Мастер: Корпорация Шекай

       С самого утра у меня было какое-то странное ощущение, словно легкий зуд по всему телу. Я еще не до конца изучил все последствия моего поступка, да и на то, чтобы узнать все новые особенности моего нынешнего тела, уйдет не один месяц. Будь я обычным омегой какого-то вида, я бы быстро со всем разобрался, но для гибрида все в новинку. Возможно у меня открылась аллергическая реакция на что-то, но узнать об этом я смогу только придя на работу и пропустив себя через аппаратуру.       Настроение, однако, сегодня у меня было гораздо более приподнятым, чем несколько последних дней, да и вообще, я чувствовал какой-то нереальный подъем. Может, все из-за того, что сегодня возвращался Ракарис и мне предстояло рассказать ему о том, что произошло. Честно говоря, я немного побаивался его реакции, но я все же надеялся, что мой статус не встанет между нашей дружбой.        Пора было собираться на работу. Хоть теперь у меня и было другое задание, но оно касалось меня лично, так что я должен был приложить еще больше усилий. Рико тоже, видимо, с утра был на подъеме и вообще как-то странно себя вел. Стоило мне спуститься вниз и положить ему поесть, как он тут же начал истошно вопить и тереться о мои ноги. Опять-таки, до брачного сезона еще далеко, но, видимо, он со мной совсем разбаловался. Я его выпустил на улицу поискать партнера для этого дела, а сам, кое-как на ходу собираясь и заваривая кофе, с радостью думал, что закончилась моя мука длинною в седмицу. Как же я привык к присутствию шабнака в моей жизни.        До работы снова добирался на поезде, но сегодня, по крайней мере, это было не так страшно, как вчера и позавчера. Даже удивительно, но, кажется, я быстро свыкался со своим новым статусом. Не так уж и плохо быть нежитью, хотя мир и стал восприниматься иначе, но зато у меня появилась масса преимуществ. Хотя, к косым взглядом в здании корпорации я привыкну еще не скоро. Хорошо хоть о том, что я был человеком, знало не так уж и много персонала. Сейчас нежить держит меня за своего, и отношение как-то резко стало более дружелюбным. Хотя я и гибрид, но Фауст говорил, что для каждого вида нежити, чьи гены во мне активны, я пахну как сородич, так что о моей истиной природе знали только участники проекта. Меня беспокоило почему виды с четкими внешними отличиями не заваливают меня вопросами, ведь я пахну ими, а выгляжу как человек. Но Фауст сказал, что на самом деле после мертвефикации первые месяц-полтора тело любой нежити продолжает выглядеть почти нормально, меняясь постепенно.        - Доброе утро, Эл, ты сегодня прямо весь светишься… - Колош с энтузиазмом подошел ко мне и вдруг замер. А затем проделал довольно странное движение – склонился на одно колено и уткнулся носом мне в живот, делая глубокий вдох.        - Ты чего? – я несколько недоуменно смотрел на своего коллегу. Ну да, я и как водяной тоже пахну, но он же об этом прекрасно осведомлен. И еще вчера отвешивал по этому поводу скабрезные шуточки. А вот от такого действия мне стало чертовски неудобно. Почему-то на ум совсем не к месту пришли собаки, обнюхивающие друг друга при встрече в самом необычном месте.        - Плохо дело, ты зачем на работу приехал, совсем сдурел! – напарник подскочил и начал дико осматриваться, словно что-то ища взглядом.        - Колош, ты меня пугаешь. Говори, что случилось, - у меня зародилось очень нехорошее предчувствие. А водяной тем временем отыскал внутренний телефон и, быстро набрав знакомый мне номер, позвонил главе лабораторного комплекса.        - Господин Фауст, у нас БОЛЬШОЙ КОШМАР, Арет пришел на работу в предтечном состоянии, его нужно срочно эвакуировать… хорошо, ждем, - водяной положил трубку и повернулся ко мне. Интересно, я, наверное, даже позеленел лицом, потому что у меня резко сдавило горло и мне очень поплохело. Сказать, что я идиот, значило безбожно приуменьшить. И как я мог забыть о такой важной вещи? Впрочем, довольно странно, что это произошло так быстро, ведь и недели нет, как я омегой стал, но теперь уже поздно пытаться выяснить, что к чему. Насколько я знал, по правилам компании, омеги на дни течки обязаны были оставаться дома, либо разбираться с проблемой до работы, потому как от их запаха альфы переставали себя контролировать, и это могло привести к конфузу. Не удивительно, что у меня сегодня такое странное состояние, наверное, тело давало понять, что скоро начнется. Странно только, что я сумел дойти досюда, и никто ничего не заметил, хотя, вроде нежити на моем пути было не много, да и сама течка у меня еще не началась.        - Что же делать? – я беспомощно посмотрел на своего коллегу. У меня начиналась трясучка, грозящая перерасти в панику. Я просто морально еще не был готов к такому резкому доказательству моей омежьей сути.       - Ничего, все будет хорошо. Как давно у тебя жар? Ну, это такое зудящее ощущение по телу, - Колош быстро взял из шкафа полотенце и принялся его смачивать в ферменте жуков навозников, весьма вонючем, надо сказать.        - С утра вроде, - меня все больше одолевал страх. И дело было даже не в том, что мне предстоял не самый приятный в жизни процесс, сколько осознание того, что я посреди здания, кишащего альфами.        - Хорошо, тогда у тебя еще достаточно времени, чтобы добраться до дома. Вот, положи себе это в трусы, оно отобьет запах, - водяной протянул мне влажное полотенце и отвернулся.        Морщась, я быстро приспустил штаны и просунул эту гадость между ног, хорошо, что она не аллергенная. Ну ничего, это мне наказание за невнимательность. Я ведь думал об этом не далее как вчера, посмеиваясь, что мне придется запираться в доме, выпроваживая Ракариса пожить в отель. И что мне стоило почитать, какие симптомы предшествуют течкам? Почему я вообще раньше этим никогда не интересовался?        Едва я успел проделать сию неприятную операцию и натянуть штаны, как в лабораторию буквально влетели Фауст и А'льяр. Видимо, босс вызвал начальника охраны для защиты. Я даже не знаю, легче мне от их присутствия или тяжелее, но, кажется, я впервые готов провалиться еще ниже сквозь землю от стыда. Моя нервная система после превращения стала какой-то более чувствительной, и мне это совершенно не нравилось. Не говоря уже о том, что я стал куда восприимчивее к запахам.        - Как обстановка? - Фауст подошел ближе и принюхался, а в следующий момент поморщился, что меня несказанно обрадовало: значит, вонючая хитрость действовала.        - Думаю, у него еще есть пара часов времени. Только довезите его до дома, а то мало ли, - Колош уже откровенно ухмылялся моему состоянию, кажется, переборов в себе панику. А вот мне было совсем не до смеха.        - Хорошо, тогда отправляемся. А`льяр, будь внимателен, - лич кивнул и протянул мне руку, за которую я безропотно ухватился. Какое счастье, что сейчас мы работали в основном здании корпорации и не пришлось выбираться из Элесиума. Мы вышли из лаборатории, и начальник охраны вставил свою карточку в прорезь над кнопкой вызова лифта. Не прошло и минуты, как дверь распахнулась и мы вошли внутрь. А`льяр так же заблокировал остановку на прочих этажах, и лифт тронулся вверх.        Надо сказать, что удивленные взгляды прочих сотрудников, когда мы проходили от подземного лифта к надземному, меня совсем не радовали. Трудно даже представить, что они думали обо мне, с таким-то эскортом: я практически висел на руке лича, чувствуя все более нарастающую дурноту. Мы остановились у лифта, и Фауст оттеснил всех желающих на него попасть назад. Никто и не думал возмущаться по этому поводу. Пока мы ждали лифт, мне показалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди. меня обволакивал запах с десятка стоящих рядом альф. некоторые были не особо приятными, некоторые игриво щекотали волоски в носу, а некоторые буквально топили в своем благоухании.        Неожиданно перед глазами все поплыло и я, совершенно не ожидая такого подвоха от своего тела, навалился на Фауста. Ноги перестали меня держать, и стало как-то чрезвычайно жарко. Я всхлипнул, цепляясь за обширную мантию босса. Почему-то сейчас он казался неестественно огромным, а его объятия – самыми надежными и безопасными. Чертовы омежьи гены!        - О Земля, не успели, - голос лича доносился до меня словно откуда-то издалека. Двери лифта, наконец, открылись, и он буквально втащил меня туда. – Останавливай.        