Мастер Иллюзий +2822

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Гарри Поттер

Пэйринг и персонажи:
Северус Снейп/Люциус Малфой/Гарри Поттер, Драко Малфой/Гермиона Грейнджер
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Романтика, Юмор, Драма, Фэнтези, Экшн (action), AU
Предупреждения:
Групповой секс, Мужская беременность, Элементы гета, Элементы слэша
Размер:
Макси, 653 страницы, 49 частей
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
«Люблю всем сердцем» от Хельгасик
«Спасибо за Тигрёнка)» от Zhuzhe4ka
«Лучший на фэндоме! » от Feva
«Любимейший шедевр!!!» от Ketsunne
«За огромный труд!» от le57plys
«Выше всяких похвал! » от Krisrain
«Это просто шедевр! » от Awesome Eksi
«Отличная работа!» от 282286ac
«Потрясающая история!» от 11Ди
«Аплодирую стоя!Великолепно!» от Ane4ka_Anuta
... и еще 48 наград
Описание:
Мастера Иллюзий не рождались уже три столетия, о таком виде волшебства просто забыли. Как же получилось так, что загнанному в тесные рамки Героя, мальчишке, жизнь среди цирковых артистов нравится больше, чем слава Избранного, а найденные в потайных уголках чужих библиотек книги с подозрительными заклятиями, больше чем «одобренные» Министерством. Ну, а в остальном, как обычно - страсть, любовь и… интрига. Шляпа ведь – была права.

Посвящение:
Вам всем посвящается!

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Читателей, которых шокируют тройнички, просьба - не читать!
Отказ: Взяли поиграть и вернули обратно. А так, нас тут вообще не стояло.
Иллюстрации к фику - авторы: Тень Севера, Теххи. Автор коллажа-заставки - ДавыдоФФ.

Глава 7. За всё надо платить (продолжение)

25 мая 2012, 12:10
Их выбросило прямо посреди столовой Сноукастла. Юноша, не выпуская из рук обмякшее тело старика, осел на пол, бездумно глядя прямо перед собой. Он просто не мог осмыслить произошедшее минуту назад на его глазах. Скрегги! Старый эльф, к которому они за двое суток сумели привязаться и проникнуться искренним уважением! Он отдал свою жизнь, чтобы Маркус смог вытащить из тюрьмы потомка врага своей семьи. Это не укладывалось в сознании.
Вокруг суетилась и причитала Винки, пытаясь вывести из транса молодого хозяина, а парень всё сидел, уставившись в одну точку. Но вот что-то в словах эльфийки привлекло его внимание, и он усилием воли вытолкнул своё сознание из засасывающей бездны отчаяния.
- Что, Винки? Что ты сказала?
- Винки говорить - тёмный маг скоро умирать, хозяин Маркус. Винки хотеть - хозяин должен что-то делать!
- Винки, помоги мне перенести его в гостиную.
Они отлевитировали тело в единственную обставленную мебелью комнату и удобно устроили на диване.
- Разожги огонь в камине и приготовь раненому бульон. Да! – юноша вдруг вспомнил, что оставил друзей в той жуткой чёртовой долине. Одних. Без связи… - Винки, Драко с Герми не возвращались?
- Нет, молодые господа не возвращались.
- Найди их, они, наверное, беспокоятся обо мне.
Эльфийка с негромким хлопком исчезла, а Маркус повернулся к Грин-де-Вальду, ему с его даром не было нужды накладывать диагностические чары, он просто чувствовал повреждения и раны. Старый маг был уже почти за гранью. Многолетнее воздействие Нурменгарда выпило его магию, он стал почти сквибом. Ослабленный организм не выдержал экстренного перемещения в портале и сейчас медленно угасал. Для того, чтобы всё это определить, юноше не понадобилось и одной минуты. Боль и отчаяние, вызванные жертвой и смертью Скрегги (Маркус чувствовал, что после закрытия портала сердце преданного слуги остановилось, слишком много сил потратил тот на поддержание тоннеля), отступили, дав место ярости. Гневу на себя за непродуманные действия и неосторожность, на обстоятельства, сложившиеся так неудачно, на тёмного мага, вынудившего его пытаться совершить невозможное. Этот-то гнев и привёл его в чувство, заставив взять себя в руки и бороться. Расстегнув на груди убогую одежду бывшего узника, Иллюзор положил ладонь чуть левее грудины и, сверкнув недобрым взглядом ставших почти зелёно-серебряными глаз, прошипел сквозь зубы:
- Не-ет, мистер Грин-де-Вальд, вы так от меня не отделаетесь! Не для того Скрегги пожертвовал жизнью, чтобы я дал вам так просто умереть! Вы хотели умереть на свободе? Так вам придётся на ней жить! И да простит меня Мерлин за то, что я сейчас совершаю! – он закрыл глаза, вызывая перед глазами иллюзию заживления физических ран и восстановления магической ауры, от его ладони к телу старого мага потянулись огненные нити, постепенно опутавшие его подобно кокону. Юный маг застыл, постепенно, дюйм за дюймом «оттаскивая» пациента от грани, разделяющей жизнь и смерть. Это давалось ему с большим трудом. Старик не мог, да, возможно, и не хотел ему помочь.
Сколько всё это продолжалось, Маркус сказать не мог: в том месте, откуда он пытался вытащить бывшего Тёмного лорда, не было времени, там вообще ничего не было. И только когда юноша почувствовал, что Грин-де-Вальду больше не угрожает немедленная смерть, до него стал доноситься умоляющий голос, зовущий его по имени, и он почувствовал чьи-то руки, трясущие за плечи. Открыть глаза удалось с трудом. Перед лицом было встревоженное и испуганное лицо Гермионы:
- Маркус! Марк! Гарри! Да что же это! Ответь мне! Ну, пожалуйста!
Вдруг звонкая оплеуха обожгла его левую щёку болью:
- Поттер! Твою мать! Да приди же ты в себя! Чтоб тебя мантикора пожевала и выплюнула!
