Отражение жизни

Огромный холл завораживал взгляд. Отделанный в тёмно-серых тонах, он мог с лёгкостью вместить в себя пару стадионов, не говоря уже про сильное эхо, что всецело властвовало здесь. Направляясь за чёрным роботом, Сэм невольно поёжился. Несмотря на размеры холла, пересекающему его подростку казалось, словно помещение давит на него своими габаритами. Да и снующие по нему роботы, внешне похожие на его проводника, сильно нервировали парня. Пройдя половину помещения и дойдя до лифтов, Уитвики с мехом уверенно вошли в один из них. Металлические створки бесшумно закрылись, и начался подъём наверх. «Боже... Что происходит?» — в который раз взмолился Сэм, незаметно косясь на стоящего рядом с ним робота. В отличие от своего опекуна, подросток только раз слышал, чтобы чёрный мех говорил. И произошло это всего пару минут назад, когда, встретив человека перед входом в здание, робот злобно прошипел, чтобы парень следовал за ним. Судорожно вздохнув, Сэм в который раз попытался понять, что происходит, но... это оказалось непросто. А точнее — очень сложно, так как чем больше подросток видел, тем больше его сознание отказывалось воспринимать окружающую действительность. Все эти роботы, столица автоботов, да само это здание — всё это казалось Сэму нереальным. Словно он попал в какой-то фильм, а окружающий его мир — всего лишь декорации к нему. Абсурдные и... страшные, но ненастоящие. Уловив эту мысль в своей голове, парень лишь устало вздохнул. Нет. Так он ничего не добьётся. Осторожно покосившись на своего устрашающего проводника, Сэм уже хотел заговорить с ним, но... Стоило подростку приоткрыть рот, как из него вместо звуков вырвалось едва слышное шипение. Поморщившись и устыдившись своей трусости, парень захотел повторить попытку, когда лифт остановился. Железные двери неслышно разъехались. Выйдя из лифта вслед за мехом, Уитвики всё ещё боролся с собой, когда его взгляд машинально поднялся от пола, и... все мысли резко улетучились из головы подростка. Открывшийся ему вид впечатлял! Или устрашал? Сэм не смог подобрать точный эпитет к увиденному. Чёрные стены, чёрный пол, чёрный потолок, небольшие красные лампы в полу, что пунктиром шли к далёкой двери в другом конце помещения... Всё это вызвало лёгкую дрожь в теле подростка, но оказалось ничтожным по сравнению с тем, что он увидел в цилиндрических ёмкостях. Расположенные по обе стороны коридора и идущие до его конца камеры были сделаны из стекла, и благодаря алой подсветке можно было легко рассмотреть их содержимое. Увы. — Невероятно... — одними губами прошептал Сэм, наблюдая, как в прозрачных ёмкостях находятся тела трансформеров. Разодранные на части, сильно изуродованные и искорёженные... Казалось, что этих роботов подвергли не одному десятку пыток, прежде чем засунуть в эти камеры, которых здесь насчитывалось пятьдесят, по двадцать пять вдоль каждой стены. Отчаянно борясь с новыми волнами шока, Уитвики невольно испытал противоречивые чувства, глядя на всё это. Мёртвые тела больших роботов... Наверное, это должно было вызывать ужас у идущих по этому коридору существ, но... Сэм не почувствовал страха. Скорее — смятение. Ведь для него это было всё равно, что смотреть на свалку старых автомобилей: вроде и жалко местами, а вроде и нет. К тому же практически на каждом корпусе или предплечье роботов парень замечал красный значок десептикона. А это означает, что здесь собрали тела врагов. Почему-то именно эта мысль окончательно вернула смутный покой в душу подростка. Немного успокоившись, он даже смог отмахнуться от мысли про необходимость автоботов в этом... «украшении». Не слишком ли это жестоко? Но, может, у