Новая жизнь

глава 1       Старый, покрытый мхом дом стоял на окраине небольшого села под названием Годрикова Впадина. Именно здесь жили Лили и Джеймс Поттеры. Немного скрипучая калитка, казалось, сейчас оторвется под напором сильного ветра. Здесь всегда было немного холоднее чем в других, более южных городах и селах. Зимой снега тут было достаточно много, дети часто катались на санках, играли в снежки и лепили снеговиков. Годрикова Впадина была популярна тем, что именно здесь родился и вырос величайший волшебник — Годрик Гриффиндор! Один из основателей школы чародейства и волшебства Хогвартс! В его же честь и назвали поселение.       Уставший до изнеможения Джеймс Поттер зашел во двор. В надежде наконец отдохнуть и выспаться, он ввалился в, и без того ветхую, дверь. На улице уже светало. Несмотря на то, что за окном был июль, достаточно холодный ветер пробирал до костей. Наконец оказавшись в тепле и уюте, Джеймс скинул ботинки и направился в спальню. Дом волшебников мало чем отличался от дома обычных маглов. По дому не ходили эльфы, не летали метлы и еда сама собой не готовилась. И только, ваза с летучим порохом, две метлы в чулане, мантии в прихожей и немного других мелочей намекали на то, что в доме живут маги. Вошедший в спальню отец семейства увалился на кровать прям в одежде и отключился на ближайшие 9-10 часов. Небольшая светлая спальня, казалось, была переполнена любовью и счастьем. Повсюду радостные фото, небольшие статуэтки и цветы на прикроватных тумбочках делали комнату слишком уютной. Джеймсу, конечно, это все не нравилось, но его любовь к Лили была сильнее. Комната для детей была уже давно готова. Лили так об этом беспокоилась... Две деревянные кроватки стояли по соседству, небольшой желтый шкаф и множество разных игрушек. ***       На утро следующего дня Лили с детишками уже были дома. Малыши были так похожи внешне, но внутри они были очень разными! Родители сразу решили кто будет крестными. Для Гарри выбрали Сириуса Блэка, лучшего друга Джеймса, и его жену Саманту, а для Джонни Дамблдора и опять таки Саманту. Сириус и Саманта были чудесными крестными, в отличии от Дамблдора. Они постоянно одаривали крестников дорогими подарками, морем внимания и заботой. Маленькие двухлетние дочки семейства Блэков сразу полюбили малышей Поттеров. Две юные Еванжелина и Доминика считали их родными братиками. Гарри и Джонни росли, радовали родителей, делали первые шаги и говорили первые слова. Все были счастливы. Сириус подарил малышам по их первой метле, на Рождество, Саманта и Лили водили их в магловские парки аттракционов.       Так счастливо прошел первый год жизни маленьких Гарри и Джонни Поттеров. По традиции, в первый День Рождения каждый юный волшебник должен был пройти пробы Крансфельдта-Хаммелькрафта. Радостные Лили и Джеймс отправились с мальчишками в больницу Святого Мунго, чтобы узнать могущество своих детей. Эта процедура проводилась один раз в жизни, в первый День Рождения волшебника. Проба показывала наличие магических сил и все это вносилось в базу Министерства Магии. Обычная формальность, которую должен пройти каждый. Но именно эта формальность подкосила всю счастливую жизнь Поттеров... Результаты показали что маленький Гарри обречен на жизнь без магии... Гарри был сквибом...       Сколько горя и разочарования прочувствовала Лили, когда они получили результаты. Ее маленький сын - сквиб... Слезы наполнили глаза. В груди все сжалось, ноги стали ватными, а мозг отрицал эту информацию. Клеймо на семью... Боже, какой позор... Сквиб... Джеймс пытался успокоить свою возлюбленную, хотя сам понимал, что жизнь никогда не станет прежней. Гарри смотрел на родителей своими зелеными глазами и не понимал что происходит. Лили только на секунду подняла голову на сына, но очередная волна обиды накрыла и она уже опять рыдала. Она злилась. Не на сына, а на себя. Почему судьба так жестоко распорядилась? Что сделал маленький Гарри кому-то, что он родился таким... Малыш еще не понимал, что ожидает его в жизни. Знать о волшебстве и не иметь возможности его использовать, что может быть хуже? Смотреть как твой же брат-близнец использует магию, получает письмо из Хогвартса, учится и заводит друзей, а ты никто, ты не такой! Ты не можешь колдовать! Это тоже самое, что любить танцевать, но не иметь ног...       