В поле зрения мелькнула изящная, но сильная рука Малфоя, собравшаяся продолжить экзекуцию. Застывшее от долгого сидения без движения тело среагировало инстинктивно, и рука Маркуса перехватила летящую ладонь бывшего врага возле самого лица.
- Слава Мерлину, очухался! – несмотря на нелестные эпитеты, которые последовали за этим заявлением, в голосе Драко слышались радость и облегчение. - Успокойся, Миона. Видишь – с ним всё в порядке. А теперь колись, Поттер! Во что ты нас в этот раз втравил? Кто это такой?
- Гелерт Грин-де-Вальд, собственной персоной.
- ЧТО-О-О???!!! Да ты… Да ты понимаешь, что ты наделал?! Ты! Вытащил! Из тюрьмы! Бывшего Тёмного Лорда!!! Да ты понимаешь, что посадил себе на хвост Аврораты и «вольных стрелков» всех стран?! Они не остановятся, пока не вычислят тебя. Тебе что, хочется получить пожизненную прописку в Азкабане?!
- Не верещи… - устало ответил Маркус и продолжил: - Никто никого искать не будет.
- Это ещё почему?
- Там остался Скрегги… в образе Грин-де-Вальда.
- ЧТО-О-О?! Маркус, как ты мог? Ты оставил верой и правдой служившего твоей семье эльфа умирать в этом жутком месте?! – Герми даже отшатнулась от друга.
- Он сам остался. Я вообще не знал, что он за мной наблюдает. Грин-де-Вальд вынудил меня дать ему Непреложный обет. У меня не было выбора, чтобы узнать текст ритуала, я должен был выполнить просьбу умирающего. На основе портключа мне удалось установить портал со Сноукастлом, но это очень сильно истощало магическую силу. Я понимал, что вероятнее всего погибну, но вы тогда смогли бы провести ритуал. Вдруг, откуда ни возьмись, появился Скрегги. Он не дал мне шагнуть в портал и взял всю тяжесть по удержанию этого пути на себя, а потом подтолкнул. Когда я уходил, то оглянулся и увидел, как он принимает облик Грин-де-Вальда. Понимаете, я чувствую, что это перенапряжение его убило. Моргана, прародительница! Почему я не просчитал, что он со своей жертвенностью за мной туда полезет?! Я так виноват перед ним. Простить себе не могу!
- Нет! Хозяин Маркус не должен винить себя! Скрегги погиб за свой господин! Скрегги – герой! Это – честь! Хозяин нет обвинять себя! Скрегги мечтать об этом! – Винки, влетевшая в гостиную как маленький вихрь, вцепилась в одежду Поттера, по лицу её текли слёзы. Она как будто объясняла неразумному ребёнку что-то очень важное:
- Скрегги как его отец, как брат! Там они мочь им гордиться!
- Да, Поттер. По их кодексу чести Скрегги поступил как герой.
- А я что, это отрицаю? Просто если бы не моя неосторожность, ничего бы этого не было.
- И мы бы не получили текста ритуала.
- Мы и так его пока не получили. Грин-де-Вальд в коме. Мне удалось предотвратить угрозу немедленной смерти, но придётся ещё повозиться, чтобы привести его в чувство.
- Маркус, мы с Дреем можем тебе чем-нибудь помочь?
- Нет, Герми. Я сейчас немного отдохну и продолжу лечение. И простите меня, что оставил вас в этом проклятом месте одних, но вы бы там не прошли. Обычную магию эта тварь высасывает гораздо быстрее, чем мою. А потом мне было не до того, чтобы предупреждать вас.
- Да мы всё понимаем, Марк, - Герми помогла ему подняться с пола и повела к столу. - Тебе необходимо поесть.
- Да уж, Поттер, напугал ты нас. Возвращаемся, а здесь ты в полумёртвом состоянии. Да ещё и склонился над каким-то покойником. Мы тебя трясли, трясли, эффекта – ноль. Думали – всё, не очнёшься. Садись обедать, а то дело уже к ужину идёт. Кстати, мои поздравления, твои эльфы великолепно готовят. Запечённая в сухарях и специях рыба – это просто что-то необыкновенное. Рекомендую.
- Я не хочу есть. Кстати, Винки, ты приготовила бульон?
- Да, хозяин! – эльфийка материализовалась с чашкой тёплого бульона в руках.
- Очень хорошо. Надо напоить им нашего… хмм… гостя. Только осторожно, чтобы он не захлебнулся.
- Винки сделать всё правильно, хозяин Маркус.
- Спасибо, - юноша, попытался было упасть в кресло и закрыть глаза, но был схвачен за шкирку сильной рукой и притащен к столу.
- Учти, «кузен», я от тебя не отстану, пока ты не поешь.
- Ну, вообще-то, я вроде как твой «дядя», так что отстань, «племянничек».
- Не-ет. Твоё состояние расстраивает Миону. Правда, Мио? Вот видишь, она полностью меня поддерживает. Так что ешь, и пока не опустошишь вот эту тарелку, я тебя из-за стола не выпущу.
Делать нечего, пришлось Иллюзору смириться. Чего не сделаешь ради спокойствия друзей. На удивление, после нескольких кусочков рыбы с овощным гарниром, которая буквально таяла во рту, юноша почувствовал себя намного лучше и собрался, было, вернуться к своему пациенту, но подруга, поддерживаемая Драко, заставила его принять душ и улечься спать.
- Ты сейчас всё равно слишком устал, чтобы заниматься лечением. Угрозы смерти нет, а остальное подождёт до утра. А если что-то нужно сделать сейчас, ты только скажи, и мы сделаем.
- Да, в общем-то, ты права, всё может подождать несколько часов, - вымытый и посвежевший Маркус в чистой рубашке и брюках раскатал спальник и стал устраиваться на ночлег. И тут ему в голову пришла одна идея:
- Слушайте, надо бы мебель кое-какую приобрести, а то на полу спать неудобно. Может, завтра займётесь этим? Деньги вы знаете где. Винки!
- Да, хозяин! – эльфийка мгновенно материализовалась в комнате.
- Скажи, те галлеоны в хранилище имеют хождение в наше время?
