Мастер: Корпорация Шекай

      п/а – Внимание: с этой главы появляется персонаж, говорящий на украинском (сейтан в рассказе), для тех кто совсем не поймет, перевод внизу в примечании. ОГРОМНОЕ СПАСИБО Shedou (Shadow) Morbius за перевод речи на украинский.        Проснулся я в куда более приподнятом настроении, чем ложился. Надо было признать, что я оказался в тупике. Впервые в своей сознательной жизни я просто не знал, что делать. Я пребывал в такой жуткой ситуации, и всего за седмицу моя жизнь из вполне нормальной – если так можно назвать помешательство на экспериментах с нежитью – превратилась в театр абсурда, где я – главный актер. Сейчас я особо остро ощущал, что мне нужно с кем-то посоветоваться. Вот только с кем? Определенно Ракарис сейчас оказался бы весьма кстати, но вряд ли я увижусь с ним до разговора с теми двумя.        Времени у меня еще было предостаточно, так что я решил позавтракать и заодно почитать ту книжечку, что вчера дал мне Фауст. Мне совсем не понравилось то, как два альфы вчера играли в гляделки, которые я не мог понять. Пора было выяснить, чем так особенна беременность у нежити. В сущности своей мертвое тело вообще не могло воспроизводить жизнь. С другой стороны, оно и двигаться не могло, но нежить это не останавливало. Значит, и способности к производству у них относились к разряду сверхъестественного.        Положив поесть в миску Рико и усевшись с парой бутербродов на диван, я открыл книжечку. Первый раздел, «Процесс зачатия», я пропустил, поскольку успел испытать все его «прелести» на себе и уже в достаточной степени имел представление. Посему я начал со второго раздела – «Циклы беременности у омег». В отличие от нас, людей, темная раса вынашивала потомство не три цикла, а четыре, хотя в последнем было всего два месяца. Глубоко вдохнув, я прочитал краткое описание циклов, прежде чем углубиться в их более обширные характеристики.        Первый триместр - формирование оболочки плода. Все силы омеги уходят на создание внутри своего тела защитного купола. При этом сильно повышается либидо и ему постоянно хочется сексуального контакта не важно, где и с кем, поскольку через секс он забирает силу альфы, чтобы оболочка имела два начала и ребенок не родился ущербным и слабым. В этот период рекомендуется иметь сексуальный контакт со своим партнером не реже раза в три дня. Внимание: если омега спаривается со своим альфой, отцом его дитя, тогда уровень силы детеныша увеличивается и он рождается более сильным, чем если омега спаривается с любым другим альфой.        Второй триместр - формирование плода. На данном этапе омега может испытывать ряд проблем: токсикоз, головокружение, потеря аппетита или, наоборот, его гипперстимуляция, повышенное либидо и прочие неприятности. Физический контакт с альфой недопустим, потому что вмешательство в развитие эмбриона должно быть минимально. Для того чтобы справляться с повышенным либидо, омегам рекомендуется использовать подручные средства, а также помощь альф, без проникновения.        Третий триместр - рост малыша. На этом этапе у омег много обязанностей: традиции навязывают им различные процедуры, которым они должны следовать. Омеги настолько замотаны, что секс опять-таки должен сводиться к минимуму, чтобы не увеличивать стресс. Этот триместр заканчивается рождением оболочки на свет. Извлечение плода происходит путем физического вмешательства альфы, либо самого омеги.        Четвертый триместр (на самом деле длится всего два месяца) – формирование внутренней силы. Ребенок остается прикован к омеге через пуповину весь триместр. В этот период в теле родителя происходит формирование родовой силы, которая постепенно втекает в малыша, чтобы не навредить ему. Здесь омеги вынуждены носить свое чадо в специальной сплетенной ими корзине-сумке, вешающейся спереди, реже сзади. Все это время ребенок продолжает пребывать в состоянии анабиоза. В конце этого этапа, когда малыш открывает глаза, альфа (партнер или отец, за неимением партнера) должен традиционно перекусить пуповину. На данном этапе, в случае рождения большого числа детенышей, омега не двигается с места весь цикл.        