Animos

Я не слишком хороший актер. Не скажешь, конечно, что, посмотрев на меня, можно сразу определить, лгу ли я, притворяюсь, скрываю злость или радость - нет, навыки сокрытия чувств вполне мне даются. Но не изображения тех, которых и вовсе нет. И тем более не все вместе и перед Шерлоком. Я ведь честно пытался не показать виду, что не могу на него смотреть без пылающих щек и растерянности, злости на себя и тоски по смутно понятному поводу. Точнее, вообще непонятному. Мне стоит обратиться за помощью к психиатру. Или психоаналитику. Иронично, да? Я ведь даже не смотрел на него толком. Когда он утром вошел на кухню, в своей манере распахнув дверь и плюхнувшись на стул со всего маху, я готовил чай. И я себе отвратителен. Почему? Нет, не из-за чая, конечно же. Из-за того, что я, человек довольно взрослый и многое повидавший, - в армии, например, личного пространства почти не было, так что что уж тут говорить, - вздрогнул, когда Холмс подошел ко мне на весьма значительное расстояние и просто пожелал доброго утра. Хотя, из уст Шерлока это, наверное, не было чем-то простым, но вздрагивать! Кто я вообще после этого? Чертов невротик. Вот и Шерлок после этого, видимо, так подумал. В самом начале нашего разговора. - Доброе утро, - ответил я. С трудом ответил. Я был ужасно зол и смущен. Шерлок говорил со мной так спокойно, словно и не испытывал никаких чувств вообще. Да он легко мог обмануть меня, не имей я эти способности. Определенно, они не делают мою жизнь лучше. И все-таки, кажется, когда люди влюблены или хотя бы испытывают телесное влечение, хоть что-то в их поведении определенно меняется. Как Холмсу удается оставаться настолько хладнокровным? Тот, между тем, словно в насмешку надо мной, смотрел на меня пустыми и холодными глазами - я особенно не любил именно этот его взгляд. Смотрел, как я отвожу глаза, смотрел, как мои щеки наверняка краснеют. И наверняка успел заметить, как я облизываю губы - когда я сам заметил, прошло, наверное, уже достаточно времени. Он же чертов наблюдатель. О, если он каким-то образом вынесет из моих жестов правду, станет очень и очень неловко. И мне, наверное, придется съехать и потерять друга. Лучшего друга. Или больше? Черт. Нет, не задумывайся сейчас об этом, Джон Ватсон. Не сейчас. Просто попробуй хотя бы не казаться невесть из-за чего смутившимся подростом. Чертовым подростком. - Что-то не так? - Нет, все нормально. Все просто прекрасно, - и я отвернулся от него. - Чаю? - С тобой не все в порядке, - голос Шерлока помрачнел. Я прикрыл глаза. - Ночью ты не спал. Снились кошмары? Я не хотел ничего отвечать, поэтому постарался просто что-нибудь неразборчиво буркнуть. Шерлока, естественно, этот "ответ" устроить не мог. - Джон, - требовательно позвал он. - Джон, я что-то не так сделал? Да, почти, Шерлок. Влюбился в такого болвана, как я, например. А может, и не влюбился вовсе, может, это я влюбился и мое подсознание меня жалеет? Может, я просто псих, и нет никого у меня дара? И волн никаких нет? И все, что я якобы вижу, лишь последствия... постравматического синдрома? Может, я псих? О, нет. Джон Ватсон, ты не псих. Ты трус. Трус и Болван. - Ты всегда делаешь все правильно, - я схватился за края кухонного стола. - Это у меня все время кучи претензий. - Перестань, мы оба знаем, что это не так, - криво усмехнулся Шерлок. - Ну так что? Джон, ты плохой актер. Перестань. - Какая тебе разница? - я упер руки в боки. - Послушай, даже если мне приснился кошмар, даже если я не спал, даже если эту ночь вообще не провел дома - какая выгода тебе от того, что ты все это узнаешь? Мое эмоциональное состояние ранее тебя никогда не интересовало. - Интересовало, - возразил Шерлок, и я снова невольно содрогнулся. Удивительно, это задело меня больше всего. В хорошем смысле задело. Странное чувство, похожее