Нам с тобою было супер! (часть 2)

Девушка не заметила, как уснула, читая конспекты. На часах – три часа ночи, на улице – темно, остатки кофе в чашке холодные, настольная лампа, которую она перетащила на кухню, чтобы читать, горит, напротив неё самой за столом кто-то сидит. - Устала? – спрашивает её полуголая незнакомка, облачённая в коротенькую чёрную юбочку, украшенную кружевом, и полупрозрачную блузу, одетую прямо на нагое тело. Губки незнакомки накрашены вишнёвой помадой, глаза огромные, но глубокие, словно даже, раскосые, и такие дьявольские. Цвет же их фиолетовый, и от этого перехватывает дыхание – эти глаза восхищают. Аккуратненький носик изучает содержимое сахарницы, принюхиваясь к песку. Незнакомка элегантно держит сахарницу красивыми руками с тонкими запястьями. Эти пальцы музыкально-длинные, но какие-то цепкие. Кожа её светлая-светлая, почти белая, кажется даже, что фарфоровая. А главное, от этой девушки пахнет невероятно приятно - так, что хочется просто обнимать незнакомку, чтобы пропитаться запахом её кожи. - Кто вы? Откуда вы? – Мари не может побороть оторопь. - Я – Халява, ты звала меня. Подпиши-ка вот эти бумаги, дорогая, - говорит девушка и протягивает Мари лист формата А4. «Я, Мари Эрнст, проживающая в городе Х, принимаю услуги частного агентства «ОАО Халява ИМСТ» на период с ХХ июня 20ХХгода по ХХ июня 20ХХгода.» Ниже стояла дата, и была строчка для подписи. - Как же так? Я ничего не понимаю. Ведь никого не звала… - Звала. В окно. - Так вы через окно..? - Не нервничай. Мари ощутила, как что-то коснулось её через трусики под столом (она читала конспекты в коротенькой шёлковой ночной рубашке персикового цвета, трусики она предпочитала одевать на ночь). Это было мучительно: и приятно, и запретно, и мимолётно, и страшно. Осознание пришло после: незнакомка играет с ней ногой. И надо бы вскочить и звать на помощь, но какое же у неё эротичное выражение лица у этой незнакомки. Эти пронзительные глаза смотрят прямо на губы Мари, нежные тонкие пальцы касаются чуть приоткрытого чувственного рта, изящные плечи слегка подрагивают, через прозрачную блузу видны затвердевшие от возбуждения соски, а нога орудует там, под столом, пытаясь разбудить в Мари что-то, что спит. - Как жестоко! Зачем? – спрашивает студентка, пытаясь выровнять дыхание и случайно не помять лист. - Я хочу тебя, а ты хочешь секса с девушкой. Всё элементарно, как дважды-два. - Но я не хочу секса с девушкой! – возражает Мари, и её соски встают. - Это ты так думаешь, - отвечает Халява. – Просто поставь подпись. *** Страсть. Конспекты летят на пол, чашка с недопитым остывшим кофе – тоже, лампа повисает на шнуре где-то на краю стола, но продолжает гореть, скатерть скомкана, словно простыни. Дыхание, что сбито, заполняет пространство собой. Поцелуи. На столе - Мари, упирается одной рукой в его поверхность, другой – в грудь под прозрачной блузой, пытаясь сопротивляться незнакомке. Ноги студентки раздвинуты, ночная рубашка – задрана. Халява целует Мари, притягивая за талию как можно ближе, чтобы насадить на себя. Мари упирается, но уже как-то неохотно. Незнакомка обладает неслыханным напором, таким мощным, что ему невозможно сопротивляться. - Обхвати меня ногами, - просит Халява. - Нет. Что за бред? Нет! Отпусти меня! – в Мари ещё говорят остатки разума. - Обхвати меня ногами, - повторяет незнакомка, прошептав это куда-то в район шеи своей жертвы. Отстранившись от шеи, она заглянула в глаза Мари. Этот обжигающий взгляд, этот шёпот, эта напористость – всё вместе заставило Мари повиноваться. «Что я творю? Почему не могу сопротивляться этому? Мне не нравятся девушки. Я ничего к ним не испытываю. Почему не могу оттолкнуть её от себя или закричать?» Но где-то глубоко, на границе сознания, Мари понимала – ей действительно хочется этого. Хочется попробовать, как это. Почему-то перед глазами возникает образ Ребекки, которая улыбается. Она вспоминает ночи, когда представляла, как Ребекка её трахает. Рука Халявы уже в трусиках Мари. - Какая ты тут влажная, шлюшка, - шепчет Халява в ушко студентки. - Нет, прекрати, я не влажная, - шепчет в ответ Мари сбивающимся голосом и у неё кружится голова. - Да, а тогда что это? – спрашивает тихонечко Халява и хочет вытащить руку из трусиков студентки, чтобы показать той что-то интересное. Но Мари останавливает её своей рукой. - Только не показывай, не хочу ничего знать, - задыхаясь, шёпотом умоляет студентка. - А, ну то есть, то, что ты влажная, тебя это смутило сразу, а то, что ты шлюшка – нет? Верно, шлюшка? – уточняет незнакомка и усмехается. Её рука начинает ласкать Мари в трусиках