- Имеют, имеют! Спи уже! – полусонный Малфой, обнимавший уже спящую Герми, ощутимо лягнул через спальник неугомонного гриффиндорца.

На следующее утро Дрей с Герми Марка в комнате уже не застали. Винки сказала, что хозяин ещё затемно позавтракал и отправился к больному. Друзья не стали отвлекать его, а решили заняться решением той самой проблемы, которую подкинул им вчера Маркус. Галлеоны в хранилище на самом деле ничем не отличались от современных.
- Так, думаю, тысяч двадцать нам на первое время хватит, - Драко отсчитал требуемую сумму в специальные кошельки, зачарованные так, чтобы вмещать крупные суммы денег, зрительно не увеличиваясь. - Отправимся в Магический квартал Парижа. Там есть всё, что нам необходимо, и выбор огромный. Но что нам делать со своей внешностью? В этом облике я там показаться не могу, а любые чары можно засечь.
- А что, если нам ничего с собой не делать?
- Мы привлечём нежелательное внимание и, возможно, спровоцируем нападение Пожирателей, а нам это сейчас совершенно не нужно.
- Ты меня не понял, Дрей. Ты сам говорил, что я выгляжу как мальчик лет тринадцати, даже ты не смог меня узнать. Трансфигурируем богатую одежду, украшения и оружие здесь есть…
- Точно! Какая же ты умница, Мио! Мы выдадим тебя за отпрыска какого-нибудь знатного чистокровного рода, подбирающего обстановку в подаренный родителями дом.
- А ты будешь моим суровым телохранителем, - Герми нежно провела пальцами по щеке юноши. - Закутаешься в тёмный плащ и вооружишься до зубов, никто тебя и не узнает.
- Сможешь обмануть всех этих снобов?
- Да запросто!
- Прошу вас, мой господин. Пора собираться за покупками, - Драко отвесил церемонный поклон, пропуская девушку в ту комнату хранилища, где хранились драгоценности и оружие.

Через час в магическом квартале Парижа гуляющие маги с интересом поглядывали на юношу, почти мальчика, явно принадлежавшего к какой-то богатой чистокровной семье, в сопровождение вооружённого до зубов мужчины, осматривающего магазины. Красивый аристократик с каштановыми волосами и янтарными глазами в богатой шёлковой мантии привлёк внимание не только молоденьких ведьм, вызвав восхищённые вздохи, но откровенно-одобрительные взгляды многих магов. Вот только приблизиться к нему никто не рискнул, надменное выражение лица юноши, его холодный взгляд, а в особенности зловеще выглядевший спутник молодого господина заставляли потенциальных воздыхателей и воздыхательниц держаться на расстоянии. Эта колоритная парочка посетила вначале лучший мебельный салон квартала, а потом с достоинством прошествовала в магазины, где торговали коврами, тканями и посудой. Продавцы, привыкшие оценивать потенциального покупателя по поведению и одежде, завидев неброскую, но дорогую и стильную мантию, а главное, оценив украшавшую шейный платок булавку, одни только драгоценные камни в которой стоили целое состояние, буквально сбились с ног, стараясь услужить юноше. К удивлению изображавшего «Тень Командора» Драко, Гермиона играла свою роль с изяществом истинного аристократа, не допуская ни малейшей нотки фальши. А уж её вкусу в выборе мебели и аксессуаров он и сам бы мог позавидовать. Оставалось только следить, чтобы ушлые торговцы не «взвинчивали» запредельные цены. Они ходили по магическому торговому кварталу уже больше двух часов. Первоначальное намерение просто уменьшать приобретённые мебель и вещи испарилось приблизительно полтора часа назад, даже в уменьшенном виде покупки занимали столько места, что это вызывало проблемы. Решили оставлять в магазинах на имя лорда Аристофана. Это имя придумал Драко, объяснив, что в Европе известна одна немыслимо богатая магическая семья, не особенно афиширующая свою личную жизнь. Единственное, что было известно про Сфалеросов, это то, что они, вопреки магическим обычаям, имеют множество детей, которые носят имена древнегреческих философов и мифических героев. Так что такой ход был просто беспроигрышным, заставляя владельцев магазинов буквально расстилаться и не задавать лишних вопросов. Вот и сейчас Миона выбирала аксессуары для ванной, а Дрей, оглядев пространство магазина на предмет потенциальной опасности и не найдя таковой, отошёл к прилавку и, щелчком пальцев подозвав молоденькую ведьму, со значением произнёс:
- Мой господин хочет сделать подарок… даме.
Через пятнадцать минут в его кармане уже лежал уменьшенный свёрток, а ничего не заметившая Гермиона продолжала опустошать полки магазина, к вящей радости его хозяина, мысленно уже подсчитывающего свою сегодняшнюю прибыль и предвкушающего чёрную зависть своего соседа-конкурента, в магазине которого юный лорд ничего не приобрёл.
Дрей шёл на два шага позади «своего господина», привычно окидывая взглядом окрестности, но мысли его были полностью заняты девушкой, так бесподобно игравшей непривычную для неё роль. В груди горячей волной поднималось восхищение, а оно, в свою очередь, будило и вовсе определённые чувства. Когда они готовились к этой вылазке, Малфой-младший никак не мог предположить, что их дело окажется под угрозой срыва только по его вине. Ну, не мог он тогда себе представить, что будет готов вцепиться в любого, кто кинет восхищённый взгляд на его переодетую юношей спутницу. Драко едва сдержался, чтобы не проклясть двух смазливых парней, кидающих на Миону такие взгляды, что… но он вовремя сдержался и, взяв себя в руки, продолжил путь, попытавшись полностью сосредоточиться на вопросах безопасности, как и полагалось хорошему телохранителю. И всё бы могло закончиться вполне благополучно, если бы не крепко поддатый, судя по всему, богатый маг, который попытался обнять красивого юношу, громко комментируя при этом своё восхищение в весьма недвусмысленных выражениях. Миона ловко уклонилась от объятий нетвёрдо стоявшего на ногах мужчины и выхватила палочку, а Дрей, побрезговав даже использовать магию для вразумления такой мрази, приложил хама двумя ударами: в челюсть и по печени. Возможно, он по неопытности не рассчитал силу ударов, а возможно, не посчитал необходимым сдерживаться, но мужчина, нелепо хрюкнув, осел на мостовую без сознания. Больше опасную парочку задевать никто не пытался, однако весь оставшийся путь по торговой аллее юноша буквально закипал от гнева, едва заметив чей-нибудь устремлённый на Гермиону взгляд. Кроме того, его самого волновала походка девушки, поворот головы, нарочитая хрипотца в голосе, взгляды и жесты. В общем, поначалу казавшаяся приятной прогулка, превратилась для него в настоящую пытку, и юноша едва дождался, когда же они, приобретя всё необходимое, вернутся к зоне аппарации. И нет ничего удивительного в том, что в Сноукастле эта парочка материализовалась, сплетясь в крепком объятии.

