Одиночество

      После ужина Жан вместе с остальными поплелся в казарму. На него навалилась смертельная усталость, и хотелось поскорее лечь. Но, помимо усталости, уже на протяжении всего вечера его сильно глодало невнятное беспокойство. Это чувство появилось еще полчаса назад, когда Зоэ, не найдя желающих идти с ней смотреть на нового пленника, двинулась в его камеру в одиночестве, что-то насвистывая себе под нос. Эта тревога росла и росла в груди, и, в конце концов, до парня дошло, что он волнуется, как бы профессор ничего такого не сделала с бедным пленным[уж кто-кто, а Ханджи умеет покалечить, а потом сидеть рядом и спрашивать "я что-то сделала не так?"]. Жану категорически не понравились эти порывы его души(бля, что за нах? нет, ну я точно некрофил!), поэтому он внушил себе, что ему абсолютно безразлично, что и какой степени тяжести причинит профессор худому тельцу в темном балахоне. С этим самообманом в голове Жан и уснул.       На следующий день, когда тренировки и завтрак были уже позади, Кирштайна приставили помогать Риваю с уборкой[как всем известно, дело это гиблое]. Снабдив парня косынкой от пыли, увесистой шваброй, тряпкой и ведром, капрал притащил его в тюремный блок и приказным тоном сообщил, что нужно вымыть до блеска весь этаж. Потом, пригрозив, что лично все за Жаном перепроверит, 160 сантиметров щепетильности развернулись на каблучках и скрылись в неизвестном направлении. Парень грустно вздохнул и скептически осмотрелся, прикидывая, сколько времени займет уборка, как вдруг его кольнула мысль о том,что он находится всего на один этаж ниже этажа, на котором помещена камера со вчерашней "находкой". Прогнав шальную мыслишку, Жан намочил тряпку в ведре и принялся яростно тереть пол. Через три с лишним часа с уборкой было, наконец, покончено. После того, как Ривай кивнул, удовлетворенный заметно поднявшимся уровнем чистоты на этаже, Кирштайн вздохнул с облегчением и поплелся к лестнице. Но стоило лишь ступить на первые ступеньки, как ему вновь безумно захотелось взглянуть на пленника. Передернув плечами, парень стал медленно спускаться, внушая себе, что он просто чересчур любопытный и не стоит совать свой нос куда не надо. Однако, на сей раз самовнушение не помогло, и вот Жан уже неслышно крадется к заветной камере, как вдруг... - ЭЙ, ЖАН, ПРИВЕТ! - ААА БЛЯТЬ,КТО ЗДЕСЬ?! Зоэ, едрина тарантина! Я чуть кипятком не обоссался!! Какого хрена так орать то? Профессор сидела на стуле в дальнем углу с какой то книгой в руках, практически не двигаясь и лишь едва слышно шелестя страницами ; вероятно, поэтому парень её с первого раза не заметил. - Извиняй, друг, просто засиделась я тут немного, да и в тишине в придачу, поэтому не смогла нормально отрегулировать громкость звукового потока. - Зоэ устало протерла глаза и вновь уставилась в книгу, а парень подошел к прутьям решетки. Темного силуэта нигде не было. Жан протер глаза и глянул еще раз - все верно, камера была пуста. - З..Зоэ? - заикаясь, обернулся он к девушке. - А куда подевалась "находка"? - Ааа, ты об этом странном малом? - напыщенно весело засмеялась Ханджи, заметно нервничая. - Вон, в углу сидит. Я...я...если честно, почему то боюсь в одиночку к нему заходить. Даже приближаться страшно./нервный смешок/Когда я вчера пришла, он лежал на кровати, не подавая признаков жизни. Вроде мирно и безопасно, и я таки решилась таки зайти. Однако, стоило мне только загреметь ключами, он подпрыгнул, за секунду завернулся в одеяло как в кокон и молча уполз в темный угол, сверкая глазами. Они у него как фосфорные какие то, ужас короче. Так там и сидит. Бррр. Я бы давно отсюда куда подальше смоталась, да вот Ривай прибьет, поэтому и сижу тут с этим...Находкой. Профессор,дернув плечиками,поспешно вернулась к своей книге, а Жан перевел взгляд в правый угол камеры. Там действительно виднелись очертания кокона из одеяла. "Подозрительно", подумал парень. Он потоптался на месте где то минуты две и, попрощавшись с Зоэ, покинул тюремный блок.       Когда он вернулся в главное здание,все уже занимались своими делами,и никто не обратил на него внимания. Парень зевнул и решил пойти поспать, однако фраза, долетевшая до него через приоткрытую дверь кабинета, мимо которого он проходил, полностью согнала с него остатки сна. Без сомнений, разговор шел о новом пленнике, и Жан припал к двери, подслушивая...

