязательно (!) тонну сахара. У меня ужасная страсть к сладкому. -Эй, аккуратно! Это горячий кофе. Его не пьют залпом, - я удивленно посмотрел на Спенсера. Я улыбнулся. Он все же обжегся. Я посмотрел в окно. Кампус начал оживляться. Несколько парней и девушек направлялись к классам. Их волосы и косметика... Девушки, что же вы делаете с собой... Я просто удивляюсь вам. Это совсем не привлекательно. И точно не сексуально. Спенс толкнул меня в бок. -Посмотри на того жирафа.. Спенсер указал на парня среднего роста, который усиленно вытягивал шею, будто искал что-то. Он был почти рядом с нами. У него были коричневые, не карие, глаза, его губы и нос были мечтой художников; Его тело было тонким. Можно сказать - идеальным. Его задница... Она была похожа на женскую. Простите. Или это были женские джинсы. Черт, я даже не стал смеяться. Я мог бы уже давно прекратить пялиться на него, но что-то в нем не давало мне покоя и я продолжал пялиться на него. В руках он держал хорошую стопку учебников. Так же... Он был эстетически приятен. Одна книга все-таки рухнула. Я улыбнулся. Я будто бы услышал его проклинающий все на свете шепот. Я наклонил голову и подпер подбородок рукой и продолжал смотреть. То, что особенно попалось на глаза, было татуировкой на его руке - фортепьяно, и красивые цветы, которые украшали ее пределы. Проклятье. Спенсер щелкнул пальцами перед моим лицом. Я внезапно вспыхнул и приложил к щекам мои вечно холодные руки. Неловко. -Чувак. Я пытаюсь поговорить с тобой. Какого черта? Он начал выжигать меня взглядом. Слава богу, он не заметил моих красных щек. Спустя пару секунд он сказал: -Тот парень. Он беспорядок. Точно. -Да, - я пытался вернуться к разговору, - должно быть он новичок. Спенсер допил свое кофе. -Нет, он второкурсник. Он находится в моем классе рисования с натуры. -Как? Он же выглядит таким мелким... Спенсер пожал плечами. -Очевидно, у него есть тонна дерьмовых кредитов из колледжа или чего-то подобного, что он - технически Юниор. -Омг, это круто, наверное. Я посмотрел на свои часы. У меня было полчаса до начала занятий. -Я пойду, Спенс. Сегодня будет полная задница, это точно. Спенсер кивнул, вставая со стула. -Просто не ставь себя выше других, Риро. Он положил свои руки на мои плечи, поджал губы. -Но, тогда та девчонка! Она бля... -РАЙАН! Я вздохнул. -Хорошо. Я не буду орать на них. От подтолкнул меня. Я махнул рукой. Но все еще я был озадачен. Кто был тот парень? Почему я вдруг захотел это узнать?