Я смутно понял, что А`льяр затормозил лифт между переходным и первым этажом. Раньше меня бы это напугало, но сейчас сознание совершенно не могло адекватно мыслить. Все перепуталось, и мое тело мне больше не принадлежало. Оно пылало, словно в огне, и в штанах стало совершенно тесно и даже мокрее, чем когда я положил туда полотенце. Я понял, что происходило, но слишком поздно. У меня началась течка, и, что самое ужасное, я оказался заперт в лифте с двумя альфами, чей запах сейчас сводил меня с ума. Пытаясь хоть немного отрешиться от происходящего, я уткнулся носом в грудь Фауста и глубоко вдохнул. Вот только от этого стало еще хуже. Запах был такой резкий, что ударил в голову похлеще самого крепкого спиртного. И что ужаснее всего – он мне понравился. Если бы я нашел запах неприятным, то смог бы оттолкнуть альфу, но сейчас у меня было только одно желание, и оно совершенно расходилось с тем, что лихорадочно кричал мне мозг.       - А'льяр, дыши глубже, - судя по сиплому, сильнее, чем обычно, голосу лича, не мне одному стало так паршиво. Босс оторвал меня от своей груди и немного встряхнул, заставляя смотреть на себя. – Эл, послушай меня, у тебя началась течка. Ты не сможешь этому противиться, и никто не сможет. Ты гибрид, и твой запах одинаково сведет с ума альфу почти любого вида. Если мы сейчас поднимемся в холл, то произойдет грандиозный скандал с массовым изнасилованием. Хотя, вероятнее всего, большая часть присутствующих отправится в больницу или погибнет. Этот запах не перебить и не заглушить. Боюсь, у нас нет выбора: ты должен разрешить нам тебе помочь. Я знаю, ты сейчас мало что понимаешь, но, пожалуйста, сосредоточься. Или мы, или все, кто будет в холле.        В одном он был прав – я почти не соображал. Хотя суть все же до моего затуманенного разума дошла – меня поимеют. Ладно хоть мне выбор дали, впрочем, весьма сомнительный. Кто в здравом уме выберет толпу? Правда, я бы вообще предпочел, чтобы меня никто не трогал, но теперь это было уже неизбежно: притупляющее зелье нужно было пить еще утром, а сейчас оно не поможет, да и не сможем мы до него добраться. Между ног уже сводило судорогой и было чертовски влажно. А еще меня поглощало желание – стыдно даже подумать – насадиться на чей-нибудь член, и эти двое казались вполне подходящими кандидатами. Забавно, но сейчас даже нацыга казался мне просто очаровательным.        - Делайте… - я с огромным трудом выдавил из себя одно слово и зажмурился. Мои губы мгновенно накрыли чужие, и слегка шершавый язык проник в рот. Я таял от этого ощущения. Никогда в жизни не целовался, и это, определенно, большое упущение. Меня начало потряхивать от предвкушения и страха перед неизвестным. Конечно, я знал, как это должно быть в теории, но я и представить не мог, что со мной это произойдет, да еще и с двумя самцами сразу. Вот это, кстати, странно: я всегда считал, что альфы - агрессивные собственники, и к своим омегам никого другого не подпускали, но сейчас я чувствовал, как с меня сдергивали одежду две пары рук и не пытались друг друга прибить.        Фауст отпустил мои губы, и меня тут же за подбородок повернули в другую сторону. Я встретился взглядом с зелеными глазами нацыги и на мгновение даже «протрезвел». Я так боялся этого мужчину, но сейчас в его взгляде было чистое желание, от которого внизу живота все сжалось в тугой узел. Второй поцелуй был не менее яростный и сладкий, хотя очки явно мешали. Казалось, альфы все же соперничают между собой, но не так агрессивно, как должны, а в попытке показать мне свое мастерство. Я оценил, честно-честно. Они оба играли на моем теле, как на хорошо отлаженном инструменте.        Каждое прикосновение отдавалось новой волной жара, и я уже не был так уверен, что все это плохая идея. Мои стоны, должно быть, раздавались на всех этажах, проходя по шахте лифта, но мне было на это плевать. Моя одежда уже валялась на полу, и теперь я мог ощущать их обоих каждым участком кожи. Неожиданно меня развернули так, что я оказался стоящим и согнутым к личу пятой точкой, цепляясь руками за рубашку А`льяра в районе живота. Начальник охраны удержал меня за локти, чтобы я не упал.        