***

      Капрал аккуратно поставил чашку с недопитым чаем на стол и повернулся к Эрвину, скрестившему руки на груди и стоящему статуей напротив окна. Вдруг командир едва уловимо тряхнул головой, прогоняя остатки оцепенения, и обратился к капралу : - Нужно разбираться с "находкой", Ривай. Какие у тебя предложения насчет этого? - Я не знаю, сэр. Честно говоря, я не считаю, что вы должны обращаться ко мне с этими вопросами. Для таких вещей у вас есть Ханджи. Моя же работа с этой так называемой "находкой", полагаю, уже выполнена. - бесстрастно ответил капрал. Эрвин повернулся к нему с горящими, как два уголька, глазами. - Ханджи боится. Она боится его, понимаешь? Она не боится титанов, крови, трупов...нет, она даже любит их! А вот новенького безобидного пленника наша бесстрашная Зоэ обходит десятой дорогой и даже в камеру к нему заходить очкует!-отрывисто бросил он, почти выкрикнув последние слова. Капрал изогнул бровь. - Сэр, я не знал, что вы употребляется в речи такие выражения. - насмешливо, но сухо сказал он. - И что мне с того, что Зоэ боится? Я должен пойти вместо нее? И каковы будут мои дальнейшие действия? Думаете, я в курсе? Ошибаетесь, это не моя квалификация. Моя же квалификация заключается в выполнении конкретных задач и приказов. Я жду ваших указаний. Повисла минутная тишина, прерываемая лишь тиканьем часов. Наконец, Эрвин прервал молчание. - Мне нужно знать все об этом человеке. - тихо начал он. - Делайте с ним, что хотите, хоть пытайте и морите голодом, но выясните о нем всю возможную информацию. Имя, пол, рост, вес, национальность, родители,место рождения,род деятельности - мне нужно все,и как вы узнаете это,меня не волнует. И самое главное, выведайте, как он оказался так далеко от стен. Любые способы годятся, важен лишь результат. Исполняйте. Его последние слова потонули в грохоте падающей с петель и разбивающейся об пол двери. Мужчины одновременно обернулись на этот шум и имели счастье лицезреть весьма занимательную картину,состоящую из растянувшегося на обломках двери Жана с багровой физиономией,который тут же вскочил на ноги и,крикнув:"Прошу меня извинить!",ретировался со скоростью зайца-русака. Капрал бесстрастно перевел взгляд на командира. - Я все понял, сэр. Вся возможная информация будет у вас в самое ближайшее время. - будничным тоном сообщил он. Эрвин кивнул,и Ривай быстро вышел из кабинета,перемахнув через останки двери одним прыжком.

