Мысли - самая искренняя часть нас

— Рэй, подожди!       Услышанный голос выдёргивает меня из потока моих мыслей. Его обладательница быстрым шагом пытается догнать меня, размахивая увесистой сумкой из стороны в сторону. — Привет, Рене.       Я раздражённо вытаскиваю наушники из ушей: ненавижу, когда нарушают моё одиночество и мешают плыть по успокаивающему течению мыслей. — Мы сегодня вечером хотим сходить в клуб. Я подумала, может, ты тоже захочешь немного развлечься? Эти выходные, я знаю, ты провела в своей комнате, - догнав меня, проговаривает Рене на выдохе. — Что, никто больше не соглашается идти? – Выдерживаю небольшую паузу. - Во сколько ты за мной зайдёшь?       Не знаю, чему я удивляюсь больше: тому, что Рене вдруг решила позвать именно меня, или тому, что я действительно хочу пойти туда. — Эмм... Ну, будь готова к восьми.       Девушка явно не ожидала, что я так легко соглашусь. Уверена: она ждала криков и возражений с моей стороны.       Я перевожу взгляд на часы: до начала следующего занятия остаётся четыре минуты. Рене всегда следит за временем, и когда я хочу сообщить ей о возвращении в университет, она уже быстрым шагом двигается по направлению к нему.       Время в университете всегда пролетает для меня незаметно, и сегодняшний день не является исключением. На часах 15:43, когда я босиком иду по коридорному ковру четвёртого этажа своего общежития. Мысли о предложении Рене лишь изредка перебиваются мыслями о ненависти к каблукам.       Приведя себя в порядок после утомительного дня, я сажусь за работу над заданиями к завтрашнему учебному дню. Пока всё складывается удачно – мне нужно написать лишь небольшой доклад по психологии. Как бы странно это ни звучало, но мне нравится узнавать причины поведения человека в той или иной ситуации. Что может быть лучше, чем познавание того, что происходит у людей в головах, когда они спокойны или возбуждены, испытывают наслаждение или чувствуют отвращение.       Через три часа я полностью завершаю упорную работу над докладом. Нет, я не являюсь зубрилкой. На самом деле раньше я любила веселиться с друзьями: гулять шумной толпой по ночным улочкам родного городка, пока один случай не изменил всю мою жизнь. Теперь я отдаю всю себя учёбе, чтобы окончательно не свихнуться. Для меня это является своего рода спасением. От воспоминаний не убежишь: каждый раз они будут возвращаться и теребить твою больную душу. А ты будешь забиваться в угол и рвать на себе волосы от ненависти к своей слабости перед этими никчёмными вещами. Я же всем этим мучениям предпочитаю уютное местечко под махровым пледом с учебниками и тетрадями.       До того, как моя жизнь потеряла смысл, я была мечтательницей. Не той, что мечтает встретить принца на белом коне и стать его принцессой, а той, что мечтает поступить в хороший университет, найти работу мечты и встретить не принца, а того, кто создан в этом мире именно для тебя. И больше всего на свете я жаждала путешествий. Но мне постоянно что-то мешало: сначала – возраст, а потом – возможности и финансы. За свою немощность я ненавидела всю себя от кончиков пальцев и до створчатых клапанов в моём сердце. Это выше моих сил - оставить ту детскую ненависть к себе в прошлом и полюбить себя сейчас. Окружающие меня люди даже и не догадываются о том, с каким презрением я отношусь к себе. Никто и не должен об этом знать. Стоит показать людям малейшую свою слабость, и они, тыкая длинными пальцами в больные места твоей искалеченной души, втопчут тебя в грязную, помойную лужу, а затем, повернувшись широкими спинами, забудут о твоём существовании.       