Передо мной оказалась весьма привлекательная приманка, и запах здесь был еще сильнее. Уже почти не соображая, что творю, я потянулся вперед, расстегивая его ширинку зубами. Плевать, что он обо мне подумает, но мне нужно было хоть как-то заглушить пожирающий меня изнутри огонь. Впрочем, останавливать меня никто и не думал. Я раньше члены альф нежити видел только на изображениях или у моего кота, и представить не мог, что в реале это вызовет у меня такое восхищение. Плоть нацыги была крупной, светлого цвета с темными венами и головкой. У основания, как и пристало всей нежити, он уплотнялся в узел, который должен был расширяться при семяизвержении. В любой другой день меня бы обуял научный интерес, но сейчас единственное, чего я желал, – это ощутить его на вкус, принять в себя и позволить ему утолить мою «жажду».        Я осторожно обхватил плоть альфы у основания рукой, проводя по ней языком и находя вкус вполне приемлемым. Вобрав головку в рот, я почувствовал, как одновременно с этим в меня проникает палец Фауста. По моему телу пробежал разряд, и я неосознанно подался назад и издал вибрирующий стон, не выпуская плоти второго самца. Лич почти сразу добавляет еще один палец, сильнее меня растягивая. Это было просто невероятно. Немного дискомфортно, но это скорее с непривычки. Даже во время самоудовлетворения я не испытывал и десятой доли такого наслаждения. И вопросы того, что это место для такого, меня не занимали. Я начал сильнее и глубже погружать в себя плоть А'льяра, слыша его хриплое дыхание надо мной. Его руки скользили по моей спине и плечам, зарывались в волосы в своеобразной ласке. От одной мысли, что я делаю минет начальнику охраны, мое сознание окончательно поплыло.       - Эл, отпусти его, - Фауст потянул меня назад, и я с сожалением отстранился от плоти А'льяра, откидываясь на лича. Нацыга зарычал довольно угрожающим тоном, но у меня от этого только сильнее подкосились ноги. Он шагнул вперед, и, кажется, в этот момент страсти в кабинке накалились до предела. Я даже не успел понять, что произошло, но в один момент главу охраны отшвырнуло к противоположной стене, а в следующее мгновение около нее уже стоял огромный худощавый волк, черный, как сама тьма. Я замер, не в силах оторвать от него взгляда: зверь был действительно прекрасен, и даже его вздыбленная шерсть и истекающая слюной пасть не казалась мне чем-то ужасным. Я был прав: среди нежити это самый великолепный вид.       - Не дергайся. Давай же, вспомни, что ты не вурдалак, - голос Фауста звучал у меня над самым ухом. И только сейчас я ощутил, что его пальцев во мне уже нет. Нацыга встряхнулся и, прижав уши, приблизился, начиная вылизывать мои бедра. Лич позволил мне снова за него ухватиться, и я почувствовал, как в меня уперся его не менее возбужденный, чем у волка, член. – Все хорошо, Эл, дыши и расслабься.        Фауст резко поднял меня за одну ногу, фиксируя ее на весу, почти на уровне моего согнутого раком тела. Я с трудом ухватился за один из поручней лифта, чтобы не потерять равновесие, второй рукой продолжая водить по шкуре нацыги. Меня пронзила крупная дрожь от четкого осознания, что все – сейчас я распрощаюсь со своей девственностью. А'льяр тем временем слегка под меня поднырнул, захватывая мою плоть в свою пасть, от чего я едва не кончил, выгибаясь и крича во все горло. Лич потянул меня за бедра и резко подался вперед. Мне показалось, что меня прошило насквозь, выбивая из легких воздух и заставляя хрипеть. Жар и жжение в пятой точке усилились. Несмотря на течку и на то, что я был растянут, мое тело все равно не хотело мириться с такой участью, противореча само себе. Воздух вокруг словно нагрелся от наших тел, а запах альф стал еще гуще, буквально пропитывая меня всего.        Лич подался слегка назад и снова толкнулся вперед, посылая по моему телу болезненные и невероятно сладостные искры. Я крепче стиснул руку на холке нацыги, пытаясь его сдвинуть. Мне казалось, что еще чуть-чуть – и я просто кончу, но мне так хотелось, чтобы это длилось как можно дольше. Медленные плавные движения внутри заставляли пальцы на ногах непроизвольно поджиматься. Это было не сравнимо ни с чем, и мне казалось, что уже никогда я не испытаю такого вновь. Фауст тяжело дышал позади меня, все резче двигаясь внутри и сильнее сжимая мои бедра.        - А'льяр, - и уж никак я не ожидал, что он вдруг резко остановится и потянет меня на себя, подхватывая и приподнимая за бедра так, что я остался висеть в воздухе, прислоняясь своей спиной к его груди и будучи все еще глубоко насаженным на его член. Нацыга отошел чуть назад и снова принял человеческий облик, слегка растрепанный, но все такой же невозмутимый. На этот раз в его глазах читалась почти неукротимая ярость и голод, от которой мне стало так страшно, что я инстинктивно вжался в Фауста спиной. А тот лишь шептал мне на ухо, успокаивая: – Все хорошо, потерпи, мы не сможем тебя разделить иначе.        