Три дня с первым хранителем Облака череваты сменой характера...

Этот тихий, спокойный вечер в доме Хибари Кёи должен был пройти, как всегда, без каких-либо происшествий. Лучи заходящего солнца освещали своим теплым светом кухню и находившегося в ней хозяина квартиры, мирно нарезавшего себе салат. Все, как обычно. Вот только кольцо, символизирующее то, что Кёя является хранителем Облака Вонголы, уже полдня непривычно светилось слабым фиолетовым цветом, из-за чего было снято с пальца и теперь гордо лежало на обеденном столе. Тихая мелодия, напоминавшая гимн Намимори, звучала из уст Хибари. Внезапно вся комната озарилась ярким, почти белым светом, и, как только сияние немного ослабло, взору удивленного хозяина привиделся силуэт первого хранителя Облака. Разумеется, первой мыслью, пришедшей в голову Хибари, было то, что это всего-навсего галлюцинация, и скоро видение исчезнет, возможно, что-то сказав перед этим. Но слабый дым рассеивался, свет постепенно угасал, а силуэт становился все более отчетливым и реалистичным. Наконец, когда явления, вызванные неожиданной активацией кольца, стихли, шокированному взгляду Кёи предстал Алауди собственной персоной. Окинув критичным взглядом кухню и широко распахнувшего свои узкие глаза Хибари, первое Облако с некоторым презрением хмыкнул. - Ну что ты на меня смотришь так, словно в первый раз увидел? – совершенно спокойным тоном спросил мужчина и, подойдя к окну, внимательно посмотрел на красивый красно-оранжевый закат, разливавшийся по бескрайнему небу. - Зачем ты появился? – немного придя в себя и почти вернув себе безразличный вид, вопросом на вопрос ответил парень. - Развивать твои способности, – нехотя пояснил первый хранитель и, бросив взгляд на салатницу, добавил. – И, если тебе не трудно, приготовь на меня тоже. - Разве привидения едят? – недоверчиво поглядывая на гостя, спросил Кёя. - Едят, хотя и без еды обходятся тоже вполне неплохо. Кстати, с завтрашнего дня начинаем тренировку…

***

POV Хибари

Утро началось весьма неприятным для меня образом. Началось все с того, что мне приснился очень странный и до жути реалистичный сон о том, что первый хранитель Облака собрался делать меня сильнее. Разумеется, я не имею ничего против этого, но у меня в голове не укладывается, куда еще сильнее-то? Второй причиной для дурного расположения духа был грохот, бесцеремонно вырвавший меня из теплых объятий Морфея. Судя по всему, упало что-то громоздкое… а может быть, даже и разбилось. В любом случае, само оно упасть не могло, значит, в доме завелся полтергейст. Но воспоминание о том, что сегодня выходной, и школа закрыта, окончательно опустило и растоптало мое и без того упавшее настроение. Неожиданно приоткрытая дверь распахнулась, впуская в комнату Алауди. - Доброе утро, Хибари, – в это мгновение мне в голову пришла жуткая мысль, что все это был вовсе не сон… - Я смотрю, ты уже проснулся. Это хорошо. В таком случае, у тебя есть пять минут на утренние процедуры, семь минут на завтрак, а дальше жди моих указаний. Распорядившись таким образом, Алауди собрался выходить, но, услышав мой сонный, но уверенный в своих словах голос, остановился. - Я не собираюсь подчиняться твоим приказам, травоядное! - Ты что-то сказал? – первое Облако одарил меня просто убийственным взглядом. - Я сказал, что не буду подчиняться твоим приказам, – так же твердо отозвался я. - Ты назвал меня травоядным? – пропустив мои слова о неподчинении мимо ушей, переспросил Алауди. - Да, назвал, – я с легким недоумением посмотрел на блондина. Неужели, это разозлило его больше, чем мой отказ подчиняться? Ну и ну… - Время пошло. Не успеешь поесть – твои проблемы! Помолчав с минуту, ответил первый хранитель и, бросив на меня прожигающий взгляд, вышел из комнаты. Зря я, наверное, так с ним разговаривал. Кто знает, сколько он тут еще пробудет, а вот если в конец испорчу отношения, то придется весьма туго. Надо будет извиниться…