Выбор своего сегодняшнего наряда я останавливаю на узких чёрных штанах и клетчатой рубашке синего цвета. Не думаю, что в клуб обязательно нужно одеваться так, будто по дороге ты раздала всю свою одежду бездомным. Мне просто необходим глоток свежего воздуха, чтобы отвлечься от этих чёртовых мыслей. Завтра всё встанет на свои места, и я снова забуду о существовании соседки по комнате, не появляющейся в комнате днями и неделями; однокурсниках, посмеивающихся надо мной с задних мест; девушке-продавщице из супермаркета, приветствующей меня милой улыбкой; и обо всех тех вещах, мучающих меня каждый проживаемый мной день.       После прочтения сообщения Рене: «Я жду тебя в фойе на первом этаже», - я быстро засовываю ноги в коричневые балетки, беру с вешалки кожаную куртку такого же цвета и закрываю дверь комнаты на ключ. Энн как обычно нет в комнате, я уже привыкла к своему постоянному одиночеству. Мне просто интересно знать: зачем люди отправляются учиться в университет другого города и тратят родительские деньги на алкоголь и наркотики, когда их можно потратить на эту же гадость, не уезжая из родного города, просто пойдя учится в местный колледж с незамысловатым названием, таким же, как и профессии, которым там обучают.       Мы идём пешком, потому что мне нравится чувствовать влажную после дождя землю с камнями и травой под ногами, а Рене любит рассказывать о своих размышлениях (хотя, я не думаю, что это именно то, о чём она думает в свободное время: мы не рассказываем другим о своих истинных мыслях, боясь, что нас неправильно поймут). Пока моя спутница рассказывает мне об очередных своих догадках, я успеваю рассмотреть её с ног до головы: чёрные волосы, завитые в небольшие локоны; глаза цвета неба, освещаемые лишь парой лучей уличного фонаря, выглядывающего из-за пышной листвы дерева; обветренные из-за поцелуев на ветру губы; «нарисованная чёрной авторучкой» чуть ниже правой ключицы родинка; белое как парное молоко лёгкое платье до колен и чёрные босоножки на невысокой платформе. — Что ты думаешь обо всём этом? – Звонкий голос Рене заставляет меня вернуться из своих раздумий и начать вслушиваться в её слова. — Прости, ты не могла бы повторить? — Снова ты не слушаешь меня, а мечтаешь о принце на белом коне!       В голосе Рене слышится нотка обиды, но она сразу же, улыбнувшись, продолжает диалог: — Я говорила о парне, который приехал к нам из другого города, и теперь будет учиться на втором курсе нашего факультета. Это он всех позвал в клуб. Я встретилась с ним сегодня утром, когда шла в университет. Он такой брутальный, я бы хотела узнать его поближе. Как думаешь: стоит попробовать?       Девушка явно ждёт от меня искреннего ответа, но боюсь, он обидит её, и она бросит меня прямо посреди этой улицы. Но что я могу ответить на её глупый вопрос об очередном мнимом партнёре, который показался ей брутальным? Она так говорит о каждом парне, которого встречает. Эта девушка не утомляет себя даже тем, чтобы придумать другое прилагательное для определения нового человека мужского пола. Я знаю, что это не хорошо – думать так о человеке и не говорить ему об этом, но ведь я не говорю это за её спиной, а всего лишь думаю так в своей голове, полной всякой ненужной ерунды. — Попытка – не пытка. Попробуй. Может, потом поженитесь. — Ой, да иди ты. Всё равно я уже всё решила насчёт него.       Рене всегда было наплевать на парней и их чувства. Она говорила о них так, будто бы это не люди с чувствами и желаниями, а вещи, предназначенные для того, чтобы играть с ними.       Спустя несколько минут мы подходим к зданию с небольшой вывеской «Кассадага», покосившейся от ярых порывов ветра и выцветшей от палящего солнца. Возле входа в клуб стоит лишь небольшое количество человек, что не может не настораживать. Рене что-то тихо шепчет охраннику, который больше похож на шкаф из бабушкиного дома, чем на человека, и после нескольких секунд ожидания мы переступаем порог этого неприветливого заведения.