Сантехник

В ее квартире Батя всегда чувствовал себя как дома. Почему? Этого он не мог объяснить даже самому себе. Наверное, зависело это от хозяйки и их манеры общения. Вместо того чтобы поставить чайник, как это просила сделать скрывшаяся в комнате Рита, Булатов решил честно осмотреть кран. Как и предполагалось – ничего серьезного, нужно было лишь подкрутить гайку и, скорее всего, заменить прокладку. Работы на две минуты, если не меньше. Так что можно было позволить себе и чай, и купленный по дороге торт, и даже пару бутербродиков. Приготовлением последних и занимался мужчина, когда на кухне появилась Багира. Как и обещала, женщина переоделась, теперь на ней красовалась маечка на тонких бретелях и коротенькие шортики, выгодно подчеркивающие стройные ножки. И это отвлекало. Батя понял это, когда вместо того, чтобы нарезать батон, прошелся острым ножом по пальцу. На коже тут же выступила кровь, Рита, заметившая порез, лишь обреченно покачала головой: – Господи, ну как же так-то? Как в бою, так вы, мужчины, непобедимы, а в быту и нож доверить страшно. Хуже маленьких детей, ей Богу! Остальная тирада доносилась уже не то из коридора, не то из ванной комнаты, куда женщина отправилась за аптечкой. А Батя, все это время лишь снисходительно покачивавший головой, неожиданно задумался. Риту он знал давно, и как бы пошло это не звучало, а видел ее не только во всевозможных нарядах, но и даже без них. Ну, в купальнике, да и в нижнем белье она точно перед ним появлялась. И ни разу не вызывала такой реакции, как сегодня. Что же произошло? Почему именно сейчас он замер как истукан, стоило ей просто пройти рядом, слегка коснувшись его плечом? Ее голос раздался совсем близко, вырывая командира из процесса самоанализа, и он молча протянул ей руку, позволяя обработать неглубокий порез. Нужно было успокоиться, выровнять дыхание и отвлечься, иначе Рита могла заметить некие изменения, а Булатов был не совсем уверен, что она им обрадуется. – Еще скажи, что больно, – усмехнулась Кошкина, – чего дергаешься, командир? Надо же, а он ведь даже не заметил, как вздрогнул, когда его ладонь оказалась в ее руках. Черт подери, совсем как мальчишка на первом свидании. Того и гляди, сейчас еще и дрожать начнет. Нет, так нельзя. Это ведь Рита. Рита, которую он знает долгие годы; Рита, которая не должна вызывать такие чувства; Рита – женщина, которую он всегда рассматривал только в качестве боевой подруги. «Которую ты пытался рассматривать в качестве боевой подруги», – подправил его внутренний голос, и командир мысленно кивнул. Именно. Пытался. Но с каждым днем становилось все сложнее. И если в «Тайфуне» у него еще и были силы противостоять самому себе, то в «Смерче» он лишился и их жалких остатков. – Интересно, и долго я буду разговаривать сама с собой? – Рита убрала пластырь и захлопнула пластиковую коробочку с медикаментами, – Бать, неужели у тебя болевой шок? Нет, но не признаваться же в том, чтобы вместо того, чтобы внимательно слушать ее речи и хоть как-то участвовать в беседе, он рассматривал вырез на ее майке. Мужчина рассеяно кивнул и поспешил отдернуть руку, искренне надеясь на то, что Багира не успела ничего заметить. Теперь идея с починкой крана не казалась ему такой замечательной, какой она была еще утром. Ремонт по-прежнему не вызывал никаких проблем, а вот присутствие рядом хозяйки квартиры… Может, все дело в том, что он просто отвык видеть ее в гражданской форме? Женщина развернулась, собираясь отнести аптечку на место, и его взгляд скользнул чуть ниже спины, задержался там на пару секунд и опустился еще ниже. Теперь он откровенно рассматривал ее ноги. – Я все вижу! – она хохотнула, – и у тебя чайник кипит, командир. Багира сидела, откинувшись на спинку стула, и бездумно болтала ногами. Чай был выпит, в нее даже влез почти целый кусок торта, и теперь передвигаться или хотя бы шевелиться было откровенно лень. Так что оставалось только наблюдать за тем, как Булатов, разложив на полу одолженные у соседа разводные ключи, пытается подобрать нужный. Можно, конечно, было помочь, но тетка-лень победила. – Русалка, ты стояк перекрыла? – Батя