Я почувствовал, как бутерброд выпал у меня из рук, но даже не попытался его поймать. Я испытал самый натуральный шок, понимая, что ЭТО предстоит и мне. К горлу подступил ком, и я тяжелее задышал, даже не представляя, как такое возможно. На глаза сами собой навернулись слезы, и я все-таки поддался истерике, которая назревала еще со вчерашнего дня. Я завалился на диван, подвывая и ревя, чувствуя себя невероятно ужасно, словно меня приговорили к очень жестокой казни и мне предстояло умирать медленной и мучительной смертью. Я не желал всего этого. Это было так дико и первобытно, что мой человеческий мозг отказывался воспринимать столь варварские этапы.        Мне было горько и обидно от того, что я оказался в такой ситуации, но винить я мог только себя. Если бы я не добыл Темную воду, если бы не изготовил состав, если бы не привлек внимание АНК и не вколол себе эту чертову сыворотку… Да хватило бы даже того, чтобы просто не прийти на работу вчера! Как ни посмотри, но во всем случившемся виноват только я сам. И теперь я не знал, что мне делать. Не следовать инструкциям и погубить ни в чем не повинное дитя я бы не смог. Я, конечно, ученый, но не монстр, по крайней мере, не на столько. Но делать все, как там написано… От одной только мысли о постоянном сексе в первый триместр меня бросало в дрожь и истерика накатывала с новой силой. Не говоря уже о том, чтобы носить ребенка в анабиозе с собой целых два месяца.        Неожиданно в дверь постучали. Точнее по ней стучали довольно громко, видимо, уже не в первый раз, но я так погрузился в свои стенания, что не сразу это услышал. Утерев слезы и хлюпая носом, я направился к двери. Для А'льяра было еще рановато, возможно, это был Ракарис, улизнувший с работы, чтобы поговорить со мной. Я открыл дверь и обнаружил за ней незнакомого мужчину, человека.        - Здоров сусіде! Я тут учора ввечері переїхав й(і) вирішив завітати та познайомитися, - жизнерадостно объявил неожиданный визитер и тут же выпучился на мой мало приглядный вид. – А ти чого ревеш?        - Лук чистил, - я уж точно не собирался с ним откровенничать. По сути, я даже не совсем понял, откуда он взялся, ведь слева и справа от меня жили семьи, а его я раньше точно не видел. Мужчина выглядел довольно недурно. Высокий, худощавый, с чуть отпущенными до шеи темными волосами и яркими синими глазами. Он определенно был из тех, кто пользуется популярностью у девушек. Честно говоря, мне было сейчас совсем не до него, но захлопнуть перед носом дверь было бы невежливо, да и он помог мне немного отстраниться от тягостных мыслей.        - Ох, а ти хіба нежить? - брови мужчины поползли вверх, и я мгновенно напрягся.       - С чего вы взяли? – я, конечно, не считал, что был единственным человеком, способным улавливать, кто передо мной, но встретить еще одного, уже будучи сам нежитью, ощущалось странно и даже неприятно.        - Так я ж на сейтане кажу, а ти мене прекрасно розумієш, але відповідаєш на своєму, значить місцевий. Сумніваюся, що в тутешніх краях моя мова користується популярністю, а отже ти нежить, сприйнятлива до всіх мов, - жизнерадостно заявил сосед. Кажется, это открытие его нисколько не напрягало, что меня немного порадовало. – Мене звуть Валькєц Гараям, живу навпроти, будемо знайомі.       - Элерек, - я решил представиться полным именем, поскольку фамилии нежить не признавала, а я теперь вроде как один из них. Я был удивлен, что даже не заметил его инородного выговора, видимо, мой мозг подстроился под него автоматически. Насколько мне известно, нежить прекрасно понимала любой человеческий язык, а говорила только на тех, которые выучит. Сентан был основным языком маленького государства Гвадарики, расположенного к востоку от Британики. Страна эта была довольно дружелюбно настроена к нежити, и среди ее жителей почти невозможно было встретить неприемлющих.        