***

Спустя пятнадцать минут, я уже находился в назначенном месте, а именно - на безлюдной полянке, и с нетерпением сжимал в руках тонфа, ожидая начала тренировки. Правда мой «учитель» совершенно не спешил начинать и со скучающим видом листал блокнот. - Может быть, мы уже начнем сражаться? – с нарастающим раздражением спросил я блондина. - Я не собираюсь с тобой драться. Если я сказал, что будет тренировка, это не значит, что будет обязательно драка, – оторвавшись от изучения записей в блокноте, Алауди протянул мне какой-то пакет. – Вот, возьми это. - Почему ты не хочешь со мной драться? – такого поворота я, если честно, не ожидал, так что протянутый мне пакет оказался проигнорированным, а вот злость только начала разрастаться. - Потому что не люблю драться со слабыми, – совершенно равнодушным тоном ответил мужчина, посмотрев на меня с неким превосходством. - Я не слабый! – чуть ли не прошипел я ему в ответ. – Ты ни разу не сражался со мной, чтобы говорить это с такой уверенной интонацией! - Мне хватает и того, что я видел, как ты дерешься. - И? - Я дерусь гораздо лучше! – сказав это, Алауди окинул взглядом тонфа, до сих пор находящиеся в моих руках. - Тогда, может, ты подучишь меня до своего уровня? Смысл этих совершенно необдуманных слов, слетевших с языка, дошел до меня с некоторым опозданием. И когда я все же осознал их, моя гордость чуть ли не возопила: «Ты попросил какое-то травоядное учить тебя драться?». - Не в моих правилах учить самообороне женщин. - Ну и не учи. Я-то парень! - Да ну? А лично мне ты напоминаешь хрупкую леди со скверным характером! На губах Алауди возникла победная усмешка, а мое лицо, несмотря на все попытки сохранить невозмутимое выражение, исказилось гневной гримасой. Как он посмел назвать меня девчонкой? Возможно, для своего возраста я слишком худой, но это не повод так оскорблять меня! Чертово травоядное… Камикорос ему обеспечен! Пока во мне стремительно нарастал неудержимый поток гнева, белобрысый старикан, застрявший на внешнем физическом развитии, уселся на траву и начал что-то записывать в своем блокноте. Я, конечно, знаю, что подсматривать нехорошо, но интерес победил воспитанность. Незаметно подкравшись к своему временному воспитателю со спины, я посмотрел в блокнот и… как назло, ничего не понял. Всегда удивлялся людям, у которых непонятный почерк. Как они потом в записях разбираются? - Ты ведешь себя, как маленький невоспитанный ребенок, – захлопнув записную книжку и убрав ее в нагрудный карман, Алауди встал с земли и слегка опустил голову, глядя на меня сверху-вниз. Как же обидно, он не только высокомерный тип, но еще и по росту выше меня примерно на целую голову. – Кстати, в нашей небольшой словесной дуэли ты проиграл! - Я просто промолчал, не желая спорить с заносчивым типом вроде тебя! – Он назвал меня ребенком? Что ж, этот мужчина сам подписал себе приговор. Мгновенно решив помотать ему нервы, я по-детски поджал губы и обиженно посмотрел на Алауди. – И вообще, как ты можешь оставлять своего воспитанника без присмотра? - Я наблюдаю за тобой каждую секунду, – уверенно ответил первый хранитель. - Правда-правда? И сможешь предугадать любое мое действие? - Да, – с неизменным хладнокровием подтвердил Алауди. - Ала-кун… Смотри, какое облако красивое! – восторженно вскрикнул я, указывая пальцем на совершенно ясное небо. И, воспользовавшись моментом, подпрыгнув, выдрал у мужчины пару золотистых волос из его шевелюры. - Ты что делаешь? - раздраженно воскликнул хранитель, прикладывая ладонь к поврежденному месту и прожигая меня взглядом голубых глаз. - Ну, ты говорил, что я веду себя, как ребенок, что ты всегда за мной наблюдаешь и сможешь предугадать любое мое действие… Так вот, последние два пункта – неправда! А