на секунду отвлекся и, получив утвердительный кивок в ответ, вновь вернулся к своему занятию, – отлично, кажется, вот этот подойдет. Чтобы хоть как-то показать свою значимость в процессе восстановления крана, Рита подозрительно прищурилась, пытаясь на глаз определить, подойдет ли разводной ключ по размеру. Поразмыслив, она все же пришла к выводу, что подойдет, и согласно кивнула головой, чем вызвала искреннюю улыбку мужчины. – Ну, раз ты согласна, то и мне можно не сомневаться. – Издеваешься? – Рита склонила голову набок, посматривая на командира из-под опущенных ресниц. – Упаси Боже! – Булатов шутливо поднял руки в примирительном жесте, – я же не враг самому себе. Женщина засмеялась, тем самым разряжая обстановку, хотя… она ведь и не догадывалась, что та вообще была напряженной. Подкрутить гайку, заменить прокладку, две минуты – все это пронеслось в голове Булатова со скоростью света, когда из трубы мощной струей брызнула вода. И вместо того, чтобы хоть как-то попытаться зажать место протечки, Батя развернулся к Рите: – Так что ты там перекрыла?! Кошкина досадливо прикусила губу и сорвалась с места, на ходу сдернув со спинки стула кухонное полотенце. – Я, кажется, перепутала вентили. – Это я уже вижу! – Батя сделал попытку вырвать из ее цепких пальчиков полотенчико, но ему это не удалось, – да дай сюда, горе ты мое луковое. Но не тут-то было. Рита, по всей видимости, решила устранить проблему сама, но на деле это выходило не очень. А если быть точнее, то не выходило совсем. Вода продолжала все так же хлестать, и совсем скоро тонкая ткань ее маечки пропиталась насквозь. А еще через пару секунд таких попыток ее и саму можно было смело выжимать. – Дай сюда! – со второй попытки Булатову все же удалось завладеть уже насквозь мокрым полотенцем, – иди лучше, перекрой вентиль, пока мы соседей не затопили. Второй раз Багиру просить не понадобилось, и она ринулась по направлению ванной, оставив мужчину сражаться с непослушным потоком воды. Крутанув до упора вентиль, женщина тут же поспешила обратно. Но уже на кухне вспомнила о том, что спешка никогда не приводила ни к чему хорошему. Точнее говоря, вспомнила уже только тогда, когда поскользнулась и рухнула на пол, предварительно уцепившись за руку командира. Возможно, если бы он в этот момент видел ее, то устоял бы на ногах. Но Батя явно не ожидал подобного поворота событий, поэтому и оказался лежащим на… Багире. Оба дышали тяжело, хотя неловкости пока не испытывали. Батя бы даже сказал, что ему вполне удобно. Правда, сказал бы это не вслух. Наверное, согласно всем правилам приличия, ему уже давно пора было подняться и помочь это сделать Рите, но он и не думал двигаться с места. Тем более, Багира тоже не возражала против такого поворота событий. Хотя, может, она просто стукнулась головой при падении? – Ты мокрый, – наконец, заговорила она. – Могу тебя обрадовать, – ухмыльнулся мужчина, – но ты тоже. И пол, кстати, не суше нас с тобой. Сам не понимая, что он сейчас делает, Батя протянул руку и осторожно коснулся ее лица, убирая с него мокрую прядку, а потом все так же невесомо очертил скулу. Рита даже не вздрогнула, только еле слышно выдохнула и прикрыла глаза, наслаждаясь невинной лаской. Дыхание участилось само собой, тем самым выдав ее с головой. А Булатов вместо того, чтобы все-таки взять себя в руки позволил себе чуть больше обычного – очертил контур ее губ большим пальцем. Глаз Рита так и не открыла, поэтому можно было безнаказанно разглядывать не только ее лицо, но тяжело вздымающуюся грудь. Именно тогда контр-адмирал и понял, что не отстранись он прямо сейчас, и желание скрыть точно не получится. – Может, все же стоит заняться уборкой? – слова дались ему с трудом, хотя мужчине и удалось это скрыть. Багира резко распахнула глаза, и тут Батя удивился – они стали совсем другого оттенка. Прежде светлые, они вдруг стали намного темнее и глубже, и теперь мужчине казалось, что в них можно и утонуть. – А может, ну ее? – еле слышно шепнула Кошкина и уверенно подалась навстречу мужчине. – Ну ее, – так же рассеянно согласился командир прежде, чем коснуться ее губ поцелуем.