Меня немного удивило, что сосед из дома напротив решил со мной познакомиться. Наша улица была очень широкой и противоположно стоящие дома находились на расстоянии, где могли разъехаться четыре автобуса. Так что, как правило, все жители заводили знакомства только с соседями с боков.        - Ну, будь здоров, якщо що треба, завітай до мене, - Валькєц распрощался со мной и направился к моим соседям слева.        «Он что, решил со всей улицей перезнакомиться?» - я еще немного посмотрел в спину немного странному соседу и вернулся в гостиную. Невольно этот мужчина стал моей отдушиной, позволив успокоиться и прийти в себя. Теперь я мог собраться с мыслями и адекватно оценить ситуацию. У меня было еще где-то полчаса до прибытия А'льяра, так что я отправился наверх, намереваясь одеться.        «Итак, что мы имеем? С первым этапом все ясно, ничего не изменится за исключением постоянного секса…» - от этих мыслей я почувствовал легкое покалывание внизу живота. Определенно, мне не было неприятно, когда мы делали это вчера, хотя поначалу я испугался. Но мне не давала покоя мысль, что если так пойдет и дальше, я могу пристраститься к плотским удовольствиям, что несомненно помешает мне в работе. Да и потом, насколько я знал, партнерство у нежити было на сезон, состоящий из двадцати шести месяцев, а затем они либо расставались, либо оставались на следующий сезон. Это значило, что двое альф, предложивших мне партнерство, имели в виду именно этот период, после чего я буду предоставлен сам себе, а моего ребенка, вполне вероятно, заберет отец, потому что я, как нежить, еще крайне не состоятелен и любой спор решится в его пользу.        «А если я откажусь от партнерства? Допущу одного из них только на первый триместр, а дальше все? Что будет тогда? Смогу ли я один прокормить и себя, и ребенка? Вряд ли. Последние пять месяцев я вообще не смогу работать, да и после рождения малыша какое-то время тоже. Нежить хоть и развивается быстрее людей, но хотя бы год мне нужно будет все время оставаться подле него. Это ладно если родится нацыга, со щенками куда проще, а если лич, это будет проблемно… наверное. Я же совсем ничего не знаю о воспитании маленьких нежитенков», - мне захотелось приложиться головой об стену, потому что я просто не представлял, как выкрутиться из этой ситуации в одиночку.        «Ладно, допустим, я согласен на партнерство, не будем загадывать, что будет по окончании сезона, – решаем проблемы по мере их поступления. Второй этап вроде не отличается от человеческого. С тошнотой и прочими неприятностями уж как-нибудь справимся, а вот с повышенной тягой к сексу придется как-то бороться, но это всяко лучше, чем необходимость делать это раз в три дня», - раскладывая все детали по полочкам в своем сознании, я чувствовал себя гораздо лучше. В сущности, беременность – это своего рода испытание и такой же научный эксперимент, как и то, что мое тело изучают для выделения из него сыворотки. Так что, если буду относиться ко всем этапам, как к части эксперимента, то это не будет так тяжело. – «Что там у нас дальше? Третий этап нагружен какими-то обрядами. Об этом наверняка прописано дальше в книге, так что изучу на досуге. Роды тоже не должны быть сильно страшными. Судя по всему это будет что-то вроде кесарева... Не совсем понятно как нежить проделывала это до технологического развития, но думаю, Фауст мне объяснит. Вот с четвертым этапом все сложнее. Если до этого я буду носить малыша в себе, то дальше мне придется таскать его с собой на руках или в какой-то корзине двадцать четыре часа в сутки. Вот уж напасть».        Я немного успокоился и даже расслабился. Это не значило, что я смирился, но я не собирался уподобляться глупым девчонкам, залетевшим по неосторожности. Пусть это и не было запланировано, но я решил извлечь пользу от своего положения и как следует изучить все этапы беременности нежити, так сказать, на примере. Дедуля всегда говорил что я быстро приспосабливался, вот и сейчас обстоятельства требовали от меня как можно быстрее влиться в новые условия жизни.        