них были на это свои причины? Ободрившись, Сэм увереннее посмотрел на идущего впереди робота, когда в его голове резко сформировалась непрошенная мысль. Ведь на местах убитых, истерзанных пытками, расчленённых и искорёженных роботов могли быть... люди. Вздрогнув, как от удара, парень внезапно иначе посмотрел на всё это, и... и его душу резко опоясал страх. Из-за него Сэм не сразу заметил, как кончился коридор. Вздрогнув от резких щелчков, парень успел увидеть открывающиеся перед ним двери. — Тебя ждут, — коротко бросил провожающий его робот. После этого чёрный мех спокойно отошёл к ближайшей камере и замер с безразличным видом. Судорожно вздохнув, так, словно в коридоре был ограничен запас воздуха, подросток медленно вошёл в новое помещение. Но стоило ему сделать с десяток шагов, как Сэм спиной ощутил закрывающиеся за ним двери. Сердце подростка замерло на мгновение. Но он этого не заметил. Вместо этого Уитвики завороженно посмотрел на огромное, пожалуй, самое большое помещение, в каком ему только доводилось бывать. Как и в коридоре, здесь тоже доминировали чёрные тона во всём. Разве что слабый серый свет проникал сюда сквозь панорамные окна, что в этом помещении тянулись по правую и левую сторону, полностью заменяя стены. «Облака», — шокированно заметил подросток, мельком посмотрев на открывающийся из окон вид. — «Значит, я сейчас нахожусь над грозовыми тучами?.. Немыслимо!» Слабо мотнув головой, словно это могло вернуть ему ощущение реальности, подросток увидел уже знакомые клетки. Как и в коридоре, здесь они тянулись вдоль панорамных окон до середины помещения. Медленно оторвавшись взглядом от последней клетки, подросток посмотрел в конец помещения. Сердце парня вновь остановилось. У противоположной от входа стены возвышался массивный железный трон. Рядом с ним Сэм увидел тёмно-серого робота со сложенными на груди манипуляторами. Наверное, он сейчас смотрел на него. Трудно было сказать наверняка, так как оптику бота скрывал сиреневый визор, но... подростку показалось, что тёмно-серый бот выглядел растерянным. — Наконец-то, Сэм, — неожиданно донеслись до подростка тихие слова. Вздрогнув, человек неожиданно заметил второго меха, что сейчас стоял у окна и смотрел на него. В отличие от предыдущего робота, этот был гораздо выше и массивнее. Медленно пройдясь взглядом по сиренево-синей броне говорившего, Уитвики прекрасно понял, с кем сейчас разговаривает. Несмотря на полный сумбур, царящий вокруг и в его голове, Сэм неожиданно ощутил зыбкие лучи надежды в своей душе. Почувствовав, как его губы трогает слабая улыбка, парень с надеждой поднял голову и встретился взглядом с... алой и холодной оптикой Оптимуса Прайма. — Ты же знаешь, как я не люблю ждать, — спокойно заметил сиренево-синий мех, отчего Уитвики на мгновение забыл, как дышать. Голос... Сэм готов был поклясться, что буквально полчаса назад слышал такой же голос, звучащий из вокалайзера Оптимуса Прайма, лидера автоботов, но... Тогда он не вызвал и доли того ужаса, что сейчас сковал душу подростка. Тихий, уверенный, властный, надменный... и невероятно смертоносный. Почему-то он ядом просочился в подростка и мгновенно отравил его душу, убив последнюю надежду в ней. Ещё не появившаяся улыбка быстро исчезла. На смену ей пришёл неестественно бледный оттенок, что мгновенно распространился по онемевшему лицу парня. Былое желание радостно прокричать «Оптимус!» исчезло. Теперь, стоя под режущими холодом взглядами, Сэм боялся даже слово сказать. Он всё ещё не понимал, что происходит, но что-то ему подсказывало, что он сейчас стоит на лезвии ножа. Один неверный шаг или слово, и летальный исход