До меня не сразу дошло, что он подразумевает под этим «иначе», но когда А'льяр вжался в нас и притянул меня в очередной звериный поцелуй, я отчетливо почувствовал, о чем именно он говорил. Я испуганно уперся мужчине в грудь, начиная протестующее мычать. Да они совсем спятили, если считают, что поместятся во мне одновременно. Но куда мне, слабому омеге, против двух очень даже сильных альф. Они стиснули меня в своих объятиях. Я чувствовал горячее дыхание Фауста и его поцелуи на шее. По моим щекам струились слезы, и внутри все буквально сжалось от ожидания беды. Я умру, они разорвут меня надвое, а затем затрахают до смерти. Нацыга слегка надавил на мое отверстие рядом с членом второго альфы. Я впился пальцами ему в спину и зажмурился. Он толкнулся сильнее, плотнее прижимаясь ко мне и буквально поглощая мой рот своим.       Это было больно, и, наверное, они даже меня повредили, но я понял, что на самом деле все не так уж и страшно. Мое тело и не думало терять возбуждение, а от двойного окутывающего меня аромата я начинал истекать еще обильнее, ощущая пожар в нижней точке. Наверное, тело омег и правда способно на это. Впрочем, подумать у меня не было никакой возможности. Я отчаянно боролся с саднящей болью, пытаясь расслабиться, но у меня не получалось, просто потому, что я никогда раньше этого не делал и не понимал, как добиться от тела подчинения. Наконец, они оба оказались внутри меня и замерли. А'льяр оставил мои губы в покое, и я уронил голову ему на плечо, пытаясь унять пульсацию в висках. Я был растянут до предела и каждой мышцей ощущал малейшее движение двух горячих, твердых членов у меня внутри. Наверное, в этот момент я больше всего ненавидел себя за собственный идиотизм, приведший меня к такой ситуации.       Альфы сжали меня словно в тисках, их руки скользили по моему телу, явно пытаясь немного расслабить. Их губы целовали меня везде, куда могли дотянуться. Я немного успокоился, чувствуя, как они начали скользить внутри меня с потрясающей синхронностью, словно всю жизнь делали это вместе. По моему телу снова растекалось блаженство, и я отдался ощущениям, позволяя им затопить меня с головой. Перед глазами мелькали звездочки, и дышать становилось все тяжелее. Я припал губами к шее нацыги, прихватывая кожу зубами. И наплевал на все. Сейчас я особенно четко осознал, что я омега и это чувство принадлежности – самый прекрасный момент в моей жизни. Даже если никогда больше ничего подобного не повторится, я навсегда запечатал его в своей памяти.        Фауст перехватил мои бедра плотнее, и я вскрикнул от чувства, что меня буквально распирает изнутри. Я в ужасе распахнул глаза, четко понимая, что они собираются сделать. Если они сомкнут узлы внутри меня во время течки, вероятность того, что я понесу, очень высока. Учитывая, что я еще не разу не рожал, то почти стопроцентная.        - Нет, стой, - я попытался повернуться в боссу, но и А'льяр явно не собирался покидать моего тела до сцепки, прижал меня к себе, так что я мог лишь бросить на лича жалобный взгляд. Это было уже слишком. Одно дело – позволить им себя поиметь, и совсем другое – беременность. К такому повороту я не готов и никогда готов не буду. Я не могу смириться с таким положением дел. Я человек, пусть и мысленно, но я никогда не стану нежитью до конца и для меня в этом нет ничего нормального и естественного.        - Не противься, это неизбежно, - глаза лича сверкали, как пара золотых монет.       - Нет! – я пытался сказать что-то еще, но мое горло сдавило спазмом, а все тело прошило судорогой. Альфы полностью проникли внутрь, замирая. Их рык был самым страшным звуком, когда-либо мною слышанным. Он словно пронзил мое тело, и я выгнулся, утопая в приливных волнах оргазма. Мой член выплеснулся семенем между мной и нацыгой.        