В общем, поход Драко и Герми увенчался полной и безоговорочной победой. Тирри и Лерри доставили все покупки в замок, и передохнувшие друзья с новыми силами взялись за обустройство убранных эльфами помещений. Вечером, вымотанные, но довольные, они явились на ужин в столовую, но друга там не застали. Винки пожаловалась, что хозяин даже не обедал, полностью погрузившись в лечение тёмного мага. Не говоря ни слова, Дрей поднялся из-за стола и, успокоив Герми, отправился «вправлять мозги» упёртому гриффиндорцу.
- Поттер, ты что, с ума сошёл? Свалиться от истощения хочешь?
- Подожди, Дрей. Мне кажется, он приходит в себя.
И в правду, худой старик, лежащий на диване, уже меньше напоминал мертвеца, чем раньше. Дыхание его было глубоким и спокойным, он скорее спал, чем был без сознания. Голоса юношей разбудили его. Серо-зелёные глаза распахнулись и неожиданно жёсткий взгляд заставил Малфоя застыть, проглотив язвительный комментарий, уже вертевшийся на его языке. Ещё хриплый, но уже твёрдый голос, поинтересовался:
- Где я? Кто этот молодой человек?
- Не волнуйтесь, мы в Сноукастле. Вернее, в том, что от него осталось. Здесь вас никто не найдёт. А это – Драко Люциус Малфой, мой друг и некоторым образом родственник, он вас не выдаст, - Маркус передвинулся так, чтобы старый маг мог его видеть, не выворачивая голову, - Сейчас мой эльф даст вам бульон. Я думаю, вам пока рано пытаться вставать.
- Почему Вы не дали мне умереть?
- Из чисто эгоистических соображений. Мне всё ещё нужен текст ритуала, к тому же, спасая вас, погиб эльф, преданно служивший нашей семье ещё со времён той битвы. Я не хотел, чтобы его жертва была напрасной. Предупреждаю сразу: я не позволю вам покинуть мой замок.
- Здесь есть библиотека?
- Да, и огромнейшая.
- В пределах замка я буду свободен?
- Разумеется. Я вовсе не собираюсь превращать мой дом в вашу тюрьму.
- Тогда меня это устраивает.

Маркус клятвенно пообещал Малфою, что явится на ужин и, выпроводив последнего из гостиной, приступил к осмотру своего пациента. Состояние Грин-де-Вальда было относительно удовлетворительным, и юноша, побеспокоившись, чтобы Винки накормила, вымыла и переодела их гостя, отлевитировал вновь уснувшего старика в самую тёплую и светлую из оставшихся в замке комнат. Устроив больного в постели и укрыв одеялом, новоявленный хозяин замка дал инструкции по уходу и всё-таки отправился на ужин. В столовой уже никого не было. Лерри принёс разогретый ужин, и Маркус поел в гордом одиночестве, постепенно приходя в себя от пережитых за эту неделю приключений. Напряжение постепенно отпускало, и, несмотря на сожаление о смерти Скрегги, настроение парня можно было даже назвать хорошим. Глаза закрывались сами собой, и, если бы ни вовремя заглянувшая Винки, Марк так бы и уснул, положив голову на стол. Но неугомонная эльфийка своим щебетанием отогнала сон и сумела заставить его подняться.
- Хозяин Маркус должен идти спальня! Нет спать столовая!
Едва соображая в полудрёме, куда же он идёт, юноша ввалился в ту спальню, которой они пользовались всё это время и… замер на пороге как вкопанный. Сон слетел с него напрочь, как по мановению волшебной палочки. Комната преобразилась до неузнаваемости, но не в этом было дело. Прижавшись спиной к витому столбику кровати, стоял обнажённый по пояс Драко и прижимал к себе раскрасневшуюся Герми, одетую лишь в тонкую, отделанную кружевом шёлковую сорочку. Комната освещалась только огнём камина, блики которого играли на двух сплетённых фигурах, заставляя плясать окружающие их тени и превращая увиденную Маркусом сцену в волшебную сказку. Сказку о любви. Друзья его не заметили, а он стоял, не в силах сдвинуться с места, и не мог оторвать взгляда от их фигур. Дрей целовал его подругу так… бережно и нежно, а она гладила его волосы, пропуская длинные платиновые пряди между пальцами. Потрескивали дрова в камине. Метались светотени. А они не замечали ничего и никого вокруг. Герми застонала, Дрей что-то ласково прошептал ей на ушко, и Марк, выйдя из ступора, тихо ретировался из спальни, прикрыв за собой дверь и наложив на неё Запирающее заклятье. Подозвав Винки, он узнал у неё, где находится его комната, и отправился туда. Друзья выделили ему как хозяину замка самую большую спальню с окнами на море и отдельным балкончиком, утопленном в каменной стене замка. В комнате было тепло и уютно, мебель, в отличие от комнаты Драко и Герми, более массивная и выдержана в классическом стиле. Маркус с удовольствием принял ванну и, не надевая пижамы, растянулся на огромной кровати. Простыни приятно согревали уставшее тело, покрывало было мягким и пушистым. Казалось бы, после всех их приключений и походной жизни в течение недели не грех было и провалиться в сон, но не тут-то было. Проклятая