***

      Жан прекратил бежать только возле казармы. Остановившись за углом, где его никто не мог видеть, он мягко осел на землю, скользя по стене спиной, и обхватил голову руками. "Надо же было так по-детски облажаться!" - гулко билось в его голове, заставляя сердце стучать в бешеном ритме. Но потом на место этих мыслей пришла тупая тревожная боль в груди, и Жан вспомнил обрывки подслушанного им диалога командира с капралом : "...делайте с ним что хотите, хоть пытайте или морите голодом...любые способы годятся, важен лишь результат...как вы это узнаете, меня не интересует...". Жан широко распахнул глаза, все еще тяжело дыша. Ужасно даже представить, что будут делать с бедным пленником ради необходимой информации. Перед глазами парня сразу же возникли картинки с пытками огнем, отрезанием кусков мяса/конечностей/ушей/носа и прочая кровавая дребедень, но он прогнал видение, раздраженно дернув головой. Постепенно сердце и дыхание успокоилось, и Жан стал думать более разумно и последовательно. "Смысл мне так печься о незнакомом человеке. Вдруг он враг, или даже не человек вовсе?" - думал парень. - "Я не обязан волноваться о нем, а лучше бы мне вообще принять все это как должное. Кругом и так все один за другим умирают,и сейчас сложилась такая ситуация,что одной смертью больше или одной меньше - неважно." Придя таким образом к логическому заключению, он решил, что теперь все в порядке и, не без труда поднявшись, медленно побрел в казарму. Только коснувшись головой подушки, он провалился в сон.       Следующий день начался с дикого по своим масштабам происшествия : новый пленник по прозвищу "находка" сбежал! Эрвин рвал и метал, скача по штабу как бешеный мангуст и гневно брызгая слюнями на любого, кто посмел к нему приблизиться хотя бы на метр, поэтому все держались на почтительном расстоянии. К обеду он,кажется, немного успокоился, но стоило Петре подойти к командиру с вопросом о дальнейших действиях, как тот взорвался фейерверком пятиэтажных матов, повергая тем самым в шок все окружение, а бедную Петру - тем паче - в обморочное состояние. Наконец, ближе часам к трем пополудни, командир взял себя в руки и принялся отдавать указания и распоряжения. Требовалось быстро и качественно прочесать территорию, поэтому было принято решение разделить ребят по группам, состоящим из трех человек, и каждой такой группе выделить квадрат местности,который было необходимо обшарить вдоль и поперек и найти беглеца.       Жана очень взволновал такой поворот событий. Проснувшись в полседьмого утра от пронзительного риваевого крика "подъеееем!", он думал, что проведет день, как обычно, за тренировками и уборкой, но все обернулось иначе. Ривай приказал всем привести себя в надлежащий вид как можно быстрее и явиться в столовую к семи ноль ноль. - Там проводит собрание бешеный Эрвин. Постарайтесь не попасться под горячую руку. - бесцветным голосом сообщил капрал и исчез за дверью. Ривай в самом деле не лгал. Эрвин действительно был на пределе эмоций и порой даже казалось, что у него нервный срыв : бледный, слегка взлохмаченный (чего?) и весь какой то помятый, как простыня, с нахмуренными бровями и диким оскалом, он скорее напоминал хорька или мангуста, зараженного бешенством, чем командира РазведКорпуса. Когда спустя тридцать,а может больше,минут скаканий, он, наконец, ретировался со словами "ждите дальнейших приказов", все облегченно вздохнули и принялись за завтрак. Жан задумчиво ковырял свою кукурузную кашу ложкой, чертя в ней борозды и траншеи, и думал о несправедливости жизни. Его печальные думы были прерваны криком Ривая о том, что пора на тренировку.       К обеду, как выяснилось, командир полностью успокоился и даже подготовил стратегический план по отлову беглеца. Если сравнивать поведение нынешнего командира и командира, который скакал тут с утра, можно было с уверенностью констатировать раздвоение личности, уж очень они разнились. Нынешний адекватно-спокойный Эрвин сообщил всем, что необходимо разделиться в группы по трое и обследовать квадрат площади, выделенный специально каждой троице . Жан оказался в группе с Сашей и Конни. Далее командир распределил квадраты местности по группам, и угадайте, какой достался жановой группе? Правильно,пищеблок,включающий столовую и склады с провизией. Жан закатил глаза. "Браус и пищеблок, звучит как ирония судьбы" - цинично ухмыльнулся он. Когда они остались на своем квадрате одни, то Саша сразу же исчезла в неизвестном направлении и через секунду вернулась с ломтем хлеба и куском сыра. Набив половиной этого добра рот, она довольно пробубнила : - А теперь давайте искать! /Неисправимый человек!