Шоё Тсунаёши

      Реборн что-то упорно упускал или не хотел замечать. Что это, сильнейший киллер мира и сам не видел и не понимал. И это вызывало чувство глухого раздражения. Ещё и Вария встала на дыбы, не собираясь подчиняться мальчишке. Реборн и раньше знал, что эти психи не станут так просто признавать наследника, кто бы это ни был. Они его сначала проверят, осмотрят со всех сторон, попинают и если не помрет да не обделается со страху – годен. А так, сколько народу уже передохло.       И эти дети совсем не готовы к встрече с ними. Но Савада молодец, сразу предупредил всех Хранителей, уже получивших половины колец Вонголы, что эти противники – профессиональные убийцы. Те только плечами пожали. А вот иллюзиониста вызвался подтянуть, кто бы мог подумать, Рокудо Мукуро.       Просто заявился к иллюзионисту, без какого либо опыта и утащил в Кокуё, и подойти к разбитому кинотеатру не представлялось возможным из-за сильных иллюзий. Реборн поскрежетал зубами и скрыл глаза полями шляпы, видя Кена и Чикусу с набитыми пакетами, идущими в Кокуё. Там даже Пламя не улавливалось.       Реборна неистово тянуло туда.       Тсунаёши хрустит сухариками, которых в Кокуё в избытке. Первые выходные начались с тренировок. Все Хранители, уже принятые Виджиланте, тренировались использовать и выпускать Пламя.       Кокуё показался Фонгу и Бьякурану самым подходящим местом для тренировок – Хранитель Тумана с тремя учениками творили на этой территории такое, что учуять за Туманом ещё что-то было крайне сложно не Туману.       Луссурия, которого Тсунаёши ещё на Кубе попросила приехать и подтянуть Рёхея, гонял боксера стилем муай-тай по всему отмеренному им пространству. Генкши, присланный Бьякураном в помощь заставлял Такеши развивать свой стиль бесконечными схватками, Скуало пригрозил, что если «этот тупой бейсболист» не выиграет до начала тренировок с ним, то будет бит. Гокудеру гонял Гамма, который приехал вместе с Юни, решившей немного пожить в Намимори да познакомиться с Хранителями сестрёнки. Ламбо занимался Верде, что пытался выяснить и действия Базуки Десятилетия и научить телёнка высвобождать Пламя с максимальной отдачей.       Бовино понимал с трудом, что от него хотят, но уже пускал нехилые разряды по телу. Хаято стал экспериментировать с динамитом, чтоб попасть по вёрткому Гамме, с его кием и шарами, заряженными Пламенем Грозы. Генкши гонял Ямамото по всему разрушенному центру, вроде полосы сражения с препятствиями, Пламя он вызывал, и даже удавалось немного замедлить противника. Луссурия с улыбочкой и плотоядным взглядом гонял Сасагаву, заваливая его на все горизонтальные плоскости плоской земли, затем погнал на эксперименты с Пламенем Солнца – лечить раны других. Фонг и Хибари уже четвертый день отсутствуют в городе и находятся где-то в горах, Тсунаёши лишь держит кулаки, чтоб оба вернулись живыми, про невредимость она даже и не мечтала – идеализм не её.       Но самый шик был на стороне иллюзионистов, к которым присоединилась и И-Пин. На той стороне вспыхивали столбы Пламени, летали куски земли, пробуждались от вечной спячки динозавры, летали смертоносные фениксы, вырастали гигантские плотоядные цветы, вспархивали удивительной красоты бабочки, плюющиеся кислотой, с неба падали громадные яблоки, всюду проступала лава. И-Пин училась противостоять иллюзиям своим мозгом, а так же училась избегать всех этих опасностей. А иллюзионистка Акихито с большими глазами старалась рассеять все это безобразие, на пару с Хром, с которой уже сошлась, затем втянулась и создала тех самых бабочек, поливающих динозавров кислотой.       Тсунаёши единственная, кто сидит под солнышком спокойно, без лишней нервотрёпки. Шоичи сейчас вместе со Спанером в Германии, на выставке роботов и различных технологий искусственного интеллекта. Сама девушка с ноутбуком на коленях рассматривала именно эту выставку через маленькую камеру, встроенную в пуговицу воротника Шоичи.       