сонливость улетучилась в неизвестном направлении. Перед глазами всё стояла сцена, случайно подсмотренная в спальне друзей. Там в почти тёмной комнате, освещённой лишь разожженным камином, обнажённый до пояса Драко с разметавшимися в беспорядке платиновыми волосами как никогда напоминал своего отца. И спрятанные в потайном уголке памяти воспоминания и образы хлынули лавиной. Маркус пытался им противостоять, загнать обратно, просто не вспоминать и не думать, но у него ничего не получилось. Тело уже вспомнило прикосновения и наслаждение, которое подарил ему Люциус, а проклятый разум подкидывал ещё и ещё сцены. Через некоторое время среди образов Люца появились и образы Снейпа, и постепенно всё смешалось в один вызывающий дикое возбуждение водоворот. Юноша пытался отогнать наваждение, приняв холодный душ, но и это не помогло. Наконец, он сдался. Полуприкрыв глаза и выгнувшись на постели, он поглаживал свой напряжённый член, представляя, что его ласкает Люциус, но образы в сознании путались. Иногда образ блондина сменялся образом тёмноволосого мужчины с неправильными чертами лица и пронзительными чёрными глазами. И в накатившем внезапно водовороте оргазма он и сам не знал, чьё же имя… или имена срывались с его губ. Всё-таки, усталость взяла своё, и после такой разрядки юноша провалился в сон, но и он не принёс облегчения, всю ночь ему снилось… в общем, сны были весьма колоритными. Следствием такого бунта чувств была сильнейшая утренняя эрекция. Контрастный душ и самовнушение не помогли ни капли, но Марк был готов скорее вытерпеть боль неудовлетворённого желания, чем попытаться принести себе облегчение мастурбацией. Он слишком хорошо знал, кого увидит в своих фантазиях. И это было страшнее всего. Юноша не просто хотел своего врага – Люциуса – Пожирателя Смерти, с этим он уже смирился, он желал их обоих: Малфоя и Снейпа, и вот как раз это обстоятельство не укладывалось в его сознании. То, что его больше возбуждают мужчины, парень уже понял, но чтобы двое… Промучившись ещё с час и не выдержав этой пытки, Марк сдался на милость своим фантазиям.
Когда через полчаса он вышел в столовую, виновники его ночных фантазий, выспавшиеся и довольные жизнью, как ни в чём не бывало, завтракали:
- Доброе утро. Как спалось? – простой вопрос, заданный Драко, едва не заставил его взорваться.
- Спасибо, не жалуюсь. Вижу, вы с Герми тоже неплохо отдохнули?
Гермиона слегка покраснела и отвела глаза, а вот Дрей, великолепно понявший, какая «муха укусила» их друга, манерно вытер губы салфеткой и спокойно произнёс:
- Марк, можно тебя на два слова?
Когда они вышли из столовой, блондин с силой припечатал Иллюзора к стене коридора:
- Ну, вот что, Поттер, Миона – моя девушка, и если ты имеешь что-то против, мы можем поговорить и по другому, но я её тебе не отдам!
- Хорёк, ты охренел? При чём тут Гермиона? Я просто вчера случайно в вашу спальню залетел. Мог бы хотя бы Запирающее заклинание наложить. Встречайтесь, Мерлина ради! Только если ты её обидишь, я тебе морду бить не буду, я тебя так прокляну, что по гроб жизни помнить будешь!
- Так, я что-то не так понял? Когда ты в столовую вошёл, у тебя в глазах такая ревность была, что я подумал…
- Подумал он, - недовольно проворчал, стряхивая с себя руки блондина, Маркус, - Просто у меня тоже своя личная жизнь есть, а из-за ваших игрищ…
- Ого! Интересно, кто это у нас сподобился привлечь внимание самого Гарри-Мать-Его-Поттера?
- Отвали.
- Не-ет! Мне же интересно!
- Кончай трёп! Я вчера у Грин-де-Вальда получил его воспоминание о ритуале. Он сложный, но не в этом дело. При его проведении будет такой магический всплеск, что его просто невозможно будет скрыть.
- Значит, дом Кэса отпадает.
- Да, а в Малфой-Мэнор в любой момент может Воландеморт пожаловать, да и не хочу я общаться с твоим папенькой (знал бы ты, какие это бредни).
- Значит, остаётся…
- Надо узнать у Винки, насколько сохранилась Защита.
Они и у Винки узнали, и сами проверили – Защитные чары были мощными и сохранились хорошо. Мало того, Защита как будто усиливалась с момента появления Маркуса в замке. Юноша поделился своей догадкой с друзьями и получил презрительное хмыканье со стороны Драко:
- Сразу видно, Поттер, что ты у магглов воспитывался. Родовое поместье после возвращения хозяина самовосстанавливается, это тебе каждый чистокровный скажет.
- И насколько?
- Ну, там где замок пострадал от Дьявольского Огня, разрушения останутся, но остальное – восстановится.
- Значит, все помещения, что погребены под завалом…
- Да.
- Это хорошо. По моим подсчётам, там ещё этажа два вырублено в скалах. Ладно, вы присмотрите тут за Грин-де-Вальдом, а я сгоняю за Кэсом и Максимусом, - Марк забрал у Винки ещё одно кольцо-портключ и перенёсся в дом Кэса.

