Тьма наших сердец

Она стремительно шла по коридорам, глотая слезы. Одна. Одна, одна, одна, ОДНА. Друзьям уже не до нее: у них любовь. И все эти обещания вечной дружбы полетели к чертям. Их глаза, улыбки, испуганные выражения лиц стояли у нее перед глазами. Через сколько передряг они прошли. Сколько сложных решений было принято. Столько раз обманывали смерть. Но остались вместе. А теперь их дружбу сломила какая-то любовь. Гермиона ухмыльнулась: любовь, из всех вещей. А ведь Гарри и Рон даже не заметили, что что-то не так. Разговоров раз в две недели, коротких приветствий, брошенных невзначай иногда, им теперь хватало. Теперь центром вселенной Рона стала Лаванда, а Гарри – Джинни. Гермиона была за них рада, немного неискренне, но рада. До тих пор, пока она не осталась абсолютно одна. “Неудивительно, что у нее нет друзей”, - фраза Рона, сказанная, как всегда, не подумав. Эта самая фраза преследовала Гермиону в ночных кошмарах с первого курса, но, проснувшись в холодном поту и с сжимающим горло одиночеством, она всегда говорила себе, что они есть. Что у нее два самых лучших, преданных и любимых друга, о которых только можно было мечтать. А что сейчас? Она живет в своем кошмаре – она одна. Ее друзья были заняты любовью, а других однокурсников она отталкивала своим вечным “синдромом отличницы”. Никто не видел дальше образа вечной заучки, у которой можно списать, но не более. Как результат – Гермиона стала еще более отдаляться от всех, дальше уже некуда. Гермиона держала путь в апофеоз своего одиночества – в Выручай-комнату. В комнату потерянных вещей. В комнату, где она хотела потеряться сама. Завернув за угол, она увидела дверь. Надо же, Выручай-комната уже ждет ее. Гермиона, грустно улыбнувшись мысли о том, что ее хоть кто-то ждет, зашла в комнату и буквально впечаталась в…Драко Малфоя. Из всех людей. Мимолетное движение, и он, вырвав из рук девушки палочку, прижал ее к стене и, угрожая ее же оружием, рыкнул: -Как ты нашла меня, грязнокровка? Она потеряла дар речи от этой до дикости абсурдной ситуации. Она снова поддалась слабости и отправилась в Выручай-комнату – абсурд, Драко Малфой, золотой парень школы, сидит в комнате одиночества один – абсурд, он с ней разговаривает, вместо того, чтобы переступить через нее и выйти – абсурд. И, самое страшное – она рада компании, даже и такой. -Я…я… Малфой надавил ее палочкой в ее горло и, свирепея еще больше, процедил: -Последний раз, Грейнджер. Как ты меня нашла? Наконец-то собравшись с силами, она оттолкнула его от себя и сказала: -Твое эго убьет тебя, Малфой. Я тебя не искала -То есть нашу встречу в Выручай-комнате, из всех мест, мать твою, ты назовешь совпадением? Она закатила глаза и отобрала свою палочку у парня. Искала она его, как же. -Я тебе, черт возьми, не Гарри, чтобы тебя выслеживать Ей понадобилась доля секунды, чтобы осознать. Твою мать. -Поттер меня выслеживает?, - сузив глаза, спросил Малфой – что он знает? -Не знаю, в этом году он словно на тебе помешался. Все думает, что ты что-то замышляешь. Сказала девушка, фыркнув. Она всегда смеялась над Гарри, когда он начинал свою шарманку под названием “Драко Малфой – опасный Пожиратель Смерти”. Для нее этот блондин навсегда останется всего-навсего трусливым хорьком. -От длинного носа Поттера никуда не денешься. Но от него разговоры и только -Да…Он такой -Грейнджер? -Что? -Ты же понимаешь, что мы говорим о твоем любимом друге? С чего вдруг такие откровения, в золотом трио проблемы? -Да