интенсивнее, чем раньше. – То есть я могу делать с тобой всё, что пожелаю? Трахать тебя в любой позе, чем угодно, где угодно, сколько угодно, когда угодно, верно? Любой может? - Нет! - Ну тогда докажи мне обратное, - ухмыляется Халява. Она видит, что Мари уже не может остановиться, и её забавляет то, что имеется возможность иронизировать по этому поводу. Халява чувствует власть, чувствует превосходство своего положения, чувствует Мари каждой клеточкой, как локатор. И Халява не останавливается. – Что такое? Я всё-таки права была? - Нет, - выдыхает Мари и издаёт глубокий стон. - Да, - коротко отвечает Халява и входит в Мари двумя пальцами. - Чёрт, нет-нет!!! Остановись! – у Мари начинается паника. В ней пробуждается какой-то необузданный страх. Страх перед чем-то неведанным ранее. Хочется сбежать. Незнакомка улыбается и отстраняется от студентки. Она облизывает пальцы, которые только что были в Мари. - Всё, делай, что хочешь. Я устала от тебя. Больше и пальцем не трону, - резко остыв, заявляет Халява и садится обратно за стол. Мари смертельно возбуждена. Она понимает, что допустила огромную ошибку, попросив остановиться. Она винит себя и свой страх. И её единственное желание – ощущать в себе пальцы этой незнакомки, её запах, тепло и дыхание. В духе Мари было бы попросить незнакомку покинуть свою квартиру и продолжить читать лекции. Но была тёмная ночь, которая настраивает чувства людей как-то иначе, чем днём. И была жажда секса с девушкой, вызванная сексуальным голодом от другой девушки. Мари просто отдалась воле своего тела и стала делать то, что велела ей интуиция – скованность исчезла. Мари подошла к столу, где сидела Халява, и опустилась перед ней на колени. - Это что? – удивилась незнакомка. Вместо ответа Мари поцеловала колено Халявы и стала языком подниматься выше по бедру. Рукой она коснулась кружевной чёрной юбки и чуть-чуть её задрала. На незнакомке были кружевные чёрные трусики. Мари приподняла блузу Халявы и стала языком водить внизу живота. Та тяжело задышала. - Уходи, я знать тебя не хочу, - сказала незнакомка, несмотря на то, что это она была гостьей в квартире Мари. – Ничего не выйдет. Я уже передумала. - Ну конечно же, - шепнула Мари и залезла рукой в трусики Халявы. Та была очень влажной. Девушка стала ласкать свою мучительницу. Студентка была похожа на гибкую хитрую лисичку, которая желает что-то получить от своей хозяйки, поэтому делает ей приятно. Незнакомка запрокинула голову назад и громко стонала. Мари вставила Халяве два пальца и двигала ими, не меняя такт. Студентка целовала её бёдра, иногда – животик. - Убей меня, убей! Я хочу кончить! Сделай что-нибудь! – умоляла Халява. Её крыша куда-то улетела, забыв попрощаться. Мари засмеялась и отстранилась от неё. Теперь она была в выгодном положении. Студентка встала с колен и уперлась руками в стол, прогнув спину. - А ты заставь меня, хозяйка… - шепнула она, издеваясь. - Ааа, ты издеваешься? Нет, давай не сейчас? Не останавливайся! – незнакомка была готова заплакать от несправедливости. - Хозяйка, обещай, что сделаешь всё, что я попрошу, - улыбнулась Мари и облизала пальцы. - Да-да-да, всё-всё, что попросишь! – быстро зашептала незнакомка. - Точно? – ехидности студентки не было предела. - Да! - Отлично. Мари снова опустилась на колени перед Халявой и, окончательно сдвинув юбку той на уровень живота, стянула с неё мокрые трусики. - Раздвинь ноги, сучка, - приказала Мари. - Что? – Халява ощутила перемены в голосе студентки. - Что слышала, хозяйка. Власть перешла в мои руки – это революция. - Слушаю и повинуюсь… Халява раздвинула ноги. Мари снова начала водить языком по её бёдрам. Потом остановилась. - Чего тебе сейчас хочется? – спросила она незнакомку. - Хочется ощущать твой язычок, - шепнула Халява. - Тебе придётся меня хорошенько попросить. - Пожалуйста! - Что «пожалуйста»? - Пожалуйста, дай мне всю себя! Я хочу, чтобы твой язычок удовлетворил меня, - умоляюще зашептала Халява. *** Мари тяжело дышала ртом, но усердно выполняла свою работу. Её язычок двигался не прерываясь. Пару раз она вставляла в незнакомку пальцы и, имея её, продолжала работать им. Наконец, Халява начала кончать. Она делала это несколько раз непрерывно, хватая Мари за волосы и, двигая бёдрами навстречу рту девушки. - Ты была великолепна!!! – Халява задыхалась от восхищения. – Я выполню всё, что попросишь. - Видишь ли, у меня ни разу не было с девушкой. Мне не хватает в тебе мужского напора. Просто возьми меня и не смотри на то, что я говорю. - А, знаю, вроде того, что «да – это нет»? - Типа того. Возьми меня жёстко-жёстко. Я тебя умоляю.