Мертвецы не плачут

Глория положила голову на скрещенные руки и перевела взгляд карих глаз в окно. Светило яркое солнце, всё высыхало, в такую погоду не на уроках сидеть нужно, а жизнью наслаждаться. Вампирша усмехнулась своим мыслям. Учитель что-то рассказывал о птице под названием «синий ара». Биология, конечно, не самый ужасный предмет в мире, но и не самый прекрасный точно. Да и были дела поважнее, чем болтовня о попугаях в школе, полной подростков. Притом учителя, которым под сорок, тоже считались, как малолетки. Что они вообще могут знать о жизни? Хотя, с другой стороны, у них не было так много времени, как у Глории. Девушка вздохнула и вытянулась, сжав руки так, что захрустели костяшки пальцев. Едва сдержав зевок, Древняя взяла синюю ручку и открыла тетрадь. Голос учителя стал менее отчетливым, всё слилось в одну бесцветную массу. Глория во многом была похожа на Клауса, не только внешне, но и умением рисовать. Её рисунки были подобны живым, хотя в отличие от брата, она не считала это занятием, помогавшим успокоиться и сосредоточиться. Просто хобби, ни больше, ни меньше… Звонок оповестил о конце урока. Девушка убрала учебники в сумку и направилась к выходу из класса. Глория, звонко цокая каблуками о коридорный пол, подошла к шкафчику, открыв его, она положила туда пару книг и вытащила черную ветровку. Надев наушники, девушка поправила лямку от сумки и направилась к выходу, не обращая внимания на окружающих. Сегодня у вампирши не было настроения ругаться, огрызаться и уж тем более цапаться с тинейджерами вроде Елены и Кэролайн. Древняя включила первую попавшуюся песню и покинула здание школы. Глория шла неторопливо, щурясь от яркого солнца. Вокруг было тихо, все уже уходили домой, развесёлые и счастливые от того, что очередной школьный день подошел к концу. Майклсон на это только усмехалась, даже она – Первородный вампир, которому более тысячи лет, с неконтролируемыми инстинктами – находила в этих уроках что-то полезное и интересное. Хотя всё это и было смешным, сейчас она думала отнюдь не об учёбе. Её заботил старший брат, то, что происходило с ним, было ну очень странно. То он злой, то он добрый, то он творит невесть что! Как может существо его рода быть столь беспечным? Впрочем, что тут думать. Всё было просто – Клаус всегда был подвержен своим эмоциям, он сначала думал, а потом с яростью, когда что-то шло не так, всё уничтожал. Древняя покачала головой и тяжело вздохнула. Клаус, конечно, живёт настоящим, но порой Глория видела, как сквозь его темную оболочку пробивается тот яркий свет, который Ник излучал ещё при жизни. Он был готов отдать за них жизнь, а теперь Глория не была уверена, всё ли дело в семье или же для него это просто дело привычки? Подобные мысли не раз посещали её голову, но если неделю назад она испытывала к родным отвращение, то сейчас это чувство сменилось на куда ещё более страшное – жалость. Сострадание затопило Глорию изнутри, подавляя все её хищнические желания и страсти. Вампирша жила одним только днём, уступая своей семье, потому что не видела особых причин злиться, устраивать скандалы и обвинять других в собственной испорченности. Трель мобильного телефона выдернула Глорию из раздумий. Девушка посмотрела на экран и закусила губу. Говорить с братом, а уж тем более с Элайджей, ей не хотелось. - В другой раз, - самой себе сказала Древняя и сбросила вызов. Майклсон осмотрелась – она шла по дороге. Вампирша замедлила и без того неторопливые шаги. Домой идти не хотелось, было важно разобраться во всём этом, в себе, в конце концов. Интуиция, шестое чувство, зверь внутри, да и всё её существо словно вопило о том, что она что-то упускает. Что-то очень важное, как для неё, так и для всех остальных членов её семьи. И это как-то связано с Клаусом, но что именно – Глория не знала. Вампирша тряхнула волосами, убрав прядь за ухо. Вдруг что-то вспомнив, Глория остановилась и вжикнула замочком сумки, а открыв её, вытащила темные солнцезащитные очки. Надев их, она пошла дальше. Всё это было, по меньшей мере, смешно, что Клаус мог такого сделать, чтобы в очередной раз разрушить их семью? Да и зачем ему это? Глория не понимала. Бред. Бред. Бред! Он больше не причинит вреда семье, он сам говорил, что хочет, чтобы они были вместе и они вместе. Всегда