насчет первого, так я его тебе назло выполню! – гаденько ухмыльнувшись, я быстро очутился позади сенсея и, запрыгнув ему на спину, довольно заявил. – Ну, лошадка, вези меня в сказочную страну! Не успев ничего ответить и пошатнувшись от неожиданности, Алауди попытался скинуть меня с себя, однако, хватка у меня цепкая, так что моей жертве оставалось только убеждать меня словами. – Быстро слезь с меня глупый подросток! Или я тебя наручниками к батарее прицеплю! - Вперед, травоядное! К светлому будущему! Пропуская мимо ушей угрозы мужчины, продолжал смеяться я. Как бы странно это ни звучало, но мне нравится доводить его! Нравится строить из себя избалованного непослушного ребенка. Интересно, почему мне - грозному, навевающему страх и уважение на каждое травоядное человеку – понравилось подобное безрассудство? Может быть, потому что на самом деле я никогда таким не был? В любом случае, гораздо труднее мне будет дать ответ на то, почему мне нравится смотреть, как злится Алауди. Хотя, на данный момент, это не так важно. Подумаю над этим как-нибудь потом, а пока… - Ала-кун! А пошли в более людное место? – похоже, мозг мой решил со мной попрощаться. Что я, черт возьми, несу?! – Там гораздо веселее! - Никуда я с тобой не пойду! Отцепись от меня уже! – с долей отчаянья в голосе воскликнула моя жертва. – Ты каких-то десять минут назад был совершенно нормальным, что с тобой произошло? - Ничего со мной не происходило… Купи мне мороженого? - А ремня тебе не купить? Взрослый пацан, а ведешь себя, как… В самый последний момент Алауди все же решил промолчать и демонстративно отвернулся. Надо же, он собрался меня ремнем воспитывать. Какой наивный… Неужели думает, что у него это и правда получится? Решив окончательно добить свою жертву, я слез-таки с его спины, улегся на траву, в виде «звездочки», и, довольно улыбаясь, восторженно оповестил Облако: - Смотри, Ала-кун, я – звезда! - Ты не звезда, ты дебил, – устало отозвался мужчина. – Пойдем уже домой, и прекрати себя так кошмарно вести. - Ну-у-у, разве ты не собирался меня тренировать? – поинтересовался я, хитренько прищурившись. - Если бы ты хотя бы посмотрел, что в пакете, то тренировка бы уже началась. Пакет? А, точно, Алауди же давал мне какой-то пакетик. Вот только где его сейчас искать? Если память мне не изменяет, то я к нему даже не притронулся, значит, он положил его на землю. Придя к такому умозаключению, я оглядел полянку, на наличие инородных вещей, и, найдя, наконец, пакет, поспешил его открыть. Внутри оказалась небольшая шахматная доска. Ничего не понимаю. Он что, собирался играть со мной в шахматы? - И? – не придумав ничего более вразумительного, задал я супер-короткий вопрос, относительно содержимого. – Что за тренировку ты мне предлагаешь? - Небольшая дуэль в шахматы. Или ты все же предпочитаешь драться? - Не то чтобы… Но играть просто так - неинтересно! – выдал я, с недовольным лицом возвращая пакет хранителю. - Хорошо, тогда давай на желания? Мысленно прикинув то, какие желания я могу ему загадать, я решительно ответил: – Идет! Только у меня одно условие - играть мы будем дома. - Если бы я хотел играть дома, то на поляну бы тебя не тащил, – блондин смерил меня леденящим душу взглядом. - Ну уж нет! Лично мне гораздо интереснее играть дома. И если ты не согласишься, то… - То "что"? Может, ты уже прекратишь пререкаться со старшими? - блондин раздраженно прикрыл глаза. - Ладно, идем. Посмотрев на злящегося Алауди, я невольно улыбнулся. Как мы с ним все-таки похожи. Я ведь тоже начинаю злиться, когда люди нарушают дисциплину или попросту не хотят слушаться. Хотя, я, наверное, пересмотрю свою политику и не буду больше относиться к нарушителям так строго. Все-таки теперь я их немного понимаю.