неминуем. — Что ж, — тем временем продолжил Прайм, — раз ты уже здесь, то, может, доложишь, как продвигается твоё задание? Тебе уже удалось вычислить местонахождение базы тех ничтожных людских мятежников? С трудом сделав маленький вздох, Сэм поспешно перевёл взгляд с лидера автоботов в сторону. Он просто был не в силах больше выдерживать режущего взгляда алой оптики. Как оказалось, это была ошибка. Повернув голову вправо и случайно скользнув по стеклянным камерам, Уитвики резко перестал дышать. В ушах подростка появился слабый звон. Но парень даже этого не заметил. С минуту Сэм пустым взглядом смотрел в последнюю по счёту прозрачную ёмкость, что замыкала правый ряд. Его разум словно замедлился. Единственное, что удалось понять подростку за минуту разглядывания камеры, так это то, что она чем-то отличалась от других. Находящееся в ней тело было гораздо меньше, чем другие замкнутые в камерах корпуса — что, впрочем, не мешало ему иметь соответствующее им состояние. Раздробленное на разные кусочки, которые тонкими нитками были сшиты между собой, тело принадлежало человеку. О чём наглядно свидетельствовала парящая в метре от туловища голова, с порванной шеи которой торчали... «Нет!» — в сердцах мысленно заорал Сэм, резко зажмуриваясь. Окончательное понимание увиденного ещё не настигло его, но ослабшие ноги парня резко подкосились, и он рухнул на ледяной пол. — Ах, Сэм, — услышал он сквозь стук в ушах умилённый голос Прайма. — Ты снова не можешь нарадоваться лицезрению своего любимчика в моей коллекции? Понимаю. Это ведь такая награда — попасть в одну из этих камер, в которых содержатся самые худшие представители моей расы. Такой ничтожный мусор, что именует себя десептиконами. Одним словом: оказаться здесь — высшая честь. И этот мужчина, что настойчиво пытался нам вредить, стал первым человеком в моей коллекции. Разумеется, это всецело твоя заслуга, мой верный слуга. Кстати, Сэм, как там звали это ничтожество? Осознавая, что от него ждут ответа, Уитвики попытался приоткрыть губы, но тут же снова их сжал, отчаянно борясь с тошнотой. — Сеймур Симмонс, мой Повелитель, — раздался новый голос, который принадлежал стоящему у трона роботу. — Верно, Джаз, — в голосе Прайма послышалось одобрение. — Верно. Помнится, мы его одного оставили тогда в живых и... А впрочем, что мне тебе это рассказывать, мой верный человеческий слуга? Это ведь ты его тогда допрашивал и подготавливал к этой камере. Лучше вернёмся к насущным вопросам. И да, Сэм, ты уже можешь встать с колен. Голос говорившего звучал тихо и мягко. Но даже это не скрывало той ледяной интонации, что змеиным ядом сочилась из каждого слова. Всё ещё прижимая раскалывающуюся от боли голову к ледяному полу, подросток попытался хоть как-то осознать услышанные слова. Это оказалось бесполезно. Сознание парня, и раньше не верившее в действительность, сейчас просто отказывалось её воспринимать. Но, кажется, от него сейчас требовалось сделать какое-то действие. Но какое? — Встань, — неожиданно резко и отрывисто бросил Оптимус, отчего Сэму показалось, что его сердце разорвалось от ужаса в груди. Никогда ещё подросток не слышал, чтобы в одном-единственном слове звучало столько злости и ледяной ярости. Окончательно перестав понимать происходящее, Сэм заметил, как его тело машинально приняло вертикальную позицию. От этого резкого подъёма все на мгновение потемнело в глазах Уитвики, но он смог устоять на ногах. — Отлично, — снова спокойно и практически доброжелательно кивнул Прайм. — А теперь расскажи, как продвигается твоё задание. Ты уже смог войти в контакт с людьми, что помогают десептиконам? — Мой Повелитель, позвольте