Отцы и Дети. Истории...

Гермиона быстрым шагом шла к единственному месту, где ее могут понять, выслушать, дать совет. Вот она подошла к большим резным дверям и нажала на звонок. Лил дождь, а миссис Уизли была только в пальто без зонта, но сейчас ее это мало волновало. За дверью что-то зашумело, и владелец дома отворил дверь. - Привет, - сказала Гермиона, - можно? - Ну, заходи, раз пришла, - зевая, сказал хозяин дома. ********* Гермиона думала, что после свадьбы ей станет легче. Вот уже полгода она не Гермиона Грейнджер, а Гермиона Уизли. Но легче не стало. Во время войны ей было легче существовать, да именно существовать, а не жить. Не было времени на слезы и самобичевание, не было времени думать о нем и о его поступке, о своей жизни и о прошлом. Тогда она думала лишь о Гарри, об его спасении, о Джинни, родителях, Роне, даже о Волан-Де-Морте, но только не о себе. Ей так было легче. А полгода назад все закончилось. Победа и пустота. Рон был на работе неделями, и Гермиона не хотела его беспокоить. К ней часто заглядывала Луна и Джинни. В один день к ней пришел Джордж и попросил сходить с ним на кладбище к Фреду. Они тогда уже развелись с Анджелой, но своего сына он не бросил, а наоборот, старался больше проводить времени с ним. Анджела решила назвать его Фредом. Магазин «Weasleys' Wizard Wheeses» процветал и приносил хорошую прибыль. Поэтому Джордж своей семье ни в чем не отказывал. Они пришли на кладбище и быстро отыскали близнеца Уизли. Джордж здесь бывал часто, рассказывая брату о своей жизни, о Гарри, победе, обо всем. - Здравствуй, Фред, - сказал брат-близнец, почти машинально. Он вздрогнул и посмотрел на Гермиону. Та печально улыбнулась и похлопала его по плечу. - Привет, Фредди, - сказала Гемиона в пустоту. - Гермиона сегодня с нами. Ты ведь не против? – поинтересовался Джордж. Девушка оглядела местность. Столько могил, а ведь это новое кладбище. Столько имен – столько жизней. Она присела на скамейку у тополя, который рос рядом с могилой Фреда, и просто стала смотреть в пустоту. Джордж рассказывал про первые шаги своего сына, про новое изобретение, про свадьбу Рона и Гермионы, про папу, которого повысили до заместителя директора отдела по защите Маглов. Гермиона слушала, слушала. А потом не выдержала и заплакала. Так тихо, но Джордж все равно заметил это и, присев рядом, обнял ее за плечи. - Ты чего? – спросил парень, медленно покачиваясь, словно баюкая девушку, - Что случилось? Если это мой братец, то я его прибью… - Нет, нет, Рон - хороший, - начала Гермиона, отодвигаясь от парня, - Он просто замечательный муж. - Что тогда? – не понимая, сказал Джордж, - Расскажи, легче станет… - После того как я тебе расскажу, ты меня будешь ненавидеть, - опустив глаза на колени, ответила Гермиона. - Ну, ты же не взорвала мой магазин? – сказал Джордж, - Или взорвала? - Нет, конечно! – воскликнула девушка, чуть улыбнувшись. - Ладно, давай так: ты говоришь, я слушаю, ничего не говорю, ни о чем не спрашиваю, не буду тебя ни в чем винить, ничего не буду предпринимать. Договорились? – сказал Джордж глядя прямо в глаза девушке. - Хорошо, - вздохнула Герми. - Перед войной, на шестом курсе, вы с Фредом еще открыли тогда свой магазин, я поняла, что не нужна Гарри и Рону. Гарри занимался войной, Джинни, а Рон меня тогда не замечал, он был полностью увлечен квиддичем. Еще и родителей я тогда отправила подальше и изменила память. В общем, я была совсем одна. Я полностью погрузилась в задание. Я вычислила что наиболее приближенный к