POV Алауди

Господи! Примо, я тебя воскрешу и обратно убью! Если тебе с твоим ребенком заниматься надо, это еще не значит, что у остальных такие же слабаки! Вот чему я могу научить этого Хибари? Он и так все умеет. Хотя… Я посмотрел на идущего со скучающим видом Кёю. Вот зачем он себя так ведет? Почему он весь день мотает мне нервы и косит под ребенка? Как же бесит. А все из-за чего? Из-за банального замечания, которое он принял близко к сердцу. Глупец. Если к завтрашнему дню… нет, к сегодняшнему вечеру он не вернется в свое нормальное состояние, то я, сто процентов, прикую его наручниками к батарее! - Ала-кун! – звонкий голосок Хибари вывел меня из задумчивости. – Давай зайдем в магазин? Ты мне там сладостей купишь? - Не называй меня таким дурацким сокращением! - Я тебя уже полдня так называю, неужели ты только сейчас это заметил? – парень по-детски мило надул губки. - Что? Как полдня? – смотрю на него шокированным взглядом. Как я мог не замечать этого? Ужас. – Тебе что, жить надоело? - Ой, ну и что же ты мне сделаешь? – ехидно поинтересовался вредный мальчишка.

*спустя некоторое время*

- Отцепи меня отсюда! Ну, или хотя бы тонфа отдай! – громко вопил Кёя, дергая прикованными к батарее руками и периодически пытаясь состроить обиженную мордашку. – И вообще, Алауди, ты гад! Это можно расценивать, как покушение на свободу моих действий, вот! Отпусти меня немедленно! Или я сейчас гимн Намимори петь начну!!! - Начнешь петь – вставлю кляп. Какой непонятливый ребенок. Или Примо был прав, и я совсем не умею обращаться с детьми? Черт. Надо исправлять это досадное недоразумение. Молча подойдя к голосящему Хибари, я снял с него наручники и, по-прежнему не проронив ни слова, вернулся обратно на диван. - Неужели у тирана проснулась совесть? Или грядет апокалипсис? – язвительно уточнил Кёя. - Иди поешь. - Не хочу. Кроме того, что это ты мне указываешь? - Скажи спасибо за то, что я еще не применяю физического наказания, – что мне нужно сказать этому парню, чтобы он начал слушаться?! - У тебя на ребенка рука не поднимется, – с полной уверенностью в голосе заявил Кёя. – Ты слишком мягкосердечный. - Неужели так не терпится проверить? Или ты из вредности верить не хочешь? - Угу! Из вредности не верю. Продемонстрируй! - Сам напросился… Терпеть не могу, когда меня пытаются взять на "слабо". Резко подходя к Хибари, хватаю его за кисть и… замираю в нерешительности, совершенно не зная, что теперь делать. С одной стороны, вредного мальчишку нужно проучить, как следует, а с другой - Кёя совершенно прав. На ребенка у меня рука не поднимется. Никогда в жизни не бил детей, и, если честно, не очень хочется начинать. И все-таки, надо что-то сделать, иначе он снова будет приставать со всякими глупостями. Но сейчас, глядя в наглые глаза Хибари, я и сам не заметил, как притянул его к себе и прильнул к его нежным губам. Непередаваемое чувство! Вроде и ничего плохого не делаю, но такое ощущение, что произошел огромный выброс адреналина в кровь. Так и хочется превратить это почти ничего не значащее прикосновение в робкий поцелуй, а ведь еще пара секунд, и я все же сорвусь на подобное домогательство… Придя к столь неутешительному умозаключению, я нехотя отстранился от парня и посмотрел на его реакцию: застывший на месте Хибари смотрел на меня широко распахнутыми глазами, а на бледных щеках выступил очаровательный румянец. Пожалуй, я был бы не против увидеть его в таком состоянии еще разок, но что-то мне подсказывает, что лучше больше так не рисковать… - Это… Это что сейчас было, травоядное?! – немного отойдя от первоначального шока, вскрикнул Кёя, немного отходя назад. – Тебе что, жить надоело?! - Хм-м… Так и запишем: возвращается в адекватное состояние при помощи поцелуя, – с трудом стараясь не потерять свой любимый невозмутимый тон, равнодушно посмотрел на него я. – Учти, еще раз начнешь косить под ребенка, я опять тебя поцелую. - Я тебе поцелую! Камикорос! – но буквально через секунду в глазах мальчишки промелькнули серые черти. – Ала-кун, а что ты там про поесть говорил? - Не называй меня таким дурацким прозвищем! - Это всего-навсего сокращение твоего имени… Тебе не нравится твое имя? - Тебе еще не надоело? – похоже, все мои старания пропали даром. Он никогда не перестанет так себя вести… - Заканчивай уже. - Неа. Мне нравится тебя изводить! Кстати, - парень подошел и положил руки мне на плечи. – Может, потанцуем? Стоило мне услышать эту фразу, и мой бедный глаз нервно дернулся. Похоже, этот паршивец хочет сделать то, что не удавалось совершенно никому – разрушить мое ангельское терпение! Раздраженно скинув руки Хибари и ухватив того за «шкирку», я понес его в спальню, стараясь при этом держать извивающегося мальчишку на расстоянии и не обращать внимания на попытки «запинать меня ногами до смерти». Дотащив, наконец, его до кровати, я со всей осторожностью и чувством ответственности за здоровье этого ребенка, швырнул Кёю поближе к стенке, сопроводив это действие фразой: - Детям пора спать!

