Социальные сети

[06:00] Эреб онлайн. [06:00] Сообщение от заблокированного пользователя [Эреб]. [06:00] Сообщение от заблокированного пользователя [Эреб] проигнорировано. [06:01] Сообщение от заблокированного пользователя [Эреб] сохранено в файл [Говори после гудка, козлина]. [06:01] Сообщение от заблокированного пользователя [Эреб] отправлено в корзину. [06:01] Сообщение от заблокированного пользователя [Эреб] удалено. [06:01] Права модератора в сети [Переулок Преступлений] даны Икару. [06:01] Системная ошибка: права модератора в сети [Переулок Преступлений] нельзя дать Икару.

***

Может, Джейсон не смог дать Икару права, потому что тот был оффлайн. Или потому что сама система его блокировала. Возможно, у Джейсона не было права назначать модераторов. Несмотря на то, что он администратор. В конце концов, он даже не знал точно, какая часть Переулка Преступлений принадлежит ему, а какая — программирование и системы Брюса. Хотя Икар всё равно не принял бы предложение. Джейсон зажёг сигарету. Курение — да и всё остальное, что он делал — никогда не было таким же, как в реальном мире. Его мозг по большей части восполнял это. Он помнил, что такое сигареты, пусть и слабо. Джейсон высунулся в окно, разглядывая людей внизу. Утро выдалось сонное. Он ещё не знал, что будет делать сегодня. Может, отправится на одну из немногих развлекательных страниц, которые считает сносными. Был среди них один сомнительный сайт, где можно драться с роботами. Сомнительный, потому что позволял нанести на робота любое лицо. Другие наверняка использовали сайт, чтобы учинять жестокую расправу над теми, кого ненавидели. Больные люди. Джейсон мог натянуть на робота разве что своё лицо. Потому что не было на свете никого, кого он бы ненавидел больше себя. Джейсон и раньше злился на многих, но не ненавидел никого из них. Он злился на неё за то, что она его бросила. Он злился на Брюса за то, что тот велел не искать её, не идти с ней, когда она вернулась, за то, что Брюс запретил ему. Он злился на себя за то, что не послушался раз в своей грёбаной жизни. (Он злился за Брюса за то, что тот продолжал надеяться. За то, что не отпустил. За то, что Брюс не злился.) Он злился на себя за то, что не понял всё раньше. И правда, подумал Джейсон, туша сигарету о подоконник, — для того, чтобы поддерживать тление, вообще-то требовалось сосредоточиться. И правда, он заглянет туда на час-другой. Джейсон рассмеялся. Да что там. У него всё долбаное время мира в руках.

***

[10:55] Икар онлайн. [10:55] Икар запрашивает доступ к сети [Переулок Преступлений]. [10:55] Икар отправляет сообщение: Хочешь проветриться? [10:55] Икар получает разрешение присоединиться к сети [Переулок Преступлений]. [10:55] Сообщение отправлено Икару: Конечно. Мне всё равно делать нечего. [10:55] Икар отправляет сообщение: Какой комплимент. [10:55] Икар присоединяется к сети [Переулок Преступлений].

***

Джейсон встретил его на границе кольцевания Переулка Преступлений. Теоретически Главная улица длилась во все стороны до бесконечности (на деле же она заканчивалась у побережья на западе и разветвлялась на Индустриальную и Стальную к востоку). Куда бы ты ни пошёл в Переулке Преступлений, как бы далеко ни забрёл, рано или поздно тебя всё равно завернёт обратно в центр. — Привет, — поздоровался Икар, лениво перебирая настройки татуировок на руках. Джейсон увидел, как маргаритки сменились змеями, мультяшными кроликами, снова маргаритками, и наконец Икар остановился на формуле какого-то сложного химического состава. — Подожди минутку, я марафет навожу. — Оно и видно, — ответил Джейсон, сунув руки в карманы. Икар сменил очки на пирсинг в носу, на пирсинг в брови, снова на очки, на пирсинг в губе. — Ты что, не мог привести себя в порядок до того, как пришёл? Большинство считает неприличным менять аватар на людях. — Но мы же не на людях, правда? — отозвался Икар. — Так, лицо готово, пошли. Икар протянул руку. Джейсон вскинул бровь. — Нужно за руки держаться, когда улицу переходишь, — фыркнул Икар. — Вдруг меня собьёт безумный автомобилист? — Тебе что, три? Тебя никогда не учили смотреть в обе стороны? Икар продолжил махать рукой в сторону Джейсона, пока Джейсон не вздохнул и не сгрёб её. — Даже не знаю, почему я тебе потакаю всё время. — Он вздохнул, берясь пальцами за запястье Икара. — Какие у тебя планы? — Сегодня вроде как жаркий летний день будет, — ответил Икар. — Давай займёмся летними делами. — Летними делами? Летний фестиваль в Большом Шатре только через неделю начинается. А все пристойные сайты полны мелюзги. — Ты любишь детей. — Я люблю детей, когда они не сходят с ума на свободе, вне школы.

