Земля мёртвых, земля живых

      Его следующее пробуждение было уже не таким болезненным, если не брать в расчёт слабость. Память и осознание того, кто он такой и где находится, полностью вернулось к нему. Единственное, что Джим никак не мог вспомнить, так это как он оказался здесь. И чем закончился их контакт с теми странными людьми в пирсинге и татуировках.       Капитан приподнялся с кровати и обнаружил, что рядом с ним на соседних койках лежали Спок и Ухура. Впрочем, скорее всего, они просто спали. Кирк осторожно встал и направился в маленький офис Леонарда. Дверь была приоткрыта, и Джим отчётливо услышал, как Хан... Нет, не может быть, улыбнулся капитан, стараясь как можно тише подкрасться к двери.       Аугмент вслух читал что-то, подозрительно напоминающее Конан-Дойля. А Боунс периодически вставлял комментарии. Кирк тихо прошёл в офис, остановившись напротив двоих мужчин, сидевших в креслах.       - Джеймс, - аугмент прервал чтение и тут же подскочил к нему, - тебе лучше лечь. Ты чего-нибудь хочешь? Тебе обязательно нужно поесть.       При упоминании о еде Джим скривился.       - Значит, ты снова с нами, - удовлетворённо заявил Маккой, тоже вставая и беря в руки трикодер. – Что последнее ты помнишь?       - Даже не знаю… - замялся капитан. – Почему-то у меня ощущения такие, будто я пил трое суток подряд и без остановки.       - Что ж, это очень близко к истине, - пожал плечами доктор. – Скажи спасибо Чехову и Скотти за своё счастливое избавление. Это было их решение – предложить влить в тебя столько водки.       - Что?!       - Да-да. Когда вы все прибыли сюда, никто не заметил за вами троими – я имею в виду также Спока с Ухурой – никаких странностей. Правда, куда-то подевался Чехов, и все тут же бросились искать его. А потом Хан сказал, что ты – это не ты… Вначале я не поверил этому, но когда ты, Спок и Ухура со стеклянными глазами заявили, что планируете помочь этим индейцам в их войнушке, мы забили тревогу. Стало очень быстро понятно, что этим тауарани всего лишь был нужен наш корабль, чтобы подчистить население одной из их лун. А для этого они решили использовать вас. Точнее, ваши тела. Не спрашивай меня, как они это сделали: это больше похоже на магию вуду, которую современная наука до сих пор не в состоянии объяснить. Так или иначе, когда нам всё же удалось найти Павла, которого аборигены всё это время держали у себя, он был пьян в стельку и говорил, что вас одурманили отваром из какого-то кактуса, а он не успел вас спасти. Что же до самого Чехова, то отвар не подействовал на него только потому, что он решил принять изрядную долю своего «лекарства». По его предположению, оно выводило все токсины, которыми промыли вам мозги. В итоге малыш оказался прав, так что мне пришлось синтезировать для тебя средство на основе этилового спирта. Правда, одной стандартной инъекции оказалось мало. Поэтому в общей сложности мы влили в тебя… Ну, где-то полтора литра водки. Именно поэтому у тебя классические симптомы похмелья. Лекарство не очень приятное, но действенное. Уж извини, но придумывать что-то другое времени не было.       Джим мутно моргнул, переводя взгляд с Маккоя на Хана и наоборот.       - Значит, Чехов у нас герой, - подытожил Кирк.       - Ещё какой! Теперь он уверен, что водка – это универсальное лекарство от всех бед и что русские обвели вокруг пальца даже каких-то никому не известных тауарани.       Капитан усмехнулся.       - Я, наверное, много всякого бреда нёс, когда впервые пришёл в себя…       - Ты даже не представляешь, - загадочно улыбнулся Маккой. – Ладно, я думаю, тебе действительно можно позволить себе ещё пару дней на восстановление. Я даже отпущу тебя в твою каюту, если пообещаешь, что съешь чего-нибудь существенного.       - Я прослежу за этим, доктор, - раздался голос Хана, и Джим тут же закатил глаза. От одной мысли о еде начинало тошнить.       