Радость и безграничное счастье внезапно покинули родителей. Они с отвращением смотрели на своего сына, и все что было у маленького Гарри — это его брат Джон. Но со временем обделение Гарри любовью и неземная любовь к Джонни дала свое знать. Только Сириус и Саманта не переставали любить Гарри как сына и ни в коем случаи не обделяли его ни в чем и никогда! То что Гарри сквиб не оттолкнуло и Нику с Евой (дочки Блэков). Джон постепенно забывал о брате, и уже не тянул его за собой. Купаясь в любви родителей, Джон научился этим пользоваться и получал все, что только хотел. Так проходили годы... Единственными радостями Гарри были семья Блэков и рисование. Однажды ему приснился сон о том, что братья снова были не разлей вода, Гарри проворно использовал палочку, а родители радостно наблюдали за этим действием. Проснувшись посреди ночи он понял что это просто сон... Гарри взял карандаш и листок бумаги и нарисовал себя с волшебной палочкой, рядом нарисовал Сириуса и Саманту. На картине все улыбались и все были счастливы. Тогда Гарри и понял что ему становится легче когда у него в руках карандаш или ручка. Он показывал свои рисунки только Сириусу и Саманте. Крестный сразу понял, что мальчик родился с талантом и всячески помогал ему, покупая кисти, краски, мольберты и бумагу. Все что нужно было для рисования у Гарри было и это делало его немного счастливее. Часто Гарри будто оказывался в другом мире, в мир красок, в мир в котором он был собой. И никто не мог этого нарушить. Родители особо не интересовались тем, чем занимался Гарри. Они больше беспокоились за Джона, который уже сел на шею и свесил ножки.       На восьмой День Рождения близнецов Поттеры как всегда устроили вечеринку. Много гостей, детей и конечно же подарков. Гарри как всегда сидел в своей комнате и рисовал, как вдруг, его тишину нарушили двойняшки Блэк. В отличии от Поттеров, Еви и Ники были не похожи. Еви была блондинкой с большими зелено - голубыми глазами, а Ники была шатенкой с карими глазами. Казалось удивительным то, что они были похожи... внутри. Они как бы были двумя половинками одного целого. Сильный характер, смелость и доброта. Они любили Гарри как брата и наверное, больше чем Джона.       — Привет, Гарри, — приятным голосом произнесла Еви, и мило улыбнулась мальчику.       — Привет, — без всякого энтузиазма ответил Гарри и подарил девочкам натянутую улыбку.       — С Днем Рождения, — так же, как сестра, улыбнулась Ники.       — Ага.       — Гарри, почему ты не спускаешься к гостям? — спросила Еви, и девочки уселись рядом с именинником       — Не хочу, — пробурчал он не отрываясь от рисунка. На полотне мальчик изображал что-то прекрасное. Это не было что-то конкретное: смешавшиеся краски, яркие акценты и маленькое черное пятнышко в углу рисунка.       — Что это? — заинтересовано спросила Ники смотря на рисунок.       — Это магия, — ответил Гарри. Мальчик, который возможно никогда не попробует взять в руки палочку и сотворить чудо, брал в руки кисточку и рисовал это на листе бумаги! Не каждый сможет нарисовать магию, тем более так, как изобразил этот ребенок! Он был волшебником, но по своему... Девочек больше заинтересовало то небольшое черное пятнышко в углу, на фоне множества ярких красок. — Это темная магия, - как бы прочитав мысли девочек, грустно сказал Гарри. В комнату вошёл Сириус и подсел к детям.       — Что тут у нас? — спросил Сириус, обнимая Гарри за плечи.       — Папа, Гарри нарисовал магию! Посмотри как красиво! — восхищалась Еви.       — Давай посмотрим, - Сириус взял в руки детский рисунок и обомлел. Он ничего не видел прекраснее... — Гарри, это шедевр! Кстати, у меня для тебя подарок, — он покопался во внутренних карманах мантии и, наконец, достав небольшой сверток, протянул его Гарри. В свертке лежала большая палитра красок и набор кисточек. — Это заколдованные краски, каждый рисунок нарисованный этими красками оживает!       — Да, но... я не могу колдовать, - еще больше осунулся мальчик и потупился в пол.       — Для этого не нужны волшебные способности, важно умение рисовать! - после этих слов глаза Гарри засветились счастьем! Таким, какого уже давно не было. Он бросился обнимать крестного и благодарить его за этот подарок. Теперь все его мысли, которые он изливал на бумагу, могли оживать! Что могло быть лучше для мальчика, которой мог только рисовать, зная что его брат волшебник! Он тут же кинулся к огромному листу бумаги и нарисовал на ней собаку, она через секунду на полотне завиляла хвостом и сошла с бумаги. Живая собака, которую только что нарисовал Гарри — ожила! Восторгу этого ребенка не было предела! Он радовался как никогда, снова и снова благодаря крёстного за подарок.       — Я назову тебя... Сникерс! — вдруг вскрикнул он, дав имя собаке в честь любимого шоколадного батончика, который он когда-то пробовал в магловском парке, во время прогулки с Самантой. И опять слова благодарности посыпались в сторону крёстного. Мальчик весело и задорно бегал по комнате играя со своей собакой.       — Это еще не все, - улыбнулся Сириус и, удалившись за дверь, вернулся через несколько минут с клеткой в руках. В клетке сидела белая сова. Увидев мальчика она приветственно ухнула и расправила крылья. Сова смотрела на Гарри огромными желтыми глазами и даже казалось, что она улыбалась ему, но увидев рассматривающего ее Сникерса она тревожно забила крыльями и заухала. Гарри схватил клетку и радостно закружился с ней, от чего сова только сильнее вцепилась когтями в жердочку на которой сидела.       — Ты самый лучший на свете! — закричал Гарри и, поставив клетку с совой на стол, как можно сильнее обнял Сириуса. — А ты будешь...Букля! — обратился к сове мальчик и снова кинулся обнимать Сириуса. Казалось, этот мальчик самый счастливый на свете! Но всю эту радость прервал женский визг с первого этажа, в комнате не хватало одного персонажа...       — Сникерс, — с тревогой вскрикнул Гарри и помчался на крик. На первом этаже была картина маслом. Лили стояла закрывая собой Джона, а собака встала в позу перед ней. Лили достала палочку и уставила ее на собаку. — Нет, мама, не надо!! — крикнул Гарри, и кинулся закрывать собой собаку.       — Гарри! Что тут происходит?! — кричала вне себя от злости Лили. Комната наполнилась людьми. Джеймс подбежал к своей жене и встал, как бы защищая ее.       — Гарри Поттер! Откуда это в моем доме?! — вступился Джеймс.       — Это Сникерс, он хороший! Я сам его нарисовал!       — И как же он не остался на бумаге?! — не успокаивалась Лили, выглядывая из за плеча мужа.       — Боюсь, это я. Я подарил Гарри краски, волшебные. — вступился за крестника Сириус.       — Сириус, ты же знаешь, что он никогда не будет колдовать! Зачем ты даешь ему ложную надежду? — возмутилась Лили. — Он не волшебник! Он урод! Мы сначала не хотели этого делать, но наверное придется! Гарри, собирай вещи, ты переезжаешь к тёте Петунье и дяде Вернону! И не вздумай взять с собой что-то волшебное! — отрезала она.       На глаза Гарри навернулись слезы... Родные мама и папа отказались от него. Но мама была права. Он урод. Он никогда не сможет колдовать. Он не Джонни. Он не такой как все... Мальчик был слишком заботлив, чтобы не быть обузой для столь любимых им родителей. Утирая слезы он пробурчал что типа "хорошо мам" и пошел в свою комнату. Собрав вещи, Гарри воспользовался тем, что родители не знают о Букле и выпустил ее на волю.       — Найдешь меня, — быстро и тихо сказал он, и спрятал клетку под кровать.       — Гарри, сколько можно тебя ждать?! — крикнул Джеймс с первого этажа.       — Уже иду, - крикнул в ответ Гарри и, положив в карман волшебные краски, отправился вниз. - Я готов.       — Где краски? — грозно спросил Джеймс.       — Я уже у него их забрал, — перебил Гарри Сириус.       — Хорошо, отправляйся к камину, — Гарри взял свой чемодан и встал в камин вместе с отцом. В последний раз взглянул на маму, она же увлеченно разглядывала пол, и на крёстного, тот же улыбнулся ему и не заметно подмигнул. Но, что это значило, Гарри не знал. Он отправлялся к своим самым "любимым" родственникам — тетке Петунье и дяде Вернону. Последняя их встреча была не очень удачной и поэтому Гарри не любил это семейство. Высокая и болезненно худая тетя Петуния и, внушительных размеров, дядя Вернон "идеально" подходили друг другу. Кажется у них был сын, но Гарри не был с ним знаком. Он помнил, как крохотные поросячьи глазки дяди смотрели на него. Еще он помнил постоянно удивленное выражение лица тети. Через несколько секунд Гарри и Джеймс стояли в небольшой гостиной, полностью заставленной мебелью. Огромный диван и два кресла занимали практически все пространство в комнате! На шум сбежались и хозяева дома. Первой зашла Петуния, как всегда с удивленным лицом, казалось что она вечно всему удивлялась! За ней, просто ввалившись, зашел Вернон. Мужчина без шеи ( точнее она была, но ее не было видно) и аккуратными усами, так он немного походил на моржа.       — Поттер! — провизжал Вернон и так сузил свои и без того крохотные глазки, что теперь они больше походили на точки на огромном лице. За тетей Гарри увидел какую-то фигуру, она была наверное раза в два больше Петунии!       — Здравствуй Дурсль.       — Что тебе нужно? — все так же визжал человек-свинья.       — Нужно поговорить, — серьезно сказал Джеймс, и выражение лица Вернона изменилось. То ли страх, то ли осторожность промелькнула на его лице. Мужчины удалились в другую комнату, Петуния с неизменным выражением лица пыталась прикрыть собой нечто большое и похожее на человека.       — Я покажу тебе твою комнату, — недовольно фыркнул Вернон Гарри, закончив разговор с Джеймсом и возвращаясь обратно в комнату. Как отец уходил, Гарри уже не видел. Дядя небрежно схватил его за рукав и, что-то бурча, провел мальчика на второй этаж. — Пока я не поставлю кровать в чулане, ты поспишь здесь, но если ты что-нибудь сломаешь, я тебе руки сломаю! Понял? — грозя пальцем прошипел Вернон и, громко хлопнув дверью, удалился.