Темному Лорду теперь Драко Малфой и стала за ним следить с самого поезда, - Гермиона вздохнула и поднявшись с места, отошла от Джорджа и, обхватив себя руками за плечи, повернулась к дубу, который стоял неподалеку от них, - Потом, как то так получилось… В общем, Он, похоже понял, что я за ним слежу. Это была как бы игра. Но я с каждым разом все чаще замечала в его глазах: боль, которую чувствовала сама; обреченность, которую видела каждый раз в своем отражении; чувство долга, которое я сама себе вбивала ежедневно. Я тогда вновь жить начала. Боялась за него, любила, пыталась спасти от метки. А потом, были вечера, поцелуи, и не только, - Гермиона повернулась к Джорджу со слезами на глазах, - А потом он сказал мне, что у него ничего общего не может быть с грязнокровкой… Все! А потом Рон… Он хороший, – Гермиона схватила парня за руку, словно боялась, что он уйдет, оставив ее одну, снова, - Я не хотела, честно! Я его очень люблю, но как друга, как брата! Я просто не смогла, смотря ему прямо в глаза, сказать нет! Мне тогда было все равно, что со мной будет.. Я просто существовала, - тихо сказала девушка, садясь на землю, облокачиваясь на сидушку спиной, - Я люблю Рона, но как брата… А Его ненавижу! Она выдохлась, она выговорилась, она испугалась. И тут Джордж взял ее под мышки и усадив к себе на колени, стал поглаживать по голове, успокаивая. - Все хорошо… Я никому ничего не скажу… Пусть это будет нашим маленьким секретом… Маленькая, сколько ты натерпелась. Малфой – подонок… Но, жизнь продолжается… Все будет хорошо… Гермиона, - сказал Джордж, поднимая ее и заставляя посмотреть на него, - Слышишь, Гермиона, все будет хорошо! - Джордж, спасибо, что выслушал и что не осуждаешь… - тихо сказала Гермиона, обнимая парня за шею. - Все будет хорошо… - Я надеюсь… После этого случая Гермионе стало легче. Теперь у нее есть тот, с кем можно поговорить об этом. Правду говорят «Одна голова хорошо, а две лучше» ********** - Ну, заходи, раз пришла, - зевая, сказал хозяин дома. Гермиона вошла в дом. Дом Джорджа. Дом, где она была чаще всего. - Дождь на дворе, а ты без капюшона и без зонта! К камину, быстро! – скомандовал Джордж, - И вообще, что ты делаешь на улице в… - он посмотрел на часы на руке, почесал затылок и зевнул, - … двенадцать часов ночи? - Я была на работе, - тихо сказала женщина. Джордж понял, что-то случилось. - Так, я сейчас сделаю горячий шоколад, а тебе стоит погреться. Я потом приду, и ты мне расскажешь все! Ты меня поняла? – приказным тоном сказал мужчина, совершенно проснувшись. Миссис Уизли просидела возле камина около тридцати минут, но ее совсем не волновало время - она думала.. Тут ее вывел из мыслей голос мистера Уизли: - Что случилось? Он, устроившись на диване, напротив, вальяжно, раскинув руки, сидел, держа в руках чашку с горячим напитком. - С чего ты взял? Может я к тебе пришла просто так? – спросила Гермиона. Джордж поперхнулся шоколадом, смеясь. - Ха! Гермиона Грейнджер ко мне никогда не приходит просто так, чтобы просто проверить мое самочувствие. Нет. Она приходит исключительно в корыстных целях, - начал Джордж, изображая обиду. Гермиона невольно улыбнулась. - Ладно… Давай, выкладывай. И я хочу, чтобы ты назвала вескую причину, по которой я поднялся в такое время, - усмехнулся хозяин дома. - На вокзале он опять смотрел, а потом это столкновение в министерстве. А тебя весь месяц не было, - начала женщина. -Так, так, стоп! Давай-ка поподробнее об этом свидании в министерстве, - заинтересованно сказал Джордж. И