пошел бы ты, Малфой Гермиона обернулась от него и замерла. Это очень плохо. Выручай-комната больше не была огромной комнатой с потерянными вещами. Она стала небольшой комнаткой с черными стенами и, самое главное, без выхода. Это чертовски плохо. -Малфой? Парень даже и не удостоил ее своим ответом: он тоже заметил перемены. -Когда я…эм, вошла…ты пожелал выйти? -Да. Думаешь, я просто так возле выхода торчал, умная? -У нас проблемы -Пффф, подумаешь. Я пожелаю выйти опять. Секунда тишины. Чертыхания. Еще. Еще. И еще раз. Безуспешно. Гермиона тяжело вздохнула и, облокотившись о стену, сползла по ней. Если подумать в общих чертах, ее желание исполнилось – она наконец потерялась в этой комнате. И выхода, похоже, нет. -Грейнджер? Она не отрывается -Спасибо, Очевидность, за информацию Малфой подошел к ней и, потянув за волосы, поднял на ноги. -Какого хрена она не открывается? -Ну ты подумай, мать твою, - она вырвалась из его хватки -, ты пожелал выйти, когда я зашла. Выручай-комната думает, что это ты вышел тогда! -Думает? Ты помешалась, грязнокровка. Это чертова комната. -То есть тебя не волнует, что чертова комната выполняет твои желания, стоит тебе о них подумать, а то, что она умеет думать на каком-то уровне для тебя открытие? Ты – самовлюбленный идиот! -Пропусти часть с руганием, Грейнджер, мне слишком плевать, чтобы перепираться. Как ее открыть? -Ты не врубился? Изнутри мы ее не откроем! И до него наконец дошло. Слава Мерлину, ну он и тугодум. Гермиона отошла от него настолько далеко, насколько позволяла комната и села, потирая голову. -И в следующий раз, когда захочешь поговорить, просто спроси. Малфой ошалело посмотрел на Гермиону и принялся накручивать круги по Выручай-комнате в попытке вызвать выход, а потом уже и в попытках выломать его. Девушка сидела в углу и даже не смотрела в его сторону. Итак, она застряла в этой комнате с Малфоем, черт бы его побрал, абсолютно без выхода. Сейчас пятница вечер, ее отсутствие заметят в понедельник, лучшем случае, когда она не явится на уроки. До этого вполне вероятно то, что Малфой ее убьет. Задушит во сне, или просто заавадит. Не так она надеялась умереть. -Попробуй алохомору -Малфой, ты серьезно? Эта комната – воплощение древнейшей магии, заклинание для детей не сработает. -Живо! Гермиона фыркнула и, даже не вставая, нацелила палочку куда-то в пространство и произнесла заклинание. Ноль реакции. Она повторила алохомору и парочку других, более сильных, заклятий. Результат тот же. Грейнджер яростно посмотрела на Малфоя. Он стоял посреди комнаты в бешенстве. Их ждет замечательное времяпрепровождение. -Может, теперь ты попробуешь, раз такой умный? -У меня нет палочки с собой Она засмеялась от этой комичной ситуации. Малфой, посреди этой комнатушки, стоит полностью в ее власти, власти грязнокровной волшебницы. Эту иронию должен был заценить даже он. -Конечно, зачем. Ты слишком чистокровный для палочки -Да пошла ты, грязнокровка! Что ты знаешь о чистокоровности? -Немного, но пока ни одной положительной стороны Он просто рыкнул в ответ и продолжил метания туда-сюда. Спустя несколько минут – часов, дней, кто знает? – он опустился в другом углу комнаты, яростно вздыхая. Гермиона все это время смотрела просто в никуда и не думала ни о чем. Ей было ни плохо, но и не хорошо в этот момент. Ей было никак. Никак в последние месяцы стало ею. И это ее никак не тревожило. -Когда твои любимые друзья начнут тебя искать? -Не знаю, начнут ли вообще. В лучшем