сказать, — неожиданно вновь вмешался в разговор второй робот. — Позволяю. — Мы контролируем уже всю эту планету. Практически. Так стоит ли уделять особое внимание поискам тех организаций и групп, что вступили в заговор с десептохламом? А тем более доверять такое важное задание, как вхождение в доверие к противнику, человеку? — Мы это уже обсуждали, — спокойно заметил Оптимус Прайм. После этого он вальяжно отошёл от окна и замер рядом с троном. — Как бы ни парадоксально это звучало, но эти мятежные букашки умеют портить нейросеть своими ничтожными выходками и диверсиями. Более того, я не успокоюсь, пока все десептиконы, а особенно их лидер, не займут свои места на переплавке или в моей коллекции. Это всё просто необходимо для моей империи. Что же до моего верного слуги... На некоторое время в зале резко повисла тишина. Даже не глядя на замолчавших роботов, Сэм и так прекрасно ощущал на себе их огненные взгляды. — Ты ведь знаешь, Джаз, что он уже не в первый раз оправдывал моё доверие. И как! Эй, Сэм, ты ведь уже и сам, наверное, не припомнишь, сколько энергона своей расы — точнее — крови — на твоих руках. А как он выполнил предыдущее своё задание! Привёл вооружённый отряд элитной гвардии автоботов в самое сердце одного из людских укрытий. Да, жалко, конечно, что там оказались не наши враги, а только сбежавшие от нас людишки. Но зато у моих солдат было хоть какое-то развлечение на тот вечер. — О да, Повелитель, — согласился Джаз, в голосе которого впервые появились весёлые нотки. — В том поселении, что расположилось на дне кратера, скрывалось около восьмидесяти тысяч беженцев из разных разрушенных городов. Что это были за крики! Да что там! Уровень этой вытекающей из людских тел красной жидкости после нашего веселья образовал небольшое озеро на дне этого кратера. Правда, это было ненадолго. Да и отмывать потом корпуса пришлось от этой красной гадости, что хлюпала под ногами. Но всё же... Было так весело! Воспоминания о том... «веселье» явно захватили стоящего у трона меха, так что, не выдержав, он тихонько рассмеялся. — Вот видишь. Даже тебе пришлось признать пользу моего слуги. А теперь вернёмся к делу, — миролюбиво заметил Прайм. — Итак, Сэм, тебе удалось продвинуться в своём задании с нашей недавней встречи? Услышав новую вопросительную интонацию в голосе говорящего, Уитвики смутно понял, что это, наверное, обращаются к нему. Не в силах заставить себя понять вопрос, парень лишь потряс головой из стороны в сторону, пытаясь хоть как-то вернуть себя в реальность. Но со стороны это выглядело иначе. — Оу, значит — «нет»? — голос Оптимуса резко похолодел. — Как это... нехорошо, — разочарованно заметил Повелитель автоботов. Стоящий же рядом с ним робот, что вмиг перестал смеяться, довольно улыбнулся, видя, как окуляры Прайма опасно прищуриваются. — Но тогда... мне нужно наказать тебя, Сэм, — с мнимым огорчением продолжил Оптимус, но никакой реакции на свои слова не увидел. — Повелитель, позвольте мне это сделать? — с надеждой попросил Джаз, видя, что стоящий с опущенной головой человек и не пытается вымаливать лучшей участи. Равнодушно посмотрев на человека, Повелитель уже хотел кивнуть, когда неожиданно замер, словно прислушиваясь к чему-то. — Нет, — холодно бросил Прайм. — Я передумал. После этого в зале вновь воцарилась тишина. Привлечённый резкой сменой интонаций, Сэм медленно поднял голову, видя, как севший на трон Оптимус что-то раздражённо говорит кивающему Джазу. Заметив, что на него смотрят, Прайм вновь обжег подростка надменным взглядом. — За верную службу я в этот раз отменяю твоё наказание, но... — оптика Повелителя полыхнула красным. — Сэм, ты