Глава 25.
20 августа 2014 г., 12:28
POV Каролина
Миша помог мне дотащить пакеты до квартиры и поспешил уйти, пока я открывала дверь. Странный он какой-то… Проводив его взглядом, я справилась, наконец, с замком и, переставив пакеты за порог, вошла в лазаревскую обитель. В ноздри тут же ударил стойкий запах перегара, смешанный с запахом табачного дыма.
Поспешив распахнуть все окна, я собралась было разбирать пакеты, как заметила на столе артиллерию бутылок полных и даже ещё непочатых, а под ним на полу огромную кучу пустых. Вынеся три пакета с мусором и убрав весь алкогольный ассортимент в бар, я разобрала, наконец, покупки и принялась за готовку.
POV Сергей
Как же приятно возвращаться домой, зная, что тебя ждут не пустая квартира и холодильник, в котором мышь на качелях качается и рожи строит, а любимая женщина и вкусный ужин.
- Любимая, я дома! – крикнул я, скидывая обувь. – А чем это у нас так вкусно пахнет? – прошёл на кухню и обнял Каролину со спины, попутно тянясь к салатнице, желая своровать кусочек помидора.
- Ну, с улицы же, Серёж! – тут же получил. – Иди, руки мой и ужинать будем.
Чмокнув любимую в щёку, удалился в ванную, не желая вызывать с её стороны ещё одну волну праведного гнева.
Выйдя из ванной, замер на пороге спальни, наблюдая за Каролиной, которая крутилась на кухне. Как же я отвык видеть её такой домашней – в моей майке, с небрежно собранными в лохматый пучок волосами… Хотелось обнять её и не отпускать от себя вообще никогда, что я, собственно, и поспешил сделать.
- Маленькая моя, - уткнулся носом в её волосы, вдыхая такой знакомый, едва уловимый, запах.
- Это что за приступы нежности такие, Лазарев? – со смешком спросила она. – Опять что-то натворил, да?
- Ну, почему сразу что-то натворил? – надулся я, выпуская её из объятий. – Вообще больше обнимать тебя не буду, - повернулся к ней спиной.
- Ну, Серёнь, ну, не дуйся, - она обняла меня и, привстав на носочки, поцеловала в шею. – Давай лучше кушать садись, а то всё остывает.
POV Каролина
- Слушай, может, кино какое-нибудь посмотрим? – предложил Серёжа, после того, как мы поужинали и убрали посуду.
Не дождавшись от меня никакого ответа, встал и начал выбирать диск из своей многочисленной коллекции, периодически бросая в меня какие-то вопросы по поводу того, смотрела ли я тот или иной шедевр мирового кинематографа.
Я сидела на стуле в кухонной зоне и пыталась собраться с мыслями. Мне необходимо было с ним поговорить. Но он, кажется, абсолютно был на это не настроен. А вообще сейчас или никогда. Ну, Куек, решайся.
- Серёж, нам надо серьёзно поговорить, - вместо ответа на вопрос смотрела ли я «Сумерки», а точнее, со слов Серёжи, «фильм про волка, вампира и девочку анти-секс», выдавила из себя я.
- Ну, давай поговорим, - отвлёкся от своего увлекательного занятия он. – Иди сюда.
Я обошла диван и робко присела на его край, но Лазарев тут же притянул меня к себе и усадил на свои колени:
- Ну, рассказывай.
- Только ты не перебивай меня, ладно? – попросила я. Серёжа кивнул и приготовился слушать. Я, выдохнув, начала: - Знаешь, тогда, в тот момент, когда я случайно услышала ваш с Мишей разговор, меня как холодной водой облили. Так странно было слышать о тебе такие слова, но я почему-то заставила себя в них поверить. Ехала в аэропорт и лила слёзы. Хотела думать, что это всё не так, но почему-то не могла. Странная штука это самовнушение… Тогда, в киевском аэропорту, меня встретил Мурат. Его «я скучал», «я люблю тебя», казались очень искренними в тот вечер. И мне даже показалось, что роднее, чем он, человека в этом мире у меня нет. Но на самом деле наши отношения уже давно не были идеальными. А точнее, если раньше мы были семьёй, то сейчас это с каждым днём всё больше напоминало сожительство. Мне не хотелось приезжать домой. Абсолютно. Но ради Соника очень хотелось сохранить семью. Ведь у ребёнка должны быть мама и папа. Я не знаю, что мной двигало, когда я решила от тебя уйти. Просто не знаю. Безумно больно было говорить о нелюбви, когда и душа, и разум кричали об обратном. А ещё я помнила, как ты смотрел за тем, как уходило Её Величество, и что делал, когда она возвращалась снова. А самое страшное в том, что я не могла тебя остановить. Ты бы просто не стал слушать. А ты и не стал. Помнишь, тогда, когда мы с Мишей приехали к тебе? Видел бы ты, как Дворецкий тащил меня в машину, пытаясь увезти, - я почувствовала, как по щекам потекли слёзы. - А потом случилась чёртова Турция. Никогда в жизни туда больше не поеду! Не то, что отдыхать, работать тоже! И не надо думать, что это я только сейчас так говорю. Когда я увидела Мурата с другой, у меня всё внутри просто до горы ногами перевернулось. Чего не ожидала, того не ожидала. Нет, конечно, всякие звонки были от проверенных, так скажем, людей, но верить в это я не верила, а тут на тебе, Каролина, не верила – сама посмотри! А потом я встретила тебя. И мне стало ещё хуже от того, что я сделала тебе очень и очень больно, поиграла и выбросила, а ты, после всего этого вот так спокойно со мной нянчился, помогал, пытался привести в чувства и не дал упасть на дно. В тот момент я больше всего боялась, что ты ударишь ещё больнее, в попытке отомстить. Но ты этого не сделал, за что я тебе очень благодарна. Прости меня за эти месяцы, Серёнь. Я очень сильно люблю тебя, - уткнувшись носом в плечо Лазарева, я разревелась ещё сильнее, чем ревела.