К тому моменту как А'льяр постучал в мою дверь, я уже был полностью уверен в том, что и как буду делать и что мне следует предпринять, чтобы не остаться у разбитого корыта. Нацыга, переступив порог, первым делом сгреб меня в охапку и уткнулся носом в мою макушку. Все же этот жест был мне не знаком, а раз так, то он, скорее всего, имел место только внутри партнерского союза и в учебниках о нем не писали. Я покорно позволил волку меня обнюхать, одновременно сам неосознанно втягивая его запах. Я осознал, что он ощущается очень знакомо, и, видимо, теперь я смогу распознавать альфу по запаху, если мы будем находиться рядом. Запах для нежити – весьма важный показатель, и я старался запомнить запах начальника охраны, вплоть до мельчайших ноток.        - Готов? – мужчина отстранился и посмотрел на меня. Все же эти чертовы феромоны меня доконают. Ведь раньше одного такого взгляда было достаточно, чтобы меня от страха пробрала дрожь до костей. Сейчас дрожь тоже есть, но совсем по другому поводу. Страшный он тип, но я почти перестал его бояться, разве что опасаться стоило за сохранность пятой точки.       - Да, - я только кивнул. – «Да уж, весьма продуктивный разговор. Интересно, он чаще всего выражает все, что хотел сказать одним словом, неужели он со всеми так общается или это только мне везет?»        До здания корпорации мы добирались молча. Впрочем, я не смог бы ничего сказать, даже если бы захотел, потому что желудок у меня провалился куда-то в пятки, а сердце того и гляди готово было выпрыгнуть из груди. Не знаю, кто выдавал нацыге права, но инспектор явно был пьян, потому что то, как альфа водил, больше походило на игру, где нужно было на огромной скорости огибать препятствия в виде других машин, домов, пешеходов, фонарных столбов, при этом не сильно заботясь о сохранности машины, главное – успеть, пока таймер не истек. Вот примерно так мы и добирались до места. Мы не ехали – мы низко летели. Ничего удивительного в том, что, когда мы, наконец, остановились, умудрившись-таки не задеть ни одного препятствия, я свесился через дверцу, едва позорно не расставшись со своим завтраком. К счастью, мой желудок оказался крепче, чем я думал, и я отделался лишь зеленоватым оттенком лица. Мысленно пообещав себе никогда больше не садиться в эту машину, я дождался, пока А'льяр откроет мне дверцу, и шатаясь выбрался на твердую землю.       - Идем, - глава охраны как ни в чем не бывало подхватил меня под руку и потащил в здание. Со стороны это, должно быть, смотрелось так, словно он поймал вора, но мне сейчас было все равно, потому что без его опоры я бы точно потерял равновесие. Хотя мне совершенно не нравилось то, как грубо он меня держал. Пункт охраны мы миновали, даже не остановившись, и тут же поднялись на лифте в кабинет Фауста. У меня начиналась паранойя, но мне почему-то казалось, что с начальником охраны все боятся ехать в одном лифте: хотя в этот раз он не выказывал никакого протеста против попутчиков, все стоящие в вестибюле сделали вид, что ждут лифта вниз. Я бы еще понял, если бы он управлял лифтом – после машины с ним на любое средство передвижения садиться страшно.        - Эл, как ты себя чувствуешь? – Фауст выглядел немного устало. Уж не знаю, как я это определил, но это я понял отчетливо. Видимо, опять-таки все дело в запахе. И снова меня прижали к мужской груди и обнюхали.        - Для чего вы оба это делаете? – боссу я этот вопрос задать не побоялся. Все же из них двоих он был самым адекватным.       - Тебя это смущает? Не волнуйся, это один из знаков внимания, который альфы оказывают омегам, плюс проверяя, нет ли на них чужого запаха, - Фауст усмехнулся, а я едва не вспыхнул от негодования. За кого эти двое меня принимали? То, что я согласился на секс с ними во время течки, совершенно не означало, что пойду в разнос и начну прыгать в койку ко всем подряд. Видимо, лич заметил мое состояние и успокаивающе провел рукой по волосам: – Это инстинкт, Эл, и если даже я знаю, что ты не станешь делать глупостей, мы не можем противиться первобытному инстинкту, заложенному в нас тысячелетия назад. Ты ведь сказал, что веришь, мне, поверь и в то, что я не причиню тебе вреда, никогда.        - Я понял, простите, - мне стало немного неудобно от собственных мыслей. Все же, я и так знал, что нежить сильнее людей подвластна природе.        - Ты прочел книгу? - Фауст отошел к своему столу, позволяя мне опуститься на диванчик рядом с А`льяром.        - Не всю, только краткое описание этапов, - ну вот, как пить дать я покраснел, потому что даже шея начала пылать от стыда.        - Хорошо, значит, ты в общих чертах понимаешь, что будет. Сейчас я изложу тебе наше предложение, и ты сможешь принять окончательное решение, - Фауст говорил неспешно, и я очень внимательно слушал, ведь от этого зависело не только мое будущее, но и судьба ребенка. Я пока еще не осознал все настолько, чтобы назвать его своим, да и инстинкты омеги, которые должны побуждать меня любой ценой защитить свое дитя, пока спали где-то внутри. Лич внимательно смотрел на меня, явно оценивая реакцию. – Поскольку до рождения детеныша мы не можем точно определить, чей он именно, мы решили предложить тебе тройственный союз. Мы оба будем защищать и обеспечивать тебя на протяжении сезона. Разумеется, это означает, что тебе придется соблюдать режим циклов с нами обоими. По окончании сезона, независимо от результата, один из нас предоставит тебе отступные и ты сможешь вернуться к нормальной жизни.        - А что станет с ребенком? Вы сказали «отступные», значит, я должен буду его оставить, так? – такой план мне не особо нравился. Пусть я еще не в полной мере осознавал, что стану родителем, но был уверен, что к окончанию срока привяжусь к малышу. Это было вполне естественно, даже если бы я не был омегой.        - Эл, ты понимаешь, что поднять ребенка самостоятельно очень трудно и, как у нежити, у тебя очень низкий ранг. Даже если мы находимся на вершине иерархии, это ничего не будет стоить, как только связь с нами будет утрачена. Если малыш останется с одним из нас, его ждет прекрасное будущее, мы сможем дать ему лучшее образование и опору в жизни. Ты это понимаешь? Разве своему ребенку ты такого не желаешь? - Фауст говорил со мной, словно с неразумным птенцом. А то я не знал, что будет ой как сложно, но это ничего не значило.        - Я понимаю, но это нечестно. Пусть я и нежить теперь, но сознание у меня все еще человеческое. Как я могу принять то, что мне придется отдать своего ребенка? – я с вызовом посмотрел на лича. Он должен был придумать другой план, этот меня не устраивал совершенно. Я был настроен решительно, если понадобится даже сбегу в другую страну.        - Фауст, - А'льяр сурово посмотрел на коллегу, слегка склонив голову набок.        - Ну хорошо, есть еще второй вариант. Мы можем помочь тебе с этапностью, где необходимо наше вмешательство, но все остальное тебе придется взять на себя. В этом случае мы не станем претендовать на потомство, - со вздохом ответил глава лабораторного сектора. Я почувствовал, что от этого вполне приемлемого плана мне стало еще хуже, чем от первого. Меня сжирали противоречивые чувства. Как могли они так спокойно говорить о том, чтобы отказаться от ребенка? Ведь это их плоть и кровь. Да, они не планировали ничего такого, и у нежити не принято привязываться к родственникам, да, я сам поставил их в такую ситуацию. Но неужели они настолько мертвые внутри, что им все равно? Они ничего не испытывают ко мне – это ясно, но неужели нежить так безразлично к своим отпрыскам? Сейчас я со всей четкостью осознал, что все же эти существа в большей степени своей животные, нежели люди, и что в продолжение рода они подчиняются инстинктам, не особо заботясь о том, что будет дальше.        - Эл, посмотри на меня, - Фауст поднял мое лицо за подбородок, и я только сейчас осознал, что по моим щекам текли слезы. Альфа улыбнулся и осторожно провел пальцем, стирая соленые капли. – Вижу: и этот вариант тебе не по душе. Как насчет того, чтобы самому предложить, как нам поступить?        - Я не знаю… - мне было очень обидно. Не за себя – за малыша, который еще не родился, но до которого никому нет дела. Я не мог ничего предложить, я ведь почти ничего не знал о семейных отношениях нежити. Мой дурацкий диплом с высшими балами по нежитеведению можно было смело выбрасывать в мусорку. – Я не хочу его терять и даже если сейчас не уверен, то через два года это точно станет истиной. Но и не хочу, чтобы он рос, чувствуя себя обделенным. Не хочу придумывать истории о том, почему у него нет отца. Я не знаю, что мне делать.        - Эл, не пытайся угадывать, как мы поступим. Выбери то, что лучше для тебя, - Фауст неотрывно смотрел на меня, отчего мне хотелось сбежать куда подальше. Словно я боялся не оправдать его надежд. Когда-то он уже доверил мне важное дело – и я его подвел. Я не хотел повторения этого. Этот выбор был судьбоносным, и от него многое зависело. Разве мог кто-то столь незначительный, как я принимать решение о жизнях сразу четверых?       - А если я попрошу вас остаться со мной больше, чем на сезон? Если двух лет для меня недостаточно? - как бы эгоистично это ни звучало, я понимал, что требую слишком многого, но он сам предложил мне выбирать. я озвучил, то чего хочет мое сердце, даже если это невозможно.        - Я один уже сорок сезонов: никто не хочет связываться с альфой, большую часть суток проводящим на работе. Не думаю, что за еще один что-то изменится. Если ребенок окажется моим, я готов продлить партнерства на несколько сезонов. Меня это не обременит, но ты должен понимать, что наши законы очень четко распределяют нашу жизнь в отношении партнерских союзов. Если ты захочешь, чтобы я остался с тобой, тебе придется исполнять обязанности омеги и после того, как малыш родится, - лич расплылся в улыбке, а я заметно вздрогнул. Тут даже гадать не надо, о чем он говорил. Полагаю, мне придется его ублажать все время, пока я буду нуждаться в его поддержке. Почему-то от такой постановки вопроса я почувствовал себя продажным. Но, с другой стороны, я вполне могу рассматривать лича как партнера по сексу. Не могу же я всю жизнь игнорировать естественные потребности тела? А так вроде и помощь от него будет, и удовольствие, а на то, что все по договоренности, можно закрыть глаза.        - Меня это устроит, но… - я перевел взгляд на второго альфу. Без его согласия все может пойти прахом, если он окажется отцом ребенка.        - Согласен, - нацыга коротко кивнул. Если бы я не знал, что высших вурдалачьих нельзя загипнотизировать, решил бы, что Фауст его заставляет выбирать все то же, что и сам. Уж больно они синхронны в своих действиях. Или все дело в том, что глава лабораторного сектора вырастил А'льяра, и тот теперь из благодарности ему во всем потакает? Но ведь у нежити нет таких крепких внутрисемейных уз, значит, здесь должно быть что-то еще.        - Что ж, если всех все устраивает, на том и порешим. Эл, с завтрашнего дня ты переезжаешь ко мне. Я оформил тебе больничный на три дня, так что ты свободен, можешь ехать домой собираться. Забери все, что посчитаешь нужным. Насколько мне известно, твоя домашняя лаборатория пострадала, так что ты сможешь воспользоваться моей. Внизу тебя ждет Ракарис: я могу ему тебя доверить, он уже знает о проекте Собр. И, если ты не против, я бы попросил и дальше сдавать ему твой дом, пока ты будешь находиться у меня, - от такого обилия указаний я аж опешил. И почему у меня сложилось четкое ощущение, что этот тип знал, что я решу с самого начала?        Я молча кивнул и покинул кабинет главы. Обнюхивать на прощание меня не стали – и на том спасибо. Я даже не решился возмущаться по поводу того, что не хочу я никуда переезжать. В данном случае я не имел ничего против. Во-первых, Фауст прав, и моя лаборатория на чердаке пострадала слишком сильно, а пользоваться его домашней будет крайне удобно. Во-вторых, я больше чем уверен, что живет лич в Азстейре, а значит, у меня есть шанс поизучать нежить в ее, так сказать, естественной среде. Ну и в-третьих, раз уж эти двое берут на себя ответственность за мое обеспечение, то почему бы не расслабиться и не получать удовольствие? Это будет наименьшей моральной компенсацией за то, что мне предстояло пережить во время беременности.