ведь помнишь, что я тебе говорил? Ты в любой момент можешь занять место рядом со своим... «другом», — Оптимус демонстративно махнул манипулятором в сторону, но парень даже не попытался проследить направление взглядом. Он и так прекрасно знал, о какой заполненной колбе сейчас идёт речь. Даже малейшее напоминание об этом мгновенно ухудшило состояние подростка. — Свободен, — услышал он безразличный приказ, словно сквозь воду. Постояв немного, Сэм лишь тогда медленно развернулся и на негнущихся ножках направился в сторону открывшихся дверей. — До чего же глупы эти люди, — донеслись до Уитвики презрительные слова Джаза, прежде чем двери бесшумно сошлись за парнем. Дальнейшие события запомнились Сэму смутно. Помнится, чёрный робот вновь проводил его до лифта, а после и до выхода из здания, где его уже ждал автомобиль. Подросток был настолько шокирован всем происходящим, что даже не заметил, был ли в машине водитель или нет. Автомобиль преодолел несколько кварталов, прежде чем остановиться перед входом в небоскрёб. Дверь машины открылась, и Сэм машинально вышел из неё. Дождь. Его холодные капли стали первым ясным ощущением для медленно приходящего в себя подростка. Слабо тряхнув головой, Уитвики окончательно отошёл от шока. Оглядевшись, парень был уверен, что всего несколько секунд назад выходил из машины, но в действительности представительного вида авто уже и в помине не было. — Этого всего просто не может быть, — слабо простонал подросток, которому всё труднее было воспринимать происходящие с ним события как дурной сон. — Это... это всё... нереально! К сожалению, оттого, что парень не признавал окружающий его мир, понятней он не становился. Как и не становилась суше его промокшая до нитки одежда. Дрожь тоже не исчезала из промёрзшего на ветру тела, только от простых слов неверия, что уже не могли прорываться сквозь сжимающееся паникой горло. Пересилив себя, подросток сделал пару глубоких вдохов. Лишь после этого он решился направиться к входу в здание. Ну, зачем-то же его привезли сюда? И, судя по отсутствию вооружённого сопровождения, не всё так плохо. Наверное. Впрочем, никаких неприятностей за стеклянными дверями здания его не поджидало. Более того, подойдя к удивлённому его внешним видом человеку за стойкой, Сэм немного с ним поговорил, выясняя совсем уж невероятные факты свой биографии. Оказывается, он давно уже живёт на предпоследнем этаже этого небоскрёба. Во всяком случае, мужчина в чёрно-красном костюме с уверенностью заверил его в этом. — А, точно, — медленно протянул Сэм, чувствуя по насторожившемуся взгляду собеседника, что начинает привлекать слишком нежелательное внимание, а, как следствие, и вызывать вопросы. — Тогда не могли бы вы мне дать ключи от моей квартиры? Просто я свои потерял на днях... Да, на днях... Смерив подростка недоверчивым взглядом, мужчина отвернулся от него, принявшись что-то искать в многочисленных ящиках стола. Уитвики тихо вздохнул. Неожиданно взгляд Сэма остановился на шее мужчины, а вернее — на уже знакомом подростку железном украшении, что он ещё совсем недавно видел на встретившейся ему женщине. Этот шейный браслет выглядел точно так же, как и тот. Парень всё ещё рассматривал странное украшение, когда мужчина вновь обернулся к нему и протянул пластиковую карточку. — Вот ваш ключ, мистер Уитвики, — с фальшивой улыбкой, произнёс собеседник. — Когда зайдёте в лифт, вставьте его в щель под кнопками и нажмите на предпоследний этаж. — Ох, благодарю! — кивнул Сэм, принимаю серебристую карточку. — Ну, я тогда пошёл. — Не смею вас задерживать, сэр! — М-да, — подросток немного замялся, спиной пятясь к лифтам. — Ещё раз