Мое сознание лишь на мгновение выбило из тела, но я довольно быстро оклемался. Каким-то образом мы умудрились оказаться на полу, причем А'льяр на нем лежал, я был на начальнике охраны, а Фауст нависал над нами сверху. Мы были все еще соединены, и я понимал, что быстро освободиться нам не удастся. Мужчины, кажется, уже были совершенно спокойны, да и я начал приходить в себя, больше не чувствуя непреодолимого желания насадиться на чей-нибудь член, впрочем, их во мне и так было два. И тут на меня накатило. Я почувствовал себя обманутым, преданным, использованным, как обычная шлюха. Слезы сами собой навернулись на глаза, хотя я уже и не помнил, когда плакал в последний раз, а за последнюю неделю это происходило как-то неприлично регулярно.        - Как вы могли? – мой голос сейчас звучал довольно жалко, впрочем, это не имело значения. Я был слишком зол и обижен, чтобы обращать на такие мелочи внимание. Мне хотелось поколотить их обоих, но у меня не было сил ни на какие движения. Я не мог унять охватившего меня чувства разбитости и никчемности. Я не мог поверить, что все это не ужасный кошмар, от которого я никак не мог пробудиться.        - Не плачь, - Фауст ухватил меня за подбородок, заставляя оторвать голову от груди нацыги, на которую она опиралась, и повернуться к нему. – Ты даже не представляешь, как ты прекрасен сейчас. Ты сам выбрал нас и должен был понимать, что мы не остановимся, не дойдя до конца. Ты же изучал повадки нежити. Я хочу, чтобы ты включил свои замечательные мозги и хорошенько подумал - тебя так страшит идея зачать дитя от одного из нас или сама мысль о беременности?        - Я… - лич, как всегда, был рассудителен и, даже в такой момент, он был прав. Меня страшила мысль о беременности. Страшила до ужаса. Когда я стал омегой, я думал о том, что рано или поздно мне придется это сделать, ведь против природы не попрешь и притупляющие зелья не смогут помогать всю жизнь. Но, даже зная это, сейчас мне было больно осознавать, что все решили за меня, даже если это всегда было прерогативой альф, я в сознании все еще человек. А я ведь еще даже не успел до конца свыкнуться с мыслью, что я нежить. Ну почему на меня все это навалилось скопом? – Я не был готов… не сейчас.        - К этому нельзя подготовиться, Эл. Это просто происходит и думаю в твоем случае даже хорошо, что это случилось именно сейчас. Тебе будет проще пережить все потрясения сразу. Ты - один из нас и омега, это в твоей природе, поверь, ты быстро не только привыкнешь к этой мысли, но и будешь желать этого всем сердцем. Ну а если тебя так страшит мысль остаться в одиночестве с ребенком, то можешь не волноваться. Ни у одного из нас нет партнера и любой готов принять на себя ответственность. Ну, я так точно, - Фауст улыбнулся и выглянул из-за моей головы, явно ища подтверждения своих слов у А'льяра.        - Солидарен, - нацыга, как всегда, был невероятно краток, даже в такой ситуации. Сейчас я не мог поверить, что и правда согласился на секс с ним. Лич мне нравился, и это было не так ужасно, но ведь начальник охраны меня терпеть не мог, да и я к нему симпатий не питал. Почему же сейчас он был так спокоен?        «Господи, я переспал с двумя мужчинами, причем именно с этими, и уже, наверное, беременный, да еще и партнерство они мне предлагают. Какой ужасный день», - меня разобрал смех, и я уткнулся в грудь А'льяра, истерично хихикая вперемешку с рыданиями. Альфы молчали, видимо, давая мне время все обдумать. А чего тут думать, выбор у меня не велик, но делать им все, что они захотят, я не позволю. Плевать я хотел на их дурацкие законы, никто больше за меня выбирать не будет. Сегодня был последний раз.        Минут через десять, когда я уже просто неподвижно сопел, они оба пошевелились и осторожно покинули мое тело, вызвав новую волну жжения в пятой точке. У меня почти не было сил двигаться, да никто этого и не требовал. Фауст накрыл меня своим плащом, а А'льяр поднял на руки. Затем они запустили лифт, но нажали не холл, а седьмой этаж. Начальник лабораторного сектора собрал мою одежду. Судя по всему, мы направлялись в его кабинет. Честно говоря, сейчас мне было все равно: я был настолько измотан, что не смог бы сопротивляться, даже если бы они решили повторить. Над своим жутким положением я решил подумать на свежую голову, потому что сейчас мой мозг мог думать только о том, чтобы хоть немного поспать. Видимо, эта мысль пересилила все остальные, поэтому, как мы выходили из лифта, я уже не помнил, задремав прямо на руках у моего страшного кошмара.