случае в понедельник -Черт. Ваше трио меня разочаровывает с каждым разом все больше. Они знают, что ты шла в Выручай-комнату? -Нет -Твою мать -А что твои любимые друзья? -Они слишком тупые, чтобы что-то подозревать. Очнутся в лучшем случае через полгода Повисла тишина. Никто их не найдет. А пути отсюда нет. Может, кто-то из учеников и вызовет Выручай-комнату, но это вряд ли. Мало кто о ней вообще знает, а те, кто знает, слишком заняты своими жизнями. Они просидели так еще какое-то время. И еще. И еще. Никто не шевелился. Не говорил друг с другом. Не смотрел. Они словно уже и перестали существовать. Пока наконец… -Почему тогда ты дружишь с ними? Малфоя чуть не подбросило от неожиданности этого хриплого голоса. Она просто смотрела на него с этим вопросом, который опоздал на несколько минут, часов, дней. -Тебя волнует? -Похоже на то, что мы застряли здесь надолго. Сидеть молча еще более печально Парень все равно промолчал. Она кивнула и вернулась к тишине. Ну и ладно. Она привыкла к этому чувству в тишине одиноких вечеров в библиотеке, спальне, коридорах, Выручай-комнаты. Рядом с ней кто-то был, кто-то, разделяющий ее сиюминутные переживания, а это уже больше, чем обычно. И они снова просидели в молчании какое-то время. И еще. И еще. И еще. И еще. -Потому что так хотя бы не одиноко Гермиона вздернула голову и встретилась с ледяным взглядом глаз-льдин. Она хотела сказать что-то – язвительное, сочувствующее, понимающее, не важно – но просто кивнула. -А ты? Не похоже на то, чтобы они тебя особо ценили -Мы…они ценили, но сейчас мы повзрослели. Им не до дружбы Он просто ухмыльнулся, и они снова сидели в тишине. В этом давящем молчании еще какое-то время. Еще. Еще. И еще. Мужской вскрик разорвал тишину маленькой комнаты. Малфой свернулся в клубок и, прижимая правую руку к левой, пытался заглушить крик боли. Чисто инстинктивно Гермиона подскочила к нему и пыталась сообразить, в чем дело и как помочь -От…вали Девушка все так же продолжала сидеть перед парням на коленях. Его крики и боль прекратились так же резко, как и начались. -Малфой…что это было? -Я сказал, отвали! Парень поднялся и снова начал ходить по комнате, потирая руку. Гермиона осталась сидеть на коленях и смотреть в пустоту. -Малфой… -Что тебе? -Что это было? Молчание. Это гнетущее, ужасное молчание. Оно сводило девушку с ума -Что это было??? Малфой рванул ее за волосы – снова – и поставил перед собой. Он был в ярости. -Что это было??? Ты хочешь знать? -Да скажи уже, черт бы тебя подрал! Он резко сдернул с себя левый рукав рубашки. Девушка открыла рот от изумления и чуть было не упала в обморок. Черная змея, выползающая из черепа контрастом виднелась на бледной коже. Татуировка будто бы опухла и пульсировала. -Меня зовут, - с усмешкой сказал парень Гермиона просто стояла и смотрела на него. Малфой, хорек Малфой, был Пожирателем Смерти. Хорька Малфоя звал Темный Лорд на задание. Темный Лорд, убивающий всех на право и налево. Хорек Малфой подчинялся ему. Это ее не испугало, на удивление, лишь удивило. Для нее Малфой навсегда останется тем трусливым мальчиком в Запретном Лесу. Тем самым, который считал своим долгом издеваться над Гарри. Называть ее грязнокровкой, ставить ее на свое место в иерархии волшебников. Мальчиком, который бежал жаловаться папе, когда ему что-то не нравилось. И вот он, стоит перед ней в темном свете Выручай-комнаты, с устрашающей татуировкой на руке. И ему не страшно. Или он просто научился это скрывать.