спасибо, и... и... И у вас красивое украшение на шее! Да, точно. Вам идёт! Услышав это, мужчина за стойкой вздрогнул, а его улыбка мгновенно погасла. — Спасибо, сэр, — сквозь зубы процедил собеседник, резко отворачиваясь от мальчика. Поняв, что сказал что-то лишнее, подросток быстро нырнул в открывшиеся двери лифта. Проделав нужную процедуру и почувствовав, как начался медленный подъём, Сэм внезапно почувствовал полное отсутствие сил. Его ноги начали подрагивать. Вскоре, не заметив этого, парень медленно осел на пол. Обхватив голову руками и закрыв глаза, подросток принялся раскачиваться из стороны в сторону. — Что происходит? Я ничего не понимаю. Ни-че-го! — быстро прошептал он, ощущая, как в одно мгновение весь его привычный мир разлетелся осколками новой реальности. Той самой реальности, которую просто невозможно было воспринимать всерьёз! И... той самой действительности, которую нельзя игнорировать. — Но это просто немыслимо! — в сердцах воскликнул Сэм. Автоботы... Да, подросток знал их не так уж давно. Что уж там — меньше недели. Но... то, какими он их сейчас видел, и то, что они ему говорили... Уитвики протестующее замотал головой. — Нет, нет, нет! Этому должно быть какое-то объяснение! Ведь ещё час назад всё было хорошо. Вспомнив недавнюю битву, Сэм поспешно поправил себя. — Вернее — понятно. Я вставил Куб в грудь Мегатрона. Главный инопланетный злодей должен был умереть, и всё должно было вернуться на свои места. Но... что-то пошло не так! Точно. Я... тот свет, и жар, и... тьма. Да, я тогда резко оказался во тьме!.. О нет! Открыв глаза, Сэм панически посмотрел на своё перепуганное отражение в зеркальных стенках лифта. — Точно! Как же я раньше об этом не подумал? Свет, потом тьма... Я умер! Сказав это насмерть перепуганному отражению, парень почувствовал себя... В общем, он почувствовал, что по нему не просто плачет сумасшедший дом, а рыдает в сильных конвульсиях. Нет, правда. Если он сейчас мёртв, то почему он тогда по-прежнему всё чувствует и... по-прежнему боится смерти? Разве умершим уже не всё равно? — Это бред, — подытожил подросток, снова закрывая глаза и успокаиваясь. Но тогда что остаётся? Вздохнув, парень неожиданно снова уловил эту странную мысль, которая уже не в первый раз приходила ему на ум. Ведь всё это произошло в тот момент, когда он вставил Искру в грудь Мегатрона. Именно тогда начались все странности. А ведь что если в тот момент Куб каким-то образом перенёс... — Нет! — резко прокричал Сэм, чувствуя, как паника неумолимо сжимает его сердце в тисках страха. — Нет. Нет. Нет! Ничего такого точно не может быть! — уверенно, даже слишком, заверил он себя, ужасно боясь даже на секунду предположить возможное. Потому что тогда... тогда... тогда бы он окончательно спятил от страха и безысходности. Все эти фантастические перемещения хороши только в фильмах. В жизни это всё невероятно страшно и... чревато. Неожиданно раздался приглушенный звонок, и лифт остановился на нужном этаже. «Вот я и дома», — с опасением подумал Сэм, уже сам не зная, чего ему стоит ожидать от жизни. С другой стороны, сама мысль о том, что он находится сейчас в самом важном месте в жизни любого человека, его немного успокоила. Может быть, именно здесь он сможет найти то, чего ему так сейчас не хватает? Слабо ободрённый этой мыслью, подросток медленно встал с пола и сделал пару шагов, оказавшись в просторной гостиной. — Сэм, ты уже дома? — услышал он радостный голос. — Микаэла, — выдохнул парень, оборачиваясь на звук, и... Уитвики готов был поклясться, что в эту минуту услышал звон бьющегося стекла, так как последняя надежда с треском разбилась у него в груди.