Перекресток тьмы и света

      Кровавая дорожка тянется по грязным заржавевшим ступеням. Я иду по этому следу, но мне необходимо предугадать действия убийцы, загнать в угол, а не ограничиваться погоней. Он уже достаточно измотан и напуган — не может мыслить рационально, а значит, обязательно сделает ошибку. Все выходы из здания перекрыты дронами и сотрудниками бюро, ему не выбраться, но склад большой и мест, где можно спрятаться, предостаточно. К тому же здесь темно, зрение не поможет. А малейший шорох гулким эхом разносится по всему зданию, обманывая слух. Надежда только на мое чутье. Даже странно, что в наш век компьютерных технологий, где все строго автоматизировано и подчиненно единой системе, еще существуют подобные места, где нет вездесущих «глаз». Поэтому люди вроде меня все еще нужны Системе. Туда, куда не может проникнуть компьютерный разум, всегда можно послать нас — «гончих псов», которым Сивилла сочла нужным сохранить жизнь. Мне отвратительны подобные мысли и подобное существование, но пока я могу лишь подчиняться, пока…       В тишине огромного заброшенного склада раздаются торопливые тяжелые шаги убийцы и тихое поскуливание его жертвы. Он совсем рядом, я уже слышу тяжелое прерывистое дыхание, еще пара шагов… Из непроглядной тьмы, разбавленной лишь тусклым светом панели доминатора, появляется высокий силуэт. В правой руке поблескивает нож, в левой зажато хрупкое запястье уже потерявшей сознание жертвы. Он тащит ее за собой, словно сломанную куклу. Даже в темноте видны глубокие кровавые порезы и следы побоев на ее теле.       Полшага назад.       В его глазах чистое безумие — это больше не человек.       Меня всегда интересовало, что творится в голове у таких ублюдков. Что нужно, чтобы переступить черту и убить невиновного? Издеваться и истязать живых людей, без тени сожаления видеть слезы в их глазах?       Нужно ли оставить жизнь подобному чудовищу или пристрелить на месте?       Заметив меня, убийца останавливается и тянет жертву ближе, хочет защититься от выстрела. Не выйдет. Я быстрее. Рука крепче сжимает оружие, пальцы ложатся на спусковой крючок, и бездушный механический голос у меня в голове сообщает необходимые данные: «Коэффициент преступности превышает 300. Цель департамента Уголовных расследований. Предохранитель снят. Выбран смертельный режим „устранитель“, аккуратно прицельтесь и сделайте выстрел.» Для Системы его вина очевидна и приговор ему уже вынесен моим доминатором. Я лишь орудие…       Не колеблясь ни секунды, я нажимаю на курок, и человек, стоящий передо мной, превращается в кровавое месиво. И это настолько привычно, можно сказать, обыденно. Я ловлю себя на мысли, что подобное зрелище не вызывает у меня никаких эмоций. Ни злости, ни жалости, ни отвращения — просто рутина, выполнение должностных обязанностей.       Пара шагов, и я вглядываюсь в залитое кровью лицо молодой девушки. Неподвижна. Глаза закрыты. Грудь медленно вздымается — жива.       Лучше бы ты умерла сейчас и навсегда освободилась от жутких воспоминаний о случившемся. А так, впереди тебя ждет принудительное лечение, а если терапия не поможет — все та же смерть. Я не могу избавить тебя от подобной участи, потому что доминатор в режиме «парализатор», и мне остается лишь нажать на курок…