Наконец, они добрались до каюты: их маленькой тихой гавани, где можно было расслабиться и ни о чём не думать. Хан тут же исчез, и пока капитан приходил в себя под прохладным душем, аугмент возвратился с кучей еды из столовой. Кирк хмуро посмотрел на всё это великолепие, но ни к чему не притронулся. Единственное, что его волновало, это вопрос, который всё это время не выходил из головы.       - Скажи мне… - нерешительно начал он, - а как ты узнал, что я – это не я?       Хан сел напротив него и кивнул на тарелку.       - Пока не съешь всё, я не скажу ни слова.       Джим сердито надулся, но решил, что в этот раз он спорить не будет. Любопытство было сильнее. Только когда Кирк разделался с порцией спагетти и перешёл к салату, он позволил себе ещё раз упрямо взглянуть на Хана.       - Ну теперь-то ты мне скажешь, как это произошло?       Аугмент насмешливо склонил голову.       - Какой же ты всё-таки…       - Хан!       - Хорошо, хорошо. Вначале не было ничего подозрительного. Ты выполнял свою обычную работу на мостике и в инженерном. Как и всегда, ты не делал никаких ошибок, был предельно аккуратен и точен, что, в общем, норма для твоей работы.       Кирк почувствовал, как кровь прилила к щекам. Его работу оценил Хан… Это значило многое.       - Но когда ты пришёл в каюту и уселся на своё любимое место, почти не разговаривая со мной, я подумал, что это было не похоже на тебя. Ты механически отвечал на все вопросы, ни разу не пытаясь поддеть меня или как-то съязвить, как ты это часто делаешь…       Джим опустил взгляд. Значит, вот как Хан видел его со стороны…       - И что ты сделал?       - Ну… Я поцеловал тебя.       - Поцеловал, - повторил капитан. Щёки нестерпимо пылали. – И… И что было дальше?       - Я понял, что это не ты, - грустно усмехнулся тот, - потому что будь ты в своём уме, ты никогда бы не дал мне это сделать.       С чего ты взял, хотел сказать Джим, но слова застыли на его губах.       Остаток ужина прошёл в молчании. Аугмент смотрел куда-то в даль космоса, вертя в руках чашку с чаем. Кирк понял, что он обязан сказать хоть что-то.       - Я должен поблагодарить тебя. В первую очередь за заботу.       Хан поднял на него взгляд.       - А во вторую?       - А во вторую… За то, что ты не воспользовался ситуацией, когда я был… Не я. Хотя ты ведь мог сделать всё, что угодно, ведь я, кажется, был согласен на всё. А ты… Ты повёл себя очень честно. Я ценю это. Спасибо.       Аугмент коротко кивнул. С его лица не сходило странное выражение, и Джим нахмурился. Протянув руку, он прикоснулся к запястью Хана, сначала легко и нерешительно, а потом с большей уверенностью. Их пальцы переплелись, и это было самое тёплое чувство из всех, что Джим ощущал за последнее время. Хан вопросительно посмотрел на него в ответ, и капитан уверенно улыбнулся.       Кажется, их жизнь вернулась в привычное русло. Теперь уже не было смысла упираться и говорить, как Джима напрягало то, что происходило между ними. Хотя, разумеется, Кирка невероятно смущало то, что он наслаждался этими трогательными проявлениями заботы и нежности, особенно если это была какая-то мелочь. Вроде той, когда аугмент приносил ему чай именно с тем количеством сахара, который предпочитал Джим.       Кирк улыбнулся, стараясь сконцентрироваться на приятных вещах, которые наконец-то стали вытеснять мрачные мысли, возникшие у него до их прилёта на планету тауарани. Может, не всё так страшно и он зря паниковал? И может, нужно действительно постараться меньше волноваться, ведь Хан ни разу не давал ему повода думать о том, что он может причинить ему какой-либо вред? Ведь пока что положительные моменты действительно перевешивали отрицательные. Например, Джим точно знал, что по окончании смены кто-то ждёт его. Кто-то, кто сильнее него и заботится о нём не на словах, а даже чаще без них. Хотя технически они и не были вместе официально – так, во всяком случае, продолжал считать Джим – всё равно такое трепетное отношение не могло оставить равнодушным.       - Капитан, могу я узнать, чему вы так радуетесь? Ваше положение к этому не располагает: мой ферзь в опасном положении от вашей королевы.       Кирк, всё это время глядевший на шахматную доску между ним и Споком, несколько раз моргнул. Действительно, и как это он только умудрился быть таким невнимательным?       - Я задумался, - Джим позволил себе улыбнуться ещё шире.       - Я вижу, - заметил вулканец. – Если ты готов поделиться своим счастьем, я был бы рад разделить его вместе с тобой.       Кирк покачал головой.       - Даже не знаю, с чего начать, - капитан сделал ход ладьёй, но тут же пожалел об этом.       - Джим, скажи мне, вы планируете как-то расширить площадь вашего проживания? В каюте Хана должно быть слишком тесно для вас двоих. Мы могли бы попросить мистера Скотта…       - О боже, Спок, ты говоришь это так, будто мы живём вместе, - закатил глаза Кирк.       - Но ведь это так.       - Нет.       - Да. И ты продолжаешь отпираться просто из человеческого упрямства. Может, стоит уже принять этот очевидный факт? И начать исходить из него, чтобы улучшить…       - Мы не живём вместе, О’Кей? Я просто… Ну, хорошо. Я ночую в каюте Хана в качестве круглосуточной психологической поддержки. Но я не говорил, что живу с ним или встречаюсь!       - Твоя бурная эмоциональная реакция свидетельствует о том, что тебя беспокоят сложившиеся обстоятельства, - заметил Спок. Взгляд его тёмных глаз оторвался от шахматной доски и вперился в Кирка, из-за чего Джим почувствовал себя совсем неуютно.       - Она свидетельствует только о том, что скоро у меня начнётся паранойя из-за всех вас.       - Джим, мы просто пытаемся помочь тебе. Мы с тобой через многое прошли вместе. Мне кажется, я научился правильно понимать твой характер. И отчего-то у меня складывается ощущение, будто ты не договариваешь что-то существенное. Что-то, что мешает тебе принять вещи такими, какие они есть.       Кирк вздохнул и потёр глаза. Спок даже не подозревал, насколько он близок к истине, усмехнулся капитан. Это напрягало ещё больше.       - Я просто хочу, чтобы ты знал, Джим. Если тебе что-то понадобится, я постараюсь помочь.       - Угу.       Кажется, он уже разговаривал с Леонардом о том же самом. Хотелось встать и уйти, но то, как посмотрел на него Спок в ответ на это презрительное фырканье, тут же заставило его почувствовать себя виноватым.       - Скажи, - нерешительно начал Джим, - это правда, что некоторые вулканские практики применяются для лечения разного рода расстройств и фобий? Или все эти ваши штучки – не более чем плацебо, чтобы произвести впечатление на пациента? Я пытался найти соответствующую литературу, но в нашей базе данных почти ничего нет по этому поводу.       - При наличии определённых навыков у того, кто лечит, некоторые методы действительно помогают обрести душевное спокойствие. Более того, устраняется сама причина подобных расстройств. Нейронные связи восстанавливаются. Однако и со стороны пациента потребуется терпение и прилежание в строгом выполнении некоторых предписаний.       - И ты обладаешь этими навыками, о которых ты говоришь? Мне просто интересно. – Кирк забарабанил пальцами по столу. Не хватало ещё, чтобы Спок подумал что-то не то.       - Я владею некоторыми техниками, но есть вулканцы, которые умеют делать это гораздо лучше меня и обладают большим опытом.       Кирк отстранённо кивнул, разглядывая интерьер комнаты старпома. Здесь всё равно нет таких вулканцев, Спок.       - Джим, ты спрашиваешь меня об этом потому, что кому-то нужна помощь?       Капитан натянуто улыбнулся. Встав, он начал прохаживаться туда-сюда.       - Кому здесь может быть нужна такая помощь? Нет, Спок. Мне просто стало интересно узнать. Ты столько времени проводишь в медитациях, вот я и спросил. Люди любопытны, как ты уже успел заметить, - пожал плечами Кирк. Он начал разглядывать статую на полке, лишь бы только не встречаться с ним взглядом. Было такое чувство, будто вулканец тихо обвиняет его в чём-то.       - Действительно, любопытны, - кивнул старпом.       Они вернулись к игре и какое-то время продолжили сидеть молча. Это дало Джиму шанс ещё несколько минут благостного витания в облаках. И даже когда ж Спок поставил ему шах и мат, Кирк не сразу сообразил, что произошло.       - Джим, я должен кое-что сказать тебе, - вулканец вновь вперился в него немигающим взглядом. – Это касается экипажа.       Кирк нахмурился. Как правило, Спок выкладывал всё сразу же. Однако если проблема была действительно серьёзной, то старпом какое-то время оттягивал её обсуждение. Это было бы по-человечески трогательно, если бы не дурное предчувствие, которое появлялось у Кирка каждый раз, когда вулканец произносил нечто подобное. В их практике такое уже случалось: один раз – когда Спок всё-таки решился поговорить с Джимом о смерти своей матери, и второй раз – когда Хан чуть не оказался на том свете из-за его, Джима, несерьёзного отношения к аугменту.       - Что-то не так? – настороженно переспросил Кирк.       - Боюсь, что да. Ты же знаешь, что все в курсе о задании Кью для вас с Ханом. До меня дошли слухи, что некоторые люди считают эту задачу невыполнимой. Прошло несколько месяцев, но ваши отношения до сих пор оставляют желать лучшего, и это ещё мягко сказано.       Джим сердито нахмурился.       - И что? Теперь вы хотите насильно поженить нас, привязать меня к кровати и заставить заняться с ним сексом, чтобы доказать что-то Кью? Или чтобы я сам разыграл подобную комедию перед Ханом, заставив его поверить в несуществующее?       - Джим, - вздохнул вулканец, - никто не собирается требовать от тебя ничего подобного. Ты не один раз спас нас всех, рискуя собственной жизнью, но ты мог бы…       - Мог бы?! Мог бы что? Я не требовал и не буду требовать за это никакой благодарности. Но в таких делах я бы попросил вас не судить меня!       Кирк даже не заметил, как повысил голос. Спок смотрел на него во все глаза, и Джиму даже показалось, что вулканец хмурится.       - Я… Прости. Прости, я не хотел кричать на тебя.       - Извинения приняты, Джим. Ты так и не дал мне договорить.       Кирк провёл рукой по лицу.       - Давай, говори.       - Хорошо.       Спок встал и зашагал по комнате, сложив руки за спиной.       - Как я уже сказал, некоторые члены экипажа считают, что ваше с Ханом дело безнадёжно. И мы никогда не вернёмся на Землю.       Джим почувствовал, как внутри неприятно засосало под ложечкой. Неужели их ждёт бунт на корабле?..       - Продолжай, - сдержанно кивнул он.       - Кое-кто не хочет провести в полёте всю жизнь. Они говорят, что это бессмысленно. И если твои дети ещё доживут до того момента, когда «Энтерпрайз» войдёт в Солнечную систему, то ты – уже нет. Поэтому некоторые люди хотят остаться здесь и строить с нуля свою цивилизацию.       Кирк глубоко вздохнул. Что ж… Это было, наверное, предсказуемо. Он должен был предусмотреть подобный исход.       - Ты уверен, что это не чья-то шутка или пустые сплетни? Что это всё взаправду?       - Абсолютно.       - Но они уже выдвигали какие-то требования? Ты можешь сказать мне что-то конкретное помимо того, что кто-то что-то нашептал одному из вас? Откуда ты вообще узнал об этом? – вопросы посыпались сами один за другим.       - Боюсь, что ничего конкретного, Джим. Это только разговоры, хотя я и согласен с тобой, что их нельзя не воспринимать всерьёз. Сейчас я всего лишь передаю тебе слова Нийоты: она больше меня общается с экипажем, поэтому и знает больше, чем мы. Однако она заверила меня, что волноваться не о чем. С её слов, никто не собирается захватывать власть на корабле. Просто как твой первый помощник и друг я считаю нужным предупредить тебя о таких вещах. Ты должен быть готов к тому, что, возможно, в недалёком будущем кто-то придёт к тебе уже с конкретным планом действий.       Кирк кивнул. Одной проблемой больше… Что ж, придётся попробовать и осторожно выяснить, кто стоит за всем этим.       