***

Погода в Переулке Преступлений подстраивалась под погоду в реальности. Как бы Джейсон ни ненавидел жару, он не был готов полностью отрешиться от мира. К полудню стало жарко и душно. Кондиционер квартирного комплекса с дребезгом ожил, прогоняя холодный воздух по вентиляции. Джейсон выволок из чулана пару дешёвых переносных вентиляторов. Икар вскоре сменил свои стандартные джинсы и футболку на баскетбольные шорты и майку с логотипом цирка Хайли. — Я не умею отказываться от подарков, — сказал Икар, меняя татуировки и пирсинг. — И почему у тебя только плохое мыло в дневное время идёт? Мы в сети. Ты можешь что угодно себе достать. — Это не значит, что мне нужно это делать. — Джейсон щёлкнул его по затылку. — Хочешь кино посмотреть? — А ты на что-то настроился? — Я думал что-нибудь о грызунах ненормального размера и истенай любве, — ответил Икар, уже пересылая файлы на телевизор Джейсона. Джейсон закатил глаза, даже когда «Принцесса-Невеста» заиграла на экране. Он сел на диван с ним рядом и пихнул в лодыжку. — Как пожелаешь.

***

Было жарко. Выглянув в окно, Джейсон увидел, как жар мерцает в воздухе, поднимаясь маревом от асфальта. Вентиляторы шумно щёлкали и жужжали, неспешно разворачивались туда-сюда, обдувая комнату. Икар встал и ушёл на кухню. Зачем — Джейсон понятия не имел. Жара будила воспоминания. О ней. Она была… хорошей, иногда. Она вспоминала, что мать, что она не одна живёт. Когда не проходила очередное дурацкое расставание. Она была хорошей матерью. Периодически. Может, если бы она не была такой хорошей матерью, когда вспоминала, он смог бы забыть о ней. Отпустить её. — Держи. — Икар прижал к его руке что-то холодное. — Сегодня жарко. Я решил, что это не помешает. Джейсон поднёс стакан к губам. У напитка был вкус. Джейсон замер. Он знал этот вкус. (Сеть могла дать только те ощущения, которые уже были испытаны. Если в тебя стреляли вне сети и после подстрелили в ней, мозг бы догадался, какой будет боль. Если ты никогда не напивался в реальности, сеть не даст тебе опьянения. Если ты не пробовал яблок, сеть тебе не поможет.) Джейсон знал вкус. Он был точно как… — Домашняя крем-сода. Такая же, как у тебя в детстве, да? — сказал Икар, держа в руках свой стакан. Джейсон развернулся, чтобы глянуть на него. На стаканы. Стаканы были точно такими же. Высокие с цветочным узором. На его стакане даже скол бы. Как в тот раз. — Откуда ты знаешь? — спросил Джейсон. Он чувствовал — он чувствовал. Как капли стекают по пальцам с запотевшего стекла. Лёгкую кислинку сливок, пену. Джейсон не представлял, откуда Икар мог узнать. Никто не знал. Он никогда никому не говорил. Никогда. Он всегда… Он знал, что его мама, в итоге, была не лучшей. И защищая её, держась за свои воспоминания, он понимал, что не стоило бы этого делать. И он не делал. Держал всё в себе и помалкивал. В последний раз он пил такую крем-соду тем летом, когда ему вырвали зуб мудрости. Альфред приготовил… — Альфред мне сказал. Ты ему рассказал тем летом, когда тебе вырвали зуб мудрости, — ответил Икар, присаживаясь на край дивана. — Нет, не Альфред. Ты не знаешь Альфреда. — Он мне писал на почту, — ответил Икар. Джейсон посмотрел на него. Было — было зябко. Холодно, холодно. Ему это чувство совсем не понравилось. — Он не говорил тебе. Потому что. Потому что Альфред не мог знать. Джейсон никогда не говорил Альфреду. Когда ему вырвали зуб мудрости, Альфред не сделал крем-соду, как готовила его мама. Его крем-сода была куда лучше. Потому что Джейсон это выдумал. — Я никому никогда не рассказывал. Откуда ты это знаешь? — спросил Джейсон. — Откуда ты знаешь, о чём я думаю? — Джейсон, я не знаю, что ты думаешь. Я не телепат. Ну, наверное, ты мне рассказал. — Не говорил. Я никому не рассказывал. — Икар повернулся к нему, и впервые Джейсон задумался. Обо всём. Икар всегда появлялся, когда Джейсону отчаянно был нужен кто-то ― был нужен Икар . Он не находился рядом постоянно. Но всегда приходил в самое удачное время. Икар всегда знал, какие слова говорить. Вести беседы с ним было легко, общение никогда не становилось сложным или натянутым. Они давно общались, но Джейсон… Джейсон не мог вспомнить, как его познакомили с Икаром. Икар просто… всегда был. — Икар. — Да? — Икар повернулся к нему. Его глаза были того голубого цвета, какого у людей не бывает. — Почему я не могу дать тебе модераторские права? — Мне не нужны… — Почему я не могу тебе их дать? Ты мог бы отказаться. Но я даже не могу их тебе дать, — сказал Джейсон, поставив стакан на стол. — Почему тебя никогда нет на твоей домашней странице? — Потому что я здесь. С тобой. — Икар вскинул бровь. — Джейсон, ты что… — Нет, — перебил его Джейсон. — Это ты что; откуда ты знаешь про меня то, что не знает больше никто? — Ты мне сам, наверное, рассказал про твою маму. И забыл. Джейсон сжал кулаки. — Я никому бы не рассказал про мою маму. И я никогда бы не забыл.