Кассиус не находил себе места от беспокойства. Всё падало из рук, последняя репетиция прошла из рук вон плохо. Он срывался на всех, три раза вусмерть переругался и опять помирился с Лансом. Гидеон с Зигом вообще обходили приёмного отца десятой дорогой. В общем, обладай Кэс магической силой, всё вокруг бы уже искрило и взрывалось от переизбытка стихийной магии. А его разум, как гигантский метроном, отсчитывал дни, часы, минуты и даже секунды с момента ухода ребят на поиски разрушенного замка. Конечно, Маркус не любил плакаться в жилетку и свешивать на него и ребят свои проблемы, но Кассиус великолепно знал, насколько опасными могут быть старые заброшенные тоннели, ведущие к древним магическим замкам и поместьям. А тут ещё, уже после ухода ребят в эту экспедицию, ему в руки наконец-то попали семейные хроники рода Поттеров, где чёрным по белому было записано, что единственный оставшийся в живых сын Персиваля Поттера – Маркус, в возрасте шестидесяти лет погиб, пытаясь отыскать дорогу к своему разрушенному замку. И, судя по всему, это была не первая его попытка. После него оба его сына и внук не раз пытались отыскать Сноукастл, но потерпели поражение и едва унесли ноги из той дикой местности. Это, как вы понимаете, не прибавляло оптимизма. Время шло. От Марка и его друзей не было ни слуху, ни духу. С момента их исчезновения минуло уже семь дней. Кэс держался из последних сил, и даже увещевания Максимуса перестали на него действовать. Впрочем, последние сутки призрак его отца молчал, а лицо на портрете всё больше мрачнело. И вот снова, задумавшись, Иллюзор «запорол» репетицию своего номера.
- Кэс! – через арену к нему неторопливо приближался Флайервуд, - Бросай ты всё к чёртовой матери, пока никого не покалечил и сам не убился. Не знаю, что там у вас произошло, но в таком состоянии я тебя к репетициям больше не допущу. Всё равно до следующих гастролей ещё месяц, а программа у тебя отработана до мелочей. Отдохни! Съезди куда-нибудь с ребятами…
Он осёкся, увидев взгляд друга:
- Та-ак! И во что опять Маркус вляпался? Я так понимаю, ты из-за него тут на всех кидаешься?
- Не знаю, Ланс. Не знаю. Они должны были вернуться позавчера, ну, в крайнем случае – вчера, а их до сих пор нет.
- Значит, с ним Дрей и Герман?
- Да. Они отправились искать дом его семьи.
- Что будешь делать? – Ланс спрашивал не из праздного любопытства. Он слишком давно и слишком хорошо знал своего друга и его возможности. Знал лучше многих из ныне живущих и никогда не обманывался образом спокойного, «простого» фокусника.
- Если до завтра не вернутся, придётся рассказать ему.
- Ты хочешь сказать, что К…
- Ш-ш-ш…
- То есть, твой партнёр не знает?
- Нет.
- Ну, я тебе не завидую! Ты, конечно, крутой мужик, но если он узнает… Я лучше в сторонке постою. Подальше…
- Не каркай раньше времени, Ланс.
- Да я вообще молчу. Только прости меня, друг, но на его месте ты бы его с потрохами сожрал.
- Знаю. Ты, наверное, прав – у меня сегодня всё из рук валится. Пойду домой. Может, Маркус с ребятами объявились.
- Ты звони, если что. Да, кстати, «Пророк» сегодняшний не читал?
- Нет. А что там?
- Грин-де-Вальд в тюрьме умер. Тюремщик его сегодня в камере нашёл, уже холодного.
- А-а…
- На, почитай. Может, отвлечёшься.
Кэс, не глядя, сунул газету в карман и отправился домой. Коттедж встретил его тишиной, в комнатах никого не было. Снова. Как и все последние семь дней. Надежды оставалось всё меньше и меньше. Вытащив из кармана мешающую ему газету и бросив её на журнальный столик, мужчина, чтобы отвлечься от мрачных мыслей, занялся домашними делами. Но вот, все дела были переделаны, а время тянулось, как приклеенное… Достав из потайного сейфа требующие разгадки документы, Кэс попытался было углубиться в их изучение, но не смог прочитать и нескольких предложений. Тогда он попытался прочесть заметку о смерти Грин-де-Вальда, но тревога не отпускала.
Негромкие шаги в гостиной он услышал сразу и, выскочив из своей комнаты, в дверях столкнулся с Марком:
- Мерлин великий! Где тебя носило?! Мы с Максимусом тут чуть с ума не сошли от беспокойства!
- Всё в порядке, Кэс! – юноша сказал это так проникновенно и честно, что Кассиус сразу понял, ни черта там не в порядке, ребята опять куда-то вляпались.
- МАРК!!!
- Я серьёзно. Запись ритуала у меня, а остальное всё – неважно. Собирайся. Вот, надень на палец перстень – это порт-ключ. Берём портрет Максимуса и вперёд!
- Куда – вперёд?
- В Сноукастл. Замок всё-таки не до конца разрушен. В нём можно жить, и библиотека сохранилась богатейшая. Здесь ритуал проводить нельзя – слишком большой выброс магической силы, его легко засекут в Министерстве.
- А там?
- Мощнейшая Защита. Кроме того, она стала возрастать после моего появления.
- А-а, понятно! Значит, замок тебя «признал» - это хорошо. Ладно, бери портрет Максимуса, я сейчас предупрежу, что исчезну на…
- Сутки.
- Значит, на сутки, и мы отправляемся.
Пока Марк забирал из спальни приёмного отца портрет и отвечал на вопросы, которыми Максимус засыпал своего «внука», Кэс вышел из кабинета, прихватил на всякий случай куртку, и они с помощью порт-ключей перенеслись в замок.
- Ого! А вы с ребятами тут неплохо устроились! – от Кассиуса не укрылись ни следы «генеральной уборки», ни новенькая, «с иголочки» обстановка комнат.
- Это Герми с Дреем постарались. Старая мебель сохранилась только в библиотеке и гостиной, даже спать поначалу пришлось в спальниках.
- Как вам удалось прорваться к Сноукастлу? – Максимус был в курсе записей в Поттеровских Хрониках.
- С трудом. Но рассказ может пока подождать. Надо заняться ритуалом, он довольно длительный и отнимает уйму магических сил.
- Вы нашли книгу, о которой я тебе рассказывал? – Максимус, неудобно прижатый к груди юноши, пытался разглядеть окружающую обстановку, выглядывая через его плечо.
- Не совсем. Здесь только первый том, но мы нашли человека, который читал второй, и на основании его воспоминаний я сделал описание ритуала. К нашему приходу Герми и Драко должны были закончить пентаграмму.
- Ты уверен, что ритуал истинный?