Гермиона рассказала все своему другу, родственнику и просто родной душе. - А ты уверена, что ничего не заметила в его поведении? Или может в голосе или в глазах? – задал вопрос владелец магазина всевозможных волшебных вредилок, дослушав рассказ. - Я была так ошарашена и потрясена, что вполне могла чего-то не заметить… Хотя нет! Он назвал меня не Уизли, а Грейнджер. Это что-то дает? – сказала женщина. - Вряд ли… Хотя, кто может знать что в голове у этого Малфоя! – Джордж стукнул кулаком по столу. - Можно я останусь у тебя в доме, - задала вопрос Гермиона, - Рон с Гарри в разъездах, а Джинни у миссис Уизли. Я не хочу туда… - Конечно, оставайся! – обрадовался Джордж, - И раз уж я не сплю, и ты не спишь, то я хочу тебе предложить посмотреть мои новые эксперименты! - Джордж!! Я очень устала и хочу спать.. – устало протянула Гермиона. - Нет, уж раз ты меня разбудила, то я теперь не усну и тебе не дам… - Отлично… Джордж еще долго показывал Гермионе новые вредилки. Она, то осуждала, то смеялась. Когда мистер Уизли стал демонстрировать миссис Уизли свой очередной опыт, то увидев, что Гермиона заснула, отнес ее в гостевую комнату, там уложил на кровать, накрыл одеялом, поцеловал ее в висок и сказал: - Все будет хорошо… Спокойной Ночи Гермиона Грейнджер… А сам направился в свой кабинет думать над, только что пришедшей в голову, задумкой. На этот раз это будет «Находилка для потеряшек». **** Роза шла по коридору, нет, бежала. В туалет для девочек. Девушка мыла руки, шею и лицо с мылом, будто пытаясь стереть прикосновения Слизеринца. Но на губах все еще остался его вкус, а руки и одежда до сих пор пахли его парфюмом. Зайдя в гостиную, Розе казалось, что от нее несет за километр его запахом, что в тех местах, где он ее касался, остались ожоги, которые просто невозможно не заметить. В гостиной слава богу никого не было. Как вдруг: - Роза! Я тебя уже заждался, - Джеймс встал с кресла и подошел к девушке. А, та смотрела на него удивленным взглядом. Потом обняла крепко-крепко. - Что случилось? – спросил изумленный Джеймс. - Джеймс, пообещай мне одну вещь, - начала Роза, говоря ему в плечо. - Какую? – Джеймс попытался отодвинуть Розу, но та прижалась к нему еще сильнее. - Просто, пообещай! – потребовала Роза. - Ладно, обещаю, - сказал Джеймс сдаваясь. - Не связывайся с Малфоем. Не связывайся. И, чтобы он не сказал - не предпринимай ничего. Ничего не делай, - попросила Роза, зажмурившись. Джеймс рывком отстранил ее от себя и посмотрел в глаза. - Что он тебе сделал? - Ничего… - Тогда с чего этот разговор? - Просто пообещай! - МкГоногал все еще ругается из-за случая в поезде? - Да, - соврала девушка, - Да, ругается. Пожалуйста, прекрати эти ссоры. Я тебе верну за это мантию… - Ты меня пытаешься подкупить? - Да, - рассмеялась Роза. - А карта? - Нет! Будет достаточно того что ты будешь невидим. А если еще и всевидящим, то я думаю, что этого школа не перенесет, - сказала Роза. - Хорошо. -А теперь можно я пойду спать? – спросила Роза. Роза взбежала по лестнице и зашла в комнату. Закрыв дверь, она прислонилась к ней спиной к ней, закрыла глаза и представила себе, что было бы, если бы она все рассказала Джеймсу. Потом вздрогнула и начала снимать с себя одежду, отбрасывая ее, словно та была вымазана в слизи. Пройдя в душ, она открыла кран и встала под струю воды. Да, вода освежала и смывала все ненавистные прикосновения. Она вспомнила, как он ее касался, словно боясь сломать, а когда Роза ответила, то словно понял, что она материальна и перестал