Мечта

Спустившись с первым яйцом Чик направился к одному из своих дупел. Уложив и бережно завернув яйцо в теплый сухой мох он прикрыл вход и молнией кинулся обратно. Только раз затормозив около кустика чистотела. Видимо слово в имперской семье все же чтили так-как Птер не сдвинулся с места и сидел лицом к стене. Чик раздираемый изнутри страхом за потомство и расставанием со своим ужасным омегой действовал на пределе своих сил. Бросив пучок травы к ногам омеги он подхватил второе яйцо и уже более спокойно спустился. Теперь он знал, что третьему яйцу ничего не угрожает. Третья ходка давалась труднее всех. Он и так уже выдохся за предыдущие две. Да и нести яйцо в зубах которое размером с голову и загораживает весь обзор не легко, но предчувствие опасности гнало его вперед... Да еще ветер поднимался и это грозило скорой бурей. Уж он то точно знает, что делает даже легкий ветерок на такой высоте... страшно. Челюсти ужасно сводило так как приходилось постоянно контролировать силу укуса ведь переборщив он или выронит яйцо или повредит нежную скорлупу. Конец у обоих вариантов один. Малыш погибнет. Когда удалось преодолеть сто метров, Чик с отчаяньем заметил, что все усиливающийся ветер пытается вырвать травяные плети из лап. "Плохо, плохо, плохо..." про себя ругался бельчонок. Мысли, что его сорвет ветром щекотали ледяными пальчиками в районе ребер, но драгоценная ноша не давала впадать в пучину отчаянья. Метр. Еще один. Прыжок. Два метра влево. Один метр в верх. Четыре по диагонали вниз. Прыжок. Полтора в право. Один вниз. Прыжок и ... Резкий порыв ветра подхватывает и сносит в сторону от нужной ветки. Лапки хватают пустоту... Сердце обрывается в пропасть быстрее тела и отчаянный вопль остается в районе голосовых связок. Малыш! Что будет с ним? А те двое, что лежат сейчас в пустом дупле? Кто их согреет? Кто поможет вылупится? Кто будет кормить слепых, беспомощных деток? Множество мыслей пронеслось в рыжей голове в то мгновенье, когда он завис над пустотой. "Плевать. Плевать, что я погибну, но сначала сделаю все возможное для него..." Чик словно гусеница свернулся кольцом, прижимая к пушистому животу яйцо лапками и хвостом. Да смилуются боги и растительность у подножья спасет его дитя, как и его в детстве... Возможно его найдут любопытные бельчата или сердобольная самка енота, как и его когда то... Именно старая енотиха нашла его маленькое тельце после того злополучного случае в детстве. Именно в их норе среди шумных малышей Чик пришел в себя и понял, что значит Семья... Земля стремительно приближалась и молодой альфа подумал о том, что его не долгая жизнь оставила ему только сожаления... Сожаления о одиноком детстве без родителей, о несбыточном счастье, что успело в момент заполнить пустоту в душе и тут же звонко щелкнуть по носу за наглость. Ведь каким идиотом надо было быть, что бы поверить в то, что прекрасный отпрыск Имперской семьи является твоей истиной парой... Что трое малышей скрепят их союз еще крепче... Что жалкому, рыжему, конопатому сироте могут доверить защищать семейное счастье... В душе бесновалась росомаха, но мгновения счастья со своим омегой стояли перед глазами. Запах папоротниковых лилий, шелк серебряных волос на пальцах, спящее тело в объятьях, теплое дыхание... "Пте-е-е-е-р-р-р! Я все же люблю тебя..." успел всхлипнуть мальчишка подлетая к земле и зажмурился... Резкая боль в спине и сильный рывок почти заставили его выпустить яйцо, но удержал. Его пронесло несколько метров по кустам и выкинуло у корней случницы. Невероятно! Он жив, жив и относительно здоров, ссадины и царапины не в счет... Яйцо тоже в порядке. Парень незамедлительно оборотился и поднялся на ноги. Его трясло и зубы выбивали мелкую дробь. Но как? Как он спасся? Он нагнулся за яйцом и только тогда заметил, что на его ребрах по две продольные кровоточащие борозды с каждой стороны. Ветки? Нет. Когти? Определенно, но чьи? Он огляделся, но никого не заметил. Небо над лесом начало светлеть вычерчивая клубы быстро бегущих облаков. Воздух наполнился влажностью, а макушки деревьев тревожно перешептывались готовясь к буре. Первые беззвучные всполохи молний напомнили об времени. Пора было найти убежище. Он сделал первый шаг в сторону от скалы, когда почувствовал взгляд... Медленно обернувшись, Чик поднял глаза на причудливо изогнутый серый ствол старой случницы... Сначала он не мог увидеть хозяина взгляда, но начавшийся дождь резко обдал спину ледяными каплями и юный оборотень вздрогнул от неожиданности. Это и помогло мельком заметить, как вслед за ним встряхнулся один из толстых наростов ствола. Тогда у него и получилось распознать в нем странное существо. Оно крепко охватило ствол четырьмя когтистыми конечностями и хвостом. Длинная, змеиная шея и вытянутая голова с клювом полным острых иглоподобных зубов. Все тело было покрыто странной смесью короткого меха и перьев. В предрассветных сумерках он казался серым, но очередной всполох молнии отразился от меха металлическим блеском. - П-птер!? - полу зовя, полу спрашивая прошептал Чик имя пришедшее на ум первым. В ответ существо ощетинилось подняв по хребту ирокез из перьев. Изогнуло шею опустив низко голову и зашипело на белку, нервно помахивая хвостом то раскрывая, то опять складывая "веер" хвостового оперения. - Птер. Это ведь ты нас спас, да? - шептал альфа медленно приближаясь к дереву. Птицозверь стал пятится по ветке зловеще шипя пока не уперся в главный ствол. Отступать стало некуда и он весь сжался. - Подожди... я хотел тебе только сказать... - альфа замер на месте пытаясь собраться с мыслями и объяснится со своим омегой. Мысли разбегались и ему было трудно подобрать слова, что бы объяснить более взрослому о своих чувствах - я... (такой как ты и сказал, рыжий урод и слабак) а ты такой... (восхитительно прекрасный и взрослый) мне жаль... (что ты встретил такого, как я... будь на моем месте более достойный альфа ты не стал бы делать тех ужасных вещей) я понимаю... (мы больше не увидимся, но я хотел бы последний раз сказать тебе, что я благодарен за то) что теперь буду не один... Спасибо. - закончил он кривясь, осознав, что не произнес и половины слов в слух. Серебряный прошипел отчаянно и отпружинив всеми четырьмя от ствола взмыл в высь отталкиваясь от воздуха неловкими рывками. Чик же только завороженно смотрел, как над его головой Птер раскрыл до предела свои руки-крылья с острыми коготками натягивая тонкую розовую кожу которая плавно уходила вдоль боков и заканчивалась у чешуйчатых задних конечностей. Летел он рывками и пару раз задевал ветки, так после одного из таких столкновений одно перо сорвалось и мягко планируя падало в низ... До земли оно так и не достало, а уютно опустилось в раскрытую ладонь белки. Бережно поднеся к губам последний подарок судьбы, Чик вдохнул аромат папоротниковых лилий и развернувшись на пятках рванул в сторону убежища с детьми. Нужно было успеть до того, как буря войдет в силу...