POV Хибари

- Детям пора спать! Сказав это чуть ли не ледяным тоном, Алауди развернулся и ушел, не забыв при этом демонстративно захлопнуть дверь. Эгоист! А кто будет выслушивать бурю эмоций, кипящих в моей душе?! Мало того, что сейчас только четыре часа дня, и спать рано, так он еще и лишил мои губы невинности! Это же… был… мой первый… поцелуй! Чертов извращенец! Вот возьму и выскажу ему все таким образом, что у него нервы сдадут! Осталось только придумать способ, как заставить его меня выслушать. Ладно, пойду, пока что, еще позлю своего «воспитателя-извращенца». Поднявшись с кровати и уверенно дойдя до выхода из комнаты, я резко остановился, осознавая одну простую, но весьма обидную вещь: а я не смогу выйти из комнаты. Оставляя меня здесь одного, Алауди захлопнул дверь, а ее категорически нельзя закрывать, ибо замок сломан, и открыть дверь почти невозможно. Разумеется, я должен был починить ее еще два дня назад, но… у меня были дела! Интересно, что мне теперь с этим делать? Ладно, прибегнем к проверенному методу – кто накосячил, тот и разбирается. - АЛАУДИ-И-И-И!!! ИДИ-КА СЮДА НА МИНУТОЧКУ-У-У!!! – совершенно не люблю кричать, но другого выхода просто нет. - Чего тебе? Я же сказал спать, – усталым тоном отозвался хранитель. - Начнем с того, что сейчас только четыре часа дня! - Отлично! Самое время для дневного сна. - Да ничего подобного! Теперь второе: зачем ты закрыл дверь? - Чтобы ты никуда не убежал. - Логично. Конечно, ты ведь не знал, что у нее замок сломан… - И почему ты его до сих пор не починил? - Времени не было! – злобно буркнул в ответ я. - Так сиди и чини. Сейчас у тебя времени навалом! - Как? Дверь-то закрылась! И вообще, Алауди, какое ты имеешь право вот так вот со мной обращаться? - Сейчас вернусь. Совершенно проигнорировав мои слова об обращении, заявил блондин и, судя по удаляющимся шагам, на самом деле куда-то ушел. Надеюсь, он не заставит себя долго ждать. Однако, прошло уже около часа, а первое Облако все еще не появилось. За это время я уже успел качественно продумать план мести, правда, все еще не решил, стоит ли воплощать его в действие. Странно, конечно, ведь с одной стороны, зачем мне – спокойному уравновешенному человеку – обдумывать план мести? А с другой - я не вижу в этом ничего плохого, ведь это всего-навсего попытка развеять скуку. И когда я только начал ее ощущать? Ведь раньше я был полностью погружен в работу, и времени на такую ерунду не оставалось даже в выходные. Но появился этот мужчина, и буквально за полдня я изменился чуть ли не до неузнаваемости! И, если честно, то мне не нравится то, что мне нравится вести себя, как ребенок. Наконец, за дверью послышались шаги, и вскоре моя многострадальная дверь напрочь слетела с петель и, пролетев небольшое расстояние, с грохотом и треском приземлилась около моей кровати. Интересно, а если бы я в тот момент находился рядом с выходом? Да он бы меня убил! - Ч-что за… - не успел я начать фразу, как меня схватили за шкирку и потащили в неизвестном направлении. Хотя дорогу я и видел, но нормально разглядеть что-либо, будучи перекинутым через плечо, очень трудно. Так что мне оставалось только расспрашивать. – Ала-кун, отпусти меня, а? – в ответ - молчание. – Алауди-и-и??? – и снова тишина в