сдерживаться. Да, Роза чувствовала, что он сдерживался, но почему? Вопрос. А когда он прикоснулся к ее губам своими это было просто… словно фейерверк в голове. Это было выше Розы, и она ответила. Она, как и он, была исследователем, который постигал новое для себя. «Его прикосновения были просто…», - нет, лучше об этом не думать. Роза увеличила напор холодной воды, чтобы отогнать от себя это воспоминание о его губах и руках. А, когда он провел рукой вдоль ее бедра, это было совсем новое ощущение. Что-то неизвестное – волшебное и устрашающее. Ей захотелось большего… Но, это то и заставило Розу остановится. «Слишком много информации», - думала в тот момент Роза. И она его остановила. Пусть ее телу это не нравилось. Она не хотела ничего слушать и знать, но он ее остановил. От всех этих противоречий в глазах рябит до сих пор. Скорпиус направлялся прямиком в гостиную. Его тело требовало удовлетворения. И он его получил… Когда он зашел в гостиную, то увидел сидящую там Шарлоту, которая разговаривала с Забини. - Пойдем, - скомандовал Скорпиус. - Мы разговариваем, - сказал возмущенный Алекс, но Скорпиус только пожал плечами и протянул руку Шарлоте. - Пойдем, - повторил просьбу Скорпиус. Девушка неуверенно взяла руку парня и поднялась. Скорпиус, направился в свою комнату, Шарлота за ним. А Алекс все сидел на диване, в гостиной, и кипел от злости… Когда дверь за Шарлотой закрылась, Скорпиус повернулся к ней и начал подходить. Шарлота увидела в его глазах страсть и похоть. Ей стало страшно. Увидев, как она прижалась к двери, он обрадовался. Подошел близко-близко и, протянув руку, закрыл дверь на замок. От звука защелкивания замка сердце девушки ушло в пятки, но она старалась вести себя непринужденно, как обычно. Скорпиус усмехнулся и провел губами по ее шее. Затем властно, сильно, горячо припал к ее губам, но вкус был не тот, что у Розы – другой, чужой. Он зажмурил глаза, пока раздевал Шарлоту, чтобы хоть как то отогнать от себя образ Слизеринки и приблизить образ Гриффиндорки. Закрыв глаза можно было проводить параллели… Он принялся целовать ее тело, но вдыхая, он не чувствовал тот запах, который будоражил разум и заставлял быть нежным. От этого хотелось лезть на стену, хотелось кричать. Его глаза наполнились ненавистью, когда Шарлота издала стон, потому что Он помнил Ее голос. И тот стон сильно, очень сильно, отличался от стона Слизеринки. Но, нужно довольствоваться тем, что есть. И поэтому Скорпиус рыча, сорвал остатки одежды Шарлоты. Он не был с ней нежен, ведь этот запах не принуждал к нежности, он провоцировал на жестокость, которая как нельзя кстати пришлась. Когда он укусил Шарлоту за губу, то она застонала от боли, но стон утонул в поцелуе. Скорпиус уже не слышал ни просьбы девушки быть спокойней, ни всхлипы. Он не чувствовал боль с которой Шарлота вцепилась в его спину ногтями, когда он резко и безжалостно вошел в нее. Ему было все равно, что ей сейчас больно. Скорпиус лишь хотел утолить свой голод, свой огонь. Но… Но кожа не та, запах волос и вкус губ другой… Резкие, размеренные движения приносящие легкую боль, заставляли его забыть о Розе, но в самый пик он вновь представил себе Ее. Заснул Скорпиус, так и не спросив Шарлоту, понравилось ли ей, потому что ему было все равно. Зачем спрашивать, интересоваться было ли ей хорошо или больно? Он не хотел сейчас видеть ни Шарлоту, ни Розу. Ему нужно поспать, чтобы собраться с силами для нового дня, где вновь будет Она. Ему нужно придумать, как держать себя в руках. Надо…