Она вообще рада, что у нее есть все эти люди. Ведь как слаженно получилось – регулярная поставка информации и вот оно! По чуть-чуть, по маленькому камешку и получилось. Бьякуран, побывав в других мирах, и выяснив, что она не во многих девушка, не во многих у неё есть брат и ещё кучу всего, узнал имена Хранителей Акихито, стянуть их всех в школу Намимори было легко.       За сотней событий она лишь тень, поистине она всем обязана лишь им – своей семье. В первую очередь Мармон, затем Фонгу и остальным. Если бы не она, то Тсунаёши уже была бы мертва. Да и вообще, она многим своей жизнью обязана.       Тсунаёши счастливо улыбнулась – на экране показался Мини Моска – сборка Спанера. Миленький робот, начиненный сладостями.       «Половину острова Сорх снесло мощной волной… очевидцев нет… но уточняется.»       Такие новости водятся на экране телевизора. Тсунаёши краснеет и старается спрятать лицо в ладони.       Спустя два дня, после выходных и начала эпидемии в их школе ветряной оспы, а в число заболевших входили Рёхей, Хибари, Мукуро, Кен, Чикуса, Хром, Тсунаёши, Хаято, Такеши, И-Пин, Ламбо, Акихито и шесть его Хранителей. Одним словом все и сразу резко заболели и объявлен карантин на неделю. Эту неделю все решили посвятить себя тренировкам. Даже Тсунаёши подхватили под белы ручки и отправили на остров Сорх, для «поднятия боевых качеств и развития Пламени».       А если быть более точным, то ей привёз Бьякуран линзы с коробочкой Неба и они отправились её использовать. Натс, маленький львёнок Неба, смешной и нелепо оступившийся по выходу из коробочки, растрепал гриву, тряся головой да фыркая. Х-баннер, который давным-давно был придуман, но не шибко и стабилен, получился безупречно – Бьякуран еле успел улететь из-под атаки. А потом они решили провести эксперимент с ХХ-баннером и вот что получилось. Острова больше нет.       - Мир не так уж и много потерял, - со смешком выдал Фонг, попивая чай.       - Да, Тсунаёши, не расстраивайся! – Искренне поддержала И-Пин. А сама девушка с мрачной радостью заключила, как же хорошо, что Бьякуран тут же улетел в Италию, забрав с собой Юни. Сама Юни согласилась, а Гамма лишь со злостью и ревностью(?) смотрел, как они уходят. Тсунаёши покачала головой, ей вообще казалось, что Бьякуран абсолютно асексуален. Ни разу за ним никто не замечал наклонностей к девушкам или, на худой конец, к мужчинам. Ан нет, лишь Блюбел висела на нём сутками напролёт. И ни одна девушка кроме нее.       «- Я уже давно влюблён, Тсунаёши-тян, - так спокойно и непринужденно отозвался Бьякуран, год назад, когда Тсунаёши, следуя куче рассуждений и стадии отрицания, пыталась убедить себя, что чувствовать к Фонгу что-либо кроме благодарности – чревато.       - А кто она?- с любопытством спросила девочка.       - Та, на кого ты никогда бы не подумала.»       Гад, ещё и так загадочно улыбался. Впрочем, это мог быть кто угодно из всего необъятного количества Вселенной. Кто знает, где он мог встретить свою любовь и где мог в неё влюбиться.       Тсунаёши все равно совестно. Она снесла целый остров своим Пламенем. Раз и нету. Жуть.       И зачем только вспомнила?       Фонг… Он ведь никогда не посмотрит на неё не как на девочку, которая росла у него на глазах. Он будет лишь наблюдать за её успехами, за жизнью, улыбаясь и тихо посмеиваясь. Но как женщина она будет интересовать его в последнюю очередь.       Да и какая из неё женщина? Ей ч-е-т-ы-р-н-а-д-ц-а-т-ь. И лишь через месяц будет пятнадцать. Она подросток. И всё равно на опыт, на пережитое, ничто этого не изменит.       Тсунаёши удручённо вздохнула и ободряюще улыбнулась учителю. Правда, Фонг слишком хорошо её знал, чтоб поверить этой улыбке.