на безграничное уважение, но все же немного иное разливалось в груди. Я недоверчиво на него посмотрел и спросил: - Серьезно? Вроде я был еще смущен, но скорее немного опустошен и очень сильно растерян. Я не знал. Я ничего не знал и не мог понять. - Да. Если ты думаешь, что интерес заключается в том, чтобы банально спрашивать, то сильно ошибаешься. Я могу увидеть. - Ты ни черта не видишь, - отрезал я. - Чувства - это не твое, Шерлок. Прости, если огорчил. Что ты, например, можешь сказать обо мне сейчас? Что я расстроен? - Полагаю, - почему-то голос Шерлока звучал глухо, - ты расстроен? - И снова не туда, - покачал я головой. - Совсем нет. - Тогда, быть может, ты зол? В ярости? Ненавидишь меня, - продолжил Холмс. Мое сердце болезненно сжалось. - С чего бы это? - Я знаю, что ты был там, - вдруг выдохнул Шерлок, вмиг растеряв все свое бесстрастие. У него был вид, словно он сейчас расплачется. - Не надо притворяться. Я знаю, что ты... - Это хорошо, что ты знаешь, потому что лично я ничего, - я вздохнул. - Мне ужасно жаль, Шерлок. Я не желал, чтобы так все происходило. Я, - сглотнул, - не испытываю ни отвращения, ни злости, ни желания бросить тебя. Я не хочу уходить, если ты этого опасаешься. Я просто не могу понять. - Не можешь понять? - Шерлок удивленно поднял брови. - Не могу понять, - кивнул я. - Знаешь, сегодня рано утром мне показалось, что я люблю тебя. Люблю сильно. Но сейчас я ни в чем не уверен. - Не уверен? - Шерлок, видимо, не смог удержаться и непонимающе усмехнулся. - Видишь, насколько я глуп, - я вздохнул. - Я не могу разобраться в себе, Шерлок. Так бывает. Знаешь, неудивительно, что это случилось именно со мной. Это не значит, что я не люблю тебя. - Ты вовсе не обязан... - Если бы я был уверен, ты бы этого не услышал, - я чувствовал, как голова начинает немного кружиться. - Слушай, Шерлок, я пойму, если ты сейчас выставишь меня пинком под зад, но мне нужно знать. Я собираюсь быть большим мудаком, чем был когда-либо... - Ты никогда не был мудаком... - Перестань, ты просто не замечал, - я на силу улыбнулся. - Скажи, если я уйду. Если я уйду просто для того, чтобы попытаться разобраться с моими тупыми проблемами, ты примешь меня обратно? - Если вернешься, - Шерлок опустил глаза. Не верил, видимо. - Вернусь, если только ты захочешь, - я все-таки ухватился за край стола еще крепче. Какая-то это слезливая мелодрама получается. - Двери в этом доме для тебя открыты всегда, - ответил он срывающимся голосом, и я не выдержал и подбежал к нему, в порыве обняв. - Боже, ну почему я, - шептал. - Я старый и глупый. - Я бездушный и невыносимый, - ответил Шерлок. - Кажется, мы друг другу подходим. - Конечно, подходим, - у меня вдруг возникло желание обнять его так, чтобы кости хрустнули. Шерлок тепло и судорожно дышал мне в шею. И сомнений не осталось. Понятия не имею, сколько мы так стояли. Но некоторое время спустя Шерлок меня спросил: - Получается, тебе не нужно уходить? Я улыбнулся. Потом, попытавшись что-то сказать, расхохотался. Смех получился нервным, но зато он снимал напряжение. - Я думал, твое самоосознание будет длиться дольше, - напряженно посмотрел на меня Холмс. - И не закончится так благополучно для меня. Я засмеялся еще громче. Даже слезы выступили. - Я рад, что ты рад, - еще более напряженно сказал Шерлок, но сказал куда-то в шею. Получилось щекотно. Боже, конечно, я любил его. Я любил его так же сильно, как и он меня. Даже сильнее. Очень сильнее. Намного сильнее. Ему совершенно точно до меня далеко. Как до чертовой луны. Я прекратил смеяться и посмотрел на Шерлока. Тот глядел на меня из-под чуть опущенных ресниц. И вроде тоже улыбался. Но не глазами и не губами. Он улыбался так, что любой другой не почувствовал бы его улыбки, не увидел бы ее. И это придавало уверенности. Определенно. Fin