и навеки. Но было одно "но"… Телефон снова ожил, Глория, только увидев имя того, кто звонил, а заодно и заметив, что прошло уже больше двух часов её «прогулки», усмехнулась, она сняла очки и забросила их в сумку. Древняя ответила на звонок. - Неужели ты решила ответить? Я даже удивлён. На том конце провода послышался смешок. - Ну что ты, братец, мне же интересно, зачем ты позвонил такой скромной персоне, как я. Глория была готова поспорить, что вот сейчас Клаус закатил глаза. - Раз уж ты шутишь, то в хорошем настроении. В таком случае, почему ты не отвечаешь на звонки? - Какая тебе вообще разница? – фыркнула девушка, разворачиваясь по направлению к дому. То есть поместью Сальваторе. - Элайджа сказал, что ты не вернулась из школы, и он не может тебе дозвониться. - Волнуешься? – вампирша улыбнулась, запрокинув голову. - Конечно. Да, действительно. - Да ты шутник, братец. Они вдруг оба замолчали. В трубке было слышно только дыхание. Глория мотнула головой и провела рукой по лицу. - Ладно, мне нужно идти. Ответ не заставил себя ждать. - Я надеюсь, домой. - Да. Почти. - Что значит "почти"?! – раздраженно спросил Клаус, зля сестру. - Я иду не к нам домой. И, не дожидаясь вопросов, девушка сбросила вызов и отключила мобильный. Она перешла на скорость вампира и вскоре была у поместья Сальваторе. * За окном был вечер, Клаус сидел в кресле, смотря на огонь в камине полыхавшим от гнева взглядом. Напротив него – Элайджа, закинув ногу на ногу, погрузился в свои мысли. Ведь он тоже замечал что-то странное. Ребекка читала журнал, абсолютно расслабленно лежа на диване. Кол был в своей комнате, Финн ещё не вернулся. Клаус изредка сжимал и разжимал руки в кулаки, впиваясь пальцами в обивку несчастного кресла. Одному Богу было известно, о чем он думал, но судя по взгляду гибрида – это не светило ничего хорошего для младшей Майклсон, которая так и не ответила на звонок, ну не будет же Клаус бегать по Мистик-Фолс в поисках сестры? Это же глупо… и подозрительно. Хотя, он же Клаус – ему всё можно и простительно. Внезапно дверь в дом открылась. Внутрь вошла Глория, держа туфли в одной руке, а сумку в другой. Судя по виду Древней однозначно можно было сказать одно – она была пьяна. Но не сильно, даже походка была вполне трезвая и спокойная. - Неужели ты решила почтить нас своим присутствием? – с сарказмом в голосе спросил Ник, остановив этим девушку уже у лестницы. - Я не обязана отчитываться, - едко фыркнула она, но всё же дёрнулась, когда Клаус появился прямо перед ней. – Хватит этих игр, ты меня достал! - Тебе не приходила в голову мысль о том, что мы, возможно, волнуемся, - мягко, но настойчиво сказал Клаус. - Ты и волнение – вещи абсолютно несовместимые, - ответила Глория и хотела обойти брата, но тот крепко удержал её за руку. Древняя зашипела, но не от боли, а от злости. - Если не отпустишь – вцеплюсь в глотку и оторву тебе башку, - зарычала вампирша, смотря в глаза Клауса. Её зрачки налились кровью, радужка глаз гибрида стала янтарной. Видя, что конфликт не за горами, Элайджа резко оказался рядом с ними и сжал руку Клауса. - Отпусти её, брат, всё в порядке, - сам не веря своим словам, почти потребовал Древний. Гибрид моргнул, возвратив глазам истинный цвет и высвободил руку сестры из мертвой хватки. На запястье вампирши зияли отпечатки пальцев мужчины. Они медленно исчезли, вернув коже прежний вид. - Лучше бы я не приезжала, - горько усмехнувшись, сказала Глория. - Мы все клялись на крови, что будем вместе. Всегда и навеки. Ты хочешь уйти от этого, спрятаться от нас и жить вечность в одиночестве? – спросил Клаус, сдерживая удивление и разочарование в голосе. Первородная опустила голову и засмеялась, качая головой. - Какой же ты ублюдок, Клаус, - всё ещё смеясь под непонимающими взглядами других, ответила девушка. Она резко перестала смеяться и вцепилась в шею Клауса обеими руками, сдавливая её, душа не ожидавшего такого поворота гибрида. - В твоих словах есть один промах, - она наклонилась к нему, почти касаясь губами уха, - я не давала клятву. Вампирша отстранилась, отпуская брата, опустив руки, она подняла сумку, брошенную несколькими минутами ранее на пол, и направилась наверх. Глория вошла к себе в комнату и тут же плюхнулась на кровать. Девушка заснула спустя пару минут.