В дверь позвонили, и капитан в облегчении вздохнул. Он даже не сразу понял, как на самом деле ему не хватало кислорода, и теперь был невероятно благодарен тому, кто только что прервал разговор, обещавший зайти куда-то, где Джим начинал чувствовать себя совсем хлипко и неуверенно.       - Пожалуй, я присоединюсь к вам сегодня, - это был Маккой. – У меня хорошие новости для вас обоих. У нас на борту скоро появится новый член экипажа.       - Что? – Кирк, всё это время пребывавший в своих раздумьях, в неверии воззрился на Леонарда.       - Ну а что тут такого удивительного, в нашей-то ситуации? – пожал плечами доктор. – Оба родителя с Андории, так что скоро мы будем нянчить прекрасного синекожего ребёнка с антеннами на голове.       - Это просто невероятно, - расплываясь в улыбке, пробормотал Кирк. – И так здорово. Нужно будет поздравить будущих родителей.       Видимо, лицо Джима приняло чрезмерно мечтательное выражение, потому что Боунс ухмыльнулся и подмигнул Споку. Вулканец приподнял чёрную бровь в видимом изумлении.       - Только не надо сейчас начинать читать мне лекции на тему семьи и всего остального, - Кирк тут же подобрался, заранее огрызаясь. – Да, я люблю детей, но это не значит, что они когда-нибудь у меня будут.       Улыбка доктора стала ещё шире, когда они со Споком переглянулись.       - Да вы что… Я не знаю, о чём вы тут оба подумали, но я не собираюсь подыгрывать вам в этом, - Кирк почувствовал, как кровь прилила к щекам.       Боунс практически хрюкнул со смеху. Капитан покраснел ещё сильней, если это было вообще возможно.       - Знаешь, Спок, кое у кого было почти такое же дурацкое мечтательное выражение на лице, когда Триша и её супруг объявили нам об этом, - Маккой толкнул вулканца локтем в бок.       - Изумительно.       - Я больше не собираюсь слушать ваш старческий трындёж, - закатил глаза капитан. – Увидимся завтра.       Всю дорогу до каюты Кирк думал о словах старпома. Нужно будет спросить Хана, что он думает обо всём об этом. И нужно будет всё-таки поговорить с ним о том, о чём Джим уже давно думал с содроганием… Или всё же не стоит?..       Кирк вошёл в их комнату и чуть не споткнулся, когда увидел на столе ужин. Пора было уже привыкнуть к этому, напомнил он себе.       - Значит, у нас сегодня восточная кухня, - пробормотал Кирк, усаживаясь и разглядывая еду.       - Что-то не так?       - Нет-нет… Просто… Сегодня Спок сказал, что у нас с тобой есть возможность увеличить жилплощадь, представляешь? В общем, в свете последних новостей на корабле это, конечно, повеселило всех вокруг. И то ли ещё будет.       Кирк взял вилку и запустил её в салат. Он чувствовал на себе взгляд Хана, и это заставило Джима буквально съёжиться.       - Почему бы и не сделать так, как предлагает старпом? Раз мы всё равно… живём вместе.       Джим в досаде отложил вилку резче, чем следовало. Металл со звоном ударился о край тарелки.       - Но я не хочу этого! Не в этом смысле! – он провёл рукой по волосам. В комнате вдруг стало слишком жарко.       Хан ничего не ответил, и капитан почти физически ощутил ту боль, которая хоть и не отразилась на лице аугмента, но которую тот, без сомнения, испытывал в данный момент.       - Я хотел сказать, - нерешительно добавил Кирк, - что всё происходит как-то слишком быстро, и для меня всё это впервые, так что…       - Здесь повсюду твои вещи, - отрезал аугмент, вставая из-за стола и кидая на стол салфетку. – Если это возможно, я бы хотел, чтобы ты убрал их.       Вечер был безнадёжно испорчен. Джим почувствовал, что надо что-то сказать или сделать, но язык будто присох к нёбу, а в голову не приходило ни одной умной мысли.       - Прости, - наконец каркнул он.       - Спокойной ночи, капитан. Наслаждайтесь ужином в одиночестве, к которому вы так привыкли.       Кирк обречённо закрыл лицо руками, слыша, как дверь в душ, за которой исчез Хан, мягко закрылась.