***

      Отчеты, отчеты, бесконечные отчеты. Заметки. Свидетельские показания… глаза уже слезятся от просмотра. Сколько часов я сижу у монитора, упорно продолжая вглядываться в экран, снова и снова перечитывая материалы дел трехлетней давности, ищу хоть что-то?       Поздно. В бюро почти никого нет. Мне нравится мое одиночество. С тех пор, как я стал потенциальным преступником и исполнителем, мои отношения с обществом кардинально изменились, но меня это не беспокоит. Пока у меня есть цель, все остальное не важно.       Откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза. Устал. Руки на ощупь находят сигареты на столе. Глубоко затягиваюсь и шумно выдыхаю. Дым тонкой струйкой тянется вверх, сигарета быстро тлеет, и пепел падает прямо на пол.       Ни одной стоящей зацепки. У меня нет ничего, только имя и размытое фото. Макисима Сёго. Я никогда не видел этого человека, у меня даже нет доказательств, что он причастен к данным преступлениям, но я это чувствую. Чувствую, что он играет далеко не последнюю роль в происходящем, и для него все это именно игра. Игра, в которой люди всего лишь пешки, как убийцы так и жертвы — марионетки, а он умело дергает за ниточки, управляя ими. Я не хочу быть пешкой в подобной игре, не желаю смотреть сквозь пальцы на то, что творит это чудовище. Я обязательно докопаюсь до сути, найду его и убью…       Мной движет месть? Да, это так, отчасти. Все же, думая об этом человеке, пытаясь предугадать ход его мыслей, я испытываю непреодолимое желание посмотреть ему в глаза и понять, зачем все это. Столько жестокости и ненависти, столько пролитой крови… Он не безумный убийца, нет… что-то страшнее, интереснее, изощрённее. Я обязательно докопаюсь до правды. Не сдамся.       Негромкое жужжание автоматической двери и твердые размеренные шаги позади. Инспектор Гиноза. Гино. — Ты все еще здесь? — его тихий, но твердый голос заставляет открыть глаза и повернуть голову. — Чем ты занимаешься? — Молчу, глядя на него спокойными усталыми глазами. Ответа не требуется, он прекрасно знает, чем я занимаюсь здесь уже не первую ночь. — Снова просматриваешь старые дела? Знаешь, я уже жалею, что дал тебе доступ. Это похоже на одержимость, Когами. Я беспокоюсь. — Он останавливается у края стола, поправляет очки и строго смотрит на меня. — Брось, Гино, чем мне еще заняться? — тушу сигарету и разворачиваюсь к нему вместе с креслом. Стараюсь выглядеть как можно равнодушнее и беззаботнее. — Ну, раз у тебя так много свободного времени и сил, посмотри это, — кладет на стол цифровой накопитель и подталкивает ко мне, — вместо того, чтобы тратить время впустую, гоняясь за призраком прошлого. — Что это? — Материалы по делу «Свет и тьма».       Посылаю ему вопросительный взгляд, я так увлекся старыми делами, что совсем незнаком с текущими. — Ты что же, даже рекомендованные новости не смотришь? — спрашивает, бросив на меня недовольный взгляд поверх очков. Я неопределенно пожимаю плечами, чем раздражаю его еще больше. — ТЦ! «Свет и тьма» — новая онлайн игра, заполонившая сеть в последние месяцы. Миллионы пользователей просто помешались на этой игрушке. — И? — Это даже не игра, а скорее виртуальный мир, где человек может воплотить в жизнь и реализовать свои желания. Может стать героем или убийцей, стать богатым и знаменитым, побывать там, куда не может поехать в реальности и так далее. Получить массу впечатлений, при этом не опасаясь за цвет психопаспорта. — Разве это так плохо? — Может и нет, но мы не можем установить, как эта игра появилась, кто ее создатель и где источник. Кроме того, — он немного помолчал, собираясь с мыслями, — несколько пользователей умерли в то время, когда находились в игре, прямо у себя дома. Никаких видимых повреждений. По отчетам экспертов, их мозг просто перестал функционировать. — Может совпадение, несчастный случай? Переутомление? Многие безвылазно сидят в сети, забывая даже поесть, — предполагаю я, все же заинтересовавшись его рассказом. — Сначала я тоже так подумал, но смерть очень необычна, кроме того, за последний месяц зарегистрировано уже тридцать подобных случаев. Это расследование поручено нам, так что забудь про своих «призраков» и подключайся. Мы тоже вступаем в игру.