/ Начали ребята с обследования самогО помещения столовой, дальше обрыскали кухню и переместились на первый склад с провизией. Он представлял собой каменное помещение без окон, уровень пола в котором был ниже обычного на два с половиной метра, поэтому там всегда было гораздо холоднее, чем снаружи. Осторожно передвигаясь между рядами наставленных друг на друга ящиков с провиантом, ребята держались вместе, поскольку отчего-то на душе у всех троих было очень неспокойно. Саша, уже давно доевшая свой хлеб с сыром, теперь нагнетала и без того жуткую атмосферу, царящую на темном складе, попискивая от страха. Конни и Жан молчали, но на самом деле им было так же страшно, как и бедной девушке, жмущейся к конниевой руке. Жану же жаться было не к кому, а пищать от страха не позволяла гордость, поэтому он просто топал рядом с ними, параллельно заглядывая в проемы между ящиками и под коробки и освещая все светом лампы на сухом горючем, которое горело, потрескивая, в специальной колбе. От малейшего дуновения ветерка или скрипа у всех троих мурашки табунами по телу носились. Тут еще Конни начал нависать со своими заунывными : «А если этот Находка нас пришьет?» ; «даже косточек не соберут» ; «вдруг он не человек вообще?» и все а том же духе.(порой, из за этого он становился совершенно невыносимым) - Да ты заколебал уже, бля! - наконец,взорвался Жан,не выдержал пятнадцатиминутного нытья под ухом. -Заканчивай со своей этой смурнёй и двинули по последнему ряду. Конни огрызнулся,но все таки прекратил безысходничать, и троица свернула налево, к последнему ряду, состоящему из мешков с картошкой, луком и крупами. Учуяв запах картофана, Саша навострила уши и широко распахнула голодные(опять голодные?) глаза. Увидев, как оживилась Браус, Жан поспешил охладить ее пыл. -Саша, притронешься хоть к одной картофелине - получишь люлей от Ривая лично, - пригрозил парень, возникнув перед ее носом. Бедная девушка обреченно подняла вверх ладони, показывая, что и не будет и пытаться что-то стащить. Оставшуюся часть ряда прошли молча. Выбравшись из первого склада на теплый воздух, пронизанный лучами заходящего солнца, ребята вздохнули с облегчением. - Еще один склад, и рванем на боковую...- довольно протянул Конни, хрустя костяшками. Саша лишь довольно улыбнулась, пряча за спиной три стащенные картофелины. Жан потянулся, разминая поясницу, и уже хотел звать ребят дальше, как вдруг...       - НАШЕЛСЯ! - звонкий голос Эрена подрагивал от возбуждения. - Мы поймали его! Семенящий следом за ним Армин на ходу достал ракету и выстрелил, извещая всех о том, что можно прекращать поиски. Замыкала цепочку Микаса, крепко держащая беглеца, который делал отчаянные попытки вырваться. Жан увидел их сразу же, как только Эрен крикнул, и с места рванул в их направлении. Преодолев 30 разделяющих их метров в несколько гигантских скачков(благо, ноги длинные), парень сразу же принялся тормошить Эрена, выпытывая, где они поймали Находку. -Этот долбанутый прятался в нашей казарме. Выскочил прямо на нас, когда мы тупо шли по коридору на свой квадрат, - слегка удивившись чересчур эмоциональному поведению Кирштайна, ответил парень. Жан отпустил полутитана и перевел взгляд на человечка в руках у Микасы. Тот яростно сопротивлялся стальной хватке девушки,но лишь только причинял себе страдания, поскольку с каждым его рывком Микаса стискивала объятья все сильнее и сильнее. Вдруг, после очередного рывка, Находка хрипло закричал и прекратил попытки вырваться. Жан бросился к ним. -Микаса, что ты, мать твою, делаешь? Прекрати, ты же сейчас его сломаешь к чертям собачьим! - неожиданно грубо для самого себя рыкнул он, схватив девушку за плечи и тряхнув. Азиатка невозмутимо дернула плечами, сбрасывая с них руки парня, но хватку ослабила. Вдруг Находка зашелся хриплым кашлем, и на землю перед ним упало несколько капель крови. Рука Жана уже потянулась, чтобы наконец снять с него капюшон, но тут послышался резкий голос Ривая, на всех парах спешащего к ним через двор . - Убери руки, Кирштайн, - холодно приказал он, подходя и отталкивая опешившего парня. - Аккерман,отдай Находку мне. Девушка повиновалась и капрал, забрав у нее пленника, грубым движением заломил его ручки за спину и связал их в таком положении веревкой. - Вы хорошо поработали, - голосом, не выражающим никаких эмоций сообщил 160-сантиметровый тиран, покончив со связыванием беглеца и обернувшись к ребятам. - А теперь марш в казарму. Сказав это, он развернулся и, грубо дернув Находку, поволок его за собой. Ребята же медленным шагом отправились в казарму, тихо переговариваясь между собой и дивясь тупости беглеца, пытающегося спрятаться в казарме .       И только Жан застыл на месте, смотря вслед удаляющейся фигурке Ривая, волочащей за собой несчастного Находку. В его душе снова проснулось то щемящее чувство тревоги, которое он все время пытался затоптать самовнушением, что ему безразлична судьба тощего существа в безразмерном темном балахоне, и подавить это чувство все никак не получалось, как бы он не пытался. С тяжелым сердцем Жан развернулся и медленно побрел за товарищами, погружённый в свои печальные мысли.

***

      ...в завершение Ривай еще раз со всей дури швырнул пленника на каменный пол камеры. Тот, не издавая не единого звука, попытался подняться, но упал и на четвереньках дополз до угла, оставляя за собой тоненькие кровавые дорожки. Забившись в него и затравленно поглядывая на своего мучителя, Находка никак не мог унять мелкой дрожи во всем теле. - Готовься, тварь, - распылился в натянутой улыбке капрал, гремя замком. - Завтра тебя ждут такие неприятности,по сравнению с которыми наш с тобой недавний разговор покажется тебе детской забавой.