- Да, Кэс, ты же знаешь, что я легко отличаю подделку от подлинника. Вот пергамент с текстом ритуала, - юноша удобно устроил портрет перед прикреплённым к стене свитком.
Минут десять призрак вчитывался в записи, а потом, видимо удовлетворённый прочитанным, спросил:
- А каковы ограничения?
- Что?
- Ну, это сам ритуал. Кроме него должны быть ещё пояснения. Далеко не каждый маг или ведьма подходят для участия в таинстве. От этого, кстати, зависят не только последствия, но и жизнь самих участников.
- Ч-чёрт!!! Об этом я не подумал! – Марк кинул на Кэса с Максимусом извиняющийся взгляд, - Сейчас, уточню.
- Постой! Этот человек, про которого ты говорил, он здесь?
- Д-да.
- Ой, что-то мне не нравится твоё выражение лица! Отец, похоже, они опять куда-то влипли!
- Маркус?!
- Всё под контролем. Были неприятности, но сейчас уже всё в порядке.
- Позволь нам с Кассиусом самим судить об этом. Ритуал из разряда темномагических, да ещё придуманный Тёмным Лордом, если о его проведении узнают в Министерстве – нам несдобровать. Этот твой информатор нас не выдаст?
- Не выдаст, - хрипловатый голос, раздавшийся от дверей в одну из спален, заставил спорщиков повернуться в ту сторону. На пороге комнаты, держась за косяк и пошатываясь, стоял старый маг с пронзительными серо-зелёными глазами:
- Это я предоставил молодому человеку текст ритуала. Думаю, вас интересуют пояснения и предупреждения к его проведению?
- Да, интересуют, мистер…
- Гелерт… да, просто – Гелерт.
Маркус почувствовав, что угроза скандала миновала, поспешил ретироваться из гостиной:
- Я посмотрю, как там дела у Герми и Драко, хорошо? – и, не дожидаясь ответа, скрылся за дверью Малого Парадного Зала, где решено было проводить ритуал. Его уход прошёл незамеченным. Всё внимание Малфоев было сосредоточено на новом собеседнике:
- Хорошо, мистер Гелерт (похоже, ни Кэс, ни Максимус не соотнесли это имя с фамилией Грин-де-Вальд). Что вы можете сказать о предупреждениях?
- Ритуал проводят два мага. Один – представитель виновной стороны, второй – пострадавшей. Желательно, чтобы между ними не было близкого кровного родства. Я понимаю, что они представители одного рода, но всё же…
- А если представитель пострадавшей стороны – приёмный сын?
- Договор магического опекунства есть?
- Да, но кровно он в род не принят.
- Это – очень хорошо. Я так понимаю, ритуал будут проводить Маркус и Драко?
- Да.
- Хмм. Им исполнилось шестнадцать лет?
- Да, но они ещё не достигли совершеннолетия.
- Заклинания составлялись двести лет назад, тогда маги с шестнадцати лет считались взрослыми. И ещё, эти двое связаны?
- Что вы имеете в виду?
- Они не помолвлены?
- Нет. Свободны оба.
- Учтите, ритуал подразумевает либо брак между ними, либо другую форму вхождения в противоположную ветвь рода.
- Я догадывался, что это может случиться, - Максимус помрачнел, но через несколько минут его взгляд вновь обрёл прежнее ехидство и живость. - Хотя, всё что не делается – всё к лучшему. Это решает ещё два вопроса…
- О чём ты, отец?
- Кассиус, только не говори мне, что ты не заметил, насколько необычны и сильны Марк и Гермиона?
- Да причём тут они?
- Я думаю, твоей семье не помешает приёмная дочь? Ты сам говорил, что собираешься магически удочерить девочку.
- Говорил, но это не обязательно, Герми через полтора месяца исполнится семнадцать лет.
- Сын, за годы, проведённые вдали от дома, ты стал забывать, что ты – Малфой. Неужели ты допустишь, чтобы эти двое ушли из рода?
- Ах, вот ты о чём! Я не буду их принуждать.
- Господа, а ваши… ммм… протеже знают о ваших намереньях? Они вообще понимают, во что выльется для них этот ритуал?

Подслушивавшие этот разговор Марк и Драко были в курсе, но, учитывая их юный возраст, это их мало волновало. Какие-то там браки, какие-то будущие дети… Когда это ещё будет?! Не факт, что они ещё до этого доживут, учитывая постоянную угрозу жизни в образе Воландеморта. К тому же, Дрей был вовсе не против брака с приёмной дочерью Кэса, учитывая, что ею станет Миона. А Маркус… А что, Маркус… Он уже был приёмным сыном Кассиуса, а значит его дети автоматически принадлежали бы к роду Малфоев. Во всяком случае, он так думал. Юноша был не настолько сведущ в Магии Крови, чтобы понимать, что ритуал толкает его именно на кровное родство.
В общем, подготовка к снятию проклятия заняла ещё полдня. Оказалось, что для точного нанесения рун в пентаграмме необходимо знать уровень магической Силы участников таинства. Драко, как наследник чистокровного рода, свой показатель знал с детства, но вот Маркус и Герми об этом слышали впервые. Максимус просто потерял дар речи от возмущения, когда узнал, что сейчас в Хогвардсе этот индекс не определяется «ради предоставления всем учащимся одинаковых возможностей и исключения дискриминации». Пришлось Драко под чутким руководством своего предка проводить определение. Желая немного подбодрить разволновавшуюся Миону, он начал пересказывать ей градацию Магической Силы, определяемой с помощью одного довольно простого заклятия:
- Понимаешь, Мио, все маги делятся по силе, на слабых – чей индекс меньше 50, средних – от 50 до 70, и сильных – больше 70. Кстати, мой индекс – 80,5. Очень редко рождаются маги с показателями выше этих. На данный момент я таких только четверых знаю. Это – мой отец, у него 85, крёстный – 88, Дамблдор – 90 и… - юноша замялся, не решаясь произнести имя Тёмного Лорда: называть его этим титулом в присутствии Грин-де-Вальда, да ещё в доме Персиваля Поттера было, по меньшей мере, смешно, и он решительно продолжил: - … Воландеморт – 89.
- А у кого-нибудь был показатель – 100? – с интересом поинтересовался Маркус.
- Был – у Мерлина. Даже Основатели до него не дотянули. Кстати, индекс может меняться в течение жизни, но буквально на десятые доли единицы.
Драко по праву гордился магической Силой своего рода, мало кто из чистокровных сумел сохранить такой уровень, близкородственные браки всё-таки сделали своё дело и, насколько он знал, в среднем индекс его однокурсников колебался в пределах от 40 до 60, за редким исключением, к которому относились Блейз Забини и Тео Нотт. Они как-то проболтались, что их показатели ближе к 80. Каково же было его изумление, когда заклинание Выявления Силы определило индексы его новых друзей. Если бы не воспитание, он так бы и остался стоять с открытым ртом, вспоминая, как выказывал им свою снисходительную поддержку. Ну, кто же знал, что Миона сильнее его на целых пять пунктов, а индекс Маркуса приближался, страшно сказать, к показателю Дамблдора!!!
В общем, это событие заставляло задуматься и пересмотреть некоторые свои сложившиеся в детстве представления о Магическом мире. А ещё Дрею очень хотел узнать, какие же показатели были у родителей Поттера? Вот прямо до дрожи в коленях хотелось! И он поклялся себе, что обязательно покопается в школьных архивах. Ведь определение индекса отменили только лет пятнадцать назад, значит, данные на Поттеров должны были быть в их личных делах в архиве школы.
Но долго размышлять о таких пустяках было некогда. Они уже повторно начертили пентаграмму, в этот раз учтя показатели Магической Силы всех участников действа, и ритуал начался.
Обнажённые по пояс Драко и Маркус вышли в центр зала и заняли свои места на двух «лучах звезды» лицом друг к другу. В центр пентаграммы они поместили портрет Максимуса. Дальнейшее слилось в один жутковатый сон. Их как будто подхватил вихрь магии, швыряя из стороны в сторону. Юноши автоматически повторяли заученные слова ритуала, ни на йоту не отступая от текста, а изначальная природная магия, не имеющая ни плюса, ни минуса, внимала их словам, то взрываясь фейерверками, то сверкая ледяными искрами. Чувства, которые они испытывали, сложно было описать – что-то среднее между всепоглощающей радостью творения и леденящей жутью смерти. Они с трудом вспоминали потом, как смешивали в старинной хрустальной чаше свою кровь, как добавляли туда специальные зелья, как пили вдвоём этот обжигающий внутренности коктейль и как с последними словами ритуала рухнули на пол, потеряв сознание.
Они уже не видели, как бросились к ним Герми и Кассиус, поднимая с пола и пытаясь привести в чувство, как Грин-де-Вальд предложил оставить их в покое и дать выспаться, как их безвольные тела мыли и укладывали в постели, и как состоялся так пугавший их ранее разговор.
А начинался этот разговор очень просто. Устроив провалившихся в глубокий сон парней отсыпаться, Кэс и Гелерт, подгоняемые причитающей Винки, отправились на поздний ужин в столовую. Отдав должное вкусным блюдам, разговорились. Инициатором беседы оказался, естественно, любопытный до упора Максимус:
- Мистер Гелерт, позвольте поинтересоваться, как вы познакомились с этими детьми и откуда узнали о ритуале?
- Книга с ритуалом хранилась в моей семье со времён деда. Меня всегда интересовала Магия Крови, и я часами мог изучать этот фолиант. Можно сказать, одно время он был… моим учителем, что ли. К тому же меня весьма интересовала личность самого Персиваля Поттера.
- В каком плане? И вы не сказали, как познакомились с ребятами, - сбить «со следа» Кэса было трудно, любую ложь и недомолвки он чувствовал не хуже маггловского полиграфа.
Старик прямо и насмешливо взглянул в глаза своего собеседника и, помолчав, ответил:
- Персиваль Поттер интересовал меня в качестве примера для подражания. Меня всегда интересовала власть. Я и сейчас готов утверждать, что маги должны занимать главенствующее положение в мире, магглы слишком неосторожны и, обладая значительной технической мощью, способны просто уничтожить нашу планету. А наши трусливые прятки по углам я считаю просто унизительными. Другое дело, что если бы передо мной сейчас стоял тот выбор, я не встал бы на путь террора, а просто добился бы власти законным путём. Правда, это заняло бы больше времени, а в семнадцать лет мне казалось… Но это не важно.
- Вы…
- Гелерт Грин-де-Вальд. А с вашим младшим сыном я познакомился в Нурменгарде, куда этот весьма талантливый юноша «завернул мимоходом» для беседы со мной. Каюсь, я вынудил его вытащить меня из тюрьмы. Просьба умирающего – закон. Я не думал тогда, что выживу, но недооценил упрямство молодого человека.
- Но вас объявили умершим? Каким образом это могло произойти? – Кэс вовсе не собирался возмущаться, он великолепно знал, на что способен Марк для того, чтобы спасти от проклятия близких ему людей.
- Насколько я понял, старик-эльф, служивший Поттерам ещё с момента той битвы, без разрешения увязался за юношей и, помогая нам с ним выбраться из крепости, умер, израсходовав свою силу. Вероятнее всего, перед смертью он принял мой облик.
- Все поверили в вашу смерть.
- Все? Не думаю. Есть один человек, который точно знает, что я жив. Когда они обнаружили, что я… «умер»?
- Сегодня утром.
- Хмм, странно. Может быть, Альбус ещё не знает?
- Вы имеете в виду Дамблдора?
- Да.
- Он дал короткое интервью «Ежедневному Пророку»…
- Что он сказал? – невозмутимое лицо бывшего Тёмного Лорда напряглось, как будто от ответа собеседника зависела его жизнь.
- Если дословно, то: «Я надеюсь, что в последнее время он примирился с собой и кое-что понял». Это вам о чём-то говорит?
Но Грин-де-Вальд как будто не слышал обращённого к нему вопроса, на его губах появилась слабая улыбка, и он едва слышно прошептал:
- Ты всё-таки меня не выдал…