***

[13:25] Икар заблокирован в сети [Переулок Преступлений]. [13:25] Системная ошибка: Икар не может быть заблокирован в сети [Переулок Преступлений].

***

Аватар Икара пошёл рябью. Икар склонил голову. — Почему я не могу тебя заблокировать. — Джейсон отпрянул. — Системная ошибка тебя даже как пользователя не указывает — она обозначает тебя просто Икаром. Почему я не могу тебя заблокировать. — Джейсон. — Икар изменился в лице и протянул руку. Его пальцы коснулись кожи Джейсона, и снова вернулось ощущение — та искра. Искра тепла и бесконечной цельности, которая… — Не трогай меня, — Джейсон попятился, отходя туда, где Икар не смог бы его достать, — я не понимаю… Икар встал. — Не подходи ко мне. Икар поднял обе руки и отступил. Его аватар сменился на тот, с которым он ходил по умолчанию. — Джейсон. Тебе… Тебе нужно… — Его глаза вспыхнули синим. — Я не хотел сделать тебе больно. Я никогда не смог бы тебе сделать больно. — Да? Только мне что-то дохрена больно сейчас. Икар вздрогнул. Джейсону было трудно дышать. Тошно. Он чувствовал, как весь Переулок Преступлений откликается. Дрожит и готовится опасть. Идёт белым шумом. Он чувствовал его. Икар закрыл глаза и снова открыл. Его глаза сияли синим. Переулок Преступлений стабилизировался. — Почему ты — я не понимаю. — Я… Я тебе столько всего хотел рассказать. Но я решил. Решил, что лучше не стану, — сказал Икар. — Я. Я общаюсь с Брюсом. Весь Переулок Преступлений застыл. Перед глазами у Джейсона потемнело. — Откуда. Ты. Знаешь. Как. Его. Зовут. Икар открыл было рот. — Убирайся. Убирайся. Икар отшатнулся. — Как пожелаешь. Его аватар замерцал и исчез. Оповещения о выходе в оффлайн не появилось. На заднем плане дальше крутился фильм.

***

[23:58] сообщение отправлено Икару: Я тебе доверял.