ответ. – Алауди, блин! Куда ты меня тащишь? - Мы идем фотографироваться, – наконец, сухо ответил мужчина. - Зачем? Это ведь необязательно? Кроме того, ты на фото не отобразишься! - А я исключительно тебя фотографировать буду. - Нет! Я не люблю фотографироваться! Я против! Отпусти меня! - Нет. Какой краткий и вместительный ответ. Все, я обиделся! Возьму, закрою глаза, и пускай несет меня, куда хочет… Тонфа дома остались, так что я полностью беззащитен, но без боя не сдамся! Только я начал горевать о своей несчастной долюшке, как меня без предупреждения опустили на землю. Больно, между прочим, опустили! Ойкнув, я с некоторой опаской огляделся по сторонам: вокруг какой-то заброшенный парк аттракционов, атмосфера, чем-то напоминающая раздолбаный Кокуе-ленд, и единственная выделяющаяся из общего вида кабинка для переодевания. - Ну и куда ты меня притащил? Неужели ты меня здесь фотографировать будешь? - Да, вон там кабинка, в ней несколько пакетов с вещами. Иди переодевайся и приходи сюда. Спустя час, уже разозленный до чертиков, я в который раз позирую перед этим недо-фотографом. Алауди минут двадцать пытался понять, как работает современный фотоаппарат. А на мой вопрос: «Зачем начинать что-то делать, если не умеешь?», он немного обиженно ответил, что в его время фотоаппараты были совершенно другими. Хотя, мне не кажется это хорошим оправданием. Итак, на данный момент я стою на поломанной кабинке, некогда принадлежащей колесу обозрения, и с трудом пытаюсь выдавить из себя некое подобие улыбки, проклиная костюм горничной, в котором и позирую перед камерой этого старого извращенца. Замечу, костюм – женский! Вот до чего докатился глава дисциплинарного комитета, проведя только полдня со взрослым подобием себя же. - Ала-ку-у-ун?! Как долго ты меня еще мучить будешь? – упирая руки в боки, наиболее жалостливым тоном спрашиваю своего мучителя. – Я уже устал, пойдем домой? - Переживешь. Там еще три костюма осталось… - послышался щелчок фотоаппарата, и Алауди со странной, загадочной улыбкой проговорил: - Надо же, какое классное фото получилось… - Покажи хотя бы? - Покажу все, кроме этого… - все так же довольно улыбаясь, ответил хранитель. - Ну покажи, тебе что, жалко, что ли? – состроив наиболее умоляющую мордашку, заканючил я. - Ага, жалко. Ладно, ты голодный, наверное, – мгновенно засобирался блондин, пряча при этом фотоаппарат в самый дальний карман. – Пойдем уже домой. - Ничего я не голодный, – и именно в этот момент мой желудок весьма громко заурчал, доказывая обратное. Вот же предатель. Что ж, придется сдаться. – Так и быть, уговорил, пойдем домой. Но только при условии, что ты меня на руках понесешь! «Боже мой, что за бред я говорю на протяжении всего этого дня? Мне срочно нужно восстанавливать свою невозмутимость и покер-фейс. Хотя, зачем? Ведь с одной стороны, в этом нет ничего плохого. Или есть? Нет, ну это уже перебор, мне вообще свое состояние сегодня не нравится. Говорю какую-то ерунду, веду себя, как ребенок, хотя это я по доброй воле позирую тут в женских шмотках, теперь еще и на руки к нему напросился… У Алауди точно с собой никакого психотропного оружия нет?» - примерно с такими мыслями я возвращался домой, гордо восседая на шее у первого хранителя Облака Вонголы.