Лекарство от лжи

Дни тянулись за днями. Казалось, что круговорот событий остановился на одном месте, а стрелки часов замерли на веки вечные. На самом же деле, время продолжало свой монотонный ход, оставляя все меньше недель до дня Х. С каждым днем страх осознания того, что Дэминион состоится совсем скоро, а я совершенно к нему не готова, все больше обуревал меня и заставлял содрогаться от одной лишь мысли об этом. Но в то же время я совсем ничего не делала для того, чтобы как-то обуздать этот страх. Мои мысли давно были заняты лишь одним, тем, что наводило на меня еще больше ужаса, чем Дэминион: что-то было не так, у нас с Джеймсом. Однажды утром, когда жители окраин Лондона мирно спали в отведенный им выходной день, а такое непривычное осеннее солнце во всю сияло на голубом небосводе, я открыла глаза и рукой нащупала лежащий на тумбочке телефон. 9:26 Рядом перевернулся и снова засопел Джеймс. Я ухмыльнулась и вздохнула. Хотя в моей жизни и не было каждодневной рутины, вставания в строго определенное время и прочей сопутствующей тягомотины, для меня все равно было роскошью вот так вот просто полежать в кровати, осознавая, что сегодня можно и полениться. Просматривая новости в социальных сетях, я не заметила, как Джеймс проснулся и, слегка приоткрыв глаза, уставился на меня. Его рука медленно скользнула по моим волосам, и я вздрогнула от неожиданности. - Доброе утро, - прошептал он где-то рядом с моим ухом. Я повернулась, посмотрела на него и улыбнулась. - Еще немного, и это утро могло бы стать днем, - в тон ему ответила я. - Ну это ведь можно еще устроить, - о да, он вполне мог бы воплотить свои слова в жизнь, но у меня не было желания помогать ему в этом. Поэтому я притянулась к Джеймсу, поцеловала его в лоб и выскользнула из под одеяла, направляясь в ванную. Услышав недовольное сопение парня, я лишь ухмыльнулась и закрыла дверь. Мучения от недозволенного лишь разогревают наш маленький костерок. Я открыла зеркальный шкафчик, висящий над раковиной, и моим глазам предстал вид огромного количества баночек и тюбиков. В детстве я всегда любила играть в салон красоты. Однажды я даже пыталась накрасить и Дэйва, но тот всегда предусмотрительно скрывался где-нибудь в другой части дома, где мне бы его не представлялось возможным найти. Вы спросите, почему ему бы было просто не отказаться от моих девчачьих игр? О, поверьте, я всегда умела уговаривать, и не всегда мои "уговоры" было добросовестны. Тем не менее, я выросла, и теперь игры переросли в каждодневную процедуру, которая просто не могла мне надоесть. Капельку того, и того, и того, немного вон того, и вон тот зеленый тюбик. Ах да, и конечно не забыть почистить зубы. А теперь - душ. Я сбросила нижнее белье и залезла в кабинку. Теплые струи воды коснулись моей кожи, и я почувствовала сладкое тепло, разливающееся по всему телу. Мою утреннюю нирвану прервал скрип двери. Джеймс. Конечно, это он. Кто бы еще это мог быть. Негодник. Как и я, он всегда получает то, что хочет. Створка кабинки приотворилась, и он вошел ко мне. Я лишь одобрительно улыбнулась, и он притянул меня к себе. Объятия, поцелуи и стоны. Вода все уносила с собой в пучину монотонности удовольствия. Но мерзкий голосок на задворках моего сознания уже который день упрямо твердил мне, что все не так. Все было не так с самого начала. Все это - лишь наваждение, которое со временем пройдет, если не прошло уже. После себя оно оставит лишь недосказанность и боль. Или абсолютное бесчувствие. Бесчувствие к человеку, который по своему мне дорог. Эта страшная картина всплывала перед моими глазами все чаще. А что видел Джеймс? - Мне никогда не узнать. Этим утром мне захотелось превратить обычный завтрак в произведение искусства, в конце концов, когда еще представится подобный случай? Вафли, яичница и жаренный бекон. Свежевыжатый сок - для меня и кофе - для Джеймса. Правда, как оказалось, нам неожиданно понадобилась еще одна порция и кружка. Не успели мы сесть за стол, как в коридоре раздался дверной звонок и нетерпеливый стук. Фелпс непонимающе взглянул на меня и, заметив мой такой же, полный удивления, взгляд, встал из-за стола и направился к двери. "Кого еще могло принести в это замечательное утро?" - пронеслось у меня в голове. Только я хотела последовать примеру Джеймса, как вдруг услышала его восторженный крик: - Браааааат! Великолепно. - Мелз, смотри, кто здесь! - улыбаясь во все 32, влетел на кухню младший Фелпс, таща за собой старшего. - Оливер! - в голове( или не в голове?) что-то щелкнуло, но я не сразу поняла что. - Давно не виделись, ты где пропадал? Оливер неуверенно покосился на меня и ответил: - Да так, ничего особенного, лучше расскажите, как вы тут? - Нет уж, братец, - недовольно взглянул на него Джеймс. - Сейчас мы все сядем, и ты - расскажешь, что происходит. От тебя неделями нет вестей, а потом ты вдруг неожиданно заявляешься просто так, потом снова пропадаешь и так по кругу? В последний раз такое было, когда.... Железная лопаточка, которой я накладывала вафли, с грохотом опрокинулась на тарелку, скользнула на стол и упала на пол. - Черт, - выругалась я. Оливер с молниеносной скоростью подхватил прибор с пола и протянул его мне. Я улыбнулась, буркнула "спасибо" и отправила лопатку в посудомоечную машину. Внутри что-то передернуло. - ... Да нет, брат, ты серьезно? - продолжил Джеймс, когда все уселись за стол. - Ты снова с ней? Я думал, это все давно в прошлом? Оливер не спешил отвечать и лишь незаметно поглядывал в мою сторону. Я видела это. Уж что-что, а боковое зрение развито у меня на "ура". Но замечал ли это Джеймс? - Ну в общем, да. Мы вместе, - неохотно протянул Оливер, постукивая вилкой по тарелке. - Может, введете меня более подробно в курс дела? А то я чувствую себя лишней, - недовольно заметила я. - О, это очень, очень... - начал было Джеймс. - ... долгая история, тебе она наскучит, - закончил за него Оливер. - Вообще-то я хотел сказать "интересная" и "захватывающая", но в целом ты прав, - добавил Джеймс. - Нет, правда, я хочу послушать. - О, да там ничего особенного. Просто, видимо, наш Оливер однолюб. Или просто идиот. В любом случае, он будет вечно плавать по кругу со своей Анабель, не решаясь оглянуться на какую-нибудь более подходящую для него девушку, которая будет любить его, а не выносить ему мозг. Оливер недовольно закатил глаза. - Неужели я что-то сказал не так? Ты ведь даже ее не любишь? Ты сам говорил! - Все намного сложнее, - отрезал Оливер. Ему было неловко обсуждать это. По крайней мере, при мне - точно. - И как долго вы... вместе? - решила поддержать разговор я. - Шесть лет. Три из них мы были друзьями - три... Больше, чем друзьями. - Еще скажи, что вы не можете расстаться, потому что знаете о друг друге столько, что такой компромат за всю жизнь не использовать. Хотя, тогда бы я понял тебя. Я стрельнула в Джеймса раздраженным взглядом, и тот потупился. Похоже, эта Анабель та еще девица. Младшему Фелпсу она определенно не нравится. А Оливеру? - Все намного сложнее, Джеймс. Ты же знаешь. - Ага, - ухмыльнулся парень. - Наверное, поэтому вы СНОВА вместе, я угадал? Оливер, нехотя кивнул. Внутри меня что-то прожгло. У нас с ним действительно никогда не было и шанса. Что ж, может, оно и к лучшему. Разговор ушел в тему, совершенно не касающуюся Анабель и Оливера, и постепенно накал настроений стих. Когда вафли и яичница были съедены, а время близилось к обеду, Оливер вдруг, взглянув на часы, вспомнил, что должен встретиться с Анабель в каком-то торговом центре. Анабель. Фу, какое противное имя. Насколько я помнила ее с нашей единственной встречи, красотой она не блистала, так что имечко было ей подстать. Жизнь штука непредсказуемая. Порой и гадкие утята выбиваются в люди. Тем не менее, Оливер похоже был счастлив, ну или упорно делал вид. А я... Я с Джеймсом. Так или иначе нам не по пути. Совсем. Но осознание того, что я готова сделать все, для того, чтобы изменить это, не давало мне покоя. Как я докатилась до этого? Я слишком плохо знаю себя. Я не знаю своих желаний. Я так запуталась и так устала. О каком Дэминионе может идти речь, когда я не могу разобраться в своей личной жизни? Я не люблю Джеймса, но он дорог мне. Я не люблю Оливера, но при каждой нашей встрече внутри меня что-то взрывается, пусть я и не всегда обращаю на это внимание. Совсем недавно так было и с Джеймсом, но быть может это все на фоне недоступности Оливера. Господи, какая же я дура. Нельзя играть с чувствами людей. Нельзя, но я успешно практикую это. Я оставлю все, как есть, пусть жизнь плывет по течению, не подвластному мне. Быть может, это